Любовница

Набираю Варю. Телефон не доступен.

Что же ты творишь, девочка?..

Как пацан мчу к хостелу, чтобы убедиться… В чём я должен убедиться?! Что из-за меня у неё проблемы?

— Вы?! — испуганно смотрит мне в глаза, когда я влетаю в дверной проём.

Сталкиваемся не телами, а словно душами.

— Мимо проходил.

Глава 8

Варвара

Не успела я разместиться, как меня переселили в просторный однокомнатный номер с личными удобствами.

— Вы ничего не перепутали? — с волнением в голосе спрашиваю у молодого человека.

— Варвара, вы – у нас тысячный клиент, — расплывается в подобострастной улыбке передо мной.

— Надо же, — присаживаюсь на краешек двуспальной кровати.

— Завтрак тоже входит в стоимость, — показывает, где чистые полотенца и даже белый махровый халат.

Такая комната стоит в четыре раза дороже той, за которую я внесла плату.

В такой момент не хочется упомянать свою мать, но это же подарок от хостела. Спать в одной комнате с тремя незнакомыми девушками совсем не хочется. На душе кошки острыми когтями скребут, полосуя телесную оболочку до крови. Подвывать хочется внутреннему состояния. Жаль, что наш мир не фантастический, а то я бы обязательно навестила соседнюю дружественную планету, чтобы обрести новый дом.

— Спасибо.

— Ну, я пошёл, — почесав затылок, смотрит на меня как-то подозрительно. — Сладких снов.

Ничего не отвечаю. С мужчинами лучше держать дистанцию, чтобы не возникло двусмысленности с моей стороны.

— Странная, — закрывает за собой дверь.

Странная… Очень часто слышала про себя. Плевать. Пусть думают, что хотят.

Каждому не объяснишь, что имеешь другие представления о современном мире. Что для меня табу, то для других, как «здравствуй новый день».

В рюкзак вместилось только самое необходимое.

Документы, нижнее бельё, носки, один сменный комплект одежды.

Включив в ванной комнате свет, подхожу к зеркалу.

— Мамочки, — всё-таки упомянаю её вслух. — За что они так со мной? Я же ничего не сделала!..

Нос распух, но больше не кровоточит. Всё, что смогла быстро вытерла, глядя в карманное зеркальце. Дальше влажными салфетками. Они напали на меня. А я же ничего не сделала им! А эти деньги! А что они говорили перед этим! Я не грязная нищенка!

Можно сокрушаться до бесконечности, сетуя на несправедливый мир. Иногда я думаю, что являюсь магнитом для неприятностей. Всегда и везде привлекаю к себе внимание, ничего для этого не делая.

Стеша… Ариша… Мои бедные сестрёнки. Бросила всё, чтобы не выходить замуж за Антипа. А если в голову моих родителей вселится мысль, что Стеша также может подойти на роль его жены?! Я же так хотела выйти замуж за любимого и забрать своих девочек к себе, чтобы дать им другую жить. Не в заточении страхов, как выросла я. Не хочу для них такой жизни.

В итоге предала.

Всю ночь я ждала звонков от родителей. Всю ночь думала о том, чтобы вернуться домой. Стеша мне написала сообщение, что очень меня любит.

Невозможно так жить, зная, что средняя сестра может принять весь удар на себя. Сердце больно сжимается при очередном сокращении миокарда, заставляя судорожно хватать ртом воздух. Холодные бисеринки пота проступают на коже от осознания того, что мать может причинить ей вред.

Возможно я бы рискнула отправиться к тёте Агате, да они сейчас гостят у родителей мужа. Никто меня не сможет встретить. Она расспрашивала меня о том, что случилось. А у меня не хватило силы духа, чтобы всё-всё ей рассказать. Маме тётя точно не будет перезванивать. Номер внесён в чёрный список. Знаю. Мама говорила, что для неё она умерла, когда опозорила всю семью.

Задремав, мне снился Леонид. Как он трогал мою косу, как ласково поцеловал в уголок моих губ, как моё тело откликалось на его ласку, как нам было вместе хорошо… Соблазн, что нельзя себе позволить в силу разности в материальном плане.

В современном мире на Золушках не женятся. Они выбирают себе подобных.

А исключения?..

— Галина Семёновка, я хочу уволиться.

— Как это? — женщина удивляется. — А проекты?

— У меня проблемы в семье…

— Ох, как не вовремя, — раздражённо. — Сдам твои макеты Покровскому, как свои. Деточка, без претензий. Поняла?

— Конечно, — соглашаюсь сразу, чтобы даже мысли не допустить о нашей с ним встрече.

— Заявление напишешь и гуляй. Девочки из бухгалтерии тебя рассчитают в тот же день. Всё, Варь… У меня звонок по второй линии.

У меня тоже звонок. От отца. Неожиданно как-то.

— Да, папа?..

— Варь, вернись домой, пожалуйста.

— Почему не мама мне позвонила?

— Я сказал ей, что попросил тебя съездить по одному поручению от Антипа. Она не поверила, но не стала мне перечить. Дочь, ты ошибаешься, что мы не желаем тебе добра. Может на первый взгляд показаться наша суровость, как наказание. Девичье заблуждение. Прошу тебя… Подумай о своих сёстрах. Им тоже выходить замуж из общины.

— Давай поговорим с Антипом, папа! Не хочу я выходить замуж за нелюбимого и рожать ему детей от насилия. Не будет любви в таком браке. Понимаешь?..

— Любовь – беспечна, Варя. В жизни она ещё ни одного человека не прокормила досыта. Мы ждём тебя, дочь.

Папа прав. За спиной у меня нет опоры. Лишь фантазии того, чего нет. Моя первая серьёзная вылазка началась ужасно, а заканчивается трусливым возвращением.

Как хорошо в сказке. Взмахнул волшебной палочкой – вот тебе принц на белом коне, целое царство и нет никаких забот.

Выключаю телефон. Создаю себе иллюзию счастья.

Неторопливо завтракаю, запивая омлет сладким кофе с молоком.

Обработав ссадину антисептиком из аптечки, ещё раз придирчиво на себя смотрю.

Клуша.

Какая сказка для меня?.. Сказок для обычных смертных не существует.

А любовь?.. Даже она требует инвестиций.

Вот к чему мы пришли в современном мире, где розовые очки бьются стёклами внутрь.

— Вы?! — вздрагиваю всем телом.

Леонид обхватывает меня, тесно прижимая к груди.

— Мимо проходил, — жадно вдыхает запах волос у виска.

— Так идите, куда шли, — сиплю еле слышно.

— Дальше только с тобой, Варя.

Глава 9

— Со мной, Леонид Борисович? — голос прорезается до писклявого вскрика. — Да, что вам от меня нужно? Что вам всем от меня нужно?!

От злости в ушах кровь шумит. Ничего не понимаю и ничего больше не хочу слышать. Меня толкают из одной стороны в другую, подталкивая к скорому решению.

Так хочется вернуться в детство, где я нянчила Стешу, а потом Аришку. Вместе с сёстрами мы потом заботились о Костике. Всё было понятно, а жизнь полна красок. Чем старше я становилась, тем ответственнее относилась к своим решениям.

Вот и сейчас я хочу всё взвесить перед тем, как прыгну в тёмное неизведанное пространство, у которого, возможно, нет дна.

— Девочка, куда ты бежишь?! Варя!

Леонид догоняет меня почти сразу. Впечатывает в стену здания, нависая сверху и отгораживания от всего мира.

— Я уволилась, — смотрю в тёмные диски его глаз.

— Петренко мне уже поведала.

— Когда?

— Час назад.

— Как вы меня нашли?

— Пробил по последнему сигналу твоего телефона, — удивлённо вскидываю брови. — Техника и методы слежения давно шагнули вперёд, Варвара.

— Почему преследуете меня?..

— А почему у тебя лицо расцарапано?

Без остановки задаём друг другу вопросы.

— Упала. Неуклюжая я.

— Врёшь, — дёргает уголками губ вверх. — Ещё будут версии?

— Помогли упасть.

— Поверил, — удовлетворённо хмыкает он. — Почему ночевала в хостеле?

— Живу здесь!

— Врёшь.

— Дома ветрянка, а я не болела. Взрослые намного тяжелее переносят, поэтому решила отсидеться здесь.

— Не умеешь ты врать, Варвара.

— Чего вы ко мне прицепились?

— Заметь, что ты сама за меня держишься и не отпускаешь.

— Извините, — разжимаю одеревеневшие пальцы.

— Пошли в машину. Там поговорим, а потом я отвезу тебя домой, — кивает на припаркованный чёрный мерседес.

— А вы целоваться ко мне не полезете? — с опаской.

— Нет, — отрицательно мотает головой. — Больше нет.

— Ладно, — всё-таки принимаю его предложение, чтобы не казаться дикаркой.

В машине Леонида Борисовича пахнет кожей салона и его парфюмом. Никакого намёка на женский след. Собственно я о нем ничего не знаю, кроме того, что обручальное кольцо он не носит и является другом Рафаэлю Адамовичу. Если бы я больше проводила время с женской частью коллектива, то обладала бы дополнительной информацией. Но мне не интересно обсуждать помады, платья и мужчин. О последнем как-то неправильно.

— Давай в травму отвезу тебя? — разворачивается ко мне всем корпусом тела.

— Не болит, — прячу лицо за рюкзаком.

— Парень отругал из-за цветов?

— Родители, — ступаю на запретную территорию. Ни с кем не делилась личным, кроме сестёр.

— Я могу объясниться перед ними.

— Нет!

— Почему?

— Чтобы у меня не возникли ещё большие проблемы, Леонид Борисович!

Эмоции трудно держать при себе, когда сердце ноет и не может найти своего успокоения. Мне кажется, что ничего нельзя исправить, и я обречена на брак с Антипом не по любви. Смириться и стать невидимкой. Я же ею была столько времени, чтобы именно сейчас устраивать бунт.

Это всё Леонид и его странное поведение рядом со мной. Я не глупая, чтобы не понимать, куда могут привести такие отношения. Прямо в его постель.

Он обещал меня больше не трогать. Мужское слово всегда имеет силу. Надеюсь, что Леонид из числа тех, кто им дорожит и не бросает на ветер.

— Куда вы меня везёте, Леонид Борисович?

— Домой.

Рядом с подъездом припаркована машина Антипа.

Почему он приехал в такое время?..

— Я провожу, — Леонид глушит мотор.

— Можно я выговорюсь? Мне очень надо. Потом легче становится, — смотрю на него открыто и без тени сомнения в своих словах.

—Ну, давай, — откинув голову на подлокотник, смотрит в лобовое стекло.

— Родители хотят выдать меня замуж. Мужчина, наверное, хороший, но я его не люблю. Он им обещал финансовую выгоду, — перевожу дыхание, собирая мысли, словно бисеринки на леску. — И не знаю, что с этим делать, чтобы не накликать беду уже на своих сестёр. Кто знает, что матери и отцу в голову придёт.

— Договорной брак, — до скрипа сжимает кожаную оплётку руля двумя руками. — Хочешь я твоим родителям деньги дам? Много дам, чтобы не творили дичь всякую.

— Что?!

— Варь, я дам денег. Сколько?

— Я душу открыла, а не клянчила у вас деньги! — хочу выйти, да дверь заблокирована.

— Угомонись, строптивая!

Вдавливая меня в пассажирское кресло, Леонид смотрит не в глаза, а на мои чуть приоткрытые губы. Между нами миллиметры.

Он обещал…

— Я могу помочь.

— Сделайте пожертвование, как другие, — более спокойно отвечаю.

— Куда?

— В церковь.

— Всё так серьёзно? — вскидывает вопросительно брови.

— У нас своя община. Она, как семья. Спорить или доказывать что-то я не буду. Каждый выбирает свою веру.

— А ты во что веришь, Варвара? Уж точно не в свою общину, раз сбежала посреди ночи из дому.

— Откуда вы… — подозрительно сужаю глаза.

Слишком много он обо мне знает. Особенно о том, что случилось после моего «побега». Спрашивать лишнее – продлять беседу, а мне уже пора.

— Дай телефон, — протягивает ладонь. — Варя…

Леонид с минуту крутит его, рассматривая. Включает его. Забивает неизвестный мне номер.

— Это мой, — сухо поясняет. — Отвечаешь сразу, как пишу. Поняла?

— Ладно.

— Если что-то случится – тоже. Поняла?

— Зачем вам это?

— Поняла?..

— Хорошо.

— А теперь беги красавица, пока тебя не съел коварный серый волк. Уж очень велик соблазн нарушить собственное данное слово.

Задумавшись, смотрю ему в глаза. Озарение приходит моментально. Выпрыгиваю на улицу, словно трусливая зайчиха. Бегу до подъезда, не оглядываясь.

Дома встречают меня приветливо.

Мама, что не свойственно ей, попросила прощение и обеспокоилась моим внешним видом. Отец тоже проявил сочувствие, но более сдержанное, а потом отвёл под руку на кухню, где за столом сидел Антип.

Мужчина принёс мне свои извинения и предложил ухаживания, пока я сама не соглашусь выйти за него добровольно. Я согласилась, чтобы передохнуть. Слишком много мужчин свалилось на мою голову.

Больше всего я обрадовалась формулировке «добровольно», значит никто меня больше ни к чему принуждать не будет.

Леонид прислал мне первое сообщение через два часа, как высадил из своей машины. Спросил, как у меня дела. Я ответила, что всё хорошо.

Этим же днём я позвонила Галине Семёновне и попросилась обратно. Женщина ничего мне на это не ответила. Сказала, что сегодня у меня выходной, который вычтут из общего заработка.

Прошла неделя.

Наше общение с Леонидом стало набирать обороты. За перепиской я пропадала пару часов в сутки. Дошло до того, что первым делом, когда я отрывала глаза утром – проверяла сообщение от него, чтобы увидеть: «Доброе утро, Рапунцель. Как твои дела?».

— Варь, ты с Антипом переписываешься?

— Ммм? — печатаю ответ Леониду.

— Ты выглядишь счастливой и влюблённой.

Из рук чуть ли телефон не падает мне на грудь.

— С чего ты взяла?!

— Ты расцвела, как майская роза, — от её улыбки на щеках появляются ямочки. — У вас же сегодня второе свида-а-ание! Что наденешь?