Боевое Единство

(«Кардио рано утром, один час. Затем по двадцать повторений приседаний, скручиваний на пресс, отжиманий, подтягиваний и отжиманий на брусьях. Три подхода различных видов планки – всё это до обеда. Отдых, затем тренировка равновесия у озера до вечера, а после – базовая физическая подготовка и закаливание».)

На самом деле это был относительно простой и щадящий режим тренировок, но это потому, что ему было всего семь лет. Его тело всё ещё росло, особенно кости, и чрезмерная нагрузка на них была бы весьма пагубной в долгосрочной перспективе. Он планировал увеличивать нагрузку с возрастом.

(«К тому времени, как я закончу, я должен быть прилично сложен».)

**********

На следующий день он, как и планировал, отправился на утреннюю пробежку. Обычно он начинал пробежку от приюта, бежал до города и возвращался до начала часа пик, но сегодня он немного опоздал, поэтому ему пришлось пробираться сквозь самую раннюю дневную суету. В одной руке он нёс сумку с молоком, которое Мира попросила его купить на рынке.

(«Тц, уже так людно».) – цокнул Руи, вынужденный замедлиться. Он не мог просто так пробежать мимо толпы взрослых, которые были вдвое больше его. Ему пришлось свернуть в переулок, чтобы обойти толпу.

(«Не хотелось прерывать пробежку, может, стоит пробежать немного дольше, но Мира просила молока, так что, полага-!..»)

Внезапно он почувствовал, как его обхватили две руки: одна, чтобы не дать ему закричать, а другая – чтобы унести.

– Хех, чёрные волосы и чёрные глаза? Это редкость, этого можно продать за целое состояние, – услышал он зычный голос.

– О? У него даже есть мелочь, хороший бонус! – сказал он, обшаривая карман Руи.

(«Чёрт! Меня и вправду похищают».) Руи начал паниковать. Он не знал, что делать, когда мужчина начал его уносить.

(«Нужно вырваться, но его хватка слишком сильна».) Руи начал лихорадочно соображать. О грубой силе не могло быть и речи. Ему нужно было заставить мужчину ослабить хватку, иначе у него не было бы ни единого шанса сбежать.

(«Думай! Как создать возможность для побега?») Он не знал. Мощная рука мужчины плотно зажимала ему рот и нос, чтобы он не шумел. Но это натолкнуло его на мысль. Он решил обмякнуть, притворившись, будто задохнулся.

– Тц, – мужчина на секунду опустил Руи на землю, чтобы убедиться, что с его «товаром» всё в порядке. Но как только он это сделал, Руи ткнул большим пальцем в глаз похитителя и, вскочив, бросился бежать со всех ног, пока мужчина кричал от боли, зажимая глаз рукой. Боль от тычка в глаз заставила мужчину остановиться, дав Руи всего несколько секунд времени. Мужчина быстро поднялся и с зажмуренным глазом погнался за Руи.

(«Мне просто нужно добраться до людной улицы, ему не сойдёт с рук похищение ребёнка на публике».) К несчастью, он не мог вернуться на рынок тем же путём – здоровяк преграждал дорогу, и его бы наверняка поймали. Ему просто нужно было добраться до людей, но, к несчастью, вместо этого он забежал в тупик.

(«Чёрт, нужно пойти друг-…»)

– Хе-хе-хе… Жаль, что не смог сбежать, а, мальчишка? – мужчина одарил Руи отвратительной ухмылкой. В этот миг Руи почувствовал отчаяние и настоящий страх. У него затряслись ноги, и он чуть не обмочился. Руи заставил себя принять боевую стойку, но мужчина подошёл и, не обращая внимания на жалкие попытки Руи сопротивляться, схватил его за шею и повалил на землю. Руи хотел закричать, но когда он открыл рот, из него не вырвалось ни звука.

– А теперь давай-ка ты задохнёшься по-настоящему, – прошептал он, и его ухмылка стала ещё шире.

Руи застыл от ужаса.

(«Он собирается меня убить»,) – паниковал Руи. Его сердце бешено колотилось, пытаясь дать Руи необходимую силу, но он был слишком напуган, чтобы ею воспользоваться.

(«Это бесполезно, я слишком слаб».) Он знал это и сдавался.

(«Я не просто слаб, я жалок».)

И как раз в тот миг, когда у него в глазах начало краснеть…

ГЛУХОЙ УДАР

Хватка мужчины ослабла, его руки разжались на шее Руи, и тело мальчика содрогнулось, когда он, жадно хватая ртом воздух, обернулся.

(«Что, чёрт возьми, только что произошло?»)

Увиденное потрясло его. Мужчина был мёртв и лежал на земле. Но ещё более шокирующей была причина смерти: макушка его головы была вдавлена и проломлена. За ним стоял другой мужчина, его кулак застыл в воздухе.

– Попытка отнять жизнь невинного дитя – величайший из грехов, что можно совершить, – сказал мужчина, презрительно глядя на труп. Его взгляд обратился к Руи.

– Ты в порядке, дитя моё?

Глава 9. Наивный

Он был наивен. Он недооценил, что значит быть воином. Это было не кино и не аниме, а реальная жизнь. Он бы умер на месте, если бы его спаситель опоздал. Руи думал, что сможет просто тренироваться и стать воином, но он жестоко недооценил характер и решимость, необходимые для битвы не на жизнь, а на смерть. Как он, бывший житель двадцать первого века, мог это понять? Он никогда в жизни не дрался. Совсем никогда. Он не понимал, насколько глубоко первобытный страх смерти укоренился в душе.

Мастера Боевых Искусств были не декоративными и эстетичными артистами, чья работа – круто выглядеть. Они были воинами, убийцами, защитниками, охотниками, первопроходцами, они были людьми, которые каждый день рисковали жизнью в бою. Они ступали на Боевой Путь, зная, что каждый шаг с лёгкостью может стать для них последним.

Обладал ли он такой решимостью?

Этот день дал ясный ответ.

Нет. Он был недостоин звания воина, Мастера Боевых Искусств.

– Ты не прав.

Сказал мужчина, который его спас. Он подошёл, сел рядом и погладил его по голове. Его жест был тёплым и нежным, но рука – тяжёлой и грубой, словно валун.

– Парень, ты ведь хочешь стать Мастером Боевых Искусств, верно?

Руи кивнул; его всё ещё душили эмоции.

– Мм, конечно хочешь. Нет другой причины, по которой ребёнок твоего возраста подверг бы себя таким тренировкам, – заметил он.

– Считаешь себя недостойным звания воина из-за страха и отчаяния, которые испытал?

Мужчина словно читал сердце Руи. Руи неохотно кивнул. В ответ мужчина улыбнулся.

– И правда, ты был довольно жалок, не буду врать. Ты дрожал от страха и отчаяния, когда тебя прижимали к земле…

Эти слова проделали дыру в сердце Руи.

– …Но достоин ли ты быть воином, дитя моё, зависит от того, что ты будешь делать дальше.

Он повернулся к Руи, и тот встретил его взгляд.

– Нет ни единой души, что не испытывала бы всепоглощающего страха и отчаяния. Даже сильнейшие из Мастеров Боевых Искусств, способные расколоть Землю одним пальцем, пережили то же, что и ты. Сильных от слабых отличает лишь то, сможет ли человек преодолеть этот страх и устремиться вперёд.

Руи сжал кулаки и стиснул зубы.

– Скажи мне, мальчик, ты поддашься своему страху?

– Никогда… Больше никогда! – поклялся Руи, пока из его глаз лились слёзы досады, стыда и гнева. Каждый мускул в его теле напрягся, он чувствовал, будто каждая клетка его тела сплотилась воедино, когда он впечатывал свою клятву в каждую из них.

– Я больше никогда не позволю страху и отчаянию взять надо мной верх!

Мужчина улыбнулся, заметив огонь в глазах мальчика.

Руи встал и низко поклонился мужчине. – Спасибо, что спасли мне жизнь.

– Я лишь выполнял свой долг, – мужчина встал, в последний раз потрепал Руи по голове и ушёл.

– Береги себя, парень. Я бы хотел увидеть, как ты станешь воином, у тебя есть для этого всё необходимое.

Руи кивнул и в последний раз поклонился. Он направился на рынок, а затем пошёл по дороге домой.

– Ах, я забыл спросить его имя.

**********

По пути домой он столкнулся с Фарионом и, объяснив, что произошло, поверг Фариона в шок. Когда он вернулся домой, всё стало только хуже. Все взрослые воспитатели не переставая суетились вокруг него, постоянно гладя и обнимая его, отчасти чтобы убедиться в его благополучии, а отчасти чтобы успокоить собственное беспокойство. Лашара от паранойи дошла до того, что чуть не запретила ему покидать Приют, но ему удалось её переубедить, хоть и не полностью. Руи должен был оставаться в окрестностях приюта или находиться под присмотром, если хотел уйти дальше.

Ему ничего не оставалось, кроме как с большой неохотой согласиться.

Он решил пропустить тренировку до конца дня и провести время со своими братьями и сёстрами – ему хотелось сменить обстановку.

– Хех, неужели ты наконец-то решил сыграть с нами в карты, а, Руи? – спросил Горацио, освобождая для Руи место.

За прошедшие семь лет он создал нерушимые узы с каждым из обитателей Приюта. Ему нравилось проводить время с ворчливым Фарионом, озорной Ниной, прагматичным Горацио, сдержанной Микой и умным Джулианом. Когда Руи только попал в приют, взрослые проигнорировали глупое суеверие, связанное с его волосами и глазами, а дети быстро последовали их примеру, в основном из-за своего неведения, выражая восхищение тем, какой он милый.

За прошедшие семь лет он сильно привязался к каждому из них и к Приюту в целом. Почти до такой степени, что он предпочёл бы остаться с ними, а не уходить, чтобы стать Мастером Боевых Искусств.

(«Почти, но всё же недостаточно»), – размышлял он.

Его воля и решимость, обновлённые после утреннего происшествия, не позволили бы ему не стать Мастером Боевых Искусств, он просто чувствовал лёгкую грусть оттого, что это в конечном счёте отдалит его от семьи. Академия не только предоставляла жильё и еду, но и обязывала своих учеников жить в общежитиях Академии. Боевой Путь требовал дисциплины, которую можно было в полной мере обеспечить, только если Академия будет регулировать жизнь учеников от рассвета до заката. Даже после выпуска, как он подозревал, ему придётся проводить долгие часы, дни, а может, и недели вдали от семьи.

Он почти наверняка немного отдалится от них, это было неизбежно. Хотя он всегда будет их любить, длительные периоды разлуки, скорее всего, приглушат его чувства. Он не был очень общительным человеком, даже в своей прошлой жизни, его родители рано умерли, и с тех пор он не создал ни одних значимых отношений или даже дружбы.

(«Тогда я извлеку максимум из этого времени, из следующих шести лет… А потом мне придётся их покинуть»). Руи было жаль. Он быстро отбросил эти мысли, прежде чем погрузиться в игру.

Глава 10. Боевой Экзамен

– Ты взял удостоверение личности?

– Да.

– Энергетики взял?

– Да.

– Расписание перепроверил?

– Да.

– Ты…

– Хватит, мама! У меня всё готово, не волнуйся, – раздражённо оборвал её Руи. Лашара славилась своей гиперопекой. Вступительный Экзамен по Боевым Искусствам был печально известен своей сложностью и опасностью. Лашара снова и снова предупреждала Руи, что это может обернуться катастрофой, но знала, что он долго готовился к этому дню. Его решимость была непоколебима, и она понимала, что её слова не возымеют никакого эффекта. Вместо того чтобы настраивать его против себя и вызывать его гнев, она решила дать ему своё благословение.

С момента похищения прошло шесть лет, и теперь Руи было тринадцать. Настало время для вступительного экзамена по боевым искусствам. Руи было довольно не по себе, хотя он долго мысленно готовил себя к этому дню. Нет, он нервничал именно потому, что так долго готовился.

Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, и начал укладывать в сумку самое необходимое.

– Давай я тебя провожу, Руи, – улыбнулся Джулиан. Он окончил Кандрийский институт наук и был принят туда же учеником-исследователем под руководство престижного учёного в отдел исследований и разработок.

– Спасибо, – кивнул Руи. Джулиан всегда действовал на него успокаивающе, к тому же, в отличие от самого Руи, он был настоящим гением.

Лашара в последний раз обняла его и поцеловала в макушку.

– Береги себя, не переусердствуй, хорошо? – сказала она, и по её лицу пробежала тень беспокойства.

– Да, не волнуйся, мам. Со мной всё будет в порядке.

Получив напутствия от всего Сиротского Приюта Куаррьер, он попрощался со всеми и отправился в путь с Джулианом на рикше.

– Нервничаешь?

– Удивительно, но уже не так сильно, как некоторое время назад. Поддержка семьи успокаивает, хотя ни важность, ни сложность экзамена от этого ничуть не изменились.

– Рад это слышать, – улыбнулся Джулиан.

– Буду с тобой честен. Я и вправду не ожидал, что твоё стремление стать Мастером Боевых Искусств окажется настолько сильным…

Руи не знал, что ответить.

– По мере взросления дети проходят через множество увлечений, это верно практически для всех. Я говорю «практически», потому что мне встретилось лишь одно исключение.

Джулиан повернулся к Руи и окинул его испытующим взглядом.

– Ты родился с доселе невиданным, феноменальным, гениальным интеллектом, в невероятно раннем возрасте освоил два языка, математику и науки, и при этом ты совсем не изменился, Руи, – продолжил Джулиан. – Это довольно абсурдно. Твой характер тоже был неизменным и зрелым не по годам. Твои когнитивные способности с возрастом становились лишь экспоненциально острее.

Руи знал, о чём тот говорит. Мозг человека перестаёт развиваться в двадцать пять лет – в этом возрасте когнитивные способности достигают своего пика. Руи, однако, унаследовал когнитивные способности своего прошлого мозга, которые наложились на развивающийся разум подростка. Словно он обладал суммарным IQ Джона Фалкена и Руи Куаррье. Это было одним из величайших преимуществ перерождения с сохранившимся разумом: его уже взрослый разум получил возможность для второго этапа развития.

– Все эти данные приводят к выводу, что ты – взрослый в теле ребёнка… – продолжил Джулиан.

Руи повернул голову и, встретившись с ним взглядом, ухмыльнулся.

– Ты же на самом деле в это не веришь?

– Нет, – улыбаясь, пожал плечами Джулиан. – Это не невозможно, нет ничего невозможного, но это уж слишком абсурдно.

– Хех.

Руи внутренне взмок. Он понятия не имел, почему переродился, хотя и подозревал, что на то была причина. Когда Джулиан завёл этот разговор, он не на шутку испугался, что его тайна раскроется. Подумать только, этот парень последние тринадцать лет пристально наблюдал за ним и анализировал его, и в итоге выдвинул верную гипотезу, угадав истину. Как и ожидалось от настоящего гения.

Они ещё долго перешучивались, пока рикша не прибыл к месту назначения.

– Что ж, удачи, Руи. Отсюда я отправлюсь в Институт.

– Спасибо, Джулиан, пока.

– Ах, и последнее.

Руи, уже вылезая, повернулся к Джулиану.

– Даже если бы ты был кем-то другим, переродившимся в теле ребёнка, я бы всё равно любил тебя как своего брата, – тепло улыбнулся Джулиан. – Вперёд, Руи, исполни свою мечту.

Руи улыбнулся в ответ. – Можешь не сомневаться. – И на этом братья разошлись.

Руи повернулся к Мантийскому филиалу Кандрианской Боевой Академии. Снаружи Академии скопилось множество рикш и даже колесниц. Внутри гигантского комплекса собирались тысячи подростков – юношей и немалая доля девушек. Сказать, что комплекс был гигантским – ничего не сказать. Руи не был шокирован лишь потому, что однажды уже требовал показать ему Академию. И всё же это было невероятное зрелище. Один лишь вид этого места пробуждал в сердце честолюбие.

– Вот оно.

Кандрианская Боевая Академия представляла собой комплекс из множества зданий, расположенных вокруг главного корпуса, который служил основной тренировочной базой. Комплекс был укреплён огромной стеной из камня и цемента, которая окружала Академию и тянулась на многие километры.

Один лишь престиж этой Академии заставлял более миллиона стремящихся стать Мастерами Боевых Искусств подавать заявки на вступительный экзамен.

Войдя на территорию Академии – пройдя через огромные ворота и показав удостоверение охране, – Руи хорошенько рассмотрел своих соперников, направлявшихся в назначенный экзаменационный центр.

(«Они почти все старше меня»), – отметил Руи.

Большинству подростков, пришедших на экзамен, на вид было шестнадцать и больше.

(«Полагаю, тринадцатилетние участники – это редкость»), – подумал Руи, получая у входа в здание номерной жетон, который служил его идентификатором абитуриента.

Экзаменационный центр оказался ещё больше, чем можно было подумать издалека. Внутри собралась огромная толпа абитуриентов. Атмосфера была напряжённой. Хотя Мастера Боевых Искусств в роли ассистентов-наблюдателей и следили за порядком, чтобы предотвратить вспышки насилия, само нахождение в одном зале с тысячами других людей слегка давило на Руи. Беглый взгляд на толпу многое поведал ему о конкурентах.

(«Большинство из них тренировали свои тела, хоть и не так усердно, как я. И всё же многие от природы физически превосходят меня. По сравнению с сильнейшими абитуриентами я лишь компенсирую недостаток таланта. Разница в возрасте тоже определённо даёт им значительное преимущество».)

Руи улыбнулся.

(«Хотя мне на это насрать. Я пройду этот экзамен, во что бы то ни стало».)

Глава 11. 1-й раунд

В этот самый момент сильный, громкий голос эхом разнёсся по всему залу со сцены, расположенной в дальнем от входа конце.

«Добро пожаловать на сто шестой ежегодный вступительный экзамен в Боевую Академию…» – произнёс мужчина на вид лет пятидесяти. У него была длинная борода с проседью и лысая голова. Поверх простой формы для Боевого Искусства он носил роскошные одеяния, что говорило о его положении в Академии. Но самой яркой его чертой было нечто самое неосязаемое – тяжесть его присутствия. Руи это чувствовал. Каждый абитуриент это чувствовал. Все они даже осознали, что испытывают одно и то же давление, когда вокруг все начали напрягаться или проявлять другие признаки тревоги, страха и дискомфорта.

(«Он ведь даже ничего особенного не делает»,) – Руи нервно улыбнулся, покрываясь потом. («Он просто произнёс самое обычное и простое приветствие».)

«…Я – Мастер Аронян, Боевой Мастер и Директор Кандрианской Боевой Академии. Я также буду вашим главным экзаменатором и наблюдателем», – продолжил он, не обращая внимания на реакцию абитуриентов.

(«Так вот он какой, Боевой Мастер… Невероятно… Это чертовски потрясающе»,) – Руи всё больше и больше приходил в восторг. Да и как тут было не прийти? Этот мужчина находился в сотнях метров, но мощи его лёгких хватало, чтобы так громко говорить без каких-либо усилителей. Он был так далеко, но одно лишь его присутствие было настолько тяжёлым, что Руи казалось, будто он в упор смотрит в глаза кровожадному тигру-людоеду.

(«Захоти он – и сможет убить нас всех меньше чем за секунду»,) – подсказали Руи инстинкты.

«Экзамен будет состоять из трёх туров. В каждом из них вам потребуется выполнить одно или несколько заданий. Точные условия для прохождения или провала, особенно в третьем туре, могут быть оставлены на усмотрение отдельных наблюдателей, оценивающих ваше выступление. Однако первый и второй туры объективны».

(«Значит, критерии прохождения третьего тура не объективны. Это может всё усложнить. Разные наблюдатели могут по-разному оценивать способности, но почему тогда первый и второй туры отличаются?»)

«Скоро мы начнём первый тур», – сказал Мастер Аронян, поднимая руку. Тотчас же тысячи Мастеров Боевых Искусств с ящиками в руках вошли в зал и поднялись на сцену, а за ними последовала сотня Мастеров Боевых Искусств представительного вида.

(«У них тяжёлое присутствие, хоть и не такое сильное, как у Мастера Ароняна. Возможно, это Боевые Старшие. Логично, Мастер Аронян не собирается проводить тест лично. Мы, абитуриенты, не стоим его времени».)

Когда сотня Учеников рассредоточилась по гигантской сцене, а их помощники закончили устанавливать позади них простые на вид столы с ящиками и перила, ведущие вниз по ступеням, Мастер Аронян продолжил.

«Испытание начинается. Внутри каждого из больших ящиков на столах лежат пропуски на второй тур Экзамена. Ваша задача очень проста: вы должны подойти к Боевому Ученику, стоящему перед каждым ящиком, пожать ему руку… и попросить у него пропуск. Всё это нужно сделать быстро, в течение десяти секунд».

Мастер Аронян на секунду замолчал, позволив себе улыбку. «Те, кто сможет выполнить вышеупомянутую задачу, получат пропуск на второй тур. Те же, кто не сможет, – безвозвратно провалят как первый тур, так и весь экзамен. Удачи».

Выполнив свой долг, он удалился.

(«Что?..») – Руи был ошарашен. Он чувствовал, что все до единого абитуриенты, за исключением небольшого меньшинства, были в таком же замешательстве, как и он. Он, как и многие другие, решил выждать и посмотреть, что произойдёт. Очевидно, всё было не так просто, как казалось на первый взгляд.

Руи с пристальным вниманием наблюдал, как первый абитуриент поднимался по лестнице на сцену, между перилами. Но как только он достиг помоста, он замер.

(«Хм? Почему он остановился?») – Руи взглянул на Боевого Ученика, к которому подошёл абитуриент, и понял, в чём дело.

(«Жажда крови»,) – Руи почувствовал эмоцию, которую буквально излучал могущественный Ученик. На самом деле все Старшие начали делать то же самое. Абитуриенты в начале очереди застыли от страха, не в силах приблизиться к Боевому Ученику. Десять секунд спустя Боевые Ученики, помогавшие Боевому Старшине, начали объявлять о провале абитуриентов.

«Абитуриент 00504, провал».

«Абитуриент 10756, провал».

«Абитуриент 65784, провал».

«Абитуриент 45786, провал».

…

«Абитуриент 00037, провал».

(«Понятно. Теперь я всё понял»,) – осознал Руи. Первый тур был проверкой на стойкость и решимость. Боевые Старшие использовали эволюционную неврологию и психологию для оценки абитуриентов.

Все разумные существа в ходе эволюции научились оценивать опасность, риски и угрозы. Это была эволюционная психогенетическая черта, которая позволяла видам выживать в экосистемах, – хорошо задокументированный феномен эволюционной биологии из его прошлой жизни.

Это касалось всех: от мельчайших животных вроде насекомых до самых могущественных драконов и фениксов, что существовали в этом мире. Все они были способны подсознательно оценивать опасность, основываясь на наблюдении и интуиции. И в зависимости от того, насколько высокой подсознательно оценивалась опасность, их разум испытывал соразмерное количество страха.

Первый тур экзамена использовал этот нейропсихологический феномен для проверки абитуриентов. Ученики не то чтобы буквально излучали некое магическое энергетическое поле, вызывающее страх, – они просто использовали инстинктивную, подсознательную оценку опасности, чтобы вызвать у абитуриентов парализующий страх. Для Боевых Учеников это было сущим пустяком, учитывая, что абитуриенты, по сути, были ещё детьми. На самом деле они даже сдерживали свою жажду крови и, похоже, не переусердствовали. Им нужно было увидеть, как далеко можно зайти с каждым абитуриентом.

(«Если точнее, они проверяют нашу решимость и силу воли».)

Каждый год заявки подавал миллион абитуриентов, и каждым из них двигали разные мотивы: слава, деньги, престиж, амбиции, власть, долг и так далее. Первый тур проверял силу решимости абитуриента стать Мастером Боевых Искусств. Боевой Путь был невероятно трудным и опасным путешествием, и если абитуриенты не могли преодолеть это простое препятствие, они были совершенно не пригодны для того, чтобы стать Мастерами Боевых Искусств. Они не смогли бы достичь даже ступени Боевого Оруженосца.

(«Этот тест… я уже проходил его раньше»,) – вспомнил Руи.

Случай с похищением был чем-то похож на этот тест, и то испытание он с треском провалил. Он поклялся, что больше никогда не провалится.

(«В этот раз… На этот раз уж точно!»)

Глава 12. Я сделаю

«Заявитель 11234, Кейн Арранкар, прошёл!»

Руи услышал это и внимательно посмотрел на первого заявителя, прошедшего испытание и с пропуском направившегося к выходу.

К его удивлению, парень был невысок, примерно одного с ним роста.

(«Ого, надо же, парень моего возраста прошёл это испытание».) – с восхищением отметил Руи. Он решил подождать своей очереди, пока она не поредеет и большинство заявителей не провалятся.

(«Подумать только, уже первый раунд такой беспощадный».) – размышлял Руи. Хотя в какой-то степени этого следовало ожидать. В среднем более миллиона человек ежегодно подавали заявки на вступительный экзамен, а институтов было всего шестнадцать, и каждый мог вместить и обучать не более одной-двух тысяч.

Если учесть уже обучающихся студентов, то процент зачисления составлял около одного процента. Это означало, что три раунда экзамена должны были каким-то образом отсеять девяносто девять процентов всех заявителей. С учётом этого условия такая жестокая фильтрация обретала смысл.

(«Это также означает, что каждый Мастер Боевых Искусств был, по сути, самым талантливым, а также самым целеустремлённым и решительным в своём поколении».) – уважение и восхищение Руи Мастерами Боевых Искусств возросло. Он довольно долго молча наблюдал за происходящим испытанием, особенно за теми, кто его прошёл. Он находился довольно далеко, поэтому не мог разглядеть их черты, но в целом от них веяло какой-то основательностью… это были люди, обладавшие достаточной решимостью, чтобы преодолеть свой первобытный страх смерти.