Осязание теней

Корвин медленно кивнул.

— Я понял.

— Хорошо. — Лира развернулась и зашагала к башне. — Мы идем в архив Инквизиции. Завтра. А сегодня я хочу побыть одна.

Она ушла вперед, и Корвин не стал ее догонять. Он стоял под дождем, сжимая посох, и четки в его руке снова задвигались — щелк-щелк-щелк. Но ритм был сбит.

Глава 5. Обмен информацией

Утро после возвращения от Берга выдалось серым и безрадостным. Дождь, ливший всю ночь, наконец прекратился, но небо оставалось затянутым низкими тучами, и воздух был пропитан сыростью насквозь. Лира проснулась рано, задолго до того, как первые лучи солнца — если их можно было так назвать — просочились сквозь щели в ставнях. Она лежала на своей узкой койке, глядя в потолок, и слушала, как Корвин перебирает четки в своем кресле. Щелк-щелк-щелк. Он тоже не спал.

Они не разговаривали с того самого момента, как вернулись в башню. Лира молча сняла промокший плащ, молча развесила его у печки, молча легла. Корвин не пытался заговорить — то ли понимал, что слова сейчас бесполезны, то ли просто не знал, что сказать. Так они и провели ночь: в одной комнате, но разделенные невидимой стеной.

Теперь, в сером утреннем свете, эта стена все еще стояла между ними. Лира села на койке, провела ладонями по лицу, стирая остатки сна. Пустота внутри нее гудела ровно, без всплесков, но где-то на самом дне, под толщей ледяного безразличия, тлел уголек — не гнева, а скорее разочарования. Она не злилась на Корвина за то, что он скрыл правду. Она злилась на себя за то, что доверяла ему без оглядки.

— Архив Инквизиции, — сказала она, не оборачиваясь. — Мы идем туда сегодня.

Корвин перестал перебирать четки.

— Архив находится в подвалах старого здания Инквизиции, у западной стены, — ответил он ровным голосом. — Там служит архивариус по имени Герт. Старый, желчный, помешанный на порядке. Просто так он нас не пустит.

— У тебя есть старый должник и там?

— Нет. — Корвин поднялся, нащупал посох. — Но у меня есть кое-что другое. Я знаю, где Герт хранит ключ от винного погреба, и знаю, что он пьет в одиночестве каждый вечер после закрытия. Это не дает мне власти над ним, но дает возможность для разговора.

Лира наконец повернулась к нему.

— Разговора? Ты собираешься его подкупить?

— Я собираюсь предложить ему сделку. — Корвин накинул плащ. — Информацию в обмен на информацию. Герт — старый сплетник. Он знает все, что происходит в стенах Инквизиции, но редко выходит наружу. Если мы предложим ему что-то, чего он не знает, он может открыть нам дверь.

— Что мы можем ему предложить?

— Правду о Молчаливом Брате. — Корвин усмехнулся. — Герт служил еще при прошлом магистрате. Он наверняка слышал о Брате, но вряд ли знает, что тот все еще активен. Такая новость стоит дороже золота.

Лира подумала и кивнула. Логика в этом была.

— Хорошо. Идем.

---

Здание Инквизиции у западной стены выглядело так, словно его построили для того, чтобы отпугивать людей. Высокие серые стены без окон, массивные дубовые двери, обитые железом, и единственный герб над входом — слепой глаз в перекрестье мечей, такой же, как в башне Корвина. Лира невольно поежилась. От здания веяло холодом — не физическим, а каким-то иным, пробирающим до костей.

— Не бойся, — сказал Корвин, почувствовав ее напряжение. — Это просто камень. Он не кусается.

— Зато люди внутри кусаются, — пробормотала Лира.

Они вошли через боковую дверь, которую Корвин знал еще с тех времен, когда был зрячим инквизитором. Узкий коридор, пахнущий пылью и старым пергаментом, привел их к лестнице, уходящей вниз. Ступени были стертыми, скользкими от сырости, и Лире пришлось вести Корвина особенно осторожно.

Внизу, в полумраке подвала, их встретил архивариус Герт. Это был сухой, как щепка, старик с крючковатым носом и маленькими, подозрительными глазками, утопленными в складках кожи. На правой руке его тускло поблескивал массивный перстень с выцветшим гербом Гильдии — знак былой принадлежности к чему-то большему, теперь истлевший, как и все, что он охранял. Он сидел за массивным столом, заваленным свитками и книгами, и что-то писал в толстом гроссбухе. Увидев посетителей, он отложил перо и уставился на них с выражением крайнего неодобрения.

— Архив закрыт для посторонних, — проскрипел он. — Приходите в приемные часы. С разрешением от магистрата.

— Герт, — сказал Корвин, делая шаг вперед. — Это я, Корвин.

Старик прищурился, вглядываясь в лицо слепого.

— Корвин? Тот самый Слепец? — Он хмыкнул. — Слышал, тебя вышвырнули из Инквизиции. Поделом. Слишком много о себе мнил.

— Возможно. — Корвин не стал спорить. — Но я пришел не за тем, чтобы обсуждать мою отставку. Я пришел за информацией.

— А я не даю информацию без разрешения.

— Даже в обмен на другую информацию?

Герт замер. Его маленькие глазки блеснули. Он машинально покрутил перстень на пальце — привычка, выработанная годами.

— Какую именно?

Корвин наклонился вперед и понизил голос:

— Молчаливый Брат. Он вернулся.

В подвале повисла тишина. Лира видела, как лицо архивариуса меняется — от недоверия к удивлению, а затем к чему-то похожему на страх.

— Брат? — переспросил Герт, и его голос дрогнул. — Это сказки. Его заточили в колодце сто лет назад.

— Его заточили, но не уничтожили. — Корвин выпрямился. — За последнюю неделю убиты городской глашатай и хронист. Воск на губах, выжженные глаза. Почерк Брата. Я знаю, о чем говорю.

Герт помолчал, пожевал губу. Потом медленно кивнул.

— Допустим. Что ты хочешь взамен за эту... новость?

— Дело четырнадцатилетней давности. Убийство в восточном квартале. Жертвы: Хельга и Йен. Подозреваемый: Томас. Свидетель: Эйрик Мартенс. Все, что у вас есть.

Архивариус нахмурился.

— Это закрытое дело. Почему оно тебя интересует?

— Это связано с Братом, — вмешалась Лира. — Я дочь Томаса. Я выжила.

Герт перевел взгляд на нее, и в его глазах мелькнуло узнавание — такое же, как у Берга днем ранее.

— Пустая, — прошептал он. — Та самая девочка, что воскресла в канаве. Слухи ходили, но я не верил.

— Поверьте, — сказала Лира. — Я стою перед вами.

Старик долго смотрел на нее, потом вздохнул и поднялся из-за стола. Перстень звякнул о столешницу.

— Ладно. Брат — это серьезно. Если он вернулся, Инквизиция должна знать. — Он взял со стола связку ключей. — Идите за мной. Но учтите: то дело хранится в секции «Опасные аномалии». То, что вы там увидите, может вам не понравиться.