Триархи на задании

Несмотря на многочисленность нарядов, оружие, бронежилеты полиции, изредка атаки на мотоциклистов бывают удачными. И тогда на улицах Керкопии начинается настоящая война: сожжённые машины и мусорные баки, баррикады и слезоточивый газ. Полиция неотвратимо мстит радикалам за покалеченного или ушедшего на дежурстве собрата. Мирным обывателям несколько дней не сто́ит выходить на улицы столицы Филады.

Подразделение немедленного реагирования обычно сначала бьёт, а потом уже разбирается, преступник перед ними или простой обыватель. Естественно, общение с полицией в наши планы не входило. Поэтому, повернув за угол, мы быстро нырнули в подъезд моего дома, поднялись в квартиру и выдохнули.

Симатодотис возбуждённо рассказывал мне, как ему здесь нравится. В первую очередь он проникся зеленью в городе. Что неудивительно. Меня как жителя северной страны Сеи, гранаты, померанцы и лимоны, зреющие прямо на тротуарах в декабре, тоже не оставляют равнодушным.

Для доисторического змеелюда, который живёт в условиях обледенения после атаки на Терру инопланетных захватчиков, цветы и плодоносящие деревья вообще в диковинку.

Связист даже успел заметить птиц. В доме, где мы живём вместе с Оранж, сосед с первого этажа держит на балконе целый выводок попугаев, а сосед из подвала – курицу. Чёрно-белая несушка как раз гуляла по террасе перед квартирой подвального уровня, когда мы заходили в дом.

Опять же, в Сее держать птиц на балконе круглый кикл невозможно, а про кур в многоквартирных домах в Осхе, нашей столице, я, к счастью, никогда не слышал. А вот в Керкопии жители иногда держат даже в многоквартирных домах. Очень редко, но бывает.

После обмена мнением про прекрасную природу и разноцветных пернатых, я оставил связиста смотреть филадское телевидение – так сказать, приобщаться к местному культурному коду. А сам позвонил оптикам. Шура не отозвался, так что я набрал домашний номер господина Марата, пожилого президента ассоциации оптиков. К телефону подошла госпожа Белла, супруга и доверенное лицо Философа Марата:

– Кто говорит?

– Это Савелий, госпожа Белла!

– Друг мой, рада тебя слышать, заходи к нам на кофе, мы с Фило будем счастливы тебя видеть. Ты ведь звонишь не просто так, есть какие-то новости? Заодно и расскажешь нам.

– С радостью, но я хочу прийти не один, со мной будет соратник с очень старых времён.

– … не знаю, как он к нам попал, но поняла, откуда. Думаю, это очень важный разговор и срочный. Приходите прямо сейчас.

– Хорошо, госпожа Белла, мы уже идём.

Я отправил положенное для выхода на улицу СМС. Симатодотис повторил то же самое, чтобы в крайнем случае показать полиции. Документы для него подготовили крафтеры в змеекузне, взяв, как пример, филадское удостоверение профессора Дронта Камня. Там же связист получил симку во вре́менное пользование, так что теперь он прикрывался личностью преподавателя минералогии.

Гримироваться под старика Симатодотис отказался, так что прикрытие было совсем ненадёжным. Решили, что, в случае вопросов, он будет изображать внука Дронта. В Филаде по традиции внукам дают имена дедушек, а внучкам – бабушек. Поэтому здесь часто встречаются двоюродные братья и сёстры с одинаковыми именами, и, если речь идёт об именах в честь родителей отцов, то и с одинаковыми фамилиями. То есть полные тёзки, только отчества разные. И да, в отличие от большинства стран Герейского Союза, в который входит Филада, отчества здесь во всех документах указываются обязательно. Точно так же, как и на моей Родине.

Пользуясь навыком связиста по обнаружению рядом полицейских раций, мы добрались до дома пары Марат без каких-то происшествий. Жили оптики тоже в посёлке Писателей, хотя до этого Шура Клад привозил меня к ним на машине. Пятиэтажный дом буро-зелёного цвета был весь обвит растением типа плюща, причём с толстым древовидным стволом.

Квартира четы Марат была угловой и имела сплошной балкон, выходящий на две улицы. Я и Симатодотис прошли через парковку, расположенную под домом на нулевом этаже, на которой стоял представительский «Поппель Шкипер» и несколько других авто разных киклов выпуска и класса. Позвонили в домофон, поднялись на лифте до третьего этажа. Нас встречал сам хозяин, господин Философ, вне квартиры, прямо на лестничной площадке у лифта. Такая встреча означает высшую степень уважения к гостям:

– Савелий, рад тебя видеть, мой юный друг! Я вижу, ты нашёл нового товарища – филадца. Заходите, всё обсудим внутри дома.

Мы обнялись, пожали друг другу руки. Я представил Симатодотиса. Узнав, что мой друг не филадец, но будет изображать из себя филадца, господин Марат начал учить нас обоих местным традициям и стандартным выражениям:

– Когда заходите в дом, хозяева вас впускают и говорят: «Добро пожаловать!» Что нужно ответить?

– Спасибо, что пригласили?

– Нет, нужно отвечать: «хорошо, что мы вас нашли».

– Ладно, так и будем делать.

– Неправильный ответ. Повторяем: «Добро пожаловать!»

– Хорошо, что мы вас нашли!

– Вот, другое дело! Проходите, друзья, сейчас Белла сделает нам кофе.

В большой гостиной у выхода на балкон был расположен старомодный кинескопный телевизор люксовой японезской фирмы. Для эпохи, когда он выпускался, настоящий гигант. Ближе к входным дверям стоял большой стол, несколько кресел, диванчик и низкий столик для кофе.

У стен располагались шкафы, напомнившие мне «стенки» времён Эноси, распавшегося тридцать киклов назад государства, самой большой частью которого тогда была Сея. В составе комплекта мебели книжный шкаф, шкаф с посудой, гардероб. На шкафах стояло множество фото. Также снимки в толстых деревянных рамках висели на стенах. На полу лежал ворсистый ковёр. Небольшие круглые коврики из плотной материи лежали на диване, креслах и даже стульях.

Пока хозяин и гости ждали кофе, серьёзный разговор не начинался. Я попробовал похвалить хозяйские фото. На шкафах стояло несколько фото молодой пары. Я показал на одно из них и сказал:

– Вы отлично получились с госпожой Беллой.

Господин Марат посмотрел на меня задумчиво, потом ответил:

– Да, получились отлично, это дедушка и бабушка Беллы в молодости.

Ладонь рефлекторно потянулась изобразить жест «рука-лицо», с трудом удержался. Но главный оптик как будто не заметил моей оплошности, продолжая:

– А вот это фото я называю первым и главным фейком нашей пары. Тут я в армии, одетый в военную форму, и юная Белла на одном фото. Но штука в том, что мы тогда не были знакомы и, конечно, не встречались — это чистой воды монтаж.

– Я думал, вы оба из древних родов оптиков и знакомы с детства.

– Да, мы оба оптики, так и познакомились. На конференции от производителя оборудования для диагностики зрения. Красивый отель, лифт, я еду вместе с красивой девушкой, которая мне улыбается и на которую я смотрел весь день вместо того, чтобы слушать доклады.

– Вы пригласили её на кофе?

– Нет, схватил за мягкое место, я парень простой. Она, продолжая мило улыбаться, дала мне ногой по промежности.

В этот момент в гостиную вошла госпожа Белла:

– Фило, ради Бога, прекрати свои скабрёзности рассказывать молодым мальчикам! Опять он позорит пожилую даму. Уже 90 киклов, а одни пошлости на уме!

– Это романтические истории, моя госпожа, если их не рассказывать молодым, они вообще перестанут размножаться!

– Мальчики, не слушайте его, не было такого!

– Как не было, конференция, ты мне улыбалась весь день, романтический вечер, лифт!

– Да, Фило, но ты мягко взял меня за руку, прежде чем я нажала свой этаж, и предложил поехать на крышу, где кафе с десертами из лучшей кондитерской Филады и красивый закат! Так всё и было!

– Да, Белла, извини, так всё и было! Бес попутал, чушь мальцам рассказываю! Старый уже, 90 киклов, иногда забываюсь. Романтический вечер на крыше отеля на береговой линии, вкусные десерты, незабываемый прекрасный закат с такой же прекрасной девушкой...

Господин Философ при этом хитро подмигнул нам, поднёс руку ко рту, как бы говоря: «Не верьте ей! Правда в том, что всё было, как я рассказал». Госпожа Белла в это время была занята. Пожилая дама расставляла на столике кофе, маленькие двойные слойки и печенье. Но, несмотря на занятость, заметила жест супруга, и потому угрожающе помахала мужу указательным пальцем. Господин Марат тут же преобразился в серьёзного и представительного старца и произнёс:

– Друзья, посмеялись и будет! Я знаю, что Савелий не привёл бы к нам в дом случайного человека… Или случайного самца другого разумного вида. И предполагаю, что ты, Симатодотис, прибыл к нам если не издалека, то, какое бы правильное слово использовать… По аналогии со словом «издалека», когда говорят о расстоянии, скажу «издавна». Ведь, предполагаю, мы говорим о длинном расстоянии во времени. Но хотелось бы из первых, рук, или, точнее сказать, трёхпалых лап услышать твою историю и планы у нас. Понимаю, есть секреты, на них не претендуем. Но, вижу, ты парень хороший, втёмную нас использовать не будешь. Расскажи, что можешь рассказать.

– Господин и госпожа Марат, с радостью. Мне Савр… Савелий рассказывал про вас много хорошего. Рад наконец-то познакомиться лично.

И соклан начал свою историю…

Глава 3. Доисторический апокалипсис

Основную историю про разрушение доисторической цивилизации Терры я уже видел. Видео на эту тему было частью процесса, необходимого для подключения к системе ополченцев. Но, конечно, мне очень интересно услышать описание этих событий от лица непосредственного участника.

Симатодотис был уже взрослым змеелюдом, когда учёные Терры обнаружили приближающийся к планете астероид. У него была семья – самка и выводок змеёнышей, неплохая работа. В чём именно его занятие заключалось, я так и не понял. Похоже, прямого соответствия современным человеческим профессиям такой род деятельности не имел. Я понял только, что теперешний спецназовец не имел никакого отношения к силовым структурам. Он работал в государственной службе, которая, в том числе, оказывала коммерческие услуги. И мой друг был связан с продажей и предоставлением этих услуг жителям своего региона.

Работал Симатодотис не на территории теперешней Филады. В период разрушения цивилизации рептилий, кстати, Филада находилась на западном побережье большого моря. К востоку от неё на пару тысяч километров не было крупной суши, только небольшие острова.

Гораздо позже сошлись плиты нескольких континентов. Гигантские массивы суши приблизились настолько, что объединились в самый крупный в моё время материк Терры. Он называется Герасея и состоит из двух частей света, западная из которых – Герея. Филада стала одной из самых восточных частей Гереи. К востоку от Филады начинается самая населённая часть света. И переселенцы оттуда, перемещаясь в более благополучную Герею, в первую очередь попадают в Филаду.

Связист жил и трудился примерно в тысяче километров к югу от материковой плиты, на которой расположена теперешняя Филада. Симатодотис очень удивился, увидев, что положение самого жаркого материка Терры, где он жил, не изменилось относительно Филады за 65 миллионов киклов. Так же, как не трансформировался и материк вокруг ацтекского залива. Того самого, в который упал гигантский астероид.

Часть змеелюдов погибла практически сразу после падения небесного тела из-за серии землетрясений и цунами. Сильнее всего катастрофа ударила по крупным и водным формам жизни. Оставшиеся в живых рептилии и другие существа позже завидовали тем, кто погиб сразу после падения астероида.

Потому что существование превратилось в борьбу. Война с инопланетными захватчиками, эпидемии, голод, холод – всё это уничтожило развитую цивилизацию разумных рептилий, оставив только очаги разумной жизни, разбросанные по планете. Существование в агрессивной и дикой среде на фоне прежнего комфорта гораздо хуже выживания в дикой среде, если бы цивилизации вообще не было.

Я видел юморные картинки в чатах про постап, про «мать, неси таблетки, дедушка опять бредит». В жёлтых немигающих глазах с вертикальным зрачком своих змеят, вылупившихся уже после катастрофы, Симатодотис выглядит именно таким бредящим дедушкой. Понятно, что они видели информацию про прежние достижения змеелюдей. И вроде как должны в это верить.

Но одно дело посмотреть ролик, и совсем другое – осознать уровень величия предков. Возможно, какие-то психологические механизмы защищали юных змеёнышей от осознания такой потери. Так проще не впасть в депрессию и пережить, что они никогда не увидят великих достижений потерянной цивилизации.

В первую очередь погибали крупные мегаполисы и наиболее населённые агломерации. Было сложно обеспечить жителей питанием и водой, избежать распространения инфекционных заболеваний. Было необходимо обеспечить жителей ресурсами для обогрева после кардинального изменения климата в сторону похолодания.

Прежние управленцы, казалось, отлично справлявшиеся в хороших условиях, не смогли перестроиться и приспособиться к работе в условиях постоянного кризиса. Именитые правительственные группировки и партии, примкнувшие к ним военные и силовики, даже учёные — все боролись не с проблемами. Боролись между собой за власть и ресурсы. В итоге основная часть инфраструктуры змеелюдов, ресурсы их цивилизации и высокотехнологичные устройства — всё осталось в прошлом.

Семья Симатодотиса погибла, он разочаровался в партии, к которой изначально примкнул, и бежал через море на север, спасаясь от ударов инопланетян. На самой окраине северного материка, в полном захолустье, неинтересном захватчикам, остался очаг сопротивления, на территорию которого стекались отряды змеелюдов.

Эти змеелюды не были профессиональными военными. Тех в первую очередь выбили инопланетные захватчики во время первоначальной атаки и следующих вооружённых столкновений. Обычные мирные прежде жители Терры, активные, не сломавшиеся под ударами судьбы и захватчиков рептилии стали ополченцами Терры в горах на месте теперешней Филады. Подобные отряды сформировались и в других очагах, где изначально не было достойных целей для оккупантов. В регионах, где были развитые мегаполисы, крупные военные объекты, не осталось практически ничего живого.

Когда Симатодотис появился в ополчении, там уже существовали ИИ-помощники и система, обеспечивающая подсчёт опыта, развитие атрибутов и навыков, обмен трофеями. Змеелюда подключили к ней без каких-либо пояснений. Откуда появилась эта инфраструктура, Симатодотис не в курсе. Про иновременцев до встречи со мной он тоже слышал только слухи. Связист даже считал информацию про хронопетлецов сказками для взрослых. Историями для утешения и поднятия духа ополченцев в ситуации постоянных потерь и отступления под напором превосходящих сил оккупантов.

Многие терране думали то же самое. Что информация про временны́е петли и перемещение во времени – ложь во благо. Командование якобы хочет, чтобы участники сопротивления не теряли надежду на победу над оккупантами или хотя бы на выживание цивилизации змеелюдей.

Симатодотис, несмотря на поддержку такого мнения, вслух его не высказывал. Спецназовец не хотел, чтобы его обвинили в пораженческих настроениях. Большинство штурмовиков, с кем он общался, были уверены, что «ещё чуть поднажать и порвём этих теплокровных, словно крокодил рыбу». Репрессий в ополчении не было, но высказывание сомнений в победе ополчения привело бы к враждебному отношению со стороны патриотично настроенных и искренне верящих в победу сокланов.

Я думал, что связист – совсем молодой змеелюд. Судя по его оптимизму, интересу к самкам и развлечения. И вдруг, оказывается, у Симы была семья и змеёныши ещё до катастрофы. За прошедшие после нападения инопланетян киклы до времени, когда мы познакомились, он успел переквалифицироваться в связисты. Выполнил много боевых заданий ополчения, стал частью элитного подразделения «Шёпот смерти», и даже отложил несколько кладок яиц со змеелюдками, с которыми у Симатодотиса были романтические отношения.

Ополченцы старались не забывать про потомство, потому что иначе освобождать Терру будет не для кого. Да и некому. Ополченцы ведь стареют и уходят от болезней и по возрасту. Даже если не учитывать гибель в боях с теплокровными, которая была основной причиной смертности разумных рептилий-ополченцев.

Вылупившихся змеёнышей по очереди воспитывали папы и мамы. Но делалось это не в семьях, а в детских группах, в формате интернатов. Взрослые ополченцы часто выполняли боевые задания, большинство из них жило на казарменном положении. Поэтому, к сожалению, родители не могли постоянно воспитывать своё потомство. Чередовались и заменяли друг друга, воспитывая посменно своих змеёнышей и детишек сокланов, когда были свободны от заданий.

Симатодотис рассказал, что ему, в силу его специальности в ополчении, стали очень интересны средства связи в виде смартфонов, которые я доставил из своего времени. И захотелось обязательно своими глазами посмотреть на мир будущего, где все жители пользуются таким чудом.

Ещё среди ополченцев было принято считать, что в будущем, конечно, победят инопланетных оккупантов. Поэтому сокланы напутствовали сослуживца, отправившегося в дивный новый мир, вернуться и рассказать им, как в будущем змеелюды радуются победе.

Сам Симатодотис, конечно, понял, что не всё так радужно, как думают многие ополченцы. Командир ведь отпустил его не отдыхать, а выполнять боевое задание.

После многозначительной паузы, которой соклан завершил свою непривычно шипящую речь на филадском, стало понятно, что он ждёт ответного рассказа от хозяев дома.

Господин Марат правильно понял паузу Симатодотиса и взял слово. Главный оптик начал рассказ с политинформации о противостоянии терран с захватчиками. Господин Философ признал, что сопротивление оккупантам практически подавлено. Терра, в основном, захвачена инопланетянами, а также их теплокровными сателлитами.

Большинство сопротивляющихся сами являются теплокровными, хотя имеют часть генов змеелюдов. И выглядят современные участники сопротивления как теплокровные, хотя в специальных очках видно наличие у них генов терран. Чем ближе к северо-западу Гереи, тем терранских генов и сопротивляющихся людей меньше.

Например, в Альбии их практически нет. Эта страна и выходцы оттуда практически все поддерживают оккупантов и агрессивно продвигают их идеологию по всей Терре. Для работы на захватчиков альбийцы используют все свои политические, военные и торговые возможности.

В Филаде ситуация другая. У многих жителей страны сохранились гены терран. Однако пропаганда инопланетян привела к тому, что они не помнят своих корней и культуры. Филада намного беднее стран Северо-Западной Гереи. Поэтому жители Юга завидуют и во всём стремятся быть похожими на альбийцев и аллеманцев.

Престижным считается отправить детей на обучение в эти страны. Практически все преподаватели университетов Керкопии сами получали образование в Альбии, а не в Филаде. Они активно пропагандируют тамошние ценности, и эти же люди пишут школьные учебники. Так что филадцам с детства внушают, куда нужно стремиться и где жизнь правильно устроена. Также гордым жителям южной страны внушается чувство собственной неполноценности по сравнению с «заграницей». Под которой, конечно, подразумевается Северо-Западная Герея, а не по-настоящему нищие страны Юга и Востока.

Молодое поколение филадцев, поддаваясь такой пропаганде, фактически превращается в «пятую колонну», засланную оккупантами в страну с терранским населением. Господин Философ пожаловался, что собственная дочь считает его отсталым ретроградом. Ещё бы, она гордится тем, что работает с альбийцами, и сожительствует с одним из них. А от родителей «продвинутая» дочка скрывает место своего проживания, чтобы избежать контактов с нецивилизованными предками. И, конечно, если она получит хоть какую-то информацию о деятельности ордена оптиков, то тут же поделится всеми секретами со своими любимыми альбийцами.

Главный оптик тут же оговорился, что привёл этот пример, не чтобы нас разжалобить, а для понимания масштаба проблемы. Также это предупреждение для нас, что родственные узы, к сожалению, уже не дают гарантии верности делу, которым предки господина Марата занимались тысячи киклов. Враги постоянно пытаются обнаружить любые активности, связанные с тайным орденом поддержки ополчения Терры. Ведь им жизненно важно уничтожить последние остатки сопротивления коренных жителей захваченной планеты.

К беседе подключилась госпожа Белла и рассказала, что сегодня странные события произошли с Шурой Кладом, помощником руководства ассоциации оптиков во всех делах, официальных и тайных. Что Клада вдруг обвинили в незаконном выходе из дома во время пандемии, и отвезли в полицейский участок. Я спросил, в какой именно, и господин Марат ответил, что в подразделение на улице героев студентов. Госпожа Белла добавила, что они отправили в участок адвоката, чтобы помочь Шуре, но от юриста нет никаких вестей.

В этот момент у меня в голове будто что-то щёлкнуло. Я вспомнил, как меня самого точно так же забирали в участок по аналогичному обвинению в другой временно́й ветке. За такую мелочь не патрульные не задерживают. Полиция просто выписывает штраф в 300 денариев и отпускает нарушителя.

А меня полицейские передали членам преступной группы Лорда. Адвоката, присланного мне на помощь оптиками, просто вырубили в участке или рядом с ним. Тогда меня спас именно Шура вместе с участниками «боевого крыла» ассоциации оптиков, что бы это ни значило. Ребята были бравые и смелые, хотя активно пообщаться с ними не получилось.

Получается, что в этой ветке времени вместо меня в участок забрали Клада. В прошлой ветке меня сдал агентам оккупантов первый хозяин квартиры. Но в текущем варианте реальности я съехал от него в первый же день. Поэтому понять, что я тот самый хронопетлец, которого ищут агенты захватчиков, Хамлор Патока не мог. Видимо, каким-то образом к врагу просочилась информация про Шуру, и вместо меня полиция взяла владельца оптики посёлка Писателей.

Услышав новость про задержание Клада, а также об отсутствии информации от адвоката, я решил, что таких совпадений не бывает, и нужно союзников спасать. Даже если я ошибся, лучше перебдеть, чем недоспать. Хотелось обсудить задание Симатодотиса, закупку оборудования и долгосрочные планы. Но, похоже, события опять понеслись вскачь, и придётся, образно говоря, прыгать в последний вагон уходящего поезда.

– Господин Философ, госпожа Белла! Извините, что перебиваю, мы с вами и Симатодотисом хотели важные вопросы обсудить. Но, судя по тому, что вы рассказали, дело срочное. Не буду вдаваться в детали, просто скажу, что в параллельной реальности я сталкивался с очень похожей ситуацией, и тогда доставленного в участок пришлось срочно спасать. Адвокату, кстати, тоже может потребоваться помощь, но не настолько срочно.

– Савелий, текст о параллельной реальности для нас с моей госпожой звучит странно, но мы уже стали свидетелями разных невероятных событий с твоим участием. Если дело срочное, просто скажи, что нужно делать, конечно, мы хотим спасти мальчика. Шура нам как сын.

– А ты как внук! — добавила госпожа Белла.

– Спасибо за доверие и принятие в семью, друзья, это взаимно, я тоже отношусь к вам как к родным. В прошлый раз из участка спасали меня. И сделали это присланные Шурой члены, как он выразился, «боевого крыла» ассоциации оптиков. Клад сам руководил операцией, но решающий вклад в освобождение внесли бойцы с тяжёлым вооружением, а именно с автоматическими гранатомётами. У вас есть такие бравые ребята, правда ведь?

– Обещай, что про тот случай ты нам расскажешь позже, когда будет время. Я возмущён, что тебя посмели забрать в участок и пришлось проводить боевую операцию по освобождению. Мы готовы, неважно, что там за враги – полиция, армия! Всех порежем на полоски филадского флага, чтобы Шуру освободить. Есть боевое крыло, это так. Но им Шура руководил. Понимаешь, у нас тайная организация, структура, как теперь модно говорить, сетевая. Ячейки знают друг друга, руководителя, и всё. Иначе одного возьмут и потом раскрутят всю тайную организацию.

– Фило, подожди, у меня есть резервная информация как раз на такой крайний случай.

– Госпожа моя, что за интриги? Тем более, за моей спиной, почему я про это не знал?

– Как раз по той причине, о которой ты только что говорил. Не сто́ит знать всё. Для уменьшения рисков.

– Прощаю на первый раз.

Господин Философ укоризненно посмотрел на супругу и погрозил ей пальцем. Жест, такой же, как в Сее. Сильно всё-таки похожи наши культуры. Скорее даже сейская — наследница филадской, пусть наша страна и больше по населению в 15 раз, а по площади территории аж в сто тридцать раз. Многие филадцы спрашивают про количество населения в Федеративной Республике Сее. Очень гордятся нашей страной как наследницей их религиозной веры и культуры. В очередной раз навалились сообщения от системы ополченцев: