Триархи на задании

«Обновление задания: проследить за бандой Лорда. Получена новая информация о задержании Клада. С большой вероятностью задержание организовано группой вурдалаков. Получено опыта 12 чешуек. Итого 132/2420 опыта. Задачи: Помочь освободиться Шуре, провести расследование связей полиции и Лорда, получить информацию о членах банды».

«Успешно применены атрибуты интеллект, лидерство, харизма, удача, восприятие. А также навыки: быстрая ходьба, аналитический прогноз. Начислено 14 опыта. Всего 146/2420 чешуек».

Госпожа Белла встала с кресла и подошла к шкафам. Взяла старое фото, на котором, как я только что выяснил, были изображены её дедушка и бабушка в молодости. Судя по возрасту госпожи Беллы, оригинал этого фото сделан ещё в 19 эоне, больше 120 киклов назад. Может быть, оно сделано ещё методом дагеротипии, это вроде слово на аллийском и включает в себя фамилию изобретателя метода.

Неважно, смотрим дальше. Дама вскрывает рамку и достаёт оттуда записку с надписью знакомыми символами — клинописью. Письменность змеелюдей! Госпожа Белла берёт кнопочный мобильный своего супруга и набирает номер, смотря на записку.

Глава 4. Скорость очень захватывает, особенно когда превышает разрешенную

В трубке, включённой на громкую связь, слышны гудки. После шестого гудка раздаётся привычное:

Савр и ещё один друг, молодой по – Представьтесь!

– Механик, ответь Кошатнице.

– Представьтесь точнее, пожалуйста!

– Ринелла!

– Актинидья! Рад вас слышать, госпожа! Чем могу помочь?

– Это ты мне скажи, чем я могу помочь? Друзья пропали и не отзываются, пришлось выйти на канал экстренной связи. Со мной мой господин, возрасту, но очень-очень старый друг. Понял меня?

– Понял, госпожа! Очень рад, такой состав обнадёживает. По статусу новостей мало. Наши друзья на объекте. Появились непонятные участники, прошли внутрь.

Я поднял руку и показал госпоже Белле на себя. Подавая сигнал, что я хотел бы подключиться к разговору.

– Механик, ответь Савру.

– На приёме, рад познакомиться, Савр.

– И я рад. Непонятные участники – одеты в чёрное, явно намного теплее, чем требуется по погоде, очень белая и бледная кожа, высокие и худые, в солнцезащитных очках. Короче, выглядят как секретные агенты из пародийных комедий?

– Ты знал, да? Именно так и выглядят.

– Знаю таких, да, сколько их?

– Внутрь зашли двое, ещё двое в машине. Тоже чёрная, большой седан с затемнёнными наглухо стёклами. У нас есть датчики движения и инфракрасные. Так вот, на инфракрасных датчиках пассажиров не видно, как будто они холодные.

– Так и есть, Механик, подожди недолго.

Я подошёл к госпоже Белле и выключил микрофон, с трудом вспомнив, где он выключается на этом допотопном телефоне давно вытесненной с рынка мобильников марки из Северной Гереи.

– Нам надо срочно попасть туда, это вурдалаки, а не обычные люди. Очень опасная банда, Симатодотис прибыл сюда именно для помощи в борьбе с ними. Если они увезут к себе Шуру, он точно не выживет и, скорее всего, не сможет удержать в себе все ваши и наши общие секреты. У вурдалаков есть методы изъятия информации против воли человека.

– Савр, хорошо, я поняла, я вас отвезу, а Фило останется на связи с Механиком и с нами, будет координировать наше общение.

Господин Марат деловито надел очки и достал из широкого кармана жилетки ещё один кнопочный телефон. Потом сделал вид, что отдаёт нам честь и готов к координации связи.

Госпожа Белла включила микрофон, сказала Механику, что группа союзников выдвигается на место. В случае изменения ситуации нужно набрать тот же номер, но на связи будет не она, а Охотник. Супруги поменялись своими древними аппаратами. При этом господин Философ сказал:

– Моя Белла, я тронут тем, что ты помнишь наш первый… наше первое романтическое свидание. Ты выбрала в качестве пароля название отеля, в котором мы стали очень близки.

– Фило, конечно, мы несколько дюжин киклов вместе, но я всё помню лучше, чем то, что сегодня ела на завтрак. Наши прекрасные свидания не сотрутся из моей памяти. Но ты ведь и отзыв услышал?

– Конечно, дорогая, это очень вкусный фрукт, который растёт только на самом южном острове Филады…

– Да, дорогой. И этот фрукт очень кислый. Такое у тебя было лицо в лифте, когда ты получил по заслугам, пристав к юной красотке.

– Не знаю, что сказать…

– Я рада, что со временем ты стал взрослее. Дозрел, как тот самый фрукт. Ты стал умнее и слаще, мой Фило.

Госпожа Белла послала супругу воздушный поцелуй. Её супруг выглядел немного смущённым и растерянным, но быстро принял обычный уверенный в себе и представительный вид.

Интересные у этой парочки позывные. Вспомнив, как мы познакомились, я подумал, что госпожу Беллу точно Кошатницей не назовёшь. Гоняла она тогда котов шваброй от их автомобиля – настоящей реликвии аллеманского автопрома – представительского седана модели «Поппель Шкипер».

А господин Философ тогда был в шляпе с пером в охотничьем аллеманском стиле. Конспирация у группы, конечно, присутствует, но приходится признать, что уровень её невысок. Не удивлюсь, если Механик владеет автосервисом и ходит в промасленном комбинезоне.

Госпожа Белла, двинулась к выходу быстрее нас с Симатодотисом. Как обычно, дама согнулась и припадала на одну сторону. Но опередила нас, молодых и здоровых. Открыла плетёную шкатулку на столе в гостиной, оттуда высыпалось несколько комплектов автомобильных ключей. Быстро перебрав их, госпожа Белла буквально зашипела, посмотрев на своего мужа:

– Фило, где ключи опять?

– Моя госпожа, я убрал их, чтобы ты не гоняла быстрее, чем обычно.

– Ты не ответил!

– Посмотри в коробке с конфетами.

– Савр, достань, пожалуйста!

Невысокая госпожа Марат показала мне на коробку, стоявшую на шкафу. Дама не могла дотянуться сама до верхней поверхности шкафа. Как только я подал ей коробку, она безжалостно высыпала содержимое на стол. И да, среди конфет обнаружилась ещё одна связка автоключей. Пока хозяйка квартиры выуживала связку из горсти конфет, я посмотрел на остальные ключи и сопоставил логотипы марок с теми машинами, что стояли на парковке.

– Погодите, там внизу, что, все машины ваши? А соседи не ездят на авто совсем?

– Нет у нас соседей, инвесторы из Кины скупили все квартиры. Дом хороший, университет рядом, едут оттуда студенты учиться и меняться опытом между двумя древними культурами. Вид на гору у нас, прямо на Великий Гимет. Чудо, а не дом. Кина – огромная страна с населением в полтора миллиарда разумных. В ней детей миллионеров больше, чем всё население Филады. Скоро всю недвижимость в нашей стране скупят.

– Так вы в доме одни живёте?

– К сожалению, да. Приходится все вопросы с коммунальщиками решать нам. Да ещё и отопление не можем включить. Кинезцы не живут тут зимой, не хотят платить за отопление. Приходится нам греться обогревателями электрическими. Дорого очень выходит. Пойдём уже, Савр, негоже спасителям Терры про рост счетов за коммуналку перед подвигом трепаться.

– Сарказм понял, сигнал принял, — ответил я засмеявшись.

В Филаде во всех домах есть управляющие из числа жильцов. Где-то это постоянная активность, где-то по очереди жильцы этим занимаются. Такой управляющий собирает деньги со всех за коммуналку (кроме электричества и воды), решает вопросы с текущими поломками в доме (протечки, лифты, входные двери), и договаривается с поставщиками услуг про уборку, заливку дизеля для отопления.

Этот же человек собирает жильцов на собрания для принятия важных решений, в том числе о том, будет ли зимой в доме отопление, хоть и включают его всего на пару часов в день вечером. В домах тут есть батареи, но нет котельных и ТЭЦ, централизованное на весь город тепло отсутствует. Батареи работают от дизельного двигателя, установленного в подвале каждого дома.

Если большинство жителей дома готово за отопление платить, то топливо для дизеля закупают и его включают после снижения температуры до оговоренных заранее градусов. Если большинство финансировать отопление не хочет, то каждый житель сам греется как может.

Кто-то газовые баллоны покупает, кто-то печки ставит, кто-то использует обогреватели электрические. Кто-то уезжает в деревню и там дровами топит. Ладно, забудем про занудные коммунальные дела, у нас же гангстерская сага.

Мы оставили господина Философа дома как координатора нашей операции. К моменту, когда мы уходили, он успел выложить на столе несколько кнопочных мобильных, рацию и бумажную карту Керкопии и окрестностей.

Карта, правда, выглядела сильно потёртой, и часть дорог на ней была добавлена от руки. Похоже, Мараты не хотели покупать новую карту, и просто новые дороги дорисовывали сами. Каждая стройка в Филаде – проект на десятикиклия, и после проведения всемирных спортивных соревнований 15 киклов назад новых дорог почти не появилось. Так что карта 10-15 кикловой давности была практически актуальной.

Мы с трудом влезли втроём в лифт, спустились на нём вниз, на парковку, и устремились в дальний угол, где стояло нечто, заботливо накрытое брезентовым чехлом. Госпожа Белла быстро откинула чехол, мы с Симатодотисом помогли ей сложить пыльный брезент в угол. Под чехлом оказалось бордового цвета спортивное купе марки Оёда Целум самого первого поколения, то есть модели 1970 кикла.

Эпоха, когда автостроение Страны Восходящего Ильоса было на подъёме, причём машины тогда делали в расчёте на долгую эксплуатацию. Два воздухозаборника на капоте говорили о том, что это самая мощная комплектация из всех, поставлявшихся с левым рулём для зарубежных покупателей вне Страны Восходящего Ильоса.

Госпожа Белла села за руль, Симатодотис змейкой просочился на задний диван купе, я сел справа от водительницы. Сначала у меня были некоторые сомнения, что пожилая дама хорошо умеет приручать этого механического монстра. Однако первые же её движения меня не разочаровали. Заведя авто, двигатель которого тут же зарычал утробным рыком, водитель главы ассоциации оптиков первым делом перекрестилась и сказала:

– Храни нас Бог! Пристегнитесь, мальчики!

И вдавила педаль газа. Ворота парковки, к счастью, были открыты, госпожа Белла с заносом вывернула на улицу. Испуганные кошки, гревшиеся на солнышке, прыснули в разные стороны. Так же, как и пара встречных курьеров на мопедах, с криками про дерьмо пытавшиеся удержать свои тарахтелки на дороге.

Дороги посёлка Писателей – это пересечение большого количества мелких улочек, как правило односторонних. На перекрёстке обычно много зелени, мусора, поэтому поперечную улицу практически не видно. Поэтому при пересечении перпендикулярной улицы приходится притормаживать и смотреть, не едет ли кто-то, чтобы не столкнуться. Но это явно не наш вариант!

Госпожа Белла вдавила кнопку клаксона и на скорости пролетела пять поперечных улиц, нигде не остановившись и не переставая сигналить. На двух улицах выезжавшие с поперечных переулков водители были вынуждены экстренно затормозить, чтобы не столкнуться с нами. Кошки разбегались по кустам и деревьям. Собаки истошно лаяли, незадачливые пешеходы опять что-то кричали про дерьмо. Они ведь точно не про нас, правда? Видимо, под ногами не углядели и наступили случайно.

После экспресс-проезда по кварталу, продолжая отчаянно сигналить, госпожа Марат вылетела на проспект посёлка Писателей, игнорируя необходимость пропустить едущие по нему авто.

Водители сигналили, отчаянно ругались и махали кулаками высунув руки из окна. В глазах нашего водителя плескался восторг и охотничий азарт. Меня шатало в стороны, хоть я и был пристёгнут. Разные части моего тела десятки раз ударились о дверцу, бардачок и потолок салона. Не пристёгнутый Симатодотис переваливался сзади как мешок картошки.

Помимо высокой скорости, к нашим со связистом активным перемещениям внутри салона спорткара приводила холмистая местность. Госпожа Белла при этом сидела за рулём как влитая. Она будто стала единым целым, одним организмом с машиной.

Вылетев на перекрёсток со светофором, госпожа Марат со скрипом тормозов и заносом повернула с проспекта в сторону улицы героев студентов. Манёвр снова вызвал раздражённые сигналы остальных участников движения. Студенты, сидевшие в кофейне прямо на улице, проводили спорткар восторженными взглядами и возгласами.

Наш водитель повернула аккурат на начавшийся красный сигнал светофора. Вписавшись в поворот, дама крикнула:

– Хватит сигналить! Это был не красный, это был оранжевый!

Чуть позже, видимо, осознав уровень лихости своего вождения, добавила:

– Ох, грехи наши тяжкие, прости нас Господи!

В этот момент раздались трели телефона, госпожа Марат попросила меня ответить.

– Савр у телефона!

– Савр, Механик сообщил, что один из его людей зашёл в участок, будто искал там своего знакомого патрульного. Адвокат без сознания лежит рядом со входом в здание на полу. Грудастая патрульная с симпатичным задом оказывает ему первую помощь. Вокруг стоят другие патрульные и пара экипажей мотоциклов группы немедленного реагирования. Оказывающая помощь патрульная очень аппетитная девица. С конкурентными преимуществами примерно четвёртого размера. Да ещё с пистолетом и наручниками.

Госпожа Белла, продолжая рулить и отчаянно сигналить, включилась в разговор:

– Охотник, тебе уже скоро 100 киклов исполнится, какие девицы? К делу уже переходи, про девиц я с тобой потом поговорю!

– Упс, моя госпожа, виноват! Я ведь просто точно передавал слова Механика. В общем, нашего друга он тоже видел, как раз вместе с двумя странными субъектами. Ругаются с дежурным, выдали им прибор для проверки… неважно, в общем, тяжёлый прибор. Щелевая лампа называется. Наш друг его из ремонта забрал, нёс от машины на работу свою, когда его в участок забрали. Вместе с устройством и забрали, не дали донести в здание. Теперь выпускают и вернули все вещи, кому-то эту хрень нести нужно.

– Понял, значит, скоро они будут на улице. Мы уже рядом, Механику передайте, чтобы пару ребят на транспорте отправил внутрь кампуса. Пусть ждут там за забором прямо напротив участка. Там здание прочности материалов, что бы это ни значило. И пусть будут готовы быстро уехать с грузом и пассажиром. Если у Механика есть светошумовые заряды и дымовые шашки, нужно ими отсечь участок от нашей активности.

– Принято, удачи!

Разговор закончился, но госпожа Белла ещё долго продолжала бурчать про мальчишек, которые даже в возрасте за 90 киклов продолжают обсуждать аппетитных девиц. И, прости Господи, рассказывать про щелевые лампы. И это при наличии молодой супруги, которой всего-то 80 киклов. Ну, может, на пару киклов больше.

Удивительно, но её бурчание подействовало на меня мотивирующе. План операции сформировался практически сразу.

Я умею в телепорт, постараюсь забрать Шуру, перемещусь с ним вместе внутрь кампуса, там пара ребят Механика подберут его и увезут. Напротив участка находится здание прочности материалов политехнического университета. Не знаю, что там внутри, но рядом со зданием людей я ни разу не видел. Так что риски случайных свидетелей зацепить во время боя минимальные.

Если будут преследователи, буду с ними сам разбираться. Клад вряд ли будет в состоянии мне помочь. Устраивать битву на глазах у полицейских не хочется совсем. Нет желания становиться личным врагом полиции. Если патрульные пострадают от наших действий, то будут везде нас искать и не успокоятся, пока не найдут и не упокоят.

Поэтому я попросил людей Механика прикрыть наши действия светошумовыми гранатами и дымовыми шашками от полицейских из участка. Надеюсь, у группы оптиков есть хотя бы шашки.

Глава 5. И снова гангстерская сага

Второй раз уже я попадаю в ситуацию, когда банда Лорда увозит захваченного человека из участка на улице героев-студентов. В прошлый раз в другой временно́й ветке они увозили меня, теперь – Шуру Клада. Для всех остальных участников события это происходит впервые, но для меня такие разборки повторяются уже второй раз. В предыдущий раз то, что я могу телепортироваться, помогло мне переместиться прямо из машины внутрь кампуса технического университета. В случае с Шурой такой манёвр невозможен. А значит, мне придётся перехватывать похитителей на пути к машине. Надеюсь, успею.

Наша гонщица как раз домчала нас до поворота на улицу героев студентов, на которой находится полицейский участок. Улица бывшего мэра, по которой мы ехали после поворота на перекрёстке, была длинной и односторонней. Причём движение по ней, если считать от перекрёстка, было в противоположные стороны.

То есть проехать улицу насквозь было невозможно, потому что в месте перекрёстка направление движения по ней изменялось на обратное. С перекрёстка можно было уехать в обе стороны, а приехать к перекрёстку нескольких дорог можно было только с переулков, но не по широкому проспекту. Три фразы про одно и то же, но я никак не могу осознать такой странный факт. Он просто не укладывается у меня в голове. Навигация в Филаде – нетривиальная штука.

С парковкой, как обычно, было сложно, но как раз перед нами освободилось место. С него отъезжал длинный чёрный лимузин с затемнёнными стёклами. Он был припаркован прямо перед пересечением двух улиц, на углу которых расположен полицейский участок.

Чёрный лимузин — очень редкое авто для студенческого района. Да это же наши конкуренты – гангстеры Лорда, как раз уезжают, чтобы забрать своих подельников и Клада от участка! Бабушка Белла с визгом тормозов вклинивается на освободившееся место, я выскакиваю из машины и быстрым шагом иду к углу улиц, ко входу в участок.

С заднего сиденья машины следом за мной вываливается Симатодотис. Буквально вываливается, прямо на дорогу. Благо улица узкая и движения практически нет, задавить его некому. Укатали Сивку крутые горки, в буквальном смысле слова – местность в посёлке Писателей очень холмистая. И, хотя мы проехали небольшое расстояние, успели несколько раз спуститься и подняться по холмам.

Седан с сообщниками похитителей останавливается напротив входа в участок, включив аварийку. Я очень спешу, но стараюсь не бежать, чтобы не вызвать агрессию противников. Из участка выходит явно один из вурдалаков. Одет в чёрную длинную одежду, тёмные очки, у него очень бледное вытянутое сверху вниз лицо, неестественно худой.

В руках у гангстера устройство, которое стоит в оптике или у окулиста на столе. Перед ним садишься, ставишь подбородок на подставку, прислоняешься лбом и тебе светят в глаз при осмотре. В Филаде попасть на приём к окулисту непросто, зато такие устройства в каждой оптике есть. Тут фармацевты в аптеках за терапевтов лекарства советуют, а оптики – за окулистов. Проявилась Ламия:

– Савр, это называется щелевая лампа.

– Спасибо, помощница. Честно, пофигу сейчас, как оно называется. Главное, что руки у противника заняты.

Второй персонаж, выходящий следом, выглядит точно так же, как предыдущий. Только у него нет в руках щелевой лампы. Зато он держит за предплечье Клада обеими руками, при этом что-то держит в правой руке. Когда вурдалаки украли меня, это был пистолет, вряд ли что-то поменялось.

У лимузина открывается водительская дверь, и оттуда выходит ещё один вурдалак. В гогглах все эти бандиты выглядят как люди-волки, то есть существа на двух ногах с волчьей головой.

Я поворачиваю ко входу в участок, не доходя до лимузина. Вурдалак, сопровождающий Клада, смотрит на меня неприязненно и подозрительно. Остальные двое оказались к этому моменту у меня за спиной. Так что их реакция мне не видна. И – бинго! В этот момент подоспела кавалерия!

Из-за спины прилетает нечто компактное, бьётся о землю. Я успеваю закрыть глаза и открыть рот. Хотел ещё руками уши закрыть, но не успел. Раздаётся резкий хлопок, вспышка. Несмотря на закрытые глаза и гогглы на них, я практически ничего не вижу.

К счастью, гогглы транслируют мне неясные серые изображения двух человек, борющихся между собой. Бросаюсь к оптику, отталкиваю вурдалака в сторону Симатодотиса, кричу связисту: «Принимай груз!» — и в то же мгновение применяю телепортацию.

За забором напротив полицейского участка находится непонятное мне здание прочности материалов. Главное, чтобы не было лишних свидетелей заварухи и никто не пострадал. Телепортировавшись, с трудом различаю движение рядом с нами, мне что-то говорят, но я не понимаю. Точнее, не слышу. Подключается Ламия:

– Савр, это бойцы Механика, готовы тебе помочь!

– Шура в порядке?

– Савр, извини, но это не Клад, ты телепортировался вместе с вурдалаком.

Сильный удар по голове подтверждает эту информацию и сбивает меня с ног.

«Получен урон 12 укусов. Оглушение длительностью 5 минут».

«Вырубите его, но постарайтесь оставить живым!» – кричу я людям Механика.

Какие-то тени вокруг меня двигаются и издают непонятные звуки. Вдруг картинка и звук меняются, видимо, ИИ-помощница подключила свои возможности и транслирует мне изображение и звук, чтобы компенсировать воздействие светошумовой гранаты.

Я вижу отдельные чёрно-белые, точнее, светло-серые и тёмно-серые кадры. На них некто в мотошлеме, маске, мотокостюме и перчатках с разбегу бьёт головой в живот стоящего рядом со мной вурдалака. Меня разворачивает, оба противника падают рядом со мной.

Второй мотоциклист, одетый точно так же, как первый, подбегает к упавшим. В руке у него ещё один мотошлем. Шлемом боец Механика несколько раз с размаха бьёт вурдалака по голове. Кадры меняются, как картинки чёрно-белого комикса.

Звуков я не слышу, и после мысли о комиксе Ламия начинает мне транслировать звуки в виде картинок. «Трах», «бах», обведённые в рамки из ломаных линий. Над головой вурдалака появляются прерывистые круги, летающие звёздочки и поющие птички. Видимо, противник мотоциклистов «поплыл».

Оптики повернули его на живот и стянули руки и ноги ремнями. Для связывания ног пришлось им отдать мой ремень. Натянули на голову находящегося в нокауте врага мотошлем, взгромоздили на один из мотоциклов. Один из бойцов Механика сел рядом с вурдалаком как водитель. А я с трудом заполз позади второго бойца на оставшийся мотик. У моего водителя над головой появилось облачко, внутри которого написан текст на филадском: «Куда едем, Савр?»

– Ламия, подруга моя древняя, ты не слишком увлеклась?

– Ты уже всё видишь сам и слышишь?

– Пока не очень хорошо, но можно мне как-то более привычным способом информацию передавать, а не в виде комиксов.

– Согласна, увлеклась, но, согласись, было прикольно.

– Огонь просто, но пора прекращать.

– Скучный ты, вот был до тебя хронопетлец…

– Зато живой, а того уже нет. Заканчивай балаган.

Задавший вопрос боец потряс, постучал меня по предплечью, чтобы прервать затянувшуюся паузу. Теперь я всё видел и слышал, хотя в ушах шумело и голова кружилась. Возможно, это последствия удара вурдалака.

– Едем в кампус универа имени первого президента Филады, там, через дорогу от студенческого ресторана, есть место раскопок для практики студентов. Знаешь?

– На улице историка-основателя? Знаю, конечно, уже едем.

Я посмотрел через забор кампуса в сторону полицейского участка. Остатки дыма постепенно рассеивались, несколько полицейских перекрыли движение на улице героев-студентов. Чёрный седан никуда не уехал. Полиция держала кого-то, лежащего на земле у входа в участок, под прицелом. Мне не было видно, кто это. Надеюсь, не Шура, не Симатодотис и тем более не наша отважная водитель госпожа Белла.

Мы мчались по кампусу технического университета, ветер в лицо, голова отчаянно кружится. Самочувствие ужасное. Кампус похож на парк, очень красивая зелень, цветы и деревья. Вот только люди всё портят.

Заборы, стены, входные ворота и даже асфальт расписаны граффити и пропагандистскими лозунгами. Лозунги все от анархистов и коммунистов разных партий. В Филаде такие партии не запрещены, в отличие от многих других стран Гереи. Но коммунистических партий несколько, между собой договориться они не могут, поэтому в парламент попадает только одна со стабильным процентом голосов 7–8.

Остальные коммунисты, с минимально отличающимися названиями, логотипами и избирательными программами, успешно отнимают у этой партии часть голосов избирателей. Сами не проходят в парламент и не дают ей набрать весомое количество депутатов для реального влияния на политику. Не знаю, как у филадцев, у меня возникает чёткое ощущение договорняка между партиями власти. С целью не допускать коммунистов любыми средствами к значимым политическим решениям.

Граффити – настоящий бич Филады. Местные на них не обращают внимания, будто их нет. А у приезжих они вызывают жуткое неприятие и отторжение. Я не про муралы, с сюжетом и мастерски нарисованные, а про убогие росписи псевдохудожников, названия футбольных клубов, их фанатских групп, а также неприличные картинки.