Сказки Лунной Долины

— Соня! — крикнул он. — Соня, ты здесь?

Совушка Соня уже ждала его. Она сидела на нижней ветке и внимательно смотрела на Топтыжку своими круглыми жёлтыми глазами.

— Я знаю, зачем ты пришёл, — сказала она. — Ты хочешь спасти цветы. Ты хочешь дождя.

— Да! — закивал Топтыжка, и его толстые щёки запрыгали. — Как ты догадалась?

— Я всё вижу с высоты, — ответила Соня. — Земля пересохла, ручьи почти высохли, всем грустно. Но знаешь, Топтыжка, я заметила одну странность. Когда ты идёшь по лесу, земля под тобой чуть-чуть вибрирует. Ты такой тяжёлый и такой сильный, что твой топот разносится далеко-далеко. И я подумала: а что, если твой топот может разбудить дождь?

— Мой топот? — удивился Медвежонок. — Но я же просто иду. Иногда я даже спотыкаюсь и падаю, тогда земля дрожит ещё сильнее, но дождь от этого не начинается.

— А ты пробовал топать специально? — спросила Соня. — В ритме, как в танце? Дождь — это не просто вода, это музыка. Капли падают в такт. И если ты найдёшь этот такт, если твой топот будет похож на песню, то тучи услышат и откликнутся.

Топтыжка задумался. Он никогда не думал о том, что его ноги могут быть музыкальными. Он всегда считал себя неуклюжим и даже немного мешковатым.

— Но я не умею танцевать, — признался он. — У меня лапы большие и тяжёлые. Я только падать умею.

— Вот и отлично! — засмеялась Соня. — Падение — это тоже часть танца. Главное, чтобы твои шаги были ритмичными, как колыбельная. Топай, Топтыжка, топай. Но не просто так, а с душой. Представь, что каждая твоя нога — это барабан, а земля — это большой барабан. И ты играешь на нём мелодию для туч.

Медвежонок посмотрел на свои лапы. Они были огромными, мохнатыми и казались такими неуклюжими. Но он очень хотел помочь своим цветочкам. И он решил попробовать.

— Хорошо, — сказал он. — Я попробую. Но где мне топать?

— Иди на самую высокую поляну, — показала крылом Соня. — Туда, где ветер гуляет свободно. Там твой топот будет слышен далеко-далеко, и тучи смогут его услышать.

Топтыжка побрёл на высокую поляну. Это была та самая поляна, где он каждый день поливал свои цветы, только теперь она была не зелёной, а жёлто-коричневой, и все цветы лежали на земле, как маленькие больные.

— Бедные мои, — прошептал он. — Сейчас я вам помогу.

Он встал посередине поляны, поднял голову к небу, которое было чистым-пречистым, без единой тучки, и начал топать.

Топ-топ-топ — неуклюже, тяжело. Земля под ним вздрагивала, но ничего не происходило. Ни одной капли.

— Сильнее! — крикнула Соня, которая прилетела и села на соседний камень. — Топай как можно сильнее, но не торопись. Чувствуй ритм.

Топтыжка закрыл глаза. Он вспомнил, как мама в детстве пела ему колыбельную. Она была медленной, тягучей, как мёд, и в ней был особый ритм: баю-бай, баю-бай. Он начал топать в этом ритме: тяжёлый шаг — пауза, лёгкий шаг — пауза, потом два коротких шага.

— Так-так, баю-бай, так-так, баю-бай, — бормотал он себе под нос.

И вдруг он почувствовал, что его ноги сами начинают двигаться быстрее, веселее. Он уже не просто топал — он пританцовывал. Он переступал с ноги на ногу, приседал, вставал, делал смешные прыжки, от которых земля гудела, как большой барабан.

— Ой! — вскрикнул он, когда случайно наступил на камешек и кувыркнулся. Но он не расстроился, а встал и продолжил свой танец.

Совушка Соня смотрела на него и улыбалась. Топтыжка был таким смешным в своём косолапом танце, но в то же время таким искренним, что даже ветер, который до этого был ленивым и горячим, начал вдруг дуть свежее.

А потом случилось чудо.

Сначала на небе появилась маленькая серенькая тучка. Она была совсем крошечной, размером с ладонь Медвежонка. Но она была! Топтыжка увидел её и закричал:

— Смотри! Тучка!

— Топай, Топтыжка, топай! — подбодрила его Соня. — Она растёт!

И Медвежонок затопал ещё сильнее. Теперь он прыгал на двух ногах, хлопал в ладоши и даже рычал в такт: «Р-р-р-топ-топ-топ!» Тучка росла, к ней присоединились другие тучки, и вскоре всё небо затянулось серым пушистым покрывалом.

— Ещё немного! — кричала Соня. — Твой танец должен стать колыбельной для земли! Плавно, мягко!

Топтыжка замедлил темп. Теперь он ступал мягко, как мама, которая ходит на цыпочках, чтобы не разбудить ребёнка. Он переставлял лапы осторожно, но с достоинством, и его шаги звучали уже не громко, а нежно: тук-тук, тук-тук.

И вот с неба упала первая капля. Она упала прямо на нос Топтыжке. Он поднял голову и широко улыбнулся.

— Дождик! Настоящий дождик!

Потом упала вторая капля, третья, и вдруг всё небо открылось, и на землю полился тёплый, свежий, прозрачный дождь. Он не был ливнем, который сбивает с ног, нет. Это был мягкий, серебристый, чуть слышный дождик, как будто само небо гладило землю по головке.

Зверята, которые сидели в своих норках, выглянули наружу. Ушастик высунул уши и подставил их под капли. Рыжик выскочил из дупла и закружился в дожде. Лисёнок Огонёк облизнул одну каплю и заявил, что она сладкая, как малиновый сок.

А Топтыжка стоял посреди поляны, и его шубка быстро намокала. Но он не прятался. Он поднял лапы к небу и громко засмеялся.

— Я сделал это! Я вызвал дождь! Я танцевал, и дождь пришёл!

— Ты не просто танцевал, — сказала Совушка Соня, прячась под большим листом, чтобы не намокнуть. — Ты подарил земле музыку. Дождь услышал твой ритм и запел вместе с тобой. Теперь смотри, что будет.

И Топтыжка посмотрел вокруг. Цветы, которые совсем недавно лежали на земле, начали поднимать свои головки. Синие колокольчики зазвенели от радости (звон был едва слышным, но Медвежонок его услышал). Ромашки раскрыли свои лепестки и заулыбались солнцу, которое пряталось за тучами. Трава, которая была жёлтой, начала зеленеть прямо на глазах, и по ней побежали маленькие ручейки.

— Смотрите! — закричал Бельчонок Рыжик. — Ручей снова зазвенел! Вода пошла!

И правда, тоненький ручеёк, который почти исчез, снова наполнился водой и зажурчал, как колокольчик. Он бежал по камням, облизывал их и весело подпрыгивал на каждом уступе.

— Ура! — закричали все хором. — Дождь! Дождь пришёл!

Но самое удивительное произошло потом. Когда дождь чуть поутих и стал совсем лёгким, почти как туман, Совушка Соня вылетела из-под листа и сказала:

— Топтыжка, а теперь прислушайся к дождю. Он ведь тоже поёт. Он повторяет твой ритм.

Медвежонок замер. Он закрыл глаза и прислушался. Капли падали на листья, на землю, на камни, и каждая создавала свой звук: кап-кап, кап-кап. И этот звук был ровным, спокойным, убаюкивающим. Это был тот самый ритм, который он придумал, когда топал — баю-бай, баю-бай.

— Правда! — удивился Топтыжка. — Дождик поёт колыбельную! Мою колыбельную!

— Он запомнил твой танец, — сказала Соня. — Теперь он будет лить, пока земля не напьётся, но после он успокоится и станет тихим, как сон. А ты, Топтыжка, стал настоящим героем — ты спас Лунную Долину от засухи.

Медвежонок расправил плечи и почувствовал, что его сердце наполняется гордостью. Он не просто вызвал дождь — он подарил всем радость, прохладу и надежду. А ещё он понял, что даже неуклюжий и косолапый может совершить чудо, если делать что-то от всего сердца.

Вечером, когда дождь закончился, и на небе засияли звёзды, все зверята собрались на поляне. Трава была мокрой, но зелёной и мягкой. Цветы стояли красивые и свежие, а ручей бежал и звенел, как будто никогда и не пересыхал.

— Топтыжка, — сказал Ушастик, — ты сегодня главный герой. Ты научил нас, что дождь можно вызвать танцем. Можно, мы теперь тоже будем танцевать, когда захочется дождя?

— Конечно, — засмеялся Топтыжка. — Но только помните: танец должен быть добрым и ритмичным. И не надо пытаться прыгать выше меня, а то земля может не выдержать.

Все засмеялись, потому что Топтыжка был самым большим и тяжёлым, и никто не мог перепрыгнуть его.

— А знаешь, — вдруг сказал Лисёнок Огонёк, — я заметил, что твой дождик был хрустальным. Капли падали и блестели, как стеклянные. Давай назовём его «Хрустальным дождиком»?

— Здорово! — обрадовались все. — Хрустальный дождик!

Топтыжка покраснел и смущённо почесал за ухом. Ему было приятно, что его дождь получил такое красивое имя.

А потом наступила ночь. Все разошлись по своим домам, но Медвежонок не уходил. Он сидел на поляне, подставляя шубку лунному свету, и слушал, как ручей журчит колыбельную.

— Ты не идёшь спать? — спросила Совушка Соня, присаживаясь рядом.

— Нет, — тихо ответил Топтыжка. — Я хочу запомнить этот день. Сегодня я понял, что даже мои неуклюжие лапы могут творить чудеса. Раньше я думал, что я просто большой и неловкий, а оказывается, я — музыкант. Я могу играть на земле, как на барабане.

— Ты всегда им был, — сказала Соня. — Просто ты об этом не знал. Каждый из нас имеет свой дар. У Ушастика — доброе сердце, у Рыжика — ловкость, у Лисёнка — хитрость (иногда она бывает полезной), а у тебя — сила и ритм. Только ты должен был это открыть.

— Спасибо, Соня, — сказал Топтыжка. — Если бы не ты, я бы никогда не додумался топать. Я бы просто сидел и грустил.

— А ты не грусти, — улыбнулась Сова. — Теперь у тебя есть новый танец. И если когда-нибудь в Долине снова станет сухо, ты знаешь, что делать.

Медвежонок кивнул, поднялся на ноги и пошёл домой, к своей маме. Мама-Медведица ждала его у входа в берлогу и, увидев мокрого, но счастливого сына, обняла его.

— Ты сегодня был просто великолепен, — сказала она. — Я видела, как ты танцевал. Ты был похож на маленького богатыря, который победил жару.

— Мама, — спросил Топтыжка, укладываясь на свою мягкую подстилку из сухой травы, — а ты тоже умеешь танцевать дождь?

— Конечно, умею, — рассмеялась мама. — Я же твоя мама. Просто я танцую по-другому — когда я пеку пироги, мои руки двигаются так, что тесто поднимается, как облако. А когда я стираю твои штанишки, моя тёрка поёт такую песню, что даже стирка становится веселее. Каждый танец по-своему волшебный.

Топтыжка закрыл глаза. Он был счастлив. Он спас цветы, ручей и всю долину, и теперь ему снился самый сладкий сон, в котором он танцевал на облаках и вызывал радугу.

И тут тихо-тихо, почти беззвучно, Совушка Соня начала свою колыбельную. Она сидела на берёзе у самого входа в берлогу и пела так, чтобы Медвежонок мог слышать:

— Топ-топ, мой медвежонок,

Топ-топ, ты не ребёнок,

Ты большой и сильный,

Ты дождик звал красивый.

Ты топал и плясал,

И дождик в гости звал.

Он капал, как колыбель,

Баюкая весь лес и ель.

Теперь цветы проснулись,

Ручьи заулыбались,

И каждый знает ныне —

Ты гений на чужбине,

На этой же земле,

В своей родной норе.

Спи, Топтыжка, спи,

Ты теперь в любви.

Твои шаги — как песня,

Их слушают все вместе.

Баю-бай, малыш,

Ты дождик, не шуршишь,

Ты спишь, а дождик спит,

И весь лес молчит.

Песня уплывала в ночь, смешиваясь с журчанием ручья и шёпотом листьев. Топтыжка во сне улыбался — он слышал, как его собственное сердце стучит в том же ритме: тук-тук, баю-бай, тук-тук. И он знал, что этот ритм останется с ним навсегда.

А за окном, на высокой траве, которую полил его дождь, лежала одна-единственная утренняя росинка. Она была похожа на маленькую хрустальную каплю, которая помнила танец Медвежонка и обещала рассказывать о нём всем, кто утром проснётся и увидит её блеск.

Наутро в Лунной Долине всё дышало свежестью. Цветы тянулись к солнцу, ручей звенел громче прежнего, а зверята снова могли пить и купаться. И все они знали, кому обязаны этим чудом.

И когда Топтыжка проснулся и вышел из берлоги, его встретили радостные крики:

— Смотрите! Наш герой! Тот, кто вызвал Хрустальный дождик!

Медвежонок смущённо махнул лапой, но внутри у него распускался большой-большой цветок гордости. Он больше не считал себя неуклюжим. Он считал себя танцором, который умеет играть на земле, как на музыкальном инструменте.

И с того дня, когда в Лунной Долине случалась засуха, все зверяты приходили к Топтыжке и просили: «Пляши, Топтыжка! Подари нам дождик!» И он плясал, и дождь приходил, и все были счастливы.

А Совушка Соня смотрела на всё это и довольно ухала. Её задача была выполнена: она помогла ещё одному маленькому сердцу поверить в свои силы.

Вопрос-размышление для малыша:

А ты умеешь танцевать? Что ты чувствуешь, когда танцуешь? Может быть, когда ты прыгаешь и кружишься, ты тоже можешь вызвать что-то волшебное? Например, хорошее настроение у своих родителей или даже у дождя? Как Топтыжка, попробуй придумать свой танец для какого-нибудь доброго дела. И помни: даже если что-то не получается, попробуй сделать это с душой — и у тебя обязательно получится!

Глава 5. Как подружились Луна и Солнце

В Лунной Долине, где уже случилось много чудес, жило одно маленькое светило, которое всегда было чуточку грустным. Это был Лунный Зайчик. Не тот, что бегает по стенам от ночника, а самый настоящий сын Луны. Он жил на самой высокой горе, где ночью было прохладно и тихо, а днём — пусто и одиноко.

Лунный Зайчик был серебряным, как только что выпавший снег, с длинными ушами, которые светились в темноте мягким голубоватым светом. Он очень любил свою маму Луну, но ему иногда хотелось тепла. Настоящего, солнечного тепла, от которого тают сосульки и растут цветы.

— Мама, — спросил он однажды, когда Луна сияла особенно ярко, — а почему я никогда не вижу Солнце? Почему оно всегда уходит, когда мы приходим?

— Потому что мы с ним не друзья, — грустно ответила Луна. — Мы как две чаши весов: когда я поднимаюсь, оно опускается. Когда оно встаёт, я прячусь. Так устроен мир.

— Но почему мы не можем встретиться? — не унимался Зайчик. — Разве мы не можем хотя бы поздороваться?

— Мы пытались, — вздохнула Луна. — Однажды, очень давно, мы встретились. И поссорились. Каждый считал себя главнее. Солнце говорило, что без него жизнь погибнет. Я говорила, что без меня ночь будет кромешной, и никто не сможет спать. Мы так громко спорили, что звёзды разбежались, а на земле начались бури. С тех пор мы решили не встречаться.

Лунный Зайчик задумался. Ему казалось, что это очень глупо — не разговаривать с кем-то только потому, что когда-то был спор. Ведь он же никогда не видел Солнце, а вдруг оно на самом деле доброе? Вдруг оно тоже хочет дружить?

И Зайчик решил, что он обязательно должен найти способ познакомиться с Солнцем.

А в это же время, на другой стороне неба, где всегда было светло и жарко, жил Солнечный Лучик. Он был сыном Солнца — маленьким, золотистым, с озорными лучиками вместо волос и с вечной улыбкой на лице. Но у него тоже была своя печаль.

— Папа, — спросил он у Солнца, когда день клонился к закату, — а что там, за горизонтом? Куда мы уходим каждый вечер?

— Мы уходим спать, — ответило Солнце. — Нам нужно набраться сил, чтобы снова согревать землю.

— А кто нас сменяет? — не унимался Лучик.

— Луна, — нехотя ответило Солнце. — Она выходит, когда мы уходим.

— А почему мы никогда с ней не разговариваем? — спросил Лучик. — Мы же оба светим. Мы оба нужны земле. Почему мы не друзья?

— Потому что мы разные, — нахмурилось Солнце. — Я горячее и яркое, она холодная и бледная. Мы не подходим друг другу. И вообще, мы однажды поссорились, и с тех пор так повелось.

Солнечный Лучик посмотрел на уходящее солнце и решил, что это очень несправедливо. Он тоже никогда не видел Луну и очень хотел с ней познакомиться. Ведь если они такие разные, это не значит, что они не могут быть друзьями.

И Лучик тоже решил, что он должен найти способ встретиться с Лунным Зайчиком.

Так и получилось, что в один прекрасный вечер, когда Солнце уже почти скрылось за горизонтом, а Луна только начинала подниматься на небо, их дети оказались на одной и той же полосе сумерек — той самой золотисто-синей полоске, где день встречается с ночью.

Лунный Зайчик прыгал по мягкой траве сумерек, оставляя за собой голубые следы. Солнечный Лучик кувыркался в воздухе, рассыпая искры. И они столкнулись нос к носу.

— Ой! — воскликнул Зайчик.

— Ай! — воскликнул Лучик.

Они отскочили друг от друга и уставились с удивлением. Перед ними стоял незнакомец, сверкающий совсем иначе, чем они сами. У Зайчика был прохладный серебряный свет, у Лучика — золотой и тёплый.

— Ты кто? — спросил Зайчик.

— Я Солнечный Лучик, — ответил тот. — А ты?

— Я Лунный Зайчик, — сказал Зайчик и улыбнулся. — Я так рад тебя видеть! Я никогда не встречал никого с золотым светом!

— А я никогда не видел серебряного, — признался Лучик. — Ты такой красивый! Как звёздный дождь!

Они стояли и улыбались друг другу. Им было так интересно, что они забыли о времени.

— Послушай, — сказал Зайчик, — я слышал, что наши родители поссорились. Они не разговаривают. Но мы же можем разговаривать, правда?

— Конечно! — согласился Лучик. — Мы же не они. Мы новые, мы можем дружить, даже если они не хотят.

И они стали болтать. Зайчик рассказывал, как здорово ночью на горе, как звёзды шепчут сказки и как ветер поёт колыбельные. Лучик рассказывал, как весело днём на солнечных полянах, как птицы поют и как цветы раскрываются от тепла.

— Ты знаешь, — вдруг сказал Зайчик, — я всегда хотел почувствовать тепло. Но мама говорит, что я холодный, как лунный свет.

— А я всегда хотел почувствовать прохладу, — признался Лучик. — Папа говорит, что я слишком горячий и могу обжечься.

— Тогда, может быть, мы поменяемся? — предложил Зайчик. — Я поделюсь с тобой прохладой, а ты со мной — теплом?

— Отличная идея! — обрадовался Лучик.

И они приблизились друг к другу. Зайчик вытянул свою серебряную лапку, Лучик протянул свой золотой лучик. Они коснулись друг друга.

И в этот миг произошло чудо. Их света смешались, и вокруг них засиял нежный розовый свет, который никогда не видели ни на небе, ни на земле. Он был тёплым и прохладным одновременно, мягким и ярким, как первый весенний закат.

— Ой! — воскликнул Зайчик. — Мне тепло! Я чувствую тепло, но оно не жжёт! Оно приятное!

— А мне прохладно! — закричал Лучик. — Но я не замёрз! Мне свежо и хорошо!

Они закружились в танце, и их света переплелись так красиво, что даже звёзды, которые уже начали просыпаться на небе, остановились и зааплодировали.

— Смотрите! — зазвенела одна маленькая Звёздочка. — Лунный Зайчик и Солнечный Лучик танцуют вместе! Это же волшебство!

Звёздочка подлетела поближе. Она была очень любопытной и всегда мечтала, чтобы все на небе дружили.

— Вы такие красивые вместе, — сказала она. — Почему ваши родители не хотят мириться? Если бы они увидели, как вы танцуете, они бы поняли, что быть вместе — это не значит быть одинаковыми. Это значит дополнять друг друга.

— Но они не хотят встречаться, — вздохнул Зайчик. — Они даже не разговаривают.

— А мы можем им помочь! — воскликнул Лучик. — Мы можем устроить встречу! Мы же их дети! Они нас послушают!

— Но как? — спросил Зайчик. — Они не могут встретиться просто так. Они же небесные тела. У них свои орбиты.

— А я знаю! — сказала Звёздочка. — Бывает такое редкое явление — затмение. Когда Луна проходит прямо перед Солнцем. Они встречаются на одно короткое мгновение. Но чтобы оно случилось, нужно, чтобы они захотели этого сами. Надо, чтобы они оба согласились подойти поближе друг к другу.

— Но они не согласятся, — грустно сказал Зайчик. — Они же поссорились.

— А мы им покажем наш танец! — сказал Лучик. — Мы попросим всех звёзд помочь. Пусть они передадут нашим родителям наши лучики — моё тепло и твою прохладу. И пусть они увидят, как это прекрасно, когда они соединяются.

И они принялись за дело.

Лунный Зайчик собрал все свои серебряные лучики и отправил их к Луне с просьбой: «Мама, посмотри, как красиво, когда мы встречаемся с Солнечным Лучиком. Нам хорошо вместе. Дай нам шанс!»

Солнечный Лучик собрал все свои золотые искры и отправил их к Солнцу: «Папа, пожалуйста, встреться с Луной. Мы такие счастливые, когда мы вместе. И ты тоже будешь счастлив!»

Звёздочка собрала всех своих звёздных подруг, и они выстроились в небе длинной сверкающей цепочкой, которая вела от Луны к Солнцу. Это был мост дружбы.

И в ту ночь случилось то, чего не было тысячи лет. Луна и Солнце, услышав своих детей и увидев звёздный мост, почувствовали, что их сердца начинают таять. Они долго не решались, но потом Луна тихонько сказала:

— Мой Зайчик прав. Я слишком гордая. Мне было бы приятно разделить с кем-то свою прохладу.

А Солнце прошептало:

— Мой Лучик тоже прав. Я слишком горячее. Мне не хватает свежести. Может быть, мы действительно можем попробовать?

И они начали медленно сближаться. Это было не просто движение по орбитам. Это был первый шаг к миру.

Когда они встретились, произошло затмение. Но это было не страшное, пугающее затмение, а самое красивое, какое только можно представить. Солнце и Луна обнялись. Их свет смешался, и на небе засияла корона из серебряных и золотых лучей, похожая на огромный цветок.

Внизу, на земле, все зверята проснулись и вышли из своих норок. Ушастик поднял голову и ахнул:

— Смотрите! Солнце и Луна обнимаются! Они помирились!

Рыжик запрыгал от радости. Топтыжка захлопал в ладоши. Даже Крот вылез из норки и заплакал от счастья.

А Лунный Зайчик и Солнечный Лучик сидели на звёздном мосту и смотрели на своих родителей.

— Они обнимаются, — прошептал Зайчик. — Они наконец-то вместе.

— Они поняли, что мы правы, — улыбнулся Лучик. — Быть разными — это не стыдно. Это здорово. Потому что вместе мы можем сделать такую красоту!

Солнце и Луна обнялись ещё крепче, и в этот момент их лучи упали на землю, и все цветы, даже те, что спали, распустились. Деревья засветились золотом и серебром, а ручей запел песню о дружбе.

Когда затмение закончилось, и они начали расходиться, Солнце сказало Луне:

— Ты была права, Луна. Без тебя ночи были бы слишком тёмными. Спасибо, что ты есть.

— А ты был прав, Солнце, — ответила Луна. — Без тебя дни были бы холодными. Прости меня, что я была такой упрямой.

— И ты прости меня, — сказало Солнце. — Давай больше не ссориться. Давай будем сменять друг друга с уважением. И будем всегда помнить, что мы — не соперники, а друзья, которые делят небо.

С того дня они заключили договор: каждое утро, когда Солнце поднималось, оно оставляло на небе одно золотое пёрышко для Луны, а каждый вечер, когда появлялась Луна, она оставляла одно серебряное пёрышко для Солнца. И эти пёрышки, смешиваясь, создавали прекрасные закаты и рассветы.

А Лунный Зайчик и Солнечный Лучик стали лучшими друзьями на вечность. Каждый день, в сумерках, они встречались на той самой полоске, где день встречается с ночью, и танцевали свой танец — тот самый, что когда-то примирил их родителей.

Звёздочка, которая стала свидетельницей всего этого, была самой счастливой звездой на небе. Она часто сидела на краешке месяца и рассказывала другим звёздам историю о том, как маленькие дети помирили своих больших родителей.

— Это самое главное, — говорила она, — не важно, насколько вы разные. Если вы хотите дружить и готовы идти навстречу, любая ссора закончится.

И все звёзды согласно мерцали.

В Лунной Долине тоже заметили перемены. Закаты стали розовыми, рассветы — золотисто-голубыми, а ночи — более светлыми. Луна и Солнце больше не прятались друг от друга, а здоровались на закате и на рассвете.