The Train

Настроение портило ещё то, что у меня кончались деньги, занять же было не у кого, в городе я был месяца три и хороших знакомых не приобрёл. Уехать из города я тоже не мог, что-то мне не давало этого сделать. У меня была тут маленькая комнатка, но сейчас её нет, вчера меня выселили за неуплату аренды, и вот я сижу на вокзале. Дело к вечеру, денег хватает только на билет до бабушкиной деревни, что под Орлеаном. Тяжёлые мысли навалились на меня.

"Что мне сейчас делать?". Голова не соображала и начинала болеть от напряжения. "Ехать? Куда? К бабушке - смысла нет". Ум метался, придумывая всё новые и новые варианты действий, но они были либо неправдоподобными, либо глупыми. Я устал. Я стал просто наблюдать за людьми проходящими мимо. Женщины, мужчины, дети, уставшие и грустные, весёлые и влюблённые.

Минут через пять я уже было собрался вставать, чтобы тоже направиться к кассе, за билетом в бабушкину деревню, как вдруг… в тысячный раз открылись двери вокзала, и вошла девушка и наши с ней взгляды невольно встретились. Это был вихрь, вспышка, я не знаю, что это было. По всему телу прошла сильнейшая дрожь, разлилось тепло вплоть до головы. Она была красива, очень, хотя я видел много привлекательных женщин, фотографировал их, но тут, тут было что-то другое, какая-то особая красота, такого мне ещё не доводилось видеть. Что-то было в её взгляде, в глазах. Будто поток энергии шёл от её взгляда ко мне, эта энергия просто завораживала меня. Дальше всё случилось как-то само собой, я встал словно под гипнозом (смотрелось это, наверное, глупо, впрочем, я не думал об этом) и двинулся прямо к ней, не отрываясь смотря ей в глаза. Она же не отвела взгляда и тоже шла в мою сторону.

Мы остановились в паре шагов друг от друга, и я нелепо начал:

- Девушка, я могу познакомиться с вами?

Она широко улыбнулась, чем вогнала меня в краску ещё больше и, наконец, ответила приятным, совершенно ангельским голосом:

- Привет! Можешь. Пойдёшь со мной?

Она смотрела мне в глаза, но мне показалось, что она смотрит в мою душу. А вопрос был странный, да ещё от девушки. "Не находите?". Я никогда даже не думал, что такое услышу в ответ на вопрос: “Познакомимся?”. Тем не менее, я не чувствовал ни малейшего недоверия, от неё шла какая-то чистота. Но всё равно на секунду замялся. Она же, вдруг просто протянула мне руку. "Не верите?". Так и было. Я опешил от такого, но сразу подал руку в ответ. Она повела меня к кассам и там взяла два билета до ближайшего пригорода. Затем мы вышли к путям, судя по билету наш поезд был минут через двадцать. Она вела меня за собой, к мосту, который поднимался над путями и вёл на другую сторону города. Мне почему-то в голову не приходило остановить её или хотя бы спросить: “Куда мы идём?”, настолько я был во власти её странной силы. Через минуту мы очутились на середине моста, отсюда был хороший вид. Направо и налево простирались рельсы, на столько, на сколько видит глаз.

Девушка отпустила мою руку и обернулась. Меня прошиб сначала холод, потом жар. Она же была спокойна, и просто улыбнувшись мне, заговорила:

- Меня Мари зовут.

- Э...м, а я Ник, - ответил я.

- Ник, класс. У тебя такой вид, Ник, - она снова улыбнулась, - Ты удивлён моему поступку?

- Очень, - ответил я, снова краснея, - ты подаешь мне руку и куда-то ведёшь, не говоря ни слова, я думаю, тут любой не то что удивится, а как бы сказать.

- Поняла, - она усмехнулась, - ты, я вижу, не разочарован в том, что пошёл со мной.

- Нет. Скажи мне, ты не боишься вот так дать руку человеку, незнакомому мужчине, и уйти с ним сюда, в место, где гораздо меньше людей? – я был всё же в недоумении от её поступка.

- Я была в тебе уверена, вот и сделала это, это чистая импровизация, - ответила она.

- Как это, была уверена?

- Я чувствую людей. Мне достаточно пары взглядов, чтоб увидеть суть человека и понять, на что он способен.

- Ничего себе. А что ты скажешь про ту женщину, которая там внизу стоит, про проводницу, - я указал вниз.

Внизу у вагона стояла женщина лет сорока с каким-то раздражённым лицом. Мари перегнулась через перила и посмотрела на неё с минуту. Затем, повернувшись ко мне, она сказала:

- Она устала и несчастна, что-то у неё случилось, но вообще она хороший человек, сейчас ей нужна помощь, ей нужно дать доброе направление, поддержать. Почему люди иногда злы, Ник, ты знаешь?

- Я думал об этом, но точно выразить мысль не смогу, сложный вопрос.

- Всё очень просто. Люди злы потому, что несчастны, или глупы. Всем нужна любовь и поддержка, более ничего не нужно. Людям нужно верное направление показать.

Она была так уверена в своих словах, что это просто поражало меня.

Я задумался на секунду. Мари вдруг сказала мне: “Подожди минуту!”. Она направилась вниз по одной из лестниц, к вагону, у которого стояла проводница. Я наблюдал за её походкой, разглядывал её одежду. Шла она легко и ровно, без малейших сомнений, такую свободную походку, честно говоря, я ещё ни у кого не видел. Одета она была просто, но очень аккуратно, стильно и женственно, на ней была короткая оранжевая куртка до талии, жёлтая футболка, с надписью, которую я ещё не разглядел и коричневая юбка средней длины, такой, которая не только не мешает подвижности, но и не привлекает мужские взгляды. Я видел, как она поздоровалась с женщиной, и начала с ней разговор. Что-то рассказывала, но больше кивала и слушала проводницу, минуты через три они обнялись, потом постояли немного, затем Мари, видимо попрощалась, так как направилась обратно, в мою сторону. Я заметил, что проводница повеселела, её лицо, оно будто преобразилось. Мари поднялась ко мне, и сходу заговорила:

- Ну как тебе она теперь? Лучше?

- Что ты с ней сделала? - удивлённо спросил я.

- Выслушала, дала пару советов, в общем, проявила участие и любовь.

Теперь я разглядел надпись на её футболке: “Be brave, be strong, be true”. Сильно.

- Просто, магия, - я не нашёлся сказать ничего более.

- Что-то вроде, я дала ей то, в чём нуждается каждый человек в силу своей природы. К сожалению, в нашем мире, мало кто сейчас это понимает. Всё вокруг становится бездушным, люди прячутся в панцирь, ставят себе рамки, живут стереотипами, страхами. Окружение совсем не участвует в судьбе людей. А ведь иногда нужно сделать, так мало, чтоб человек поднял голову. Всем нужна любовь, только и всего.

Её голубые глаза будто засверкали ещё ярче после этой речи, а лицо как-то ещё более оживилось, просияло. Я залюбовался ей. Прошло секунд тридцать, как вдруг по вокзалу раздалось оповещение о том, что поезд в Ла Ферте-Сент-Обен отправляется через пару минут. Мари вскрикнула: “Наш, бежим!”. Мы побежали вниз по лестницам, проскакивая между людьми, я едва поспевал за моей новой знакомой. Мы заскочили в тамбур, буквально за секунду перед тем, как двери захлопнулись. Людей ехало мало и мы сели напротив друг друга. Я тяжело дышал, Мари тоже.

- Фух, успели, - улыбнулась Мари.

- Да, - отозвался я.

- Ты был в Сент-Обене?

- Не был, не доводилось ещё.

- А зря. Тебе понравится, ручаюсь, это моё любимое место, - в её глазах блеснул огонёк.

- Не сомневаюсь, - улыбнулся я.

Более мы не разговаривали. Мари откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Пока она была для меня загадкой, хотя все её поступки выглядели как-то очень просто и естественно, только что необычно. Значит, я ей понравился, или зачем она ещё так мне доверилась, размышлял я. Где-то я помнится, читал, что в первую очередь женщина выбирает мужчину. От размышлений меня отвлекло то, что объявили Сент-Обен.

Вокзал тут был маленький, но очень изящный, стилизованный под девятнадцатый век. Где-то я слышал, что это в основном курортный посёлок. Мари уверенно направилась к выходу, я не отставал от неё, по ней было видно, что она всё тут знает. Пройдя вокзальную площадь, мы оказались, по-видимому, на главной улице. Вокруг по обе стороны были малоэтажные дома. Мари шла неторопливо, то и дело оглядывая меня.

- Чем ты занимаешься, Ник? Фотографируешь? – спросила она через пару минут.

- Да, - я качнул фотоаппарат на шее, - фотографирую всё, что нравится.

- Здорово, я очень люблю фото, - отозвалась она, - Ник расскажи мне, что тебя беспокоит?

Она снова будто смотрела мне прямо в душу. Какие честные глаза, я уже доверял ей. Встретив её, я как-то и позабыл все свои проблемы.

- Если вкратце, то я ещё недавно собирался покинуть Орлеан, буквально уже двинулся за билетом, но тут появилась ты, - смущенно начал я.

Она широко улыбнулась и сказала:

- Ничего себе!

- У меня сейчас не очень ситуация, - продолжал я, - вот и собирался в деревню к бабуле, хотя и не понимаю, что там делать.

- Насколько не очень?

- Да, как бы тебе сказать, - я замялся, мне неловко было говорить, что у меня пустой карман.

- Скажи как есть.

- Нет денег, нет работы, нет ночлега – вот я и собирался уезжать.

- Ого, но и это ничего. С этого всё только начинается и прямо сейчас. Почувствуй это, Ник!

- Как это только начинается? По-моему наоборот, всё зашло в некий тупик.

- Ты прошёл определённый этап, поработал, пожил определённым образом – пора двигаться дальше.

- Ты это чувствуешь? Откуда такая уверенность? – мне было непонятно её мышление.

- Если ты поступал правильно, и жизнь привела тебя к таким обстоятельствам как теперь, значит всё идёт как надо.

- Жизнь?

- Называй это как хочешь: жизнью, Богом, вселенной.

- Интересно ты мыслишь. Может, ты знаешь, что мне делать сейчас?

- Сейчас ты уже кое-что делаешь, ты идёшь за мной. А вообще, отпусти мысли, они тебя вводят в стресс и только путают всё. Включай душу!

- Это как?

- Сейчас поймёшь! – азартный огонёк пробежал по её глазам, - догоняй меня!

Она задорно засмеялась, тронула меня легонько за плечо и сорвалась с места, точно ветер. “Давай же, Ник!”, только и донеслось до меня. Через пару секунд я уже бежал за ней, что есть сил. Маленькие улочки пролетали незаметно.

Надо сказать, что бегала Мари отлично, я был постоянно шагах в десяти от неё, не в силах сократить дистанцию. Я собрал всё свою волю в кулак и ускорился как мог, мы летели уже минут десять, я перестал замечать улицы, дороги, всё остальное, весь ушёл в бег. Результат такого рвения не заставил себя ждать и я почти уже догонял Мари, не хватало пары шагов. Ещё минута и моя рука достигла её плеча. Она остановилась и улыбаясь повернулась ко мне.

Мы стояли переводя дух и только теперь я огляделся по сторонам. Мы находились на какой-то узкой дорожке, окружённой высокими декоративными насаждениями, похоже на парк. Вокруг стояла тишина. Прошло минут пять, или семь, прежде чем дар речи вернулся к нам.

"Вот так надо жить Ник, изо всех сил! Отбрось всё, я вижу, ты уже сделал шаг к своей душе. Ты удивишься, когда откроешь истинного себя, очень удивишься, - она почему-то вдруг смутилась, но тотчас взяла себя в руки, и продолжила, - действуй каждый раз так, как бежал за мной, но это ещё не всё, пойдём".

Мы двинулись вперед. "Какой густой кустарник, ничего за ним не видать," - думал я. "Уже скоро", - сказала Мари.

И в самом деле, едва мы завернули за поворот, как дорожка расширилась, и я увидел достаточно большой фонтан, а чуть поодаль от него, полукругом, стояло несколько скамеек. Мари улыбнулась, увидев всё это.

- Я часто тут бываю, а всё не могу привыкнуть, каждый раз радуюсь, как маленькая.

- По-моему, это мило и здорово, - ответил я.

Мари села на одну из скамеек. Я подошёл к фонтану и умылся, как же хорошо. Солнце стало понемногу садиться, его свет слабел и становился всё более оранжевым. Я прошёлся вокруг фонтана и сел рядом с Мари. Она сидела неподвижно, с закрытыми глазами, было слышно её тихое дыхание. Я наблюдал за ней. Чистое, ясное лицо, такое естественно красивое - диво.

Я вспомнил девушек, которые мне когда-то нравились. Любил ли я их? Нет, вряд ли, мы просто весело проводили время. Они были совсем другими, интересовались какими-то бытовыми вещами: магазинами, барами, деньгами.

Мари, она будто не от мира сего, ей будто и не было никогда дела до подобных вещей. Ход моих мыслей прервал её голос:

- Ник, тебе нравиться здесь?

- Очень, давно не был в таких местах.

- Тишина. Как я люблю тишину! Она очень важна для каждого. Попробуй выключить поток мыслей, дыши и наблюдай за собой, всё станет яснее, сконцентрируйся. Настоящие мысли, верные приходят в покое.

- Хм. Попробую.

Мне стоило усилий остановить мои волнения и бродившие мысли. Наконец, это мне удалось. Я прочувствовал своё тело, прочувствовал напряжение в нём, постарался расслабиться. Прошло минут десять или может пятнадцать, мне стало легче.

Мари коснулась моей руки:

- Ник?

- Всё хорошо. Мне лучше. Ты права, надо почаще бывать в тишине, - ответил я.

Она улыбнулась.

- Сфотографируешь меня?

- Конечно.

Я достал фотоаппарат. Мари встала рядом у фонтана. Я смотрел в видоискатель, выверяя композицию. Щелкнул спуск. Хорошо получилось: вечер, девушка, фонтан.

- Ник, иди сюда! Вместе снимемся! – звонко зазвенел её голос.

Установив фотоаппарат на скамье, и поставив задержку спуска, я подошёл к Мари.

"Как же мне встать рядом с ней? Не хочу, чтобы на фото мы выглядели как незнакомцы. Ведь я давно уже понял, что она мне очень нравится. Надо взять её за руку", - думал я.

А счётчик ускорялся, времени оставалось немного. Я встал с ней наравне и взял её за руку, она не отняла её, даже напротив, её пальцы переплелись с моими. В очередной раз щелкнул затвор. Мы переглянулись, улыбнувшись друг другу. Кажется, фото получилось.

Некоторое время мы так и стояли, наблюдали друг друга. Глядя на мою новую подругу, я всё яснее чувствовал, что знаю её довольно давно, а ведь с момента нашего знакомства прошло не более трёх часов. Интересно, как можно так быстро привыкнуть к человеку?

Тем временем вечерело. Я вдруг вспомнил, что мне негде ночевать сегодня. Странно, что эта насущная мысль так надолго покинула меня. Неужели я так увлекся знакомством с Мари? Несомненно, такого интересного и свободного человека я ещё не встречал, вдобавок, она как-то расшевелила меня, даже вдохновила. Да, верно говорят, не хлебом единым жив человек, без духовной опоры никуда. Сегодня она стала этой опорой, поддержав меня.

От моих размышлений меня отвлёк оклик Мари, которая, оказывается, сидела на лавочке (я так задумался, что не заметил, как она отошла от меня) и держала мой фотоаппарат:

- Эй, Ник! Ты как? Минут пять уж стоишь с серьёзным видом.

Я улыбнулся ей:

- Хорошо, интересные мысли приходят, - я задумчиво посмотрел на фонтан, - хороший сегодня день.

- Отличный, - ответила Мари и зарделась румянцем, почувствовав это, она потупила глаза.

Я сделал вид, что не заметил этого, но радость от известного читателю предположения пробежала внутри меня. Тактично решив не смущать Мари ещё более, я повернулся в противоположную сторону и сделал пару шагов к той дорожке, откуда мы пришли. Красиво, особенно сейчас, когда солнце садится. Пора бы уже двигаться куда-то на отдых, только куда?

Не прошло и двух минут, как подошла Мари.

- Вот твой фотоаппарат, - она отдала его мне, - Покажешь свои снимки потом?

- Да, конечно.

Мари тоже посмотрела вперёд задумчивым взглядом и сказала:

- Пора бы домой. Я тут недалеко живу. Познакомишься с моим отцом, переночуешь. Пойдём?

Такое предложение не очень удивило меня, от Мари услышать что-то особенное, то, о чём другие даже не подумают, это нормально. А на самом деле, что такого в том, чтобы предложить человеку реальную помощь? Да ещё тогда, когда ты уверен в нём.

- Пойдём, - ответил я.

Мы не спеша двинулись по дорожке. Молчали. Я хотел спросить Мари кое о чём, но решил, что спрошу позже. Тем временем парк закончился, мы вышли на какую-то глухую улицу на окраине посёлка, тут не было ни души.

Дома пока попадались редко, в основном маленькие, вероятно дачи. Прошло минут двадцать, уже близился закат. Мы прошли улиц шесть и теперь нам встречались местные жители, которые с интересом поглядывали на меня, Мари же почти со всеми из них здоровалась, иногда даже общалась. Ей улыбались, спрашивали как она, и вообще, было видно, что её здесь очень любят.

Когда мы вступили на очередную улицу, Мари сказала мне:

- Мы почти пришли Ник. Моего отца зовут Майкл, но друзья называют его Майк, он хороший, правда малость строгий, но думаю, что вы поладите.

- Хорошо, - ответил я.

Мне было очень любопытно увидеть отца этой необычной девушки. Через пару минут мы подошли к добротному двухэтажному дому. На почтовом ящике я прочитал надпись: “Vensan”. Видимо это их фамилия. Мари открыла калитку и прошла вперёд. Я шёл медленнее, рассматривал территорию перед домом. Вдоль дорожки, были посажены различные цветы, но я узнал только тюльпаны. Мы поднялись на крыльцо. Моё внимание привлекла широкая входная дверь, она была из дерева красноватого цвета, а кроме ручки, на ней висело большое металлическое кольцо, чтобы стучать. Мари взялась за кольцо и постучала, толи шесть, толи семь раз. Через пару минут дверь открылась, на пороге появился крепкий мужчина высокого роста.

- Добрый вечер, папа! – радостно сказала Мари и обняла его.

- Здравствуй дочка! – ответил он, взаимно обняв её, - Где ты сегодня была? В каких дальних далях? И кто это с тобой?

- Где только не была. Это Ник, папа, он мой друг. Знакомьтесь!

- Будем знакомы, Ник, меня Майк зовут! – приветствовал меня Майк и протянул мне свою крепкую руку.

- Здравствуйте! Ник, - ответил я и пожал руку.

- Ник, сразу договоримся, никаких “вы”, на “ты” будем. Не люблю я этого.

- Хорошо, Майк!

- Вы как раз вовремя ребята, я тут готовить собирался. Давайте-ка вместе.

- Здорово, пап! Ник? – Мари посмотрела на меня с вопросом.

- Я буду рад.

- Отлично.

Помыв с дороги руки, мы прошли в гостиную, достаточно большую хорошо освещённую комнату. В центре её, я даже не поверил своим глазам, находился камин.

- Камин! Ничего себе! Неужели он отапливает весь дом? – удивлённо спросил я у Майка.

- Да куда там, одну гостиную только согревает, а в других комнатах у нас батареи. У огня, конечно, здорово посидеть вечерком, - ответил он, ворочая кочергой угли.

Сейчас, при свете огня, я хорошо разглядел его, на вид Майку было около пятидесяти, выглядел он отлично, сильные руки и шея, прямой умеренной длины нос, серые глаза, лоб с несколькими морщинами и борода с бакенбардами в пару сантиметров. На лице читалась уверенность и сила.

Тут по комнате разнёсся звонкий голосок Мари:

- Мужчины! Пойдёмте готовить!

- Идём! – ответил Майк.

Мы переместились в кухню. Тут было очень уютно, везде была видна женская рука, должно быть рука Мари. "Интересно, а где же жена Майка? Судя по всему, он живёт вдвоём с дочерью. Ладно, потом спрошу", - подумал я.

Мари тем временем с деловым видом доставала из холодильника огурцы, редис и ещё какую-то зелень, названия которой я не знал.

- Что будем готовить, дочка? – спросил Майк, присев за небольшой столик в центре.

- Предлагаю вам заняться салатом, – улыбнулась Мари, - а я испеку пирог.

- Отлично, - отозвался Майк, - а ты что думаешь Ник?

- Я? Я люблю пироги, да и салаты тоже.

- Вот и решили! – усмехнулся Майк, - с чем у тебя пирог будет, дочка?

- Хочу с яблоком испечь - мой любимый.

- О, обожаю его, - с видимым удовольствием сказал Майк.

- А ты Ник? Любишь с яблоком? – Мари вопросительно посмотрела на меня.

- Люблю и даже очень! – ответил я.

Наши взгляды как-то неосознанно задержались друг на друге. Это не осталось незамеченным для Майка, я почувствовал, что он с улыбкой смотрит на нас.

"Ладно, ребята, хорош глазами стрелять, - сказал он, в голосе его слышались довольные нотки. "Ник, давай к столу! Овощи будем резать".

Мы принялись за овощи. Майк шинковал ловко, я же, медленно и осторожно, нечасто мне приходилось готовить. Тем не менее, минут за десять мы управились, под конец заправив салат майонезом. У Мари дело тоже спорилось, пирог уже стоял в духовке.

Мы сели за маленький кухонный столик. Мари сидела с отсутствующим взглядом, похоже, над чем-то размышляла. Майк обратился ко мне:

- Ник, откуда ты родом?

- По отцу из деревушки под Орлеаном, а мать у меня из Парижа.

- Интересно, - Майк отвёл глаза куда-то в сторону, будто вспоминая что-то, через минуту он продолжил.

- А ты Ник? Жил в Париже?

- Я родился и жил там лет до двадцати двух, - ответил я.

- И как тебе? Как вышло, что ты теперь здесь?

- Некоторые места я там очень люблю. А вообще, он слишком велик для меня. Изначально я приехал к родственникам, но потом здешние места мне приглянулись и вот уже года три как я в Орлеане.

Тут в разговор включилась Мари:

- Кто твои родные, Ник? Где они сейчас?

- Отец композитор, в Париже выступает, с оркестрами. А мама, мама библиотекарь, книги очень любит. Под Парижем живут, я несколько не в ладах с ними сейчас. Отец меня устроил в лучший университет города, я же ушёл оттуда через пару лет, а потом и вовсе уехал к бабушке. С тех пор родители считают, что я их подвёл, - вздохнул я.

- Да, грустно всё это, - задумчиво изрёк Майк, - Не верят тебе? Быть может университет это не твой путь?

- Не верят. Учиться по их совету пошёл, не знал, куда податься, глупо вышло.

- Всё наладится, Ник, общайся с ними сейчас на те темы, на которые возможно, - ответила Мари.

- Благодарю, за поддержку, – кивнул я.

- Всегда рады, - ответил Майк почти хором с Мари.

Мы помолчали с минуту, затем Мари сказала:

- Пап, теперь твой черёд рассказывать!

- Да, конечно, - улыбнулся Майк, - ну слушай Ник. Я с этих мест, а вот её мать тоже была парижанкой.

- Надо же! – удивился я, - А почему была?

- Сейчас её нет с нами, погибла в этом мегаполисе, в автомобильной аварии, когда дочери лет восемь было, - вздохнул он.

- Соболезную! – участливо сказал я.

- Благодарим тебя, - отозвался Майк, - хоть и давно это было, но я часто вспоминаю Авелин, в Мари её вижу, сильно они похожи.

Майк замолчал, было видно, что он взволнован.

- А я вот не очень хорошо помню маму, - продолжила разговор Мари, - Помню только, что любила её.

Вскоре Майк несколько пришёл в себя и продолжил:

- Ух, что ж это я, в ностальгию ударился, сменим тему. Ник, расскажи-ка мне лучше, как вы с Мари познакомились? Давно вы вообще знакомы? Что-то мне подсказывает, что недавно, такого парня Мари бы привела сразу.

- Папа, ну хватит! - засмущалась Мари.

- Ни за что не угадаете Майк, - улыбнулся я, (у меня не всегда выходило говорить с ним на “ты”, всё ж разница в возрасте), - Я и сам до сих пор удивлён этому.

- Неужели? Держу пари, что мои предположения будут недалеки от истины!

Вместо меня ответила Мари:

- Мы познакомились на вокзале, папа, сегодня, часов в пять вечера.

- Сильно дочка, сильно. Зная тебя, я предполагал, что это произошло не позже трёх дней назад. Но сегодня, такого я всё ж не ожидал! - Майк даже хлопнул руками по коленям.

Мари не успела ничего ответить, она отошла к духовке проверить пирог.

- Как это было, Ник? – продолжал Майк.

Я рассказал о нашем знакомстве, затем плавно перешёл к рассказу о себе, о том, чем занимаюсь и, наконец, о моём неважном положении в настоящий момент.

- Интересная история, необычная, впрочем, я не первый раз слышу подобное, - сказал Майк.

Затем он посмотрел на Мари и обратился к ней:

- А ты себе не изменяешь, дочка, каждый день что-нибудь новенькое.

Она улыбнулась в ответ.

Через три минуты пирог был готов. “Пойдёмте в гостиную!” – сказала Мари.

В гостиной стоял большой круглый стол, за ним вместилось бы человек шесть. Мари начала резать пирог. Майк разливал чай, а я наблюдал языки пламени в камине.

Стали есть, пирог был очень хорош, мы с Майком то и дело хвалили его и Мари была очень довольна. Когда очередь дошла до чая, Майк вернулся к теме нашего с Мари знакомства:

- Интересное у вас знакомство получилось Ник, что-то очень близкое сразу. Мари приглашала в гости подруг, и просто девушек своего возраста, но мужчину я первый раз у нас вижу, как бы то ни было я доверяю дочери, да и ты мне сразу понравился.

- Благодарю, пап, - обрадовалась Мари.

- Смотри дочка, под твою ответственность, - сказал он шутливым тоном и добавил, обращаясь ко мне, - рад знакомству, Ник!

- Взаимно, Майк! – ответил я.

Мы ещё раз пожали друг другу руки.

Ужин кончился. Мари отлучилась на кухню, а мой взгляд привлекли рамочки с фотографиями, висевшие на противоположной стене недалеко от камина. Я подошёл к стене и стал рассматривать их. Почти на всех была Мари в самом разном возрасте. Было и несколько фотографий Майка в полицейской форме и с женой. Мари действительно была очень похожа на его Авелин, те же черты лица, глаза, и что-то завораживающее, то, что так привлекло меня в Мари. Впрочем, кое-чем они всё же отличались, у моей подруги был более взгляд отца, чем матери.