Трава, проросшая сквозь камень

— Древние маги создали первые академии и написали свод правил, чтобы магия не уничтожила мир снова.

О королевстве

— После Великого Разрыва началась эпоха смуты. Мелкие королевства воевали друг с другом за магические ресурсы. Но триста лет назад появился человек, который объединил народы. Его звали Арториус Первый.

— Он был не самым сильным магом, но самым мудрым. Арториус заключил мир с кланами демонов, которые тоже пробудились от магии, и создал единое государство — Королевство Альдион, наше государство.

Директор показал на карте — границы королевства простирались от северных гор до южных морей.

— Династия Арториуса правит до сих пор. Нынешний король — Арториус Седьмой. Он мудр и справедлив. Но его власть не абсолютна: рядом с ним совет магов и парламент лордов.

О Владыке демона Аносе. Голос лорда Фламмеля стал тише и мрачнее.

— Но у мира всегда есть тень. Когда магия проникла в наш мир, из того же разлома пришли не только силы, но и существа. Некоторые из них были разумны. И один стал самым страшным врагом человечества.

— Его зовут Анос, Владыка демонов.

На доске появился рисунок: высокий силуэт в чёрной броне, с горящими красными глазами. Даже изображение, казалось, излучало холод.

— Анос был первым демоном, овладевшим магией хаоса в совершенстве. Он не просто колдовал — он мог уничтожать целые города одним жестом. Он порабощал людей, обращал их в рабов, создавал армии нежити.

Директор помолчал.

— Двести лет назад Анос объявил войну Королевству Альдион. Война длилась двадцать лет. Погибли миллионы. Сгорели дотла три столицы. Маги и рыцари сражались плечом к плечу, но Владыка был слишком силён.

— Как же его победили? — спросил кто-то с первой парты.

— Не победили, — ответил Фламмель. — Запечатали.

Он показал на карте точку на юге, за горами.

— Семь величайших магов того времени объединили усилия и создали Печать Бездны. Они заманили Аноса в разлом и закрыли его своей кровью. Владыка не погиб — он бессмертен. Но он заточён в мире хаоса, и пока печать цела, он не может вернуться.

— Однако печать слабеет, — добавил директор. — Раз в сто лет её нужно обновлять. Для этого требуется семь магов, каждый из которых владеет одним из древних даров. И такие маги рождаются всё реже. Вот почему академия ищет таланты — даже среди бедняков, даже в глухих деревнях. Вы — будущее. Возможно, именно вы станете теми, кто продлит печать. Или, если случится худшее, — теми, кто встретит Аноса в бою.

В аудитории повисла гулкая тишина. Дайку сидел, не дыша. Его голова шла кругом: Владыка демонов, печать, древние маги… А он, худой мальчик из Хамильтона, может стать одним из хранителей? Основы магии. Лорд Фламмель заметил реакцию и смягчил голос.

— Не бойтесь. Анос не вернётся завтра. У нас есть ещё лет двадцать, а то и тридцать. К тому же, сегодня вы начинаете с азов.

Он повернулся к доске. Там появились схемы.

— Магия — это преобразование маны в реальный эффект. Мана находится везде: в воздухе, в земле, в воде, в живых существах. Маг впитывает ману через особые каналы — их называют резонансами.

— У каждого мага есть ядро — маленький кристалл в районе солнечного сплетения. Чем больше ядро, тем больше маны можно накопить и тем мощнее заклинания.

— Заклинания бывают трёх типов:

· Стихийные (огонь, вода, воздух, земля).

· Телесные (усиление тела, регенерация, лечение).

· Ментальные (иллюзии, телепатия, подчинение) — их изучают только с разрешения короны, они опасны.

— Вы, новички, уже прошли первичную диагностику. У кого-то — огонь, у кого-то — ветер, у кого-то — тело. Со временем вы сможете развить до трёх даров. Но это редкость.

Дайку почувствовал, как Пьетро смотрит на него. Тот знал, что у Дайку уже три дара.

— Ваша задача в первом полугодии — научиться чувствовать ману, накапливать её в ядре и расходовать с умом. Перерасход ведёт к истощению, а в худшем случае — к смерти. Магия не игрушка.

Он закрыл доску.

— Вопросы есть?

Дайку поднял руку.

— Да, мальчик с заднего ряда. Твоё имя?

— Кондо Дайку, господин директор.

— Спрашивай.

— Если Владыка демонов когда-нибудь освободится… его можно убить? Или только запечатать снова?

Лорд Фламмель посмотрел на него долгим взглядом.

— Хороший вопрос, Дайку. Ответа я не знаю. Но есть легенда, что когда-нибудь родится маг, чья сила превзойдёт даже Аноса. — Он чуть улыбнулся. — Может быть, это будешь ты? А теперь — всё. Лекция окончена. Завтра — практика по контролю маны.

Аудитория взорвалась гулом. Уставший, но счастливый. День потянулся бесконечно. После истории магии была лекция по алхимии, потом по теоретической магии, потом обед в общей столовой (похлёбка и каша с кусочком мяса — Дайку съел две порции). После обеда — знакомство с учебным планом и выдача формы. Дайку получил две красные куртки, трое штанов, рубашки и башмаки. Всё подогнали по росту — на удивление быстро. В новой форме он чувствовал себя почти как настоящий студент. К вечеру он валился с ног. Голова гудела от новых знаний, в глазах рябило от рун и формул. Он брёл по коридору в общежитие, еле переставляя ноги. В коридоре встретился всё тот же Симон Вертекс с компанией.

— Эй, Дайку из Хамильтона, — усмехнулся рыжий. — Как успехи? Уже сбежал с первой лекции?

Дайку даже не нашёл сил ответить. Он просто посмотрел на Симона пустыми глазами и прошёл мимо.

— Слабак, — донеслось вслед.

Пьетро ждал его в комнате.

— Ну как? — спросил он, заметив измученный вид Дайку. — Накачали знаниями?

— У меня голова лопнет, — простонал Дайку, падая на кровать. — Анос, мана, печать… Да я даже не выучил, где у меня ядро находится.

— Найдешь, — хмыкнул Пьетро. — У тебя же три дара. Такие быстро учатся.

— Если выживу, — вздохнул Дайку.

Он стянул башмаки, не в силах даже раздеться. Пьетро бросил на него одеяло.

— Спи. Завтра практика. Говорят, самый веселый предмет — можно поджечь соседа.

— Спокойной ночи, — пробормотал Дайку.

Закрывая глаза, он думал о Владыке демонов. О том, каково это — быть самым сильным. И о странной фразе директора: «Может быть, это будешь ты?» Он почувствовал, как в груди шевельнулось тепло — то самое, золотое. Ядро? Возможно. Оно пульсировало в такт сердцу, словно живое. «Я не хочу быть как Анос, — подумал Дайку, засыпая. — Я хочу быть сильным, чтобы защищать. Это другое». Он уснул с улыбкой на губах. В форменной куртке, даже не раздевшись. Пьетро вздохнул, накрыл его одеялом по-человечески, погасил лампу.

— Спи, друг, — прошептал он. — Завтра будет новый день.

А за окном над башней Академии горел золотой Феникс — символ надежды и возрождения. И казалось, птица смотрит прямо на окно комнаты двенадцать, где спал худой черноволосый мальчик с огромным сердцем.

Том 3

«Клинок, что не гнулся, однажды ломается. Научись сгибаться, но не ломаться.»

Глава 1. Искры и струи.

Дайку проснулся засветло. В комнате пахло утренней сыростью и мазью от ушибов — Пьетро натирал колено перед зеркалом.

— Ты чего так рано? — зевнул сосед.

— Боюсь проспать, — признался Дайку. — Первая практика по магии. Вдруг у меня не получится?

— Получится, — буркнул Пьетро. — У тебя три дара. У меня, между прочим, только один — усиление слуха. И то не очень.

Дайку улыбнулся, оделся в новую форму. Красная куртка сидела хорошо, хотя в плечах была чуть широка. Он поправил воротник, провёл ладонью по волосам — и вышел из комнаты. Полигон «Искра». Практические занятия проходили на открытой площадке за главным корпусом — ровное поле, посыпанное песком, с мишенями, манекенами и защитными куполами на случай, если заклинание выйдет из-под контроля. Место называлось Полигон «Искра». Когда Дайку и Пьетро пришли, там уже собралось около двадцати первокурсников. Среди них выделялся Симон Вертекс — рыжий, веснушчатый, в идеально отглаженной форме. Рядом с ним крутились двое прихлебателей.

— О, нищеброды пожаловали, — громко сказал Симон. — Интересно, что они покажут? Как греть воду дыханием?

Несколько человек засмеялись. Но другие — Дайку заметил — смотрели с любопытством без злобы.

— Игнорируй, — шепнул Пьетро. — Покажи, на что способен.

Появился наставник. Это был мужчина лет сорока, с мягкими чертами лица и добрыми карими глазами. На нём была синяя мантия, расшитая золотыми языками пламени — символ стихии огня. Звали его магистр Теодор Фламмель — говорят, дальний родственник директора.

— Доброе утро, мои юные коллеги, — сказал он приятным голосом. — Сегодня мы начинаем работу с маной. Многие из вас уже пробовали колдовать дома, но здесь вы научитесь делать это безопасно и эффективно.

Он окинул взглядом группу.

— Сегодня мы сосредоточимся на стихии огня — самой распространённой и самой опасной. Тот, кто умеет обращаться с огнём, может согреть, осветить, защитить. Но может и сжечь. Поэтому — без глупостей. Сначала теория, потом практика.

Теодор показал, как концентрировать ману в ладони, как визуализировать искру, как выпустить пламя контролируемым потоком.

— А теперь — по одному. Выходите к манекену. Ваша задача — зажечь фитиль на его плече с трёх шагов.

Очередь. Первый маг — светловолосая девочка по имени Лира — зажгла фитиль с первого раза. Маленькое пламя, но уверенное. Теодор похвалил. Симон вышел с важным видом. Взмахнул рукой — и манекен вспыхнул целиком, фитиль сгорел за миг. Пламя было ярко-красным, горячим.

— Неплохо, — кивнул Теодор. — Но без перебора. Манекен не враг.

Симон ухмыльнулся и бросил взгляд на Дайку. Потом были другие. У кого-то получалось, у кого-то нет. Один парень так старался, что из его пальцев пошёл только дым. Теодор подбадривал:

— Ничего страшного. У каждого свой ритм.

Наконец, настала очередь Дайку. Он вышел в центр полигона. Сделал три шага к манекену. Сосредоточился. «Золотое тепло, — подумал он. — Как тогда, в лесу. Как с волками. Огонь, слушай меня». Он поднял ладонь — и из неё вырвался ровный, спокойный огонь. Не красный, как у Симона, а золотисто-жёлтый, с лёгким оранжевым отливом. Фитиль загорелся мгновенно. Пламя не пошло дальше — послушное, мягкое. Магистр Теодор прищурился.

— Интересно, — сказал он. — Золотой огонь. Очень чистая мана. Ты, кажется, Кондо Дайку? Тот самый мальчик с тремя дарами?

— Да, господин магистр, — ответил Дайку.

В толпе прошелестели голоса. «Три дара?», «Откуда он?», «Из нищей деревни, говорят». Симон скрестил руки на груди и скривился.

— Повезло, — бросил он.

— Теперь попробуй увеличить интенсивность, — предложил Теодор. — Но медленно. Покажи, как растёт пламя.

Дайку кивнул. Он сосредоточился сильнее, представил, как огонь на ладони становится выше, жарче. Язычки пламени вытянулись до полусажении. И вдруг случилось странное. Вторая его рука, левая, начала светиться голубоватым светом. Из пальцев брызнула тонкая струя воды. Чистой, прозрачной, прохладной. Вода ударила в манекен, зашипела, смешиваясь с огнём. Пар заволок полигон. Дайку испуганно отдернул руки. Огонь и вода погасли. Тишина. Потом голос Пьетро:

— Это была... вода?

Магистр Теодор шагнул ближе. Глаза его расширились, но не от страха — от изумления.

— Дайку, — сказал он медленно. — Покажи ещё раз. Только воду, без огня.

Дайку поднял левую ладонь. Подумал о ручье, о дожде, о реке Вьюн, где они с отцом рыбачили. Через несколько секунд из кончиков пальцев снова потекла вода. Не сильным потоком, но уверенным.

— Стихия воды, — выдохнул Теодор. — Четвёртый дар. У мальчика четыре дара.

Гул в толпе нарастал.

— Не может быть! — крикнул кто-то.

— Это обман!

— Да он простой крестьянин!

Но были и другие голоса:

— Круто!

— Смотрите, как красиво — золотой огонь и голубая вода!

— Он настоящий маг!

Девушка по имени Лира — та, что зажгла фитиль первой — захлопала в ладоши. За ней ещё двое. Пьетро свистнул. Симон побелел.

— Четверо даров... — прошептал он. — Этого не бывает. Даже у королевской семьи...

— Бывает, — мягко сказал Теодор. — Очень редко, но бывает. Кондо Дайку — отныне студент, которого мы будем наблюдать с особым вниманием. Не потому, что он особенный, — добавил он, глядя на Дайку, — а потому, что его потенциал требует аккуратности. Ты сам не ожидал воды?

— Нет, — честно признался Дайку. — Я думал, у меня только огонь, усиление и регенерация. Про воду я не знал.

— Значит, дар раскрылся только что. Это редкость — но бывает в момент сильной концентрации. Поздравляю.

Наставник улыбнулся. Добро, без зависти. После занятия. Когда урок кончился, Дайку окружили. Кто-то просто смотрел, кто-то задавал вопросы:

— А ты можешь воду в лёд превратить?

— А огонь и воду одновременно?

— Ты правда из деревни?

Пьетро отгонял самых навязчивых, как пастух овец.

— Дайте ему передохнуть! У него первый раз проявился новый дар.

Симон и его компания ушли молча. Рыжий даже не обернулся. А Дайку стоял, сжимая и разжимая ладони. Из правой шёл дымок, из левой — капала вода. Четыре дара. Четыре. Он чувствовал, как внутри что-то перестраивается. Ядро в груди пульсировало сильнее обычного. Оно как будто росло. «Что со мной происходит? — подумал он. — Я становился сильнее. Но зачем?» Вечером, вернувшись в комнату, он сел на кровать и долго смотрел на свои руки. Потом закрыл глаза и сосредоточился — на этот раз не на огне, не на воде. На теле. На усилении. Он почувствовал, как мышцы наливаются силой. Осторожно поднял тумбочку одной рукой — легко. Поставил обратно.

— Пьетро, — позвал он.

— А?

— У меня ещё и усиление стало сильнее. Намного.

— Четыре дара плюс усиление? — Пьетро присвистнул. — Ты не человек, Дайку. Ты ходячая катастрофа.

— Я просто мальчик, — ответил Дайку. — Который хочет помогать людям.

Дайку лёг на кровать, но сон не шёл. Он смотрел в потолок, где трещина напоминала молнию, и думал о том, что случилось днём. Вода. Она пришла сама. Не как огонь — не по его воле, а будто внутри кто-то повернул невидимый кран. Он поднял левую руку, посмотрел на неё в лунном свете. Обычная рука. Худая, с выступающими венами, с царапиной от вчерашней тренировки. Но внутри неё теперь жила река.

— Страшно, — прошептал он в тишину.

Он не знал, кому это говорит. Пьетро уже храпел на соседней кровати. В коридоре кто-то кашлянул и затих. Дайку прислушался к своему телу. Ядро в груди пульсировало — ровно, спокойно, будто второе сердце. Но оно было другим. Тёплым. Почти горячим. Он вспомнил, как мама рассказывала сказку: «У одного мальчика было такое горячее сердце, что он мог согреть всю деревню. Но однажды он согрел слишком сильно — и всё сгорело».

Тогда он не понял. Теперь — начал понимать.

— А если я не смогу контролировать? — спросил он себя. — Если вода польётся во сне и захлебнётся Мико? Если огонь вырвется, когда я обниму маму?

Он сжал кулак так, что ногти впились в ладонь. Боль была острой, но короткой — регенерация уже затягивала кожу. Он посмотрел на руку — царапина исчезла за несколько секунд.

— Даже боль не остаётся, — прошептал он. — Что же во мне?

Он хотел заплакать, но не мог. Слёзы не шли — только сухой ком в горле и тяжесть в груди. Он повернулся на бок, подтянул колени к животу, как делал в детстве, когда боялся темноты. «Темноты не бойся, — сказал тогда старый Ёсида. — В темноте нет ничего, чего нет при свете». А что есть при свете? Сила. Огромная, непонятная, которая растёт внутри него без спроса. И никто не знает, куда она приведёт. Ни мама, ни папа, ни магистр Теодор, ни даже он сам. Он закрыл глаза и прошептал в подушку:

— Я не хочу никому навредить. Пожалуйста… пусть я никогда никому не навредю.

Пьетро перевернулся во сне и пробормотал что-то про «ещё пять минут». Дайку приоткрыл глаза, посмотрел на друга — его тёмный силуэт, вздымающуюся грудь, растрёпанные волосы. И впервые за вечер ему стало чуть легче. Он не один. Даже если тьма внутри него растёт, рядом есть те, кто останется. Он выдохнул, отпустил напряжение и наконец почувствовал, как веки тяжелеют.

— Завтра, — прошептал он. — Завтра я разберусь.

Он лёг на кровать, натянул одеяло до подбородка. В голове крутились обрывки лекции: мана, ядро, Владыка демонов, печать... «Я не герой, — подумал он. — Но если сила даётся — значит, я должен ею распорядиться правильно». За окном горели звёзды. Где-то далеко, в комнате родителей, мама укладывала Мико спать. Отец, наверное, чинил башмаки при свете коптилки. Дайку улыбнулся и закрыл глаза. Завтра — новый день. Завтра — новые открытия. А сегодня... сегодня он стал магом четырёх стихий.

Глава 2. Девочка из повозки.

Библиотека «Свиток». После того как Дайку случайно открыл четвёртый дар, жизнь в академии изменилась. Косились больше, но и уважать стали чуть больше. Пьетро говорил: «Ты теперь местная знаменитость, как ручной дракон». Дайку отмахивался и ходил в библиотеку — готовиться к зачёту по теоретической магии. Библиотека «Свиток» находилась в восточном крыле главного корпуса. Там было тихо, пахло старым пергаментом и воском. Дайку любил забиваться в дальний угол у окна, где никто не мешал. В тот день он искал книгу о магии воды — вдруг удастся понять, как управлять новым даром. Он тянулся к верхней полке, вставал на цыпочки, но фолиант не доставал.