Забывшие о Богах

Тарх, присел в кресло командира, небольшое притяжение выпрямило спину, вдавливая в спинку кресла. Флагман сделал разворот, огибая луну, и устремился к точке своей дислокации.

– Арий! Приём!

– Слушаю!

– Отправь медицинский крейсер к Фатте, пусть Леля с Живой устроят на ней помощь раненым людям. А Велес успел собрать россыпь Душ в Пустоши до вторжения?

– Успел, командир, он вывел «стада говядушек» к Мидгарду.

– Да уж, вот вам и будет теперь школой этот маленький уголок жизни… быть вам наследниками древних, носителями нашего неистового характера, неудержимого стремления к жизни… – размышляя, проговорил Тарх.

Их мир, мир людей, был хаотичен, полным противоречий и непредсказуемости. Нет, здесь не было Богов, не было предначертанного пути. Здесь только люди, своими взлётами и падениями, своими ошибками и победами, формировали свою реАльность.

Каждая новая цивилизация начнёт путь с нуля. Они будут строить, разрушать, творить и уничтожать, но в своей неуёмной энергии, в стремлении осмыслить, преобразовать и оставить свой след, они, сами того не ведая, рождают Жизнь.

В мире людей не было законов, кроме тех, что сами люди устанавливали, и эти законы часто были непостоянны, пересматривались, менялись. Мир был полон неожиданностей. В одном уголке можно было встретить город, построенный из живых деревьев, в другом – увидеть сосуществование людей и разумных животных, в третьем – обнаружить необычный язык, на котором говорят не словами, а мыслями.

Этот мир был живым, дышащим, полным возможностей. И он был уникальным не только своей хаотичной красотой, но и тем, что он был написан самыми важными художниками – людьми, забывшими о Богах. Неважно, как долго они живут, важно, что они живут, что они создают, что они стремятся к жизни. И этот неудержимый характер, наследство древних, был их главным орудием, позволяющим им оставить свой отпечаток на холсте Вселенной.

– Мы поможем вам, нашим Чадам, – Тарх взял управление флагманом на себя.

Десантные корабли под покровом мощного энергетического щита прорвали защитный периметр и обрушились на Летицию.

Командир небольшого отряда людей, спецназ для охраны станции, сжимал рукоять бластера, сердце его бешено колотилось. «Отступать, – прошептал он, глядя на небо, полное огненных всполохов. – Луна не выдержит».

Флагман летел к Дее, последнему бастиону Солнечной системы. На борту в динамиках громкой связи царила паника: сообщения от фракций, отрядов с каждой секундой становились всё более отчаянными.

Командор флагмана железной хваткой держал штурвал, его взгляд был твёрд и решителен. «К Дее. До последнего вздоха!»

«Утёнок», с грузом надежды всего человечества на борту, рвался в огненную бурю. Вражеские истребители, два из которых уже получили серьёзные повреждения от лазеров, методично стягивали кольцо вокруг него. Их огонь стал более точным, и защитная масса, создаваемая серебристыми шарами, всё чаще поддавалась атакам. Синий экран, отображающий уровень энергии корабля, неумолимо полз к нулю.

Варуна, сжав зубы, резко изменил курс, направляясь прямо на один из вражеских истребителей. Это была отчаянная попытка, замаскированная под атаку, но он надеялся на чудо. Внезапно из глубины космоса появилась новая угроза. Два мощных корабля, невидимых до этого момента, выстрелили во вражеские истребители, уничтожая их за считанные секунды.

– Благодарю, дядюшка, ты это предвидел, – прошептал Ладаад.

Вражеские пилоты истребителей, ошеломлённые неожиданной атакой, замерли на мгновение. Это было то, что нужно. Молодой пилот, пользуясь моментом, резко развернулся и активировал гипердвигатель, оставляя позади вражеские корабли, испепелённые молниями плазмы. Он вырвался из ловушки, но борьба была далеко не закончена, Дея раскрылась перед взором экипажа большим лазурным шаром.

– Приготовиться к посадке! – Все члены экипажа, рассевшись в кресла, пристегнули ремни.

Центральный космодром Деи был похож на улей. Множество людей, мчавшихся на беспилотных досках, предназначенных для быстрого перемещения среди множества стоявших космических кораблей, казалось, хаотично движутся. Но внимательному взору открывалась слаженная работа всех этих техников, инженеров, других специалистов порта. Один из техников обслуживающего персонала космодрома, подлетев к «Утёнку», стукнул по обшивке корабля длинным шестом, зажёг фонарь и установил его рядом с вновь приземлившимся объектом. По рации сообщил: «Челнок принят, номер 3725! Принято».

Через открывшийся шлюз вышел весь экипаж, включая новых участников полёта. В руках Ладаад держал контейнер.

– Запросите заправку, и надо пополнить припасы: экипаж увеличен, расход также. Или вы остаётесь здесь? – Капитан взглянул на молодую пару землян. Поговорить с ними по душам пока не было времени, но уже выяснили, что эти два пилота дальней станции-маяка родом с Мидгарда.

– Мы с вами, капитан. У вас как раз два свободных кресла в рубке, для полного состава экипажа, – Ассил с надеждой в глазах сказал Ладааду, ожидая, что он не передумает.

– Вот и добречко. За дело, а я передам матрицу в Управление обороной.

Один за одним они покинули «Утёнка» и пересекли погрузочную платформу порта со шныряющими дистанционными манипуляторами на карданных подвесках и с рифлёными ремнями, помогающими удерживать грузовые контейнеры. Зашли в служебное здание, помещение пустовало. Все двери в нём были закрыты и заперты. И за первым и вторым поворотом коридора также было пусто.

– Очень радушный приём, – сухо заметил Клик.

– Наверное, все на обслуживании боевых кораблей, – предположил Ассил.

– Нет, они побаиваются вас. – Настя посмотрела на Клика и Мусю. – Вы же понимаете, что это человеческая раса и нам непривычно видеть говорящих живо… существ.

– Ну да, согласна. Клик, смотри на меня! – Муся укрыла полупрозрачной дымкой товарища и себя, спустя три секунды дымка спала покрывалом и растворилась в воздухе. Перед землянами стояло два обычных человека, в лётных костюмах пилотов флота.

– Маша и Кимр к вашим услугам! – улыбнулась Муся.

– Невероятно! А как…

– Потом, мой друг. Поговорим, когда пополним припасы. За чашкой чая это будет всем приятней. – Муся, прикрыв рот своей ладошкой, ответила Ассилу.

Наконец-то они увидели администратора служебной зоны; переговорив, заполнили необходимые документы, получили с десяток пластиковых карт для получения груза, отправились дальше, опустошать склады.

– Пневмоплатформы, манипуляторы в самих складах! – буркнула женщина.

На получение и погрузку ушло около двух земных часов; экипаж, добравшись до «Утёнка», начал всё приобретённое подымать на корабль. Закончив с делами, все с умилённостью и лёгкой усталостью расселись в кают-компании; Муся, вернув себя и Клика в свои образы, засуетилась с завариванием чая. Им осталось дождаться командира и обсудить дальнейшее движение команды.

В командном пункте Обороны шли споры, и громкий гомон офицеров не давал спокойно поговорить генералу Кию и Ладааду. Окинув взглядом зал, Кий кивнув юноше, повёл его в дальний угол, где он открыл скрытую дверь, и они вошли в маленькую комнату переговоров. Усевшись в кресло, Кий спросил:

– Ваши планы, юноша? Флагман Небесных родов устанавливает последний оплот обороны на Фатте, Летиция захвачена. Нам ещё один боевой корабль не помеха, – с прищуром и надеждой выпалил офицер.

– Я жду распоряжений Тарха, мы заправимся и выдвинемся в сторону Мидгарда, там командующий Стриба расположил свой флот штурмовиков. А я разведчик, я не могу оставаться в пассивном состоянии. Дядя говорил о каком-то генераторе у противника, что Яже с помощью его излучений ограничил действия Первичного Огня и наша Сила на уровне человеческих технологий.

– Да-а-а, узнать бы, что это за штуковина. А Алатырь хоть на месте?

– Были б проблемы, то мы бы это увидели. Это ещё одна задачка – сохранить его, чтобы он не попал в руки Тьмы.

– Вы смелый, юноша!

– Я Сын своих Отцов! – произнёс Ладаад, прижав правую руку к груди.

Генерал ответил таким же знаком.

– Не смею больше задерживать. Всё, что вам необходимо, – будьте добры, склады открыты для вас.

– Благодарю, Кий, желаю Жизни! Держите Дею! Спех нам в помощь, он рядом. – Приклонив голову, юноша развернулся и лёгким шагом выбежал в коридоры штаба. Люди, дроны, платформы – всё двигалось с упорством решения каких-либо проблем. Война затронула всех.

На улице было темно, сколько он пробыл в штабе, непонятно – даже не стал забивать себе этим голову. Поймав плавающую доску, вскочил на неё и понёсся в сторону своего корабля. Вдали показался «Утёнок», сверкая в вспышках на небосводе, он выглядел взъерошенным утёнком. «Старик знает, как назвать любой предмет, даже и такой, как этот быстрый космический челнок. И не поспоришь, – с мальчишеской нежностью и благоговением он любовался приближающимся «Утёнком». – Краса-а-авец, ну просто лебедь белый!»

Вдали раздался громкий взрыв с всплеском энергетической волны, которая, пробежав по поверхности, заставила вздрогнуть всех – и живых, и рукотворные объекты. Вверх взмыла стая истребителей, стартовавших с космодрома. «Что такое?» – Ладаад притормозил и стал наблюдать за небосклоном. В той точке, куда направилась стайка кораблей, происходило невообразимое. Золотистым цветом, там, где находилась луна Летиция, растягивалась пелена, закрывая своей непрозрачностью огромный кусок космоса. «Надо дёргать!» – юноша подскочил к своему кораблю.

Глава 4

Постигнув Веру, способен достичь…

Капитан, зайдя в кают-компанию, опешил от увиденного. Муся, полулёжа в кресле, попивая травяной чай, пересмеивалась и шепталась с Настей. Пёс с Ассилом о чём-то рьяно спорили.

«Как будут рассказывать в своих легендах и песнях Скальды, детсад „Ромашка“, а не команда боевого корабля», – учуяв запах заваренной ромашки, подумал Ладаад.

Ладаад, привыкший к суровой дисциплине, от такого зрелища впал в ступор. Он, капитан, привык к порядку, к чёткому выполнению приказов, а тут – сплошная идиллия. Муся, его верная помощница, всегда собранная и строгая, сейчас забавно щекотала своим хвостом Настю, которая, в свою очередь, заливалась смехом. Пёс, его любимый пёс, с задорными глазами, с умным видом спорил с Ассилом, пилотом станции-маяка.

– Что тут происходит? – рявкнул Ладаад, нарушая царящую гармонию.

Муся как ни в чём не бывало сделала глоток чая и с хитрым прищуром ответила:

– А у нас, капитан, стратегическое совещание! Обсуждаем план действий на случай атаки вражеских истребителей.

Настя, задыхаясь от смеха, добавила:

– Да-да, план «Кошачья лапка»! Только секретный!

Пёс, не удержавшись, тявкнул, а Ассил с сарказмом прокомментировал:

– План, конечно, гениальный! Вражеские корабли, увидев, как мы кушаем чай и смеёмся, испугаются и сами сдадутся в плен!

Ладаад уже не злился, а скорее удивлялся. Он никогда не видел свою команду такой… живой. Неужели всё так плохо?

– А что, у вас в самом деле есть план действий? – спросил он с неожиданной искренностью.

Муся с серьёзным видом кивнула:

– Конечно, капитан. План «Кошачья лапка» на случай атаки противника. А Пёс уже отработал секретный маневровый ход.

Ладаад, улыбнувшись, подошёл к столу:

– Ну, давайте посмотрим на ваш «секретный» план.

Он уселся в кресло, взял чашку с травяным чаем и почувствовал необычную расслабленность. Он уже видел в них не просто команду, а свою семью. И вот он уже смеялся, слушая смешные истории о «Кошачьей лапке» и «секретном маневровом ходе». А в его душе теплилась надежда на удачу и победу, о которой ему не давал забыть его любимый экипаж.

Глава 5

…мой разум несло всё дальше и дальше хаотичным водоворотом новых ощущений. В какой-то момент в сознании засияло белым, как после вспышки. А потом я почувствовал боль…

Несколько сигов, и я внезапно осознал. Осознал простой факт! Болело моё тело! Тело, которого у меня никогда не существовало! Мать Сыра Земля влила в меня свою Силу? Сварог решил так пошутить?!

Я резко открыл глаза, готовый ринуться в бой, в голове мелькали остатки воспоминаний сражения с Яже… Дея, сфера… перекошенное лицо усмехающегося маршала Тьмы. Попытавшись вскочить, неожиданно для себя я понял, что не могу даже пошевелиться.

И это было не моё тело! Чужое! Человеческое! Слабая плоть билась в конвульсиях, не выдерживая потока божественной мощи, а я пытался осознать, где именно оказался…

Моя Сила текла через это тщедушное тело, почти не задерживаясь, – человеческая оболочка не могла её впитать.

Как это получилось? Моя Божественная сущность разлетелась на множество осколков, только один из которых остался в этом куске мяса.

Ещё одна волна боли – моя Атма (Искра Первичного Огня) пыталась сродниться с новой оболочкой. Насколько я понял, безуспешно…

Боль ушла. И пришло понимание произошедшего – я только что стал в сотни раз слабее. С крохами Силы и осколком Искры.

– Валите его в повозку! Ещё одна никчёмная жизнь, только время на это потратил.

Я повернул голову на звук голоса и увидел стоящего в паре метров от меня старичка в белом несуразном балахоне.

– Может, отойдёт? Дыхание чутка же есть, – какой-то верзила, стоявший за моей головой, пытался выступить защитником, как я понял, моего тела.

– Ты желаешь лечь на его место?! – старик со злым прищуром зыркнул на говорящего над моей головой.

Движение даже глазами вызывали резкую боль в голове. А тут схватили моё тело и с присвистом забросили в какую-то деревянную коробчонку. «Меня?! Божественную сущность! Внука Сварога и пилота боевого истребителя с позывным Варуна?! Я Ладаад, а не тщедушная человеческая тушка, которую можно пихать и выкидывать».

Повозка затряслась и двинулась с места, болтало сильно, но мне это не мешало; концентрируясь не на физической боли, а на себе там, внутри, я ощупывал себя, соприкасаясь с Искрой. Что-то скользнуло тенью в сознании, я мысленно направил силу Атмы в ту сторону, где что-то мелькнуло, и ухватил его… Оно, как от удара перуницей, наполнилось белёсым светом, и я увидел Лега. Ты-то что тут делаешь?! Удивлённо передал мысли этой сущности. Какой Чёрной дыре, ты… хм, кажется, этот вопрос я должен был направить себе… Лег имел лёгкую фигуру под образ человеческий, словно разорванное облако на ветру, закрученном Стрибой.

– «Я привязан к этому телу», – вернулась мысль в мою голову от Лега. – Но как такое, кто это придумал? Вы же Охранители, а не ручная игрушка, болтающаяся за тушками смертных?!

Лег сделал такое движение, что я понял это как пожатие плечами, растерянное и неуверенное. «Надо думать, надо думать!» Мысли лихорадочно скакали, словно космические блохи в шерсти Кликуши. «О, Божска! Что с друзьями, где они? Ладно, давай всё по порядку, сперва выяснить, где я и кто я».

* * *

…Попытавшись привстать, тело взорвалось жуткой болью огня, в глазах померк свет, и я провалился опять в темноту.

После пробуждения я с трудом мог различать неясные контуры перед глазами. Всё плыло. Постепенно моё зрение всё-таки стало приходить в норму: цвета становились насыщеннее, а пространство вокруг приобретало чёткую картинку. На небе, сквозь дыры полога повозки, виднелись странные облака, похожие на длинные полосы, необычные… Всматриваясь в них, я пытался уловить связь с землёй. Главное, я пока ещё жив. Закрыв глаза, сам себя мысленно упрекнул: «Пора подниматься, а то разлёгся тут, понимаешь». Оторвав спину, я перевернулся на живот. Затем, приложив усилие, присел, держась руками за бока моего временного «корабля». Стараясь не шуметь, осмотрелся. В повозке лежали две лопаты, моток верёвки и кирка со сломанным черенком. «То, что мне и нужно. Один крупноват, но его надо убрать первым. С тем щуплым, я думаю, разберусь быстро». Потихоньку подтянул своё «оружие», предпринял попытку разглядеть местность, куда мы двигались.

Деревья вдоль дороги; на склонах ближайших гор, от которых удалялась повозка, снежные вершины.

«А если по-тихому соскользнуть, перекатиться к деревьям и, замерев, перележать время, а там и подумаем, что далее…» Подтянув моток верёвки, я начал готовиться к «высадке десанта». Мои сопровождающие вели лошадь по обе стороны и о чём-то болтали; подтянувшись к задней части повозки, я аккуратно скинул верёвку, перевалил половину своего тела, ловя момент хода повозки, под стук копыт, отпустил руки.

Боль вновь вспыхнула, пронизывая иголками тело, но не было времени об этом думать. Перекатившись к обочине, замер в колее, посматривая на удаляющуюся процессию, пригнувшись, перебежал к рядом стоящему дереву и упал за его стволом. «Вот теперь можно и прийти в себя…»

Прошёл час или больше, но тело так и ныло, словно каждый мускул был набит гвоздями. Я прижался к шершавой коре дерева, пытаясь перевести дух и восстановить дыхание. Сердце бешено колотилось, будто пыталось вырваться из груди. «Слишком быстро, – подумал я, – нужно было дать себе больше времени».

Повозка скрылась из виду, но я всё ещё слышал глухой стук копыт, отдающийся эхом в горах. Я лежал неподвижно, наблюдая за пролетающими облаками, похожими на призрачные полосы света. Небо было необычного цвета, насыщенного синего, и облака, словно вырезанные из тонкого, прозрачного материала, медленно скользили по нему, не оставляя следа.

Не знаю, сколько ещё прошло времени, но я чувствовал, как холод постепенно пробирается под кожу. Воздух был чист и свеж, пахнул хвоей и землёй, но в нём была какая-то странная, необъяснимая тяжесть.

«Что же делать? – пронеслось в голове. – Куда я попал? Как выбраться из этого?..»

Внезапно я услышал тихий шорох. Он исходил из-за дерева, за которым я прятался. Я напрягся, сердце застучало быстрее. Что-то двигалось там, в тени, нечто живое. В моих жилах заструилась ледяная дрожь.

Я приготовился к худшему. Но когда я осторожно выглянул из-за ствола дерева, моя рука потянулась не к оружию, а к своему лицу. Прикрыв лоб ладонью, выдохнул…

Передо мной на ветке сидела маленькая птичка. Она была ярко-красного цвета, с чёрными глазами и смотрела на меня с любопытством.

«Ты тоже беглец?» – мысленно спросил я её.

«Это моя аватара», – прозвучал голос в моей голове…

«Эта птичка и есть – Лег! Что-то я совсем забыл, что произошло, как очнулся в этом мире. Ну вот теперь давай и поговорим…» – сказал я, обращаясь к ней.

Птичка на ветке немного повернула голову, понимая мои слова, хотя трудно было воспринимать то, что я общаюсь в своём разуме. Её чёрные глаза смотрели на меня с нескрываемым любопытством.

«Ты был тяжело ранен в битве за Дею, Ладаад. Твоё божественное тело было на грани истечения энергетической структуры. Твоя Атма отделилась от решётки и переместилась в этот мир, – прозвучал голос в моей голове. – Это был риск, но единственный способ спасти тебя».

«Спасти? Но кем, кто?! – я почувствовал, как во мне вспыхнул интерес. – Кто это сделал?»

«Это неважно, Ладаад. Важно то, что ты здесь. Ты жив. И у тебя есть шанс начать всё сначала. В этом мире у тебя будет всё по-новому. Но тебе нужно помнить, что ты не один. Я пока буду рядом с тобой, помогая тебе найти путь».

«Всё ж а как же моё старое тело? Что с ним стало?»

«Не думай об этом пока, Ладаад. Это тебе ничего не даст. Ты должен сосредоточиться на себе, на своей новой жизни. У тебя есть шанс стать сильнее, чем ты был раньше. Ты можешь восстановить свою божественную сущность. Но для этого тебе нужно пробудиться».

«Пробудиться? – я посмотрел на птицу, на её ярко-красные перья, в её чёрные глаза. – Что я должен сделать?»

«Ты должен понять, кто ты такой, Ладаад, здесь, в это время. Ты должен вспомнить свою силу, собрать Искру в целое. Ты должен вспомнить свою СутьБу. И теперь тебе придётся с самого начала сражаться за свою жизнь». Птица взлетела с ветки и полетела к небу, словно призывая меня следовать за ней.

«Иди за мной, Ладаад, – прозвучал голос в моей голове. – Я помогу тебе».

Я встал с земли, почувствовав новую силу в своих ногах. Посмотрел на птицу и пошёл. Пошёл вперёд, навстречу неизвестности.

«Почему птицей?» – спросил я.

«Мы в такое время, где Легов делают рабами, и потому так безопасней. Не видя меня в тебе, твоя жизнь закончится не сразу, попади ты к жрецам».

Прошло минут двадцать, как я оказался на травянистом берегу небольшого озера. От долгого перехода и нервного напряжения сильно устал – ноги гудели набатом, едкий пот заливал глаза, клонило к земле. Десять минут передышки были жизненно необходимы, и я дал себе отдых, упав на траву, продолжая тем не менее осматривать окрестности под место для лагеря. Бросив задумчивый взгляд вперёд, я смотрел на ветвистые части кроны гигантских деревьев. Солнце не спеша клонилось к ним, собираясь спрятаться за этими кронами, оно уже было не таким ярким, как днём, когда я болтался в повозке. Возможно, время подходит к тому, что скоро ночь. Значит, мои предположения оказались верными. Время в этом мире делят на равные части.

Опустив глаза, я невольно увидел своё отражение в воде. Пускай не такое отчётливое, но всё-таки можно разглядеть себя. На вид мне было лет двадцать – двадцать пять: короткие светлые волосы, худощавое лицо, среднее телосложение, без видимых признаков сильно развитой мускулатуры. «Да уж, не златая грива волос, да и совсем не Ладаад…» – проговорил вслух я, пытаясь уместить в своей голове всё, что произошло со мной.

Узнав, как я теперь выгляжу, пошагал в сторону леса, что в ста метрах от круглого озера. Лег молчал, да и я его пока ни о чём не спрашивал. Не время и не хотелось, пребывая в состоянии неопределённости. Добравшись до опушки, выбрал укромное место между двумя молодыми соснами, наломал валежника и, устелив его на землю, я лёг спать. «Сейчас от меня мало толку, надо отдохнуть этому телу, утро вечера мудренее». Усталость накрывала не только разбитое тело, но и сам разум. «Отдыхай, я проконтролирую всё округ, ни о чём не думай», – Лег тихо озвучил свои слова в моём мозгу. Больше я его не слышал, ибо отключился, совсем.

Утро пришло, упав мягкими лучами солнца сквозь кроны деревьев. Привстав, размял плечи и с относительной бодростью вскочил на ноги. Попытавшись дотянуться сознанием до Лега, вдруг понял, что я вижу горный массив, вчерашнее озеро и вдалеке дорогу. «Моё сознание объединено с Легом, и теперь я могу видеть всё то, что видит он?!» Меня это обрадовало, хоть какие-то возможности от потерянного Бога. «Всё спокойно?» – спросил я мысленно. – «Да, конечно». Не успев договорить, он проявился возле меня в форме иллюзорного сгустка, схожей с человеческой фигурой. «Ты и так умеешь?» – удивился я. – «Нам запретили иметь тела, ограничив в физическом контакте с реАльностью», – Лег пропустил через себя волну энергии, которая расшевелила его форму, словно облако под лёгким ветерком. – «Интересная тут у вас жизнь, – пробурчал я. – Ну, я думаю, у нас будет ещё много времени поговорить об этом, сейчас я хочу осмотреться».

Блуждая по загадочному лесу, проходя зигзагом от дерева к дереву, с ветки на ветку за мной перелетала краснопёрая птица, аватара Лега. Случайно я зацепился взглядом за интересную картину, открывшуюся меж деревьев. Небольшая полянка, посреди которой на постаменте стояло потрескавшееся каменное сооружение, по форме напоминающее блюдо диаметром примерно три метра. Ближний край был сколот, словно по нему ударили чем-то тяжёлым. Я подошёл поближе и увидел на самом дне прозрачную воду. Она как будто искрилась. Обойдя вокруг, я чувствовал в камне чью-то Силу, и моя Искра откликалась, тянулась к ней.

Ещё раз заглянув в эту огромную чашу, я понял: «Это же Слёзы Тарусы!» Меня аж обожгло внутри от догадки. «Но как?!» Я уставился удивлённым взглядом на птичку, Лега. «Пора свыкнуться, братец, и принимать его как одно». Птичка моргнула в ответ иссиня-тёмным глазом. «Ты правильно догадался, здесь была Священная Роща в честь неё. Жрецы Яже запрещают людям обращаться к Древним Богам, – Лег с горечью произнёс и, птицей слетев с ветки, уселся на чаше. – Нам повезло, что Слёзы тут сохранились да Чашу не уничтожили, значит и деревушки недалеко с людьми». Я задумался: люди – это, конечно, хорошо, но я пока не готов к встрече с ними, уж больно много мне ещё непонятно. Но день задался! Так как Слеза Тарусы имеет божественную силу, что мне как раз и необходимо в данность моего существования в этом теле.

Меня как молнией от Перуна пробило! «Яже?!» Наверно, со стороны я выглядел очень глупо, тем более в этом тщедушном теле, но кроме аватары Лега, здесь, слава Богам, никого. «Ты его знаешь?» – удивился теперь и Лег. – «Ну память у меня-то моя, а не этого тела! Последним, кого я видел, был именно ОН! На Дее! Когда он уничтожил эту землю, а я не смог, получается, ему противостоять…» – присев на землю, я с грустью сжал кулаки.

«Яже!!! – слова снова вырвались из меня, словно взрыв. Я вскочил на ноги, чувствуя, как адреналин проносится по жилам. – Как это возможно? Он же уничтожил всё! Почему он здесь?»