Присвоена и помечена сводными братьями-парами

«Что я должна сделать?» – спросила я, готовая к любому испытанию. Я заметила, как Эмма и Шарлотта обменялись тайным взглядом, прежде чем тётя Эмма поставила поднос передо мной.

«Братья не спустились к завтраку из-за тебя. Почему бы тебе не отнести этот поднос с едой одному из них?» Её просьба шокировала меня.

Я была в этом особняке совсем недавно – с какой стати именно меня просят отнести им еду? Это они должны спускаться вниз, чтобы поесть со всеми.

«Не думаю, что это поможет. Скорее наоборот, если я появлюсь, это может их ещё больше разозлить», – отказалась я. Я знала, что не понравилась им с самой первой встречи.

Я воочию видела гнев Нормана, а сама Шарлотта говорила, что остальные братья – настоящая угроза. Так зачем мне добровольно идти прямо к ним?

«Кайе – самый младший из братьев. Он сегодня сильно болен, так что он будет признателен, если ты отнесёшь ему еду наверх», – вмешалась Шарлотта, соглашаясь с матерью. Я повернула голову, обдумывая свои варианты.

«Давай же, разве ты не видела, как переживала твоя мать? Помоги ей, сама разберись с братьями и убеди их, что ты приехала сюда не для того, чтобы красть их деньги или жить за их счёт», – настаивала тётя Эмма, стоя у меня за спиной и подталкивая меня, чтобы я встала со стула.

Я очень не хотела этого делать, но она была права: моя мать действительно беспокоилась. И она не заслуживала того, чтобы братья наказывали её из-за меня.

Мне нужно было начать самой разбираться со своими проблемами. Может, если я отнесу еду сводному брату, он станет ненавидеть меня меньше.

«Хорошо, но какая у него комната?» – неохотно спросила я, наконец вставая со стула, хотя была так голодна, что могла бы поесть прямо там и тогда.

«Первая комната на втором этаже. У неё чёрная дверная ручка, так что она отличается от других», – добавила тётя Эмма, слегка подталкивая меня вперёд.

Поднос оказался тяжелее, чем я ожидала, – а может, у меня просто слегка кружилась голова. Я взяла его и пошла наверх, но в глубине души меня грызло чувство, что я совершаю ошибку.

Но отступать было уже поздно. Я уже была на втором этаже и стояла перед дверью с чёрной ручкой.

Не успела я постучать, как тётя Эмма подбежала ко мне сзади, быстро повернула ручку и распахнула дверь. Мне не понравилось то, что она сделала. Почему она не постучала?

«Просто оставь поднос внутри», – прошептала она, а затем быстро отступила назад и пошла вниз, оставив меня в трудном положении.

Когда я вошла, в комнате было совершенно темно. Наверное, он был в ванной, так что я подумала, что просто поставлю поднос на приставной столик и тихо уйду.

Но моя неуклюжесть меня подвела. Ставя поднос, я что-то смахнула со столика. Предмет не просто упал, а с громким звоном разлетелся вдребезги, и этот звук эхом прокатился по тёмной комнате.

«Кто, блядь, в моей комнате?!»

Его голос, полный угрозы, прогремел из ванной. Я мгновенно пожалела о том, что пришла сюда.

Глава 10. Подставляю своих сводных братьев

Хелани:

– Какого черта тебя принесло в мою комнату? – прокричал он, как только начал отпирать дверь ванной. Он даже не знал, кто там, но уже был в такой ярости. Представляю, если бы он увидел меня, то просто сошел бы с ума.

Я на мгновение поддалась панике, а потом сорвалась с места и выскочила из комнаты. Вместо того чтобы спуститься вниз, я побежала дальше, в отчаянии дергая ручки всех дверей, что попадались мне на пути.

Все они, казалось, были заперты, пока я не добралась до одной двери с золотым узором. У меня перехватило дыхание, когда я повернула ручку и распахнула ее.

В тот момент мой мозг ухватился за мысль, что если я буду бежать и хорошо спрячусь, то все будет в порядке. Любая открытая дверь казалась путем к спасению.

В ту ночь дверь вагона была всего в нескольких шагах, и если бы мне каким-то образом удалось войти в нее, я бы не так сильно пострадала.

Поэтому сейчас я воспользовалась шансом и пулей влетела в комнату, так быстро, как только могла.

К несчастью для меня, Кайе уже вышел из своей комнаты в поисках того, кто сломал какой-то предмет декора у него в спальне.

Столько ярости из-за какой-то безделушки? А тетя Эмма говорила, что он самый спокойный. Или, лучше сказать, меня обманом заставили в это поверить. Тетя Эмма знатно меня подставила.

Но теперь я столкнулась с совершенно иной катастрофой. В комнате, в которую я вломилась без предупреждения, на кровати лежал обнаженный мужчина, а на нем – такая же обнаженная женщина.

– О, блядь! – вскрикнула девушка от удовольствия, двигаясь на нем.

– А-а-а! – взвизгнула я, закрывая глаза руками и разворачиваясь, чтобы выбежать. Сделав всего шаг за дверь, я врезалась прямо в широкую грудь Кайе.

Я быстро отступила назад и захлопнула дверь, прежде чем наши взгляды встретились. Я подумала, что если запру ее, он, может быть, уйдет.

– Какого черта ты делаешь в моей комнате? – раздался за моей спиной крик Максимуса. У меня не хватило смелости даже обернуться, чтобы встретиться с ним лицом к лицу.

Я испортила ему времяпровождение с этой волчицей, которая, вероятно, была его парой, и теперь он ворчал, бормоча проклятия себе под нос.

– Кто это? – недовольно протянула девушка.

Я застыла лицом к двери, слыша громкий стук. В этот момент я оказалась между молотом и наковальней.

– Открой чертову дверь, Максимус! – кричал Кайе, обращаясь к брату. Максимус поднялся с кровати, на ходу натягивая синие джинсы и свирепо глядя на дверь.

– Что ты натворила? – спросил он, переводя взгляд на меня.

– Я пошла к нему в комнату отнести завтрак, но там было так темно, что я ничего не видела и, наверное, что-то опрокинула… – тараторила я, но он уловил в моих словах что-то, что заставило его потрясти головой, словно проверяя, правильно ли он меня расслышал.

– Ты вошла в его комнату? – его голубые глаза сузились, когда он выделил эту часть моего объяснения.

– Да, – пролепетала я и осеклась, когда он недоверчиво вздохнул. Он все еще был без рубашки, демонстрируя кубики пресса и рельефные мышцы. Его одеколон был настолько завораживающим, что мне стало стыдно дышать рядом с ним.

– Ты влипла, – сказал он. Не потрудившись спросить, выдержу ли я встречу с его братом, он без колебаний открыл дверь.

Однако Максимус жестом показал девушке, чтобы та спряталась в ванной. Она по-прежнему была завернута лишь в простыню, но не уловила его сигнала и неловко застыла у кровати.

Кайе, похоже, выскочил из душа, как только услышал меня в своей комнате. Его черная рубашка была мокрой, а черные брюки тоже начинали промокать.

– Ты серьезно спрятал ее здесь? – ворвался в комнату Кайе, гневно глядя на брата и указывая на меня.

– Я этого не делал! Она сама вломилась и заявилась ко мне. Если у тебя к ней претензии, разбирайтесь за дверью, – сказал Максимус, явно стремясь от нас избавиться, но его спешка осталась незамеченной, так как Кайе повернулся ко мне.

– Какого черта ты вошла в мою комнату? Разве ты не знаешь, что я ненавижу, когда вторгаются в мое личное пространство? – С каждым шагом Кайе в мою сторону у меня перехватывало дыхание.

Мне казалось, я вот-вот потеряю сознание. Это воскресило в памяти воспоминания, которые я от всех скрывала.

– Я… я не знала. Мне велели принести тебе завтрак… – заикаясь, пробормотала я, пятясь, пока спиной не уперлась в стену, а он не оказался прямо у меня перед лицом.

– Ты не наша сводная сестра, ты не часть этой семьи. Так какого черта… – когда он ударил кулаком в стену прямо над моей головой, я пригнулась, закрыв лицо руками.

Его агрессия напомнила мне о той ночи, наполняя парализующим страхом, и все вокруг превратилось в размытое пятно с приглушенными голосами, пока громкий окрик не заставил всех замолчать.

– Разве так обращаются с девушкой? С той самой, что приходится тебе сводной сестрой? – Это был лорд МакКуойд. Должно быть, он услышал шум и поспешил наверх, чтобы посмотреть, что за хаос тут творится.

– Она вошла в мою комнату без стука… – крикнул Кайе, но суровый взгляд отца прервал его. К этому времени я уже стояла на ногах, наблюдая, как из-за меня рушится мир.

Моя мать стояла рядом с лордом МакКуойдом, и ее глаза горели ненавистью, словно это я разрушила покой ее идеальной маленькой семьи.

– И что с того? Это не повод кричать и гоняться за ней, как сумасшедший, – ответил его отец спокойным и рассудительным тоном человека, который действительно способен сопереживать другим.

Но вот моя мать, напротив, шокировала меня.

– Но все знают, что Кайе ненавидит, когда вторгаются в его личное пространство. Ей не следовало туда входить, – выступила она против меня, явно изо всех сил пытаясь угодить братьям.

– Тогда это твоя вина. Ты должна была ее предупредить. Она всего лишь принесла завтрак в комнату своего сводного брата, пытаясь помочь, – рявкнул на нее лорд МакКуойд, шокировав ее тем, что повысил голос.

У моей матери отвисла челюсть, когда ситуация быстро обернулась против нее. Я знала, что позже меня ждет от нее нагоняй.

Но потом все стало еще хуже. Девушка начала тихо ускользать в сторону ванной. Я видела, как при этом зрелище расширились глаза лорда МакКуойда, а затем его взгляд остановился прямо на сыне.

– Ты привел ее сюда?.. – его челюсти сжались от гнева.

– Папа, это не то, о чем ты подумал… – пролепетал Максимус, быстро заслоняя собой девушку. Именно в этот момент я поняла, что она не была его парой.

– Собирай вещи. Ты покидаешь мой особняк.

Слова лорда МакКуойда, обращенные к сыну, потрясли всех до глубины души, и все взгляды устремились на меня. Я запустила эту цепную реакцию, втянув обоих братьев в ожесточенную конфронтацию с их отцом.

И как, черт возьми, мне теперь выпутываться из этой заварушки?

Глава 11. Как избавиться от моей сводной сестры

Норман:

Мне позвонил Максимус, поэтому я отложил все дела и бросился к машине. Взглянув на небо, я понял, что мне в любом случае скоро пришлось бы вернуться домой. Уже надвигался шторм.

Смертоносный шторм.

Но прямо сейчас, похоже, назревала проблема и похуже. Когда звонит Максимус, это значит, что начался сущий ад.

Причём весьма драматично.

Припарковав машину на подъездной дорожке, я позволил охраннику отогнать её в гараж, а сам вбежал в особняк. Слова Максимуса из телефонного разговора всё ещё отдавались у меня в голове:

«К тому времени, как ты сегодня вернёшься домой, меня уже не будет».

С этими словами в мыслях я промчался мимо гостиной и замедлил шаг, когда заметил, что моя сводная сестра и её мать о чём-то разговаривают. На краткий миг я увидел, как Хелани подняла голову, и наши взгляды встретились, прежде чем я скрылся из её вида.

Я добрался до комнаты Максимуса и увидел, как оттуда в спешке выходит какая-то девушка. Я раньше не видел её ни в академии, ни в нашем районе, так что уже мог догадаться, в чём дело. Оказавшись в спальне, я начал понимать общую картину.

Мой отец сидел на одиноком диване у окна, Кайе, опустив голову и засунув руки в карманы, прислонился спиной к стене, а Максимус рылся в своём шкафу.

«Слава богу, ты здесь, Норман. Теперь останови своего брата, не дай ему уйти», – отчаянная мольба отца о помощи заставила меня повернуться к Максимусу. Тот достал сумку и набивал её вещами.

«Максимус, что происходит? Ты с ума сошёл?» – потребовал я, подойдя к нему. Я выхватил сложенную одежду у него из рук, швырнул её на кровать и оттолкнул брата.

Мои мысли лихорадочно метались, пытаясь сложить всё воедино. Почему Кайе здесь и промок до нитки? Неужели они оба как-то связаны с той девушкой, что вышла из комнаты, когда я пришёл?