Присвоена и помечена сводными братьями-парами

Присвоена и помечена сводными братьями-парами

Глава 1. Свидания с трусливым Альфой

Хелани:

– Когда ты наконец примешь меня? – спросила я, пока он натягивал свою черную куртку, поудобнее устраиваясь рядом со мной на скамейке. Альфа передо мной, казалось, с нетерпением ждал этой ночи. Он был единственным сыном Альфы Диаза из Стаи Свирепого Проклятия. Его официальная коронация должна была состояться, когда ему исполнится двадцать три, но до этого было еще три года.

– На это нужно время. Почему ты всегда заводишь этот разговор, когда у меня хорошее настроение? – его раздражение было очевидным. Но мне нужно было знать, держусь ли я за ложную надежду, или все это к чему-то ведет.

В домашней суете все забыли, что мне наконец-то исполнилось восемнадцать. Я ждала этого дня, как мне казалось, целую вечность.

Наверное, с шести лет.

Именно тогда все изменилось, и я перестала быть папочкиной принцессой и мамочкиной маленькой королевой. Но именно тогда я нашла друга в лице Алтана. Несмотря на то, что он был сыном Альфы, он нашел со мной общий язык. Однако он всегда настаивал на том, чтобы мы держали нашу дружбу в секрете. Я гадала, не потому ли это, что он стыдился отсутствия у меня волка. Но, как и любой другой оборотень, я излучала определенную ауру, а также обладала способностью найти пару, если бы только она у меня была. Кроме этого, у меня не было никаких других способностей, которыми обладают полностью перевоплотившиеся оборотни, даже в человеческом обличье.

– Мне сегодня исполнилось восемнадцать, Алтан. От меня скоро будут ждать, что я найду пару. Я не хочу, чтобы мой отец заставил меня сойтись с кем-то по своему выбору, – сумела выговорить я, хотя его руки уже блуждали по моим бедрам, задирая мое платье до колен к местам, от которых мне становилось не по себе.

Было неправильно, когда меня так трогали на людях. Особенно на заброшенной станции метро.

Стая, которая когда-то процветала здесь, давно была уничтожена темными силами. Теперь это был просто пустырь между действующими территориями, с редко используемой железнодорожной остановкой.

Вот почему Алтан привел меня сюда. Здесь нас никто не мог увидеть.

– Ммм. Мы что-нибудь придумаем позже. А пока… – он ткнулся лицом мне в шею, его пальцы теребили мой кулон. Каждый раз, когда кто-то приближался к нему слишком близко, меня охватывал страх.

Этот кулон был моей спасительной нитью. Щитом, защищающим меня от вреда.

– Алтан, не думаю, что нам стоит делать это здесь, – пробормотала я, все больше нервничая от его напора. Но он настаивал на встречах в уединенных местах, где нас никто не мог увидеть вместе. Так было не всегда. Раньше в наших отношениях не было столько сексуального подтекста. Но теперь, когда мне исполнилось восемнадцать, он вел себя иначе – более собственнически, более напористо.

Когда он попросил меня солгать семье и улизнуть, сделав вид, что я иду заниматься к подруге, он пообещал отпраздновать мой день рождения с тортом.

Это была ложь. Торта не было.

Только его полный похоти взгляд.

– Сюда никто не ходит, Хелани! – проворчал он, отрываясь от моей шеи и обхватив мое лицо ладонями. – Сегодня я хочу тебя всю. Мне нужно увидеть, как далеко ты готова зайти, чтобы доказать мне, что ты готова стать моей парой, стать Луной стаи. – Его слова казались тяжелыми, удушающими.

Я так долго хотела, чтобы он принял меня. И несмотря на то, что я не могла найти истинную пару, я не слишком расстраивалась, что Алтан пообещал сделать меня своим избранным партнером.

– Я… – начала я, но прежде чем я успела объяснить, как мне некомфортно от мысли отдаться ему до каких-либо настоящих обязательств, он схватил мой кулон.

Словно он вырвал сердце у меня из груди.

– Сними это, – прошептал он мне на ухо, заставив меня содрогнуться. Я быстро покачала головой.

– Алтан, мне нельзя, – взмолилась я, но он в ответ лишь покачал головой. Затем одним быстрым движением он сорвал кулон с моей шеи.

Видеть кулон в его руке было все равно что смотреть в зеркало на собственную уязвимость.

Тяжело сглотнув, я прошептала: «Мне нужно надеть его обратно».

Но было уже слишком поздно. Мое тело почти мгновенно начало выделять феромоны.

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, его тело заметно дрожало.

– Они называли это проклятием, но я называю это благословением, – пробормотал Алтан, прежде чем прижаться к моим губам со страстью, заставившей меня содрогнуться. Его слова эхом отдавались в моей голове, и я вспомнила, как меня описывали другие.

Когда я росла, меня оберегали именно по этой причине, пока одна старая соседка не дала мне кулон, чтобы помочь контролировать мое состояние.

Родившись в семье Омег, я должна была быть такой же, как они – обычной. Но когда мне исполнилось двенадцать и я не смогла перевоплотиться, я обнаружила, что мое тело вырабатывает сильные феромоны, неконтролируемо привлекая окружающих. Но они не были такими уж сильными, пока я не повзрослела. Такое случалось с проклятой волчицей лишь раз в миллион лет, и, к сожалению, теперь меня считали одной из них.

Мое тело могло быстро войти в течку, и это было опасно. Кулон подавлял мои феромоны.

Теперь, без кулона, я осталась уязвимой, да еще и на людях.

– Расслабься, Хелани. Здесь никто не уловит твои феромоны, – заверил меня Алтан, отстраняясь. Его глаза сверкали от желания.

Он быстро сбросил куртку, готовый исполнить то, чего всегда хотел. Он часто говорил о своем желании лишить меня девственности, когда мое тело будет в течке, а феромоны сделают его ненасытным.

Нет!

Я не видела в этом благословения. Это было самое настоящее проклятие.

Осознание больно ударило меня, когда он схватил меня за запястья, прижимая к стене. Сегодня он не остановится.

– Теперь ты моя, – прошептал он мне на ухо, его рука скользнула под мое платье, с каждым движением задирая его все выше.

– И наша тоже! – внезапный голос заставил нас обоих вздрогнуть, а Алтана – остановиться.

Мы обернулись и увидели группу Альф, стоявших перед нами в синих тренировочных куртках и с бутылками алкоголя в руках.

– Пропустите! – Алтан попытался протащить меня мимо них, крепко сжимая мою руку, но самый высокий из Альф преградил ему путь, его массивная фигура возвышалась над нами.

– Ты можешь идти, – прорычал мужчина низким, угрожающим голосом, – но ее оставь нам.

Страх сковал меня, я сжала руку Алтана, мое сердце бешено колотилось в груди. Их было шестеро.

Должно быть, они возвращались с тренировки Альф и праздновали, когда уловили запах моих феромонов.

Это было единственным объяснением, почему они подошли к нам так агрессивно. Их голодные, хищные взгляды впивались в мое тело из-за спины Алтана.

Он узнал меня по запаху – ту самую, проклятую. А я определила в них альф по тренировочным курткам.

– Я не ищу проблем. Я отведу ее домой. А вы, парни, наслаждайтесь выпивкой, – сказал Алтан, кивнув на их бутылки, хотя было ясно, что они хотели чего-то большего, чем алкоголь.

– Да ладно тебе, я чувствую твою ауру – ты тоже Альфа, – прошипел самый высокий Альфа, подходя ближе к лицу Алтана. Он был таким высоким и широким, что, казалось, мог с легкостью раздавить Алтана. – Что ты делаешь с той, у которой даже волка нет? – усмехнулся он, уловив мой человеческий запах.

– Алтан! – проскулила я, прячась за его спину и вцепившись в его рубашку, дрожа от страха.

Молодые Альфы внушали страх – огромные, властные и явно не контролирующие себя.

– Отойдите. Это приказ Альфы, – прорычал Алтан, но один из них расхохотался.

В тот момент я поняла, что приходить сюда было ошибкой.

Они уже знали, что у меня течка, и теперь они тоже были возбуждены моими феромонами. Но я не теряла надежды. Алтан был Альфой, и, конечно же, его приказу подчинятся.

– Ты уверен, что хочешь быть известным как Альфа, состоящий в паре с безволковым существом, которое испускает такой грязный запах, что сводит с ума мужчин вокруг себя? – издевался самый высокий Альфа, кладя руку на плечо Алтана. Его голос был достаточно громким, чтобы я услышала. Он, казалось, был у них за главного.

– Алтан, пойдем! – взмолилась я, дергая его за рубашку, но он в нерешительности покачал головой.

Альфы подходили все ближе, слишком близко. В отчаянии я выхватила кулон из руки Алтана и быстро застегнула его на шее, молясь, чтобы это их остановило.

– Слишком поздно, – усмехнулся один из Альф, жестоко рассмеявшись. – С твоим запахом или без, мы хотим тебя сегодня ночью. – Взгляд их лидера по-прежнему был прикован к глазам Алтана, словно бросая ему вызов.

– Алтан! – я снова потрясла его, пытаясь взять за руку, но на этот раз его кулаки были так крепко сжаты, что я не смогла переплести наши пальцы.

– Посмотри на нее! Она проклятая и бесстыжая женщина, выставляет себя напоказ на людях, готовая испускать свои феромоны. Ты бы когда-нибудь захотел сделать такую женщину своей Луной? – издевался Альфа, и именно тогда я заметила, что Алтан слегка повернулся ко мне.

Наши взгляды встретились, и я впервые ощутила всю глубину беды, в которую мы попали.

«О чем ты думаешь? Пожалуйста, пойдем домой», – беззвучно прошептала я губами, надеясь, что он очнется от своего молчания. Но он оставался застывшим, неподвижным.

Я начинала бояться и Алтана тоже.

Казалось, Богиня Луны дала нам последний шанс, когда на станцию прибыл поезд и ненадолго остановился. Все, что нужно было сделать Алтану, – это заступиться за меня и войти со мной в этот поезд. Оказавшись в нашей стае, я пообещала себе, что больше никогда не приду в такие места.

Но моя надежда пережить эту ночь разбилась вдребезги, когда Алтан сделал то, чего я никак не ожидала.

Альфы внимательно следили за ним, когда он медленно наклонился, поднял свою куртку, отряхнул ее и пошел прочь – без меня.

В тот момент мой мир рухнул.

Мое тело застыло в шоке, но я тут же вскочила на ноги, и в тот же миг двое из Альф схватили меня за руки.

– Отпустите! – закричала я. – Алтан!

Он зашел в поезд, и стеклянные двери начали закрываться.

– Что ты делаешь? Почему ты оставляешь меня с ними? – выкрикнула я, глядя на него сквозь стекло, и слезы навернулись мне на глаза. Он стоял там, глядя, как двери закрываются прямо перед его носом. Мы все еще могли видеть друг друга – он все еще мог видеть меня.

– Сегодня ты наша, – прошипел голос Альфы мне на ухо.

Они грубо толкнули меня к стене, и я с ужасом поняла, что мой парень оставил меня на милость этих Альф.

Пока они окружали меня, один из них, с седыми прядями в волосах, достал камеру и направил ее на меня.

– Ну что, повеселимся? – сказал он с больной ухмылкой, в то время как здоровяк подал знак своим друзьям схватить меня. Они прижали меня к стене, а один из них начал снимать.

Это будет долгая ночь. Ночь, которая изменит для меня все.

Глава 2. Сбежавший подросток

Хелани:

Каждая частичка моего существа была разбита. Тело пульсировало болью, а глаза высохли от слёз.

Когда я очнулась, то обнаружила себя рядом с заброшенным зданием мёртвой стаи.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы заставить себя полностью открыть глаза. Но с тех пор я почти не могла пошевелиться.

Тихое хныканье срывалось с моих губ всякий раз, когда я пыталась позвать на помощь.

Меня угнетала даже не физическая боль – именно сломленный дух и надругательство над моим телом парализовали меня.

– Ух! – скорбный стон сорвался с моих губ, когда я попыталась встать на ноги, но снова рухнула на землю.

Те Альфы не проявили ко мне милосердия, даже когда на мне был кулон, который должен был удержать их от потери контроля.

На мне почти не осталось одежды. Моё нижнее бельё было сорвано, а платье разорвано от плеч до самого низа.

Но этого всё же хватало, чтобы прикрыть хотя бы часть тела.

С огромным трудом я отправилась домой пешком. К тому времени, как я добралась до стаи, уже было совсем светло.

– Разве это не та девчонка, что заманивает волков своим непристойным запахом? Где, по-твоему, она была всю ночь? И посмотри на неё… О, Боже! Неужели она лишилась девственности?

Громкий вздох какой-то женщины напомнил мне, что я дошла до квартала омег. Я скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться как можно лучше.

Я опустила глаза, не в силах вынести осуждающие взгляды прохожих.

– Дочь Найла. Я говорил этому старику держать её на цепи в подвале. Он никогда не слушал. Думал, что сможет предотвратить подобное этим своим кулоном.

Голоса не умолкали, но я не сбавляла шага. Невероятно, что никто не предложил мне даже простыни, чтобы прикрыться, но новость уже донесли до моего дома.

Ещё до моего прихода отец уже стоял на верхней ступеньке лестницы. Соседи плелись за мной, рядом со мной, насмехаясь и глумясь.

Как только я подошла к подножию лестницы, они отстали.

Не отрывая взгляда от земли, я молча поднялась по лестнице и вошла в дом. Отец не произнёс ни слова, пока дверь не захлопнулась.

Именно тогда я почувствовала жгучую пощёчину, опалившую мою кожу. Я вцепилась в стену, чтобы не упасть.

– Ты сделала это нарочно, не так ли? Ты хотела, чтобы нас наказали за то, что мы пренебрегали тобой все эти годы, и вот так ты заявила о себе нам и всем остальным! – прокричала моя мачеха, Ларисса, тыча в меня пальцем. На ней были её обычная густая подводка для глаз, глянцевая красная помада, накладные ногти и золотое платье.

Мой отец не мог оплатить мою учёбу в колледже, но у неё-то точно были деньги на её бесконечные походы в салон.

– Я же говорил тебе выдать её замуж за какого-нибудь старого вдовца. Тратить деньги на её образование, и вот как она нам отплатила! – прошипел мой сводный брат, девятнадцатилетний и полный презрения, ударяя кулаком по ладони и расхаживая по комнате.

Наш дом был маленьким и очень тёмным. Днём мы не включали свет, потому что счета за электричество были слишком высокими.

Мы действительно испытывали трудности с деньгами, но только мне приходилось жертвовать своими желаниями.

Я стояла, прижав руку к щеке, и гадала, подойдёт ли кто-нибудь из них когда-нибудь, чтобы обнять меня. Я была не просто сломлена. Само моё существование было поставлено под сомнение.

Моё тело болело, и я чувствовала себя так, будто прошлой ночью была лишь сточной канавой для тех Альф, и одна эта мысль заставляла меня желать сжечь всю стаю дотла.

– Я выдам тебя замуж за соседа-омегу! – прорычал мой отец, схватив меня за волосы и потащив к кладовке в другой части дома, которую мы теперь использовали для хранения старых одеял.

– Нет! Подожди… – я упёрлась руками в дверной косяк, заставляя своё тело оставаться снаружи. Боясь темноты и замкнутых пространств, я, заикаясь от икоты, умоляла его не делать этого со мной. Моим ранам и травмам требовалась помощь.

– Спроси её, почему она не была у подруги, как обещала, – усмехнулся Салливан, мой сводный брат. Он не был обычным братом – он презирал своих сестёр: меня и мою младшую сводную сестру. Он всегда утверждал, что однажды мы станем причиной, по которой им придётся опустить головы от стыда.

Именно тогда я поняла – они не знали всей правды о прошлой ночи. Они видели только кровь между моих ног и мою разорванную одежду и решили, что я лишилась девственности.

Хотя моё состояние должно было подсказать им, что меня заставили.

– Я встречалась с Альфой Алтаном, моим парнем, – выпалила я дрожащим голосом. В тот момент, когда я это сказала, хватка отца на моей спине ослабла.

Он отпустил меня, и я обернулась, чтобы увидеть, как они переглядываются.

– Что ты сказала? – Ларисса шагнула ко мне, её каблуки застучали по половицам.

– Я уже некоторое время встречаюсь с Альфой Алтаном, – пролепетала я, икая. Однако я заметила, как в глазах отца зажёгся внезапный блеск.

– Он… лишил тебя девственности? – в голосе отца слышалось скрытое волнение, будто он уже планировал заманить Альфу Алтана в ловушку, чтобы женить на мне.

– Нет! – я должна была разрушить их извращённые надежды. – Меня изнасиловала толпа, а он сбежал, как трус. – Я сломалась и рухнула на пол под потрясённые вздохи, наполнившие комнату.

– А-а-ах! Вот почему… я говорил тебе избавиться от неё! – взревел Салливан, его голос прогремел по всему дому.

– Подожди, подожди! Если то, что она говорит – правда, я могу поговорить с Альфой Диазом. Если его сын действительно встречался с Хелани, я смогу убедить их либо принять её, либо оказать нам какую-то помощь, – пробормотал мой отец, его разум уже просчитывал следующий ход в этой опасной игре.

– Но до этого я хочу, чтобы она исчезла, – прорычал Салливан, больше не в силах сдерживать свою ярость. Он бросился ко мне, схватил меня за волосы и потащил к кладовке.

Я всё ещё стояла на коленях, слишком слабая, чтобы сопротивляться. Я не могла удержать равновесие или дать отпор. Я упала в кладовку, и дверь захлопнулась прямо у меня перед носом.

Боль снова хлынула в моё тело, когда темнота поглотила меня целиком. Запертая в удушающем пространстве, я заново переживала каждый кошмар – каждое жестокое обращение с детства до ужасов прошлой ночи. Это было слишком, и я в отчаянии подняла голову, обращаясь с вопросом к Богине Луны.

– Где ты была, когда твои альфы разрывали на части моё достоинство и самооценку? – прошептала я, пока слёзы беззвучно катились по моему лицу.

– А? Где ты была, когда я шла домой нагая? Тебя волнуют только альфы, гаммы и беты? А как же омеги? Зачем ты создала нас, если никогда не собиралась, чтобы твои королевские особы принимали нас в свои стаи? – икнула я, закрыв лицо руками, пока рыдания сотрясали моё тело.

Покачав головой, я убрала руки от лица и пробормотала: «Я никогда не прощу тебя за то, что ты не пришла мне на помощь. Если ты не можешь спасти меня, у тебя нет права ничего за меня решать. Клянусь, я буду перечить тебе на каждом шагу. Обещаю, я не приму пару, которую ты для меня выбрала. И я накажу твоих альф».

Я снова сломалась, и тяжесть всего произошедшего обрушилась на меня. Я умоляла её о паре, которая смогла бы забрать меня из этой токсичной стаи и от её жестоких людей. Она никогда не слушала. Вместо этого она прокляла меня этими феромонами, которые сделали меня мишенью.

Я только-только задремала, как дверь со скрипом отворилась, заставив меня вздрогнуть и проснуться. Я быстро затаила дыхание и выпрямилась, но увидела лишь свою мачеху, стоявшую передо мной с подносом еды. Кладовка была такой тесной, что в ней мог сидеть только один человек. Она опустилась на колени и поставила поднос на пол, отвернув голову в сторону.

– Ешь, иначе умрёшь с голоду, – сказала она, и в её голосе прозвучала неожиданная нотка заботы. Но она не задержалась, а быстро ушла, захлопнув за собой дверь.

Снова наступила темнота, но маленькая свеча на подносе давала немного света. Я только схватила краюху хлеба, как дверь снова открылась, на этот раз более тайно.

– Хелани! О, Богиня, ты в порядке? – это была Вани, моя четырнадцатилетняя сводная сестра. В отличие от Салливана и Лариссы, у нас была крепкая связь. Хотя её мать не разрешала ей проводить со мной много времени, Вани всегда находила способы быть рядом.

– Я слышала, что случилось. Я не знаю, как облегчить твою боль, но… – пролепетала она, протягивая руку, чтобы забрать у меня поднос. Её действие было неожиданным. Я думала, она будет рада, что у меня хотя бы есть еда.

Мои губы так пересохли, что я не смогла спросить, зачем она забрала еду. Но она заговорила прежде, чем я успела.

– Папа ходил к Альфе Диазу поговорить о тебе. Его сын – Альфа Алтан – отрицал, что когда-либо встречался с тобой или испытывал к тебе чувства. Он заявил, что ты лжёшь, – тихо прошептала она, опустив голову. Я не удивилась; я этого ожидала. Мужчина, который не смог защитить меня прошлой ночью, не признал бы наших отношений.

– Его отец был в ярости. Он сказал, что ты, должно быть, хотела внимания альф, чтобы заполучить себе избранного партнера, и что ты сама навлекла это на себя, – сказала Вани, её глаза наполнились виной и грустью.

– Это неправда, – прохныкала я.

– Я знаю. Я верю тебе, Хелани. Но все остальные на стороне Альфы Диаза, и он предложил Папе крупную сумму, чтобы от тебя избавиться, – сказала она, и от её слов у меня замерло сердце.

– Она отравлена. Альфа Диаз, должно быть, понял, что в твоих обвинениях есть доля правды. Он хочет, чтобы ты исчезла до официальной коронации его сына. Хелани! Этот дом больше не безопасен для тебя, – взволнованно заговорила она, её голос дрожал от страха.

– Я собрала для тебя сумку. Тебе нужно бежать, потому что если к утру тебя найдут мёртвой в этой кладовке, Папа убьёт тебя голыми руками. – Каждое её слово вызывало у меня мурашки по спине.

– Давай. У нас мало времени. Папа и Салливан спят, и Мама тоже. Они хотят проснуться и найти тебя мёртвой. На улице темно, так что это идеальное время для побега, – торопила она, держа меня за руку и вытаскивая из кладовки. Она протянула мне платье, чтобы я надела его поверх старой одежды.

– Но куда мне идти? Я не знаю других мест, – взмолилась я, понимая, что умоляю ребёнка, который изо всех сил пытается сохранить мне жизнь.

– Иди в лес. Твоя родная мать в сообществе изгоев. Ты найдёшь её, если пойдёшь к Великим Горам. Просто, пожалуйста, иди. Эти люди убьют тебя, – настаивала Вани, и её отчаяние было очевидным. Я быстро надела платье, схватила сумку и последовала её указаниям.

Глава 3. Нет дома для меня

Хелани:

Леса на территории стаи пугали, но лес за её пределами был куда коварнее. Я крепче сжала ремешок сумки и осторожно шагнула вперёд.

Я презирала это чувство бездомности. Ощущение безопасности, которое, как я когда-то верила, было моим сокровищем, теперь оказалось иллюзией.

Я не могла даже думать об Алтане и о том, как он бросил меня в тот вечер у метро. Если бы только он попытался защитить меня, я бы не бежала сейчас, словно изгой.

От каждого рыка вдалеке по телу пробегал холодок.

– Мне остаётся идти лишь в одно место, – пробормотала я себе под нос, прикусив нижнюю губу, когда в голову пришла мысль о встрече с биологической матерью после стольких лет.

Теперь она была единственной, к кому я могла обратиться. Отец говорил, что остальные члены семьи презирали меня, потому что я напоминала им о ней.

Это было несправедливо, ведь не то чтобы мама сама решила уйти от отца. У неё не было выбора – особенно когда он пришёл домой со своей второй парой и детьми. Предательство оказалось для неё, его истинной пары, слишком сильным ударом.

Но я до сих пор помню, что она сказала мне при нашей последней встрече.

– Предательство твоего отца – ничто по сравнению с тем, что ты решила жить с человеком, который причинил мне боль. Ты разочаровала меня, Ни!

Я зажмурилась, сглатывая слёзы, и пошла дальше, а страх грыз моё сердце. Я избегала открытых дорог, зная, что не хочу попадаться на глаза существам, не связанным никакими правилами или ограничениями.

Для них я была бы лёгкой мишенью.

Я слышала, что несколько лет назад моя мать переехала к королю-изгою, и не было секретом, где находится его особняк.

Он был самым богатым изгоем и основал собственную академию, где обучал воинов и альф для сражений высокого ранга.

Всё это время он жил в горах со своими четырьмя сыновьями – и моей матерью. Путь был изнурительным.

Не знаю, как мне удалось избежать ограбления или нападения, пока я бродила по дикой местности, но, полагаю, Богиня Луны наконец сжалилась надо мной.

После нескольких часов ходьбы, когда колени уже были готовы подкоситься, я посмотрела вперёд и увидела вершину горы и показавшееся вдали огромное здание.

– Мама будет так подавлена, когда увидит меня в таком состоянии, – прошептала я срывающимся голосом, потрясённая до глубины души, и заставила себя продолжить путь по тропе к вершине горы.

Когда я наконец добралась до вершины, задыхаясь от усталости, передо мной предстал совершенно новый мир. Здание передо мной было академией, но за ним, дальше по тропе на другой стороне горы, возвышался величественный особняк, доминируя над всем вокруг.

С того места, где я стояла, мне были видны люди.

– Прошу прощения, кто вы? Вам нельзя вторгаться на эту землю, – голос подошедшего охранника застал меня врасплох. С той самой ночи любой, кто подходил слишком близко, казался мне угрозой.

– Я пришла к своей матери, – прошептала я так тихо, что ему пришлось сощуриться и наклониться, чтобы расслышать. – К своей матери. Я её гостья.

Он отстранился, нахмурившись. – Ваша мать живёт здесь?