Предназначена 4 Альфам, хоть я и немая

София подошла к моей кровати и посмотрела на меня сверху вниз с омерзением и ненавистью.

– Думаешь, они остановили наказание, потому что стали меньше тебя ненавидеть? Нет, сука, совсем не поэтому, – сказала София, наклонившись ко мне ближе и понизив голос до шёпота.

– Они сделали это, потому что ненавидели тебя ещё сильнее. Ты нужна им живой, чтобы продолжать тебя наказывать. И поверь мне, для тебя было бы лучше умереть.

Мне и так было плохо от осознания, что они остановили наказание не из жалости, но она тыкала мне этим в лицо, чтобы сделать ещё больнее.

Я как никогда хотела, чтобы ко мне вернулся голос, и я могла бы сказать ей, чтобы она отвалила, потому что меня от неё тошнило.

– Довольно. Вон! – сказала миссис Хиггинс, защищая меня и хватая Софию за руку.

– А то что! Старая карга, – выплюнула София.

– Пожалуешься Альфам… Ха. И что ты им скажешь? Что я плохо обращаюсь с дочерью человека, который почти уничтожил стаю? – сказала она, склонив голову набок.

– Им всё равно, старуха. В этой стае она никому не нужна, кроме тебя, – сказала София и громко рассмеялась.

Но миссис Хиггинс ничего не ответила. Она лишь крепче сжала руку Софии, заставив ту вскрикнуть от боли.

– Ай! – вскрикнула она.

– Отпусти меня, или ты будешь следующей, кого разденут и изобьют во дворе, когда я расскажу Альфам, как ты влепила мне пощёчину и изуродовала лицо, – пригрозила София миссис Хиггинс.

– Что? Но я тебя не била, – удивлённо сказала миссис Хиггинс.

– Неважно, делала ты это или нет, они поверят всему, что я скажу, и накажут тебя. Или ты думаешь, они с тобой обойдутся мягко только потому, что ты спасла им жизнь? – сказала София, всё ещё пытаясь вырваться из хватки миссис Хиггинс.

У бывшей Луны были осложнения во время рождения четверняшек, и ни один из целителей стаи или соседних стай не мог помочь. Все твердили, что Луна и четверняшки не выживут. Миссис Хиггинс была единственной, кто смог спасти четверняшек и их мать, так что с того дня она стала очень ценной для всей стаи.

– Они бы так не поступили, Альфы – прекрасные, мудрые мужчины, они могут отличить правду от лжи, – убеждённо сказала миссис Хиггинс. Она не верила, что братья-Альфы причинят ей вред, основываясь лишь на словах Софии.

Если бы она только знала, что София подставила меня, а братья-Альфы без колебаний ей поверили, она не была бы так уверена в своей правоте.

– Ха-ха-ха, не будь такой наивной, – рассмеявшись, сказала София.

– Разве Хэвен тебе не рассказала? Ах да, я чуть не забыла, она же не может говорить, – сказала она, на мгновение повернувшись ко мне, а затем снова посмотрела на миссис Хиггинс и продолжила.

– Я их любимица и будущая Луна этой стаи, единственная волчица, достойная быть рядом с ними, и они послушают всё, что я скажу. Так что отпусти меня, старая дура.

Миссис Хиггинс в шоке тут же отпустила её.

Затем София полностью повернулась ко мне.

– Хэвен, бал вознесения через два дня, мне нужно ещё одно платье, так что приступай к работе и хватит быть размазнёй. Я буду ждать его в Палате Альфы завтра вечером, ни раньше, ни позже, – фыркнула София и ушла.

Миссис Хиггинс повернулась ко мне, всё ещё потрясённая словами Софии. – Эта девчонка невоспитанная и бессердечная, совсем как её мать. И я даже не удивлена. Яблоко от яблони недалеко падает.

Я ничего не сказала, лишь вздохнула. Даже после всего, что сегодня случилось, она всё равно хотела, чтобы я за одну ночь сшила ещё одно платье. Да, она была настоящей сукой.

5 Больше никаких наказаний

От лица Хэвен

– Хэвен, дорогая, тебе нужно остановиться, твоему телу нужен полноценный отдых, – в десятый раз сказала миссис Хиггинс, войдя в свои покои с чашкой травяного чая.

Но я лишь покачала головой и продолжила шить. Я чувствовала дикую боль во всём теле, но не могла остановиться. Если платье не будет готово к назначенному сроку, София найдёт другую причину наказать меня, и я была уверена, что не переживу ещё одного наказания.

Миссис Хиггинс поняла, что спорить бесполезно, и просто протянула мне чашку травяного чая, который приготовила для меня. Она хотела присмотреть за мной, поэтому настояла, чтобы я шила платье в её покоях – так она могла следить за моим выздоровлением.

К утру я закончила платье. Мои руки были измучены и сплошь исколоты иголкой, а жар усилился, но мне было всё равно. Всё, что меня волновало – вовремя доставить платье Софии.

– Давай я отнесу его ей, – предложила миссис Хиггинс, увидев, что я чуть не рухнула, пытаясь встать.

Я снова покачала головой. София узнает, если его доставит кто-то другой, а это означало ещё одно наказание, так что я должна была сделать это сама.

Я аккуратно сложила платье и прижала его к груди, медленно направляясь в западное крыло, где находятся покои Альфы. По пути я то и дело останавливалась, чтобы опереться на перила, потому что у меня кружилась голова и болели раны на спине.

Когда я наконец добралась до массивной красной двери покоев Альфы, я подняла дрожащую руку, чтобы постучать.

Тук! Тук!

– Войдите, – ответил Дилан.

Я знала, что это он, хоть и не видела его лица.

Собрав все оставшиеся силы, я толкнула дверь, пытаясь удержать равновесие.

От сцены, что предстала передо мной, у меня кровь застыла в жилах, и я замерла на месте.

6 Ночь с Братьями Альфы 1

От лица Софии

Я не переставала задаваться вопросом, почему Альфы остановили наказание Хэвен, поэтому тем же вечером, после того как они обошли дозором стены стаи, я отправилась в их покои за ответами.

Я билась в истерике и плакала от того, как больно мне было при одной мысли об этом.

С глазами, полными слёз, я ворвалась в их покои. Десмонд и Дилан были на кровати, а Деймон и Дэмиан стояли в углу у окна очень большой комнаты.

Все Братья Альфы обернулись, чтобы посмотреть на меня. Я подошла к Дэмиану. Больше всех извинений мне был должен именно он.

– Почему вы остановили наказание? – спросила я, и слёзы хлынули из моих глаз.

Дэмиан нахмурился, глядя на меня. – Она умирала, София. Я не мог просто стоять и смотреть, как она умрёт.

– Но она сделала мне больно, Дэмиан, она испортила моё платье. Она заслуживает смерти, – продолжила я. К этому моменту я уже рыдала в голос.

– Вы что, теперь все её хотите? – спросила я. Мой голос дрожал, и я чувствовала себя настолько преданной, что не могла сдержаться. Я просто не понимала, почему они не дали ей умереть.

Дэмиан ничего не ответил. Он просто молча стоял, и от этого моему сердцу стало ещё больнее.

Демон подошёл ближе и остановился рядом со мной. Он осторожно приподнял мой подбородок, чтобы наши взгляды встретились.

– Не плачь, милая, – тихо сказал он, вытирая слёзы большим пальцем.

– Мы так ненавидим эту девчонку. Так что не о чем беспокоиться. Хм, – спокойно сказал Деймон.

– Т-тогда почему вы остановили наказание? – тихо спросила я.

Мне нужно было убедиться, что это не имеет никакого отношения к их прошлым чувствам к ней.

– Дэмиан просто проявил излишнюю мягкость, – сказал Деймон. – Но не беспокойся об этом. Это ничего не значит. Правда, Дэмиан?

Дэмиан кивнул в знак подтверждения. Он подошёл ко мне и оставил на моих губах лёгкий поцелуй. – Такого больше не повторится.

– Нам жаль, София, – сказал Дилан. Он был на кровати, но теперь шёл ко мне. За ним следовал Десмонд.

Четверо Альф окружили меня, и я увидела похоть в глазах каждого из них. Моё сердце забилось так быстро, будто вот-вот взорвётся. Казалось, они могут поглотить меня в любую секунду.

– Давай мы загладим свою вину, – прошептал мне на ухо Десмонд, стоя позади. Затем он поцеловал меня в шею, и я мгновенно ощутила, как жар пробежал по спине, а между ног всё потеплело.

Внезапно он подхватил меня на руки и понёс к большой кровати. Дэмиан, Дилан и Деймон последовали за ним, не сводя с меня глаз.

Десмонд осторожно уложил меня посреди кровати, и я наблюдала, как каждый из них начал раздеваться.

Дилан разделся первым, оставшись в одном белье. За ним последовал Дэмиан. У него на спине был очень глубокий рельеф мышц, который мне так нравился. Затем Деймон, а Десмонд… о, тело Десмонда было словно живое произведение искусства.

Десмонд наклонился ко мне и нежно поцеловал, а затем углубил поцелуй. Его руки коснулись моих щёк, соскользнули на шею, потом на плечи, а затем медленно двинулись к моей груди.

Когда он почувствовал на моей груди ткань, мешавшую ему коснуться моих сисек напрямую, он грубо разорвал мою блузку. Пуговицы отлетели, разлетевшись во все стороны. Мои сиськи вывалились наружу, а соски уже затвердели. Он тут же схватил одну и сильно сжал.

– Посмотри на эти идеальные сиськи, – простонал он, и я громко застонала.

Ммм

Дилан подобрался с другой стороны кровати. Он ущипнул мой другой сосок и скрутил его. И я почувствовала ещё большее удовольствие.

– П-пожалуйста, господин, я… я нуждаюсь в вас, – дрожащим голосом прошептала я.

Братья Альфы всегда знали мои точки наслаждения. Как будто они

знали меня даже лучше, чем я сама себя, и это показывало, как сильно они меня хотели.

Десмонд опустился ниже и раздвинул мои ноги. Он стянул с меня трусики, ввёл два пальца в мою киску, и я невольно ахнула. Мои бёдра отчаянно двинулись навстречу его пальцам.

– Пожалуйста… – простонала я, когда он ускорил движения рукой.

– Тебе ведь это нужно, не так ли? – пробормотал он, прекрасно зная, каким будет мой ответ.

– Да! Да, господин! – выкрикнула я.

Деймон опустился на колени у моей головы, держа в руке свой толстый длинный член.

– Открой рот, София, – приказал он.

Я мгновенно повиновалась, и он вложил весь свой член мне в рот и, схватив за волосы, начал трахать моё горло. Его член был не меньше тринадцати дюймов, но каким-то образом всегда помещался в мой рот.

Я чувствовала, что всё под контролем, и нуждалась в большем. Было так хорошо быть единственной, кого они хотели. Неважно, сколько раз они брали меня, им всегда хотелось ещё.

7 Ночь с Братьями Альфы 2

От лица Софии

Дэмиан подошел ближе и остановился прямо передо мной. Я отстранилась от Деймона и посмотрела ему прямо в глаза.

– Нет, Дэмиан, тебе не позволено ко мне прикасаться, – сказала я.

Он ничего не ответил. Он развернулся и сел на ближайший стул. Я ясно видела, что он недоволен моими словами.

Но по правде говоря, именно его я желала больше всех. Мне пришлось притвориться, что я не хочу его, из-за того, что он сделал.

Братья удивленно посмотрели на меня, потому что знали: я никогда и ни в чем не отказывала Дэмиану.

Затем я отвернулась от него и продолжила с Деймоном.

Десмонд, чьи пальцы были в моей киске, внезапно вытащил их. Он склонил голову к моей киске и начал выводить узоры языком. Мои бедра двигались в такт, и я схватила его за голову, сильнее прижимая к своей киске.

В то же время Дилан переключился на другую грудь, так же грубо обращаясь с ней, как и с первой, а его рука обвилась вокруг моего горла. Он сжал его достаточно сильно, чтобы у меня закружилась голова.

Язык Десмонда начал двигаться по моей киске все быстрее, и как раз в тот момент, когда я была готова кончить, он остановился и отстранился.

– Нет! По… пожалуйста, не останавливайся! – взмолилась я.

Он усмехнулся и без предупреждения вставил свой твердый член в мою киску и начал двигаться. Он продолжал глубоко вбиваться в меня, и я закричала, пока Деймон все еще был у меня во рту.

Ах!

Дилан продолжал терзать мою грудь и сосок, пока Деймон трахал мое горло, а Десмонд – мою киску. Дэмиан не мог ничего сделать, кроме как смотреть. Я видела гнев и похоть в его глазах.

Спустя, как мне показалось, целую вечность Десмонд наконец кончил в меня.

Я повернулась к Дэмиану и протянула руку, призывая его подойти.

– Иди сюда, Дэмиан, ты мне нужен, – промурлыкала я.

Я больше не могла его игнорировать. Я все думала о том, каково это – чувствовать его внутри себя. Не то чтобы он не был во мне раньше, просто я по этому соскучилась.

Дэмиан поспешно встал и подошел, чтобы сесть рядом со мной. «Ты простила меня?» – тихо спросил он.

– Прощу. Но только если ты пообещаешь выбрать меня, – сказала я, улыбаясь.

Он кивнул и поцеловал меня в губы.

– Я обещаю, София.

Моя улыбка стала шире. Дэмиан ни разу не нарушал своих обещаний, и я была уверена, что теперь он полностью принадлежит мне.

– Трахни меня, – сказала я.

Он встал и, спустив брюки, оглядел мое тело. Я так возбудилась от его взгляда.

– Вы трое, отойдите, – прорычал Дэмиан своим братьям.

Дэмиан всегда был ревнив. Хотя он делил со своими братьями все, в постели он всегда хотел, чтобы я была только его. И это заставляло меня чувствовать, что я единственное, что для него имело значение.

Деймон, Дилан и Десмонд тут же отстранились от меня.

Дэмиан перевернул меня, поставив на четвереньки, затем вошел в меня сзади и начал вбиваться. Он схватил меня за волосы, оттягивая мою голову назад.

– Скачи на мне, София, – прорычал он мне в ухо, продолжая так сильно вбиваться в меня, что каркас кровати начал биться о стену.

– Черт, – простонал он.

Его хватка на моей талии была крепкой, он направлял мои движения. Он входил в меня с животной силой.

– Дэмиан… – выдохнула я, чувствуя, что близка к разрядке.

Я почувствовала, что он тоже близок, поэтому ускорила темп на его члене. С последним толчком я кончила, и он тоже, с рычанием изливая все свое семя в меня.

После этого Дэмиан лег рядом со мной на кровать. Деймон, Дилан и Десмонд по очереди использовали меня, пока все они не кончили в меня, и я не задрожала.

Они рухнули вокруг меня, обнимая, и я чувствовала тепло их тел.

К утру я была полностью удовлетворена. Они отвлеклись от глупого милосердия, которое Дэмиан проявил вчера к этой немой суке.

– Это было лучше всего, – промурлыкала я, проводя пальцами по волосам Деймона.

Мы все еще лежали в кровати, сплетясь телами, когда я услышала стук в дверь.

– Войдите, – сказал Дилан, не потрудившись прикрыться. Никто из них не стал.

Дверь открылась, и вошла Хэвен. Вид у нее был невыносимый, словно она вот-вот упадет и умрет.

При виде меня, обнаженной в их постели, и братьев, обнимавших меня, ее глаза расширились. Ее лицо то бледнело, то краснело, а затем снова стало бледным.

Клянусь, мне хотелось рассмеяться ей в лицо, но я сдержалась. Вместо этого я улыбнулась, чтобы она точно увидела, как я прижимаюсь своим обнаженным телом к Деймону.

– О, Хэвен, как раз вовремя. Просто оставь платье вон там, – сказала я, указывая на ближайший стул.

Она медленно и мучительно подошла и положила платье дрожащими руками. Затем она застыла в ожидании, когда ее отпустят, но я с ней еще не закончила.

– Оно красивое, – сказала я, разглядывая платье, не вставая с кровати. – Хоть раз ты хорошо поработала.

Она не поднимала головы, а ее тело слегка покачивалось, словно она вот-вот потеряет сознание.

– Можешь идти, – сказала я.

– Подожди, – с усмешкой приказал Дилан. – Кажется, наша маленькая немая хочет к нам присоединиться.

Лицо Хэвен мгновенно покраснело, она вцепилась рукой в свое платье.

Братья Альфы унижали ее, и это делало меня по-настоящему счастливой.

– О, я так не думаю. Она не совсем… чиста для этой постели, – рассмеялась я, собственнически проводя пальцами по волосам Дилана.

Я смотрела, как Хэвен застыла на месте, не в силах говорить и защитить себя. Она просто стояла, пока мы ее уничтожали.

– Посмотрите на нее, она едва на ногах стоит. Наверное, все еще отходит от наказаний, – сказал Десмонд, оглядывая ее с головы до ног.

Деймон положил руку мне на бедро и притянул к себе, целуя в щеку. – Может, в следующий раз она дважды подумает, прежде чем снова портить собственность нашей девочки.

По лицу Хэвен потекли слезы, и я тут же почувствовала удовлетворение. Это все, чего я хотела: напомнить ей о ее месте в стае. О том, что она – безволчья немая служанка.

– Убирайся, – сладко проговорила я. – Мы заняты, а от тебя в комнате пахнет болезнью и унынием.

Она поспешно вышла из комнаты.

Я счастливо улыбнулась. – Было весело.

Но когда я посмотрела на братьев, выражение их лиц изменилось. Однако я проигнорировала это. Я повеселилась, и это было все, что имело значение.

– Что? Ей нужно было знать свое место, – сказала я, проводя пальцами по груди Дэмиана.

– Я знаю, и ты поступила правильно, – сказал Дэмиан, целуя меня в щеку.

Я почувствовала удовлетворение. Теперь Альфа был у меня в руках, и Хэвен ничего не могла с этим поделать.

8 Унижение

От лица Хэвен

Оказавшись в коридоре, я рухнула на пол. Моё тело начало неудержимо дрожать. Слёзы, которые я сдерживала, наконец-то хлынули по моим щекам.

Мне казалось, будто моё сердце разлетелось на тысячу осколков. Я уже знала, что брату Альфы больше нет до меня дела, но видеть, как София была рядом с ними, и как они насмехались и унижали меня, по-настоящему сломило меня.

Физическая боль была куда более терпимой, чем унижение, которое я испытала.

– Хэвен?

Я медленно подняла голову и увидела перед собой миссис Хиггинс. Она хмурилась. Должно быть, она пошла за мной, потому что волновалась.

– Что они с тобой сделали? – прошептала она, опустившись рядом со мной на колени.

Я не могла ей ответить, лишь кивала головой, а слёзы всё продолжали катиться по моим щекам.

– Вот почему я не хотела, чтобы ты шла, – пробормотала миссис Хиггинс, помогая мне подняться. Она приобняла меня и отвела в свои покои.

От лица Дилана

– Мы приготовили для тебя сюрприз в твоей комнате, София, – тихо сказал я.

Мы с братьями спланировали это вместе. Каждый из нас выбрал то, что, как мы знали, ей понравится.

– Правда? – спросила София, искренне обрадовавшись.

Она подошла ближе и поцеловала меня и моих братьев в губы, прежде чем поспешить посмотреть на сюрприз.

– Пойду посмотрю, – сказала София с широкой улыбкой и ушла.

Как только она ушла, настроение в комнате изменилось.

– Уверен, эта немая сейчас ревёт в три ручья где-нибудь в углу, – сказал Деймон, смеясь и наливая себе выпить.

– Что ж, я просто рад, что София простила меня. Это всё, что меня волнует, – сказал Дэмиан, вставая и начиная надевать рубашку.

Мы все согласно кивнули. Мы искренне ненавидели видеть Софию грустной. Она дополняла нас и никогда не жаловалась и не отказывала нам, как бы ни устала. Так что меньшее, что мы могли сделать, – это сделать её счастливой.

Я посмотрел на своих братьев, и они были необычайно тихими. Я точно знал, о ком они думают.

– Ненавижу эту чёртову суку, – внезапно фыркнул Деймон.

Он подтвердил моё подозрение: они все думали о Хэвен.

– Ты уверен? – тихо спросил я. Деймон повернулся ко мне с таким видом, будто был оскорблён тем, что я вообще мог в этом усомниться.

– Конечно, я её презираю, – уверенно сказал он.

Я ему не поверил. По его глазам я видел, что на самом деле он так не думает.

– Тогда почему такое чувство, будто ты пытаешься убедить самого себя? – сказал я, глядя на него.

Я заметил это много лет назад. Он что-то к ней чувствовал, и я был в этом уверен. То, как он смотрел на неё и заботился о ней.

Затем я перевёл внимание на Десмонда. – А ты не строй из себя невинного. Ты пытаешься это скрыть, но я знаю, что ты что-то чувствуешь.

Он раздражённо посмотрел на меня, и его челюсти сжались. – Я ничего не чувствую к этой суке, – отрезал он.

– Ты лжёшь, – сказал я.

– Что она сделала вам обоим пять лет назад, что вы все так её ненавидите? – тихо спросил я, глядя на Десмонда, Деймона, а затем на Дэмиана, но они ничего не сказали.

Именно из-за них я стал таким жёстким и суровым по отношению к Хэвен. Поэтому мне нужно было знать причину.

Правда в том, что я никогда по-настоящему не ненавидел Хэвен. Я просто ненавидел то, что она заставляла меня чувствовать. Поэтому, когда мои братья начали причинять ей боль, я решил присоединиться и сделать их врага своим врагом, чтобы не продолжать испытывать к ней те же чувства.

– Хватит, – приказал Дэмиан.

– Но разве тебе не не терпится узнать, что Хэвен им сделала? – спросил я, повернувшись к Дэмиану.

– Мне бы тоже хотелось знать, но сейчас не время ворошить прошлое. Так что просто оставь это, Дилан, – сказал Дэмиан, повернувшись ко мне спиной.

Дэмиан был прав. Нам не следовало ворошить прошлое. Я тоже не хотел вспоминать, что Хэвен сделала мне, поэтому отступился.

9 Подарки

От лица Хэвен

Сегодня вечером состоится Бал Вознесения. Вся стая была в предвкушении. Это было самое грандиозное событие, которое Стая Полной Луны видела за долгое время. Официальная церемония, на которой четверняшек коронуют как новых Альф. Это также была ночь церемонии соединения, так что я была совсем не в восторге.

Это был день, которого так ждала София, и день, которого я боялась больше всего.

Это был день, когда София соединится с Альфами, возможно, даже со всеми четырьмя, а я так и останусь немой, безволчьей и без пары.

– Хэвен, дорогая, – тихо позвала миссис Хиггинс, пока я драила на кухне котлы. Ужин уже подали, и посуды было очень много.

– Тебе нужно собираться, – продолжила она.

Я замерла и растерянно посмотрела на неё.

– Церемония, – мягко сказала она, поняв моё замешательство.

– Все члены стаи обязаны присутствовать, даже слуги. Традиция гласит, что когда коронуют новых Альф, каждый член стаи должен стать свидетелем и присягнуть им на верность, – объяснила миссис Хиггинс.

У меня всё внутри оборвалось. Я-то думала, что во время церемонии буду работать. Я не хотела находиться в присутствии членов стаи, которые так сильно меня ненавидели.

Я отрицательно покачала головой, указывая на гору посуды, которую нужно было вымыть.

– Ты можешь вернуться к этому после церемонии, – тихо сказала миссис Хиггинс.

– Если не пойдёшь, тебя накажут, – мягко сказала она.

Она была права. У меня и вправду не было выбора. Либо быть наказанной, либо присутствовать, и… я выберу второе.

– Иди в свою комнату и надень платье, которое я оставила на твоей кровати. Оно не слишком нарядное, но лучше того, что у тебя есть, – велела она.

Я кивнула и направилась в свою крошечную коморку. Я умыла лицо и руки в маленьком тазике, а затем поспешно надела платье.

Это была самая лучшая вещь, которая у меня была за многие годы, с длинными рукавами, чтобы скрыть мои шрамы.

В дверь постучали, что заставило меня вздрогнуть. Я открыла и увидела Софию, стоявшую в халате и с уже уложенными волосами.

– Хэвен, за мной, – сказала София, оглядев меня с ног до головы так, будто я была измазана дерьмом.

Я последовала за ней через дом стаи в её покои. Когда мы вошли, она жестом отпустила служанку.

– Закрой дверь, – приказала она, и я повиновалась. Моё сердце заколотилось, и я гадала, что я натворила на этот раз и какое наказание она мне придумает.

Затем я перевела взгляд в сторону и заметила на кровати расшитое платье. Оно отличалось от того, что я сшила для неё.

София заметила, куда я смотрю, и на её лице появилась улыбка. Затем она подошла к кровати, где лежало платье.

– Смотри, разве они не прекрасны? – сказала София с широкой ухмылкой, указывая на красивое платье. – Это четверняшки выбрали для меня.

У меня сжалась грудь, когда я услышала её слова, но я сохраняла бесстрастное выражение лица.

Она подошла к платью и провела по нему пальцами, затем повернулась, чтобы посмотреть на меня. – Это мне от Дэмиана. Он сказал, что я заслуживаю более элегантного платья и что будущая Луна стаи не должна носить то, что сшила простая служанка.

– О, тебе, должно быть, интересно, что я сделала с платьем, которое ты сшила для меня, – сказала она, склонив голову набок.

– Я сожгла его, – сказала она, и её ухмылка стала ещё шире.

Что? Она сожгла платье, которое я шила бессонными ночами, даже несмотря на боль от наказания за её же подставу. Я всё равно сшила это платье, а она его сожгла?

Я была так зла, что хотела дать ей пощёчину. Хотела толкнуть её на пол и показать, как мне больно от ненависти и злобы, которые она проявляла ко мне пять лет, но я этого не сделала. Я просто сдержалась, потому что это принесло бы мне лишь ещё большее наказание.

– Это ещё не всё, – надула губки София, будто собиралась показать мне что-то чудесное.

Она подошла к своему туалетному столику и начала одна за другой доставать коробки. Она отнесла их к кровати и положила рядом с платьем.