Забывшие о Богах

– Ты же сама говорила, что уже настало время поднять нашего малыша в данное пространство!

– Ну я же говорила, что «пора», а не то, что мы опаздываем. – Кошка с прищуром взглянула на Тарха, типа: «Прости, кэп, я пыталась его остановить».

– Так, ясненько, я понял вас. И если бы вам не хватило терпения, вы бы содеяли десантирование на Мидгард и разнесли бы всё, до чего б ни дотянулись? – Капитан еле сдерживал улыбку, но пытался выглядеть грозным командиром.

– Да мы, да просто, там же такое! – Кликуша всё не мог унять свои эмоции.

– Он весь экипаж нашей «птички» взбудоражил, и да, мы б так и сделали… – промурчала Муся.

– Ладаад идёт своим Путём, который ему расположен, так сложилось Время в данность этого бытия, и помешать этому – значит сломать настоящее, нарушив будущее! – Тарх, подойдя к друзьям, положил руки на их плечики, развернул кругом, слегка подтолкнул к выходу: – Но вы будьте готовы, скоро ваша помощь будет нужна, а пока для вас задание.

– Мы полетим брать главного? – Клик с задором воина посмотрел на капитана.

– Нет, вам необходимо сформировать временное плетение, подготовить мягкую посадку для мальчишки, когда он пройдёт переход, падая сквозь пространство.

Успокоившись и придя в себя, друзья, отдав честь, коснувшись правой рук… лапой в области сердца, потопали к коридору.

– Да, Кэп! Принято! – Клик гордо шагнул за порог капитанской рубки.

Глава 18

Ещё одна ночь в предгорьях застала нас, словно огромная птица, накрыв небо тёмным покровом. Мы, уставшие, повалились под ствол огромного дерева. Разведя костёр, Яринка быстро накипятила воды и заварила нам травяного чаю, сил на переваривание пищи уже не было, хотелось пить, горячего и много.

– Лег больше не верит в способность человечества совладать с собственной техникой…

Я перевёл дыхание и взглянул на друга. Лег на секунды умолк, а я не понимал, к чему он ведёт. А потом сообразил: это он про новости, которые передал нам Дый! Что опять война, смерть миллионов живых, гибель земель, лун.

– Лег считает, что люди глупы, – продолжал он. – Говорит, что они толкуют о высоких идеях, о мире, справедливости и равенстве, но сколько ни корчат из себя умников, по-настоящему научились одному: эксплуатировать и убивать друг друга. Лег видит причину, почему многие ищут веры в богов и спасителей. В глубине души они сознают, что предоставленные самим себе, никогда не повзрослеют настолько, чтобы решить свои проблемы и осуществить идеи, за которые вроде бы так ратуют.

Он сформировал перед нами Сферу, размером с голову взрослого человека, она переливалась всеми оттенками красок, а внутри неё ожил мир, мы с мелкой видели внутри людей, природу, всё мелькало и прокручивалось в своём личном пространстве, словно он вдохнул туда новую жизнь, создал новый мир.

Лег продолжал размышлять, и его слова разрывали тишину, наполняя нас тревожным осознанием.

– Они запутались в своих же идеалах, как мухи в паутине, – произнёс он, и его голос резонировал в пространстве, как мелодия печали.

Я почувствовал, как его сомнения перетекают в мои собственные, и, несмотря на попытку морально сопротивляться, я не мог не согласиться с ним.

– И что же они делают в этом ослепительном лабиринте? – спросил я, искренне стараясь понять, к чему всё это ведёт.

Лег, словно переведя дыхание для более глубоких размышлений, добавил:

– Они ищут избавления. Но, увы, это избавление они часто находят не в своём духе, а в механизмах, которые создали, в машинах, призванных облегчить их жизнь, но на самом деле служащих для их же разрушения. Спасение стало иллюзией, проекцией на небо или в технологический прогресс, который они с такой страстью пытаются слепить.

Он вытянул руку, наблюдая, как луч света пробивается через облака, и продолжил:

– Люди наделяют свою технику несоразмерной силой, утрачивая при этом саму суть своего «Я». В их жажде облегчения они теряют связь со своим внутренним миром, заменяя его прошитыми кодами и механическими алгоритмами. По мере того, как технологии становятся божествами, общества всё больше подвержены хаосу и отчаянию.

Я не мог не задаться вопросом: «Где же место для любви и человечности в этом жутком танце? Хороша ли такая технология, если она ведёт к полному отчуждению?»

– А что же тогда делать, Лег? Если человечество действительно запуталось, как ему обрести искру надежды, искры любви среди этого мрака? – спросил я, чувствуя, как внутри крепнет желание понять.

Лег вздохнул и закрыл глаза на мгновение, будто обдумывая ответ. В его голосе звучало прежнее сожаление, но в нём не было безысходности:

– Может, надежда и любовь можно найти в осознании своей уязвимости, в том, что они способны на развитие. Пусть они ошибаются, пусть падают – именно в этом есть суть; именно в их стремлении научиться через ошибки и страдание. Человечество способно прощать и переживать, учиться и расти… Но для этого им нужно пробудиться, осознать свою истинную природу, и тогда, возможно, они действительно смогут справиться с созданными ими самими препятствиями.

Так мы продолжали обсуждать, не оставляя без внимания ни мрак, ни Свет; искали ответы на вопросы, которые, возможно, смогут зажечь ту искру любви в сердцах людей, превратив безнадёжное в плодородное поле для обещания новой жизни. Незаметно наступило утро.

Глава 19

Слова Лега пронзили воздух, и я почувствовал, как тишина, словно завеса, опустилась вокруг нас. Внимание моё сосредоточилось на каждом слове, как будто они были выплетены из самого Существа Мира. Я старался уловить мысль, которую он пытался донести, однако внутри меня возникал протест.

– Но разве не мы сами являемся теми, кто формирует свою судьбу? – спросил я тихо, стараясь сохранить спокойствие в голосе. – Разве не мы, маленькие искры, можем изменить ход истории?

Лег вдруг расправил крылья, поднимаясь в воздух, словно искал высшее понимание. Он начал кружить над нами, его мелодия, полная воспоминаний, отчётливо звучала вокруг нас. Я понимал, что его недоверие исходило из наблюдений, сделанных за долгие годы пребывания их семьи здесь, на Мидгарде, из бесчисленных ошибок человечества.

– Верно, – пробормотал он, – вы все говорите о свободе, но всё же цепляетесь за свои представления и идеалы. Люди принуждают себя искать спасителей извне, вместо того чтобы осознать источник силы внутри. Вы завязываете себе глаза на проблемы, которые создали сами, и продолжаете строить лживые миры, полные иллюзий.

Я почувствовал, как меня охватило недоумение. Ярина, стоявшая неподалёку, тихо прошептала:

– Но может быть, именно в этом и заключается путеводная звезда человечества? В поиске веры, в желании найти смысл, несмотря на всё зло, которое они сами же и создали?

Лег опустился вниз, его призрачная конструкция расправилась, и он вновь принял человеческий облик со сложенными крыльями за спиной. Мы, окружив его, смотрели друг на друга с неуверенностью. Как же нам реагировать на такие обвинения?

– Возможно, – продолжал я, собираясь с мыслями, – нам нужно перенаправить своё внимание к созданию единства, где вера в Богов станет не отправной точкой, а конечной целью. Если каждый новый шаг будет вовлечением, а не отстранением, мы сможем повернуть свои взгляды к самому себе, не оставаясь в плену догм.

Мой старый друг, надменный и мудрый, вскинул брови, и его взгляд смягчился.

– Важно помнить, – подметил он, – что то, что мы создаём, должно быть прочным и устойчивым, а не фрагмен– том надежд потенциального спасения. К сожалению, часто мы строим свои идеалы на пепле разрушений.

Я покачал головой, желая разрушить пелену пессимизма, что обвила разговор.

– Однако в каждом моменте созидания есть сила! Мы же можем и должны учиться на своих ошибках. Делиться своим опытом, чтобы обогащать друг друга. Стремление к идеалам не всегда ведёт к однозначному мужеству – иногда это всего лишь первый шаг к осознанию глубокой ответственности.

И в этот момент, словно наполняя место вокруг нас Светом, Лег пробурчал не слышимую нами мантру понимания, как будто он нашёл согласие с самим собой, что этот конфликт между микро– и макрокосмом человеческой души может стать отправной точкой к чему-то более высокому.

– Да, – произнёс он, – именно так. Вы, маленькие люди, имеете силу не только к разрушению, но и к созиданию. Вы должны понимать свои заблуждения и избегать их. Каждый ваш шаг, каждое слово, каждое действие может сдвинуть весы, приводя к разумному сосредоточению сил на земле. Предстоит справиться с Тьмой, и пусть мир будет волен, но именно в этом противостоянии вы найдёте возможность сбалансировать свою природу. Вам необходимо стать стражами друг друга – обороняя и поддерживая, вместо того чтобы уничтожать. Вызвать внутри себя трансформацию, чтобы сдвинуть настоящую массу общества с мёртвой точки и достигнуть высших идеалов, проявляя ту силу, что заключена внутри каждого из вас!

«Так Леги и потеряли людей…» – горькая мысль прон-зила меня.

Глава 20

Стены зала, обрамлённые колоннами, дрожали от мягкого звука, словно сами проникались словами, произносимыми жрецами:

Они готовят себя к смерти,Но это не конец, а начало пути.Они ведут себя не к пределу,Не к довольству, не к пресыщению,Тех, кого забирают, забирают в космос —Наблюдать рождение звёзд,Искать среди смыслов один,Стартовав в безрассудной вере,Нестись сквозь бесчисленные КругиИ никогда больше не знать покоя…

Они создавали атмосферу вечности, одновременно угрюмую и вдохновляющую. Он стоял в тени, наблюдая за этим торжественным ритуалом, когда слова жрецов пронизывали пространство, простираясь в бесконечность, как если бы они стремились перепрыгнуть пределы столетий.

– Но разве не есть в этих словах великая сила? – тихо произнёс Яже, обращаясь к самому себе. Его тело напряглось от внимания. – Мы обещаем им некое величие, но какое удовольствие следует из этого вечного движения, не ведя к финалу, который каждый из них так стремится познать?

Его взор сосредоточился на себе, Князе Тьмы, величественном и устрашающем, который следил за тем, как жрецы продолжают произносить заклинания. Что-то неприятное стало нарастать в воздухе. На протяжении веков эти гнусные существа, которых он создал из тёмной материи своих Миров, были тенью, готовой пронести на своих крыльях хаос в любой мир.

– Мы используем страх смерти как оружие. Забирая души и уводя их в бездну, парализуя людей перед неизбежной истиной – что жизнь сама по себе не имеет субъективного смысла, пока мы его сами не создадим. Разговоры о вечности часто смешиваются с идеями о бессмертии, и как легко подменяются представления о том, что каждый момент жизни уникален, а не только то, что кажется бесконечным.

Среди жрецов раздался глубокий резонирующий звук, привлёкший внимание Князя Тьмы. И он начал подниматься в пространстве зала, всё выше и выше, его мрак тенью заполнил зал, будто пронзая всё в самом центре, где светился алтарь. Мрачная аура разрасталась, и к ней, словно моль к свету, собирались жизненные силы людей, ищущих у него защиты, в Его мире, в мире хаоса.

– Вы всё верите в рождение звёзд, но не осознаёте, что за этим стоит великое! – произнёс он с ухмылкой, его голос казался глубоким и пронизанным Тьмой. – Я обладаю знанием, которое вам не дано. Я освобождаю вас от бремени существования, позволяя вам стать частью тёмного великолепия. Вы будете наблюдать, как звёзды взрываются и умирают, как жизнь пульсирует в циклах кругов, но в конечном итоге вы будете свободны от всех цепей, любви и сострадания.

Собравшиеся Души начали шептать под воздействием его слов. Их ожидание нового, смешанное с восхищением, отражало саму суть того, что Тьма пыталась вложить в их души.

Глава 21

– Время пришло, Ладаад! – Ярина, вскрикнув, вскочила на ноги. – Сейчас! Или мы не успеем открыть Переход, и всё будет зазря.

Как слепой котёнок, не мог ничего понять, думать приходилось быстро, но я не поспевал за событиями и той информацией, которая меня накрыла полностью. Сознание пыталось разложить всё по полочкам, но подсознание настойчиво ввинчивало мысль, что на «думать» нет времени, пора включать в себе Бога!

Ярина, подбежав к реке, резким движением скинула платье и, расставив руки в стороны, произнесла:

– Готовьтесь! Как только откроются Врата, входите и двигайтесь вперёд, пока не окажетесь там, где вас ожидают! Прощайте, друзья! Я Мать Сыра Земля! Я Душа Жизни Земель! Сохраните Жизнь на Мидгарде! Вы нужны людям!

С этими словами Ярина плашмя упала в воду, и, как только поверхность сомкнулась над её телом, всё забурлило. Течение реки остановилось и в тот же миг закрутилось в точке падения мелкой. Из воды стал расти камень, на глазах превращаясь в холм, потом в небольшую гору, корни деревьев обвивали камень, словно косы девицы, и это движение не прекращалось. Мы молча наблюдали за этим воплощением.

Перед нами выросла небольшая гора с формами головы на вершине, где, словно очельники на Берегине, вокруг оплетались кусты с деревцами, а шею оплетал и, нежно журча, стекал ручей. У подножия выстроилась купель, словно две её ладошки сложились вместе, приглашая нас вовнутрь.

– Спешите! – голос был глухим, но настойчивым.

Мы, опешившие от происходящего, начали движение к купели.

– Ярина, как так, что ж ты нам не рассказала про Врата и про себя!

Я всё не мог успокоиться, но понимал, что сейчас уже нет времени рассуждать об этом. Мы встали в центр её ладошек, по колено в воде. Лег стоял рядом, вода, отражаясь от его лазурного тела, сливалась с ним в один организм. Поток воды перед нами расступился, открыв проход внутрь горы. Не теряя времени, мы вступили в жерло этого прохода.

Мокрые стены с капельками воды среди мха, дышащего, словно живой организм; мы двигались вглубь. За спиной услышали всплеск воды – это ручей сомкнулся и продолжил своё движение, устремляясь в свою неизвестность. Через некоторое время мы увидели впереди свечение с переливами золотого оттенка, словно лучи солнца играли зайчиками в отражениях мокрых стен. Мы услышали голоса. Перед нами предстало то, что мы никак и представить себе не могли.

Глубокий звук этих голосов напоминал древние заклинания, проникавшие в саму ткань этого мира, призывая к жертвоприношениям, и чувствовалось магическое переплетение силы. Мы вошли в огромный зал с колонами. Князь Тьмы Яже, окутанный чёрным плащом, который, казалось, поглощал свет вокруг, взглянул на нас и оставался неподвижным, как каменная статуя, а его глаза, подобно бездне, смотрели сквозь нас, наполняя зал и наши души ощущением беспокойства. Слова жрецов, будто струи чёрного потока, обвивали нас, создавая атмосферу могущества и тревоги. Я почувствовал, как мир вокруг меня начинает терять форму, и моё сознание погружалось в потоки их слов, как тоже самое может случиться с душой, когда она выходит за пределы физического…

– Начало пути… Они ведут не к пределу… – шептал я себе, обдумывая, что это может означать. Мы умерли? Неужели смерть здесь лишь переход, дверь в другое измерение, к которому с такой жаждой стремятся эти души человечества, которые устремлялись в темноту плаща Яже? Что лежит за пологом этой Тьмы, и будет ли это истиной или лишь очередным заблуждением?

Фигура Князя качалась в ритме жреческих мантр, и внезапно он произнёс:

– Всё, что вы видите, – это лишь один из многочисленных аспектов существования. И каждое слово, каждая жертва людская – это не конец их, а начало поиска и трансформации. Вы, кто стоит здесь, сами творцы своей судьбы. Ваши страхи, ваши надежды – всё это синхронизируется с целым космосом, созданным из звёздной пыли и миллионов сердец.

Жрецы продолжали свои песни, но тембр их речей накладывался на растущее напряжение в зале. Всеобъемлющая тишина сменилась шумом, когда фигуры бликов людей у алтаря, начали медленно наполнять пространство. Я вдруг почувствовал, что их жизнь, их знания, их смерть, о которой поют жрецы, не являются уничижением жизни. Это всего лишь универсальный цикл, где Тьма и Свет, любовь и страх постоянно танцуют в этом бесконечном танце. Князь, видимо, прочитал мои мысли, его голос окутал меня как туман:

– Понимание – это ключ. За углом вашего страха скрываются ответы, о которых вы даже не подозреваете. Смысл жизни не заключён в страданиях или радостях, но в вашем восприятии этих моментов… Как вы чётко различите свою любовь и привязанность, так сможете и преобразовать свои страхи в силу. Смерть – это просто часть этого бесконечного путешествия! Не стоит бояться Тьмы, а попытайтесь научиться у неё, исследовать её глубины и тёмные закоулки, в которых, возможно, скрывается Свет нового понимания.

Проникновенная и тёмная симфония плавно затихала, и я начал осознавать, что перед нами стоит не просто князь, готовый забрать, но и мудрец, готовый открыть врата к новому знанию, формирующемуся в самой сердцевине Тьмы.

«Не останавливайтесь! – гулко прозвучал голос Ярины в моей голове. – Вам необходимо двигаться дальше!» – Я мотнул головой, пытаясь сбросить наваждение, Лег мягко укрыл меня своими крыльями, лёгким движением направляя дальше, через это зал боли и обмана. – «Как же важно, в сущности, уметь воспринимать жизнь во всех её проявлениях и находить в ней ту искру, которая способна зажечь Свет даже в самих глубинах космоса», – подумал я.

– Это обман! – не удержался я, обращаясь ко всему залу. И даже мой голос, казалось, отозвался от стен. – Вы не должны поддаваться этой лжи! Каждый из вас всё ещё обладает даром выбора, и жизнь сама по себе имеет огромную ценность.

Князь Тьмы обернулся, его глаза блестели, как угли во мраке, и улыбка на его лице стала ещё более зловещей. Он посмотрел на меня, будто пытаясь понять, откуда эта храбрость.

– И что ты знаешь о ценности? – произнёс он с издёвкой. – Разве не все ваши усилия – лишь попытка противостоять неизбежному? Вы не можете игнорировать Тьму; она часть тебя, как и часть всего живого. Твоя беспечная жизнь – лишь свечение, которое затмится, когда наступит время.

Я почувствовал, как длинные тени сгущаются вокруг меня, но крылья Лега не давали просочиться Тьме в мой разум. Мысли о необычной непотопляемости Света навязывались мне извне, или Ярина, или Лег?..

– Нет, – произнёс я твёрдо. – В каждом из нас скрыта и сила, и Тьма, но именно Свет определяет наш путь. И чем больше мы осознаём свою ответственность за жизнь, тем больше мы обретём понимание и опыт в деяниях. Мы, человечество, можем выстроить свои идеалы на благородстве, а не на вашем страхе.

Мир вокруг меня вдруг заполнился толчком ярчайшего Света, лёгкого, как перо, но носителя силы, не поддающейся власти Тьмы, и мы выскользнули в следующий коридор, ведущий нас к цели.

Глава 22

– Мы есть сумма наших воспоминаний, сама личность состоит из памяти прошлого… Иногда, чем больше думаешь о том, кто ты есть, тем меньше понимаешь о том, кто ты есть, и наоборот… – Тарх, вглядываясь в неизвестность пространства, повернув голову к Дыю, глянув ему в глаза. – Мы должны это сделать, брат…

Дый, пригладив бороду правой рукой, другой указал в пространство за стеклом рубки:

– А как ты думаешь изменить то, что уже не вырастет? Любое познание имеет семя в новом чреве питания. Сохраняя то, что имеем, всегда возникает необходимость находить Уклад.

– Мы теряем тех, кого всегда стремились поднять и приподнять к себе… Как так могло произойти, что наши младшие братья, Леги, попали в западню?! Если только что пыль с Деи не успела опасть, а снова этот рукав обмок Тьмой?! Дый! Скажи мне!

– Твои стремленья лишь сиг для них. Их предназначение в том, как они себя поведут далее. Мир не умирает даже при уничтожении звёзд… Мир окружён Духом Агни, где мы лишь Порог для малых миров.

Космические перехватчики флота Тарха, как хищные птицы, парили в пространстве, их орудия заряжались и готовились извергать смертоносный огонь по вражеским кораблям, которые скопились на Фатте, одной из лун, перед последним оплотом Земли под именем Мидгард. Штурмовики, манёвренные и быстрые, кружили в космосе системы Ярила, готовясь провести стремительные атаки на цели луны Фатты. Вражеские станции, установленные под всеми углами, обороняя любой вход из пространственного мешка Перехода, были нацелены на флот Тарха. Вакуум сотрясался от грохота ракетных двигателей, когда бесчисленные десантные суда поднимались со своих посадочных площадок флагмана, поднимая клубы вакуумной пыли и выхлопных газов, переработанной материи. Грохочущие двигатели создавали симфонию хаоса, сигнализируя о начале крупномасштабного космического сражения, которое должно было решить судьбу целого сектора системы Солнца.

Командующий флотом, Тарх, стоял на мостике своего флагмана и наблюдал, как его силы собираются. Его взгляд устремился в космос, пространство, где уже видны были силуэты вражеских кораблей. В его глазах пылала решимость одержать победу любой ценой.

– Настало время сражаться, – прорычал он в микрофон. – За тех, кого мы потеряли, С-о-Л-а-ВА!

С этими словами, что даны Предками, перехватчики и штурмовики вырвались вперёд, устремившись к вражеским позициям на лунном объекте. За ними устремились десантные корабли, перевозя элитные отряды космических десантников, готовых уничтожить вражеские укрепления и изменить реАльность.

«Мир меняется только раз, если ты к этому готов…»

Глава 23

Флагман и несколько судов сопровождения отделились от основных сил и устремились к газовым кольцам Сатурна, где им удалось загнать в ловушку два корабля вражеского флота Тьмы.

На борту флагмана царила напряжённая тишина, когда экипаж готовился к предстоящему сражению. Тарх стоял на мостике, его глаза были прикованы к экранам, на которых отображались приближающиеся вражеские корабли.

– Приготовиться к бою, – скомандовал он.

Корабли сопровождения заняли боевые позиции, их орудия заряжены и нацелены на вражеские цели. Флагман медленно приближался к двум кораблям Тьмы, загоняя их в ловушку между газовыми кольцами и своими превосходящими силами.

Неприятельские корабли предприняли попытку вырваться из ловушки, но их путь был отрезан. Они развернулись и открыли огонь по флагману и его сопровождению. Лазерные лучи прорезали пустоту, оставляя за собой след из дыма и обломков.