Психология инженера. Связь

Психология инженера. Связь

Глава

Пролог.

Что такое связь? Большинство ответило бы, что это отношения между людьми: мужа и жены, родителей и детей, друзей, коллег по работе. Но связь – это еще и технический инструмент взаимодействия, оказывающий непосредственное влияние на каждого живущего в социальной среде.

Мой прапрадед, работавший на телефонной станции в середине 20 века, был одним из тех, кто обеспечивал жизненно важную связь между людьми. То, что сегодня кажется простой функцией, тогда было передовой технологией, двигавшей прогресс. Инженеры и разработчики постоянно совершенствовали эти системы. И уже мой прадед, в конце того же века, стал одним из первооткрывателей беспроводной связи, благодаря которой телефоны перестали быть привязаны к проводам и помещались в кармане, навсегда изменив наше общение. Дальше телефон превратился не только в средство общения, а стал полноценным коммуникационным центром. С помощью него мы могли переписываться в мессенджерах, обмениваться фотографиями и видео, участвовать в видео звонках и конференциях. Он позволил мгновенно получать новости и делиться своими мыслями. Кроме того, он стал окном в бесконечный поток информации. Через него мы читали статьи, смотрели обучающие видео, слушали музыку, узнавали погоду и следили за событиями в реальном времени. Доступный интернет в телефоне стал неиссякаемым источником знаний и развлечений. Телефон превратился из простого средства для звонков в многофункциональное устройство, без которого сложно было представить повседневную жизнь.

Вначале – это было чудо, но со временем, как это часто бывает с технологиями, телефоны стали не только благом, но и источником новых проблем. Особенно остро это ощущали родители, выросшие в другую эпоху. Для них постоянное «залипание» детей в телефонах было сначала непонятным, а потом и вовсе пугающим. «Что они там делают часами?» – этот вопрос мучил многих.

Но проблема не только в этом. Телефон стал не просто средством связи, а настоящим центром нашей жизни. В нем хранилось буквально все: личные фотографии, переписки, банковские данные, рабочие документы, информация о здоровье. Вся жизнь, по сути, оказалась привязана к этому маленькому устройству.

И вот тут возникла серьезная угроза. Бесконечный поток персональных данных, хранящихся в телефонах, стал лакомым кусочком для мошенников и злоумышленников.

Эта ситуация привела к появлению новой, крайне важной профессии – специалистов по защите информации. Эти люди занимались тем, что разрабатывали и внедряли системы безопасности, чтобы наши данные оставались в неприкосновенности. Они боролись с хакерами, вирусами и всеми, кто пытался получить доступ к личной информации. Важная профессия – безусловно. Одним из таких был и мой дед, который вплоть до середины 21 века, работая на крупную военную корпорацию, занимался защитой государственной тайны и даже получил награду «за большой вклад в защиту страны».

Папа пошел по стопам своих отцов, продолжая семейную династию, но уже в космических масштабах, в прямом смысле этого слова. Он работал вплоть до конца 21 века в научно-исследовательском институте, много лет возглавляя отдел по разработке средств коммуникации и навигационных систем для космических кораблей, которые уже вовсю бороздили просторы Солнечной системы с исследовательскими миссиями, а к концу века начали выходить и за ее границы. Связь, технологии, да и сама жизнь развивались бешеными темпами, и уже редко где можно было услышать «Алло». Скорость обмена информацией стала мгновенной, но все это было лишь в пределах Земли. Чем дальше корабль отправлялся от планеты, от вышек сотовой связи, в глубины космоса, тем скорость обмена данных была медленнее. Например, сигнал, направленный с корабля, находящегося на орбите Марса, достигнет Земли примерно за двадцать минут, от Сатурна за полтора часа, а от Нептуна за четыре часа. И один раз мир столкнулся с трагедией, когда корабль с тремя членами экипажа потерял управление, и мог получать команды только с Земли. Экипаж сообщил в МУИК (международное управление по исследованию космоса), но их сигнал дошел до Земли через пять часов, на анализ полученной информации ушел еще час, на ответный сигнал, в виде команд кораблю, ушло еще пять часов… но сигнал было принимать уже некому и нечему – корабль разбился о неизвестный космический объект.

И ученые всего мира задумались. Люди достигли гиперзвуковых скоростей: полет до Юпитера уже составлял не несколько лет, а несколько месяцев; до Марса, на котором уже начинали осваиваться первые земляне, можно было долететь за считанные недели. И человек смотрел все дальше и глубже в космос, постоянно отправляя корабли к планетам и их спутникам, а в начале 22 века все больше и больше кораблей отправлялись и за пределы Солнечной системы, исследуя глубины непознанного. Но проблема связи с ними решена не была. Люди, в своем развитии передачи сигналов на космические расстояния, далеко не ушли. Если смотреть в масштабах Вселенной, то ничего не изменилось с тех пор, как мой прапрадед устанавливал в квартирах телефонные аппараты с дисковым номеронабирателем, когда дочка звонила маме в другой город и говорила «Алло».

Глава 1

– Глеб, ответь маме и скажи, что у меня все хорошо!

– Слушаюсь, бос! – ответил мой телефон моим же голосом.

– Не называй меня так, я же просил.

– Прости, больше не буду.

Мой телефон мог вести разговор вместо меня, эмитируя мой голос, что экономило кучу времени на бесполезные разговоры. Я же в это время собирался, причем очень сильно опаздывая.

– Мама нас спрашивает, почему мы не приехали на выходные?

– Надо подумать. Расскажи ей пока о чем-нибудь.

– Хорошо, рассказываю ей о последних новостях Марсианской миссии. Ты футболку надел задом наперед.

– Ох, черт, спасибо.

– Пожалуйста, – Глеб мог вести одновременно несколько разговоров и наблюдать за происходящим вокруг с помощью универсального визуального сканера, что также не раз меня спасало, особенно, если я что-то забывал. Естественно, при необходимости я мог эти функции отключить.

Сегодня была моя первая командировка, которая будет длиться полгода. Я отправлялся в радиообсерваторию, находящуюся в глухих сибирских лесах, подальше от городов. Как молодой ученый, физик-инженер, только что закончивший аспирантуру и устроившийся работать в компанию «ЗАОН», я был полон предвкушения и, конечно же, никак не хотел опаздывать на рейс. «ЗАОН» – является одним из подрядчиков МУИК. Компания специализируется на разработке, создании передовых радиолокационных систем и коммуникационного оборудования для космических кораблей и межзвездных аппаратов. Разработка этих компонентов является критически важной для обеспечения безопасности и успешности космических миссий. И я, как часть этой команды, чувствовал огромную ответственность.

Бескрайние леса, и посреди них – передовая радиообсерватория, с одним из самых больших в мире радиотелескопов. А я, молодой ученый, только что сошедший со студенческой скамьи, теперь часть этого грандиозного проекта. Это было невероятное ощущение – стоять на пороге нового, неизведанного. Мозг работал на полную мощность, предвкушая новые знания, новые открытия.

– Мама поняла, что с ней не ты разговариваешь, – сказал Глеб, когда я надевал носки.

– Как?!

– Сложно сказать, может я использовал где-то неверную интонацию.

– Блин, извинись перед ней, и скажи, что я позвоню, когда приземлюсь в Иркутске.

– Хорошо. Сказал.

– А она что?

– Сказала, что поджарит меня в микроволновой печи, если я еще раз так поступлю. Витя, я не хочу подвергать электромагнитному воздействию свои процессоры – они могут взорваться.

– Не переживай, мама шутит.

– По ее тону этого не скажешь.

– Ладно, отключись пока, оставь функцию звонка и новостей.

– Выключаюсь…

Дорога до аэропорта пролетела незаметно. Я оказался у стойки регистрации одним из первых, без задержек оформил все документы, сдал свой багаж и направился прямиком к гейту. Мои будущие коллеги, с которыми мне предстояло разделить полгода работы, собирались с разных уголков страны. Наша первая встреча должна была состояться в Иркутске.

Самолет был полупустым, и я, развалившись в кресле, попытался расслабиться. Но предстоящие события вызывали настолько сильное волнение, что казалось, сердце выпрыгнет из груди.

– Глеб, расскажи последние мировые новости! – попросил я телефон, вставляя в ухо наушник.

– Хорошо, Витя. Рассказываю последние актуальные новости на утро 14 июля 2106 года. Ровно два десятилетия назад произошла ужасная катастрофа: корабль наших бесстрашных первопроходцев, «Эшелон 1», потерпел крушение, лишившись контроля. Сегодня тысячи людей со всей страны приходят к мемориалу в центре Москвы, чтобы почтить память героев. Мы никогда не забудем экипаж «Эшелона 1», их самоотверженность и мужество будут жить в наших сердцах вечно. Опытный командир, пилот, штурман и прежде всего великий человек – Константин Евгеньевич Белицын. Анна Рудкова – выдающийся астрофизик, чьи революционные открытия оказали глубокое и необратимое влияние на наше понимание Вселенной. Джон Стивенс, будучи инженером, математиком и физиком, внес значительный вклад в науку, и его работы внесены в учебные программы во всем мире. Вклад этих людей неоценим и в этот день давайте вспомним их подвиг. Следующая новость: «на луне взошла пшеница», – сообщили нам представители МУИК…

– Все Глеб, спасибо, выключай.

– Хорошо, Витя.

В период своей работы в научно-исследовательском институте, мой папа делился информацией о трагическом событии, произошедшем с миссией «Эшелон 1». Доступные в открытых источниках сведения о научных исследованиях экипажа на орбите Плутона были крайне ограничены. Однако, мой отец, как признанный ученый в международном сообществе, обладал более обширной информацией. Он рассказывал, что экипаж проводил исследования электромагнитного излучения и достиг существенного научного прорыва. К сожалению, гибель экипажа не позволила передать полную информацию на Землю. Часть данных была получена, но значительная доля оказалась утеряна в космическом пространстве.

ИИ самолета сообщил, что скоро начнется посадка. Как только спустился с трапа, решил позвонить маме.

– Витенька – это ты или Глеб?! – первое, что спросила мама.

– Я, конечно!

– А я вот не уверена! Что на завтрак ел?

– Ничего особенного, просто кашу.

– Ну, вот теперь понимаю, что это ты. А не то твой робот начал рассказывать о съеденных макро и микро нутриентах, а потом описывать, сколько было рибофлавина, тиамина, ниацина. Я даже была вынуждена обратиться к словарю, чтобы разобраться в значении этих терминов в твоем рационе. Только потом поняла, что речь идет о пшенке.

– Глеб, я же тебе говорил, что с мамой проще общаться надо, – сказал я Глебу, отключив микрофон.

– Хорошо, учту в следующий раз. Не буду больше использовать данную терминологию,– извинялся Глеб.

– Мама, прости, опаздывал утром на самолет, – включил я микрофон обратно.

– Так бы и сказал, что опаздываешь. А не то в очередной раз с твоим роботом разговаривала. Он, кончено, собеседник интересный, но ты же знаешь, что я не люблю этого!

– С тобой обычно быстро не получается поговорить…

– Ой, ладно, если бы сам маме звонил чаще… а не то только я и звоню! Ты долетел?

– Да, только приземлились. Как там папа?

– Папа сидит у себя в кабинете, все считает, пишет, бубнит что-то себе под нос. Ты бы сам позвонил ему и спросил! Чего все у меня спрашиваешь? Да и он тебе мог бы позвонить, а не то меня спрашивает все: «как там Витя?». Я же вам не передатчик! Взяли бы и созвонились!

– Ладно, мама, мне пора, пока. Созвонимся.

– Ну, вот опять, ничего не рассказываешь! На родную мать времени нет…

– Мама, правда, мне пора, меня ждут, – я вышел из терминала. Увидел девушку, которая держала в руках табличку с названием нашей фирмы. – Мама, я перезвоню.

– Хорошо, как разместишься, позвони!

– Пока!

Я подошел к девушке с табличкой. Девушка была ненамного старше меня. Ее старомодные очки, почти исчезнувший атрибут, выделяли ее из толпы. В наши дни встретить человека в очках было настоящей редкостью. Рыжие волосы были собраны в простой хвостик. Ее облик дополняла явная усталость, которая не оставляла места для других деталей.

– Привет, Виктор Стелербин, – поздоровался я.

–Привет, – ответила девушка. Показалось, что она вздрогнула от неожиданности.

– А тебя как зовут?

– Ой, извини, я Лена. Мы тебя только ждем, остальные уже прилетели. Пойдем.

Мы с Леной вышли из здания аэропорта и направились в сторону парковки.

– Как долетел? – спросила она.

– Спасибо, все хорошо.

– Извини, я немного растеряна. После ночной смены – ужасно устала.

–Ночная смена?

– Когда приедем, все узнаешь,– улыбнулась Лена.

Мы сели в микроавтобус. Кроме водителя, меня и Лены, было еще два человека. Один из них – мужчина лет тридцати, одетый в модный костюм с символикой МУИК, а другая – девушка в коротких шортах и майке, которая спала на заднем сиденье.

– Едем! – сказала Лена водителю и машина тронулась.

– Сколько ехать? – спросил мужчина в костюме.

– Долго, можете поспать, – ответил водитель. Мужчина никак не отреагировал, достал телефон, вставил наушник и что-то спросил у него, назвав «Аллой».

– Шесть часов, – мужчина, получив информацию от телефона, поделился ей со всеми.

Дорога к радиообсерватории шла через густой лес. Наша машина мчалась довольно быстро, но я успевал ловить взглядом мелькающие картины. То тут, то там, сквозь плотную завесу деревьев, открывались потрясающие виды: зеркальные озера, извилистые реки.

Жизнь в мегаполисе, с ее бесконечным шумом, спешкой и бетонными джунглями, редко дарила возможность по-настоящему насладиться нетронутой красотой природы. В какой-то момент я заснул, а когда проснулся, то мы уже были на месте.

Перед нами был невероятных размеров телескоп – чудо инженерной мысли. Мужчина в костюме и девушка, которая проснулась, прильнули, как и я, к окнам, широко раскрыв глаза. Телескоп стоял на возвышенности с устремленной в небо антенной невероятных размеров.

Но радиотелескоп – это не единственное, что привлекло внимание. Рядом с ним расположился целый комплекс, обеспечивающий жизнь и работу этого гиганта: в центре – двухэтажное административное здание. Неподалеку от него вагончики, плотно стоящие друг к другу – судя по всему – жилые модули. Небольшая электростанция была расположена в углу комплекса. Она обеспечивала энергией этот сложный механизм, питая его бесчисленные приборы и системы. Ее присутствие напоминало о том, что даже самые передовые технологии требуют надежной поддержки. Так же была спортивная площадка, но судя по тому, что она заросла травой, ее мало использовали.

Вся эта картина – это симбиоз природы и человеческого гения, место, где стремление к познанию Вселенной встречается с красотой и спокойствием Земли. Это целая экосистема, где люди, технологии и природа существуют в гармонии, объединенные одной целью – понять наше место в бескрайнем космосе.

Машина остановилась у жилых модулей.

– Так, ребята, заселяемся, – скомандовала Лена. – Смотрите на дверях ваши фамилии – это значит, что модуль ваш. Обед в 14 часов в основном здании. Кухня на первом этаже, – она показала рукой на двухэтажное строение. – Там же в 16 часов собрание. Не опаздывайте, а не то Валерий Николаевич этого очень не любит.

Я забрал из машины свои вещи и, найдя на дверях табличку со своей фамилией, открыл дверь. Помещение казалось абсолютно пустым. Я нашел небольшой терминал и подключил к нему телефон.

– Идет идентификация. Назовите себя…, – донесся голос из терминала.

– Виктор Эдуардович Стелербин.

– Вы идентифицированы, – определило устройство мой голос.

– Глеб, ты подключился?

– Да, босс.

– Ну, просил же, не называй меня так.

– Хорошо… Виктор…

– Выдвини шкаф для вещей.

– Хорошо… Виктор…

Без секунды промедления из одной стены вылезло два ящика из какого-то легкого метала. Они были настолько незаметно интегрированы в стены, что взглядом никогда не определить, что они там были. Я разобрал свои вещи, аккуратно разложив их. Переоделся, надел спецодежду, которую мне выдали перед отъездом. На спине легкой куртки был рисунок антенны телескопа, которую я, наконец, увидел вживую несколько минут назад. Под рисунком была надпись: «Дорога к звездам».

– Задвинь обратно.

– Хорошо…бо… Виктор.

– Глеб, перепрошью.

– Извини, Виктор. Старая привычка.

Ящики задвинулись обратно, как будто их никогда и не было.

– Глеб, стол, стулья.

Система трансформации пола активировалась, и из него выдвинулись обеденный стол и два стула. В столешницу был встроен голографический проекционный дисплей, который мог служить как для мультимедийных функций, так и для интерактивных возможностей. Дома у меня был похожий, только, наверное, более старый.

– Глеб, кровать.

Из противоположной стены от ящиков выдвинулась кровать, покрытая тонкой пленкой. Я лег на нее и на секунду закрыл глаза, как я думал, но проспал почти до 16 часов, пропустив обед.

– Виктор, хочу напомнить, что через 10 минут собрание, – разбудил меня Глеб.

– А чего молчал?!

– Ну, ты и не просил будить. Я так на всякий случай.

– Черт, Глеб, – я вскочил с кровати и побежал в сторону двухэтажного здания. Вбежал на второй этаж и залетел в дверь с надписью «Зал совещаний».

В зале было несколько человек. Все они, как один, посмотрели на меня.

– Виктор Стелербин, верно? – обратился ко мне мужчина, выделявшийся среди остальных тем, что был единственным кто стоял. В голове промелькнуло: «Вероятно, Валерий Николаевич». Мужчине на вид было около пятидесяти. Его костюм, как и мой, украшал узор в виде антенны телескопа. Аккуратно подстриженная седая борода обрамляла лицо, а взгляд его был пронзительным и изучающим.

–Да, простите, задремал. Видимо, акклиматизация, – я остался стоять в дверях, не зная садиться мне или нет.

–Значит выспались. Ну и отлично, вот мы и определились, кто первый дежурит. Садитесь, молодой человек, – показал он одними глазами на свободные стулья.

В зале, помимо меня и Валерия Николаевича, была Лена, мужчина и девушка, с которыми я ехал. Еще какой-то человек сидел в самом углу, уткнувшись в телефон.

– И так, коллеги, продолжим. Представлюсь еще раз для опоздавших: Валерий Николаевич Полянских, руководитель данного объекта. Кто-то уже здесь далеко не первый раз, – посмотрел он на Лену. – Кто-то первый раз, – посмотрел он на меня. – Ваша основная задача, на что вы долгие годы учились, изучали, практиковались – это исследование космоса, через призму нашего детища, – показал он в окно на телескоп. – Сканирование неба или, если будет угодно, охота за радиоволнами. Вы изучите пульсары, квазары, активные галактические ядра, туманности – все эти космические объекты излучают радиоволны, которые мы можем уловить. Нам надо следить, за тем, чтобы эти сигналы были зарегистрированы, и чтобы их характеристики соответствовали ожиданиям, – Валерий Николаевич сделал паузу, подошел к столу, где стоял графин с водой, налил себе в стакан и сделал несколько глотков. Затем продолжил. – Особое внимание уделяется любым необычным, неожиданным сигналам. Это может быть что угодно – от неизвестных астрономических явлений до потенциальных признаков внеземной жизни. В таких случаях начинается более детальное исследование с привлечением ученых со всего мира. Но, на моей памяти, подобных сигналов было немного, и, так или иначе, все они были связаны с разными стадиями жизни звезд.

– Можно вопрос? – подняла руку девушка, которая, как и в машине была в коротких шортах и майке.

– Да, пожалуйста.

– Люди сканируют небо уже почти двести лет. Неужели прямо ни одного, даже самого малюсенького аномального сигнала не было зафиксировано?

– Ну, милая, аномальные сигналы были, но после тщательного изучения приходили к выводу, что это естественные события.

– Печально.

– Может ваша смена за эти полгода что-нибудь и найдет, – улыбнулся он, подмигнув девушке. В этом и есть суть науки – верить. А теперь слово предоставлю Елене, которая уже не первый раз у нас в командировке и для вас она старший научный сотрудник. Лена расскажет все более подробно, проведет так сказать, инструктаж. Если ко мне нет вопросов, то я вынужден вас покинуть, – Валерий Николаевич подождал немного, но вопросов не последовало, и он вышел из зала.

Прежде чем Лена начала проводить инструктаж, слово взял мужчина, который сидел в углу. Он спрятал телефон в карман и вышел на середину зала.

– Меня зовут Григорий. Я сотрудник, отвечающий за безопасность данного объекта. Перед тем, как Елена Васильевна проведет инструктаж, вы должны подписать бумаги о неразглашении информации, которую получите в ходе исследования. Вся информация является строго конфиденциальной, – Григорий лениво раздал всем бланки, которые были уже заполнены. Мы расписались. Затем он также вышел из зала. Слово взяла Лена.

– И так, еще раз представлюсь: меня зовут Лена, я из Минска. Уже достаточно много лет я занимаюсь поиском радиосигналов, их распознаванием и изучением. Все методики, инструкции есть в обсерватории, у вас будет много времени для их изучения. Попрошу их не переписывать, так как вся информация является конфиденциальной, за что вы только что расписались, – она сделала небольшую паузу, почему-то посмотрев на меня.

Дальше Лена рассказала о том, что я, в принципе, и так знал, но в основном в теории или на каких-то лабораторных работах или на практике в университете. А тут я мог все это пощупать, попробовать, изучить, не на стендах, а в реальных условиях.

Лена обратила внимание на основные наши задачи:

Первое – фильтрация шумов. Радиосигналы из космоса очень слабые и часто теряются в фоновом шуме Земли и самого телескопа.

Второе – анализ характеристик сигнала. Определить частоту, амплитуду, поляризацию, временную структуру сигнала. Эти параметры дают ключ к пониманию природы источника.

Третье – сравнение с базами данных. Полученные данные мы должны сравнивать с известными каталогами радиоисточников. Это поможет идентифицировать объект или выявить что-то новое.

Четвертое – визуализация данных. Перевести полученные данные в вид графиков, спектров, изображений, что облегчит их дальнейшую интерпретацию.

У нас в помощниках будет искусственный интеллект обсерватории, о возможностях которого я слышал, еще во время учебы.

Так же Лена пояснила, что ночью в комплексе остаются только командировочные, а весь остальной персонал, такой как техники, электрики и рабочие, служебным транспортом отправлялся в соседний город. Поэтому дежуривший ночью сотрудник отвечает за бесперебойную работу телескопа и всей сопутствующей аппаратуры. Он следит за показаниями датчиков, при необходимости устраняет мелкие неполадки, связывается со службой технической поддержки в случае серьезных проблем. И именно мне выпало первое ночное дежурство, от чего я немного нервничал.

Помимо этого дежурный занимается подготовкой к будущим наблюдениям: загружает новые программы, настраивает оборудование под конкретные полученные задачи.

Все наблюдения, полученные данные, возникшие проблемы и их решения дежурный тщательно документирует, занося в базы.

И наконец, в случае обнаружения чего-то действительно интересного или необычного, дежурный должен оперативно связаться с другими членами команды и с Валерием Николаевичем, чтобы обсудить находку и принять решение о дальнейших действиях.

– Понимаю, что информации много, но со временем во всем разберетесь. Так что не переживайте, никто вас одних не оставит, – Лена опять посмотрела на меня, видя, как я заметно краснею. Есть вопросы?