Властелин Тайн

– Как только я подтвержу получение, вы дадите мне адрес, чтобы я выслал формулу зелья по почте, или хотите, чтобы я продиктовал её вам прямо здесь?

Одри на мгновение задумалась, а затем с улыбкой сказала: – Я выберу более безопасный способ. Давайте здесь, хотя это и испытание для моей памяти.

Раз господин Глупец согласился стать свидетелем сделки, это также означало, что в следующий раз будет похожее «собрание».

Подумав об этом, она резко повернула голову и посмотрела на Чжоу Минжуя сияющими глазами. С заинтересованным видом она предложила: – Господин Глупец, не будете ли вы против сделать ещё несколько таких «попыток»?

Альгер спокойно выслушал её предложение; оно соблазнило и его. Он поспешно подхватил: – Господин Глупец, разве вы не находите такие «собрания» интересными? Хотя ваши силы и превосходят наше воображение, должны же быть области, в которых вы не разбираетесь или не преуспеваете. Сидящая напротив меня особа – очевидно, юная леди высокого положения. У меня тоже есть свой уникальный набор опыта, знаний, связей и ресурсов. Возможно, настанет день, когда мы оба сможем помочь вам выполнить какое-нибудь незначительное дело, которое может быть для вас неудобным.

С его точки зрения, тот факт, что его затянуло в это пространство без всякого предупреждения и возможности сопротивляться, означал, что таинственный господин Глупец всё контролирует. Участие в «собраниях» не было чем-то, от чего он мог отказаться. Поэтому было лучше извлечь из этой встречи как можно больше выгоды, чтобы компенсировать своё пассивное и невыгодное положение.

Трио за длинным столом обладало разным происхождением, ресурсами, информационными каналами и пониманием мистической сферы. Если бы они взаимодействовали и вступали в ограниченное сотрудничество, это могло бы произвести непредсказуемые и неизмеримые эффекты!

Только что оговорённая сделка с ресурсами была одним из примеров. Другим примером могло быть желание кого-то убить. Он мог бы легко попросить о помощи членов «собрания», которые ни внешне, ни в действительности не были с ним связаны. Так он мог бы идеально сбить со следа любых следователей.

Юная леди высокого положения… Неужели моё поведение и акцент были так очевидны? Одри безучастно уставилась перед собой, слегка приоткрыв рот, но вскоре очнулась и без колебаний кивнула.

– Господин Глупец, я думаю, это очень хорошее предложение. Если эти собрания станут регулярными, вы вполне сможете поручать нам некоторые неудобные для вас дела. Конечно, это должно быть в пределах наших возможностей.

С того момента, как он услышал это предложение, Чжоу Минжуй уже взвешивал все за и против. Большее количество собраний определённо позволило бы ему узнать больше о секретах Потусторонних или других тайнах, что было бы благом для его возвращения обратно. Например, вполне вероятно, что на следующем собрании появится формула зелья «Зритель». Точно так же полученная информация, несомненно, была бы полезна и в его нынешней жизни.

Однако большее количество собраний означало, что ему будет легче раскрыть себя!

Воистину, в любом мире не бывает бесплатных обедов… Чжоу Минжуй снова вытянул правую руку и мягко постучал пальцем по краю длинного стола.

Учитывая, что именно он контролировал созыв и роспуск собрания, любая угроза разоблачения находилась в пределах его контроля. Плюсы явно перевешивали минусы, поэтому Чжоу Минжуй быстро принял решение.

Он прекратил постукивать и улыбнулся, глядя на выжидающие и взволнованные взгляды дуэта.

– Я тот, кто любит справедливый и равноценный обмен.

– Ваша помощь не останется без вознаграждения.

– Каждый понедельник в три часа дня старайтесь оставаться в одиночестве. После того как я проведу ещё несколько попыток и разберусь в некоторых вещах, возможно, вы сможете заранее просить об отгуле. Вам больше не придётся беспокоиться о том, что вы окажетесь в неподходящей ситуации.

Это было своего рода согласие на предложения Альгера и Одри.

Одри только что исполнилось семнадцать. Всю жизнь о ней заботились, и у неё был характер юной девушки. Поэтому, услышав ответ Глупца, она невольно сжала кулак и медленно вскинула его перед грудью.

Не дожидаясь, пока Альгер скажет хоть слово, Одри взволнованно произнесла, и её глаза заблестели: – Тогда, может, придумаем себе кодовые имена? В конце концов, мы не можем использовать в разговоре настоящие.

Хотя я, возможно, и не смогу обмануть господина Глупца насчёт своей истинной личности, человек напротив меня представляет некоторую опасность. Я не должна позволить ему узнать, кто я!

– Хорошая идея, – просто и расслабленно ответил Чжоу Минжуй.

Мозг Одри тут же заработал, и она стала озвучивать мысли по мере их появления.

– Вы – господин Глупец, это из карт Таро. Тогда, как у постоянного, долгосрочного и тайного «собрания», у нас должны быть единообразные имена. Да, я тоже выберу одно из карт Таро.

Её тон постепенно становился радостным.

– Я решила. Моё имя будет «Правосудие»!

Это была одна из двадцати двух карт Старших арканов Таро.

– А вы, мистер? – Одри дерзко улыбнулась своему «партнёру», сидевшему напротив.

Альгер слегка нахмурился, но тут же расслабился.

– Повешенный.

Это была ещё одна карта Старших арканов.

– Отлично, тогда нас можно считать основателями Клуба Таро! – радостно выпалила Одри, но тут же испуганно посмотрела на скрытого туманом Чжоу Минжуя. – Так будет можно, господин Глупец?

Чжоу Минжуй с усмешкой покачал головой.

– Такие пустяки вы можете решать сами.

– Спасибо! – Одри была явно в восторге.

После этого она посмотрела на Альгера.

– Господин Повешенный, не могли бы вы ещё раз повторить адрес? Боюсь, моя память может меня подвести.

– Без проблем. – Альгер был очень доволен серьёзностью Одри и повторил адрес ещё раз.

Молча повторив про себя трижды, Одри снова взволнованно спросила: – Я слышала, что карты Таро были изобретены императором Розелле как игра. На самом деле, разве они не обладают силой предсказывать будущее?

– Нет. В большинстве случаев гадание исходит от самого человека. В каждом есть нечто духовное, что позволяет ему настроиться на духовный мир и подключиться к информации о себе на ещё более высоком уровне. Однако обычные люди неспособны это заметить, не говоря уже о том, чтобы истолковать получаемые «знаки». Эта информация проявляется с помощью гадательных инструментов. Приведу простой пример: сны и толкователи снов. – Альгер взглянул на Чжоу Минжуя и, не увидев от него никакой реакции, опроверг утверждение Одри. – Карты Таро, по сути, и есть такой инструмент. Они используют больше символизма и логических элементов, чтобы помочь нам удобнее и точнее истолковывать знаки.

Хотя Чжоу Минжуй и казался безразличным, на самом деле он слушал очень внимательно. Лишь в этот момент его пустой разум начал медленно тяжелеть, а в голове зародилась пульсирующая боль.

– Поняла. – Одри согласно кивнула. Затем она подчеркнула: – Я не это имела в виду. Я не сомневаюсь в картах Таро, но я слышала, что император Розелле на самом деле создал другой набор карт, тайный и загадочный. Это были бумажные карты, символизировавшие некую неведомую силу. Всего он создал двадцать две карты. Позже в жизни он, опираясь на них, создал двадцать две карты Старших арканов Таро, которые используются как игровой инструмент. Я правильно сказала?

Она посмотрела на Чжоу Минжуя, словно пытаясь получить ответ от таинственного господина Глупца.

Чжоу Минжуй лишь улыбнулся, не сказав ни слова. Он бросил взгляд на Повешенного, словно проверяя его.

Альгер подсознательно выпрямился и произнёс низким голосом: – Верно. Говорят, что император Розелле видел Скрижаль Богохульства и что тот набор бумажных карт содержит сокровенные тайны двадцати двух божественных путей.

– Двадцать два божественных пути… – с тоской повторила Одри.

В этот момент головная боль Чжоу Минжуя усилилась. Он почувствовал, что его невидимая связь с багровыми звёздами и серовато-белым туманом начала ослабевать.

– Хорошо, на сегодня собрание окончено, – низким голосом произнёс он, мгновенно приняв решение.

– Как прикажете, – уважительно склонил голову Альгер.

– Как прикажете, – повторила за Повешенным Одри.

У неё ещё оставалось много вопросов и мыслей, поэтому она не хотела, чтобы всё так скоро закончилось.

Разрывая связь, Чжоу Минжуй с улыбкой сказал: – Будем с нетерпением ждать следующего собрания.

«Звёзды» снова засияли, и багровый свет отхлынул, словно вода. Как только Одри и Альгер услышали слова господина Глупца, их фигуры размылись и исчезли.

Через секунду «проекция» рассыпалась, и в сером тумане восстановилась тишина.

Что до Чжоу Минжуя, он почувствовал, как стремительно тяжелеет. Окружение стало мимолётным, глаза погрузились во тьму, которая сменилась ослепительным солнечным светом.

Он по-прежнему стоял посреди своей квартиры.

– Это было похоже на сон… Что, чёрт возьми, это был за туманный мир… Кто или какая сила сотворила только что произошедшие изменения… – тихо вздохнул Чжоу Минжуй. В полном замешательстве он побрёл к письменному столу, словно его ноги налились свинцом.

Он взял карманные часы, которые оставил снаружи, чтобы определить, сколько прошло времени.

«Время текло с той же скоростью», – грубо прикинул Чжоу Минжуй.

Положив карманные часы, он обнаружил, что больше не может терпеть раскалывающуюся головную боль. Он сел на стул, опустил голову и стал массировать виски большим и средним пальцами левой руки.

Спустя долгое время он вдруг вздохнул и сказал на мандаринском: – Судя по всему, я не скоро смогу вернуться…

Бесстрашными могут быть лишь невежды. Став свидетелем такого поразительного события и узнав о Потусторонних и таинственном мире, Чжоу Минжуй больше не решался безрассудно пробовать ритуал приращения удачи на древнем фейсаке или лоэнском языке.

Кто знает, какие ещё ситуации могли произойти. Возможно, что-то ещё более причудливое, ужасающее или даже сущий ад!

По крайней мере, я должен пробовать это, только когда глубоко освою мистицизм, – беспомощно подумал Чжоу Минжуй.

К счастью, так называемое собрание могло ему помочь.

После очередной паузы он пробормотал себе под нос с нотками смятения, разочарования, муки и скорби: – С этого момента я – Кляйн.

…

Кляйн изо всех сил старался сосредоточиться на решениях и планах, чтобы избавиться от гнетущих его негативных эмоций.

Возможно, он мог бы между делом узнать формулу зелья «Зритель»…

Только что прошедшее «собрание» – это, конечно, поразительно. Люди, живущие в разных уголках мира, могут сократить сотни километров до нескольких дюймов и обсуждать всё лицом к лицу, удовлетворяя потребности друг друга. Э-э, кстати говоря, звучит немного знакомо…

Кляйн на несколько секунд опешил, а затем расхохотался. Прижимая палец к виску, он пробормотал себе под нос: – Это что, социальная сеть была?

8 Новая эра

Вьюх!

Проливной дождь сопровождался воем ветра. Трёхмачтовый парусник швыряло на гребнях и впадинах набегающих волн, словно он был игрушкой в руках великана.

Багровое свечение в глазах Альгера Уилсона угасло. Он обнаружил, что по-прежнему стоит на палубе, и, казалось, ничего не изменилось.

Почти сразу же стеклянная бутыль причудливой формы в его ладони разлетелась на осколки, а иней внутри неё растворился в дожде. Через несколько секунд не осталось и следа, напоминавшего о существовании диковинного антиквариата.

На ладони Альгера появилась шестиугольная, похожая на кристалл снежинка. Она быстро потускнела и, казалось, впиталась в плоть, полностью исчезнув. Альгер едва заметно кивнул, словно о чём-то размышляя. Он оставался неподвижен и молчалив целых пять минут.

Он развернулся и направился к каютам. Когда он уже собирался войти, изнутри показался мужчина в таком же балахоне, расшитом узорами в виде молний.

Этот мужчина с мягкими светлыми волосами остановился и посмотрел на Альгера. Он прижал правый кулак к груди и произнёс: «Да пребудет с тобой Шторм».

Альгер ответил теми же словами и жестом. На его грубом лице с чётко очерченными чертами не отражалось никаких эмоций.

Обменявшись приветствиями, Альгер вошёл внутрь и проследовал в капитанскую каюту в дальнем конце коридора.

Удивительно, но по пути он не встретил ни одного матроса. Вокруг было тихо, как на кладбище.

За дверью капитанской каюты пол был застелен мягким коричневым ковром. У противоположных стен стояли книжный шкаф и винная полка. Книги в пожелтевших обложках и бутылки с тёмно-красным вином выглядели необычно в мерцающем свете свечи.

На столе рядом со свечой стояли чернильница, гусиное перо, чёрный металлический телескоп и латунный секстант.

За столом сидел бледный мужчина средних лет в капитанской шляпе с черепом. Когда Альгер приблизился, он угрожающе произнёс: «Я не сдамся!»

– Я верю, что вы сможете, – спокойно ответил Альгер, так спокойно, словно комментировал погоду.

– Вы… – Мужчина, казалось, был ошеломлён неожиданным ответом.

В тот же миг Альгер слегка наклонился вперёд и внезапно ринулся через комнату, оказавшись прямо у стола.

Хвать!

Альгер напряг плечо и, вытянув правую руку, схватил мужчину за горло.

На тыльной стороне его ладони проступила иллюзорная рыбья чешуя. Он с безумной силой сжал хватку, не давая мужчине времени на ответ.

Хруст!

Под отчётливый треск глаза мужчины расширились, когда его тело оторвалось от пола.

Его ноги яростно дёрнулись, но вскоре замерли. Зрачки расширились, уставившись в пустоту. Из-под него потянуло вонью, а штаны постепенно намокли.

Поднимая мужчину, Альгер пригнулся и шагнул к стене.

Бах! Он использовал мужчину как щит и с силой ударил им в стену. Его невероятно мускулистая рука была чудовищна.

В деревянной стене образовалась дыра, в которую хлынул дождь, принеся с собой запах океана.

Альгер выбросил мужчину из каюты прямо в гигантские волны, похожие на горы.

Ветер продолжал выть во тьме, пока всемогущая природа пожирала всё.

Альгер достал белый носовой платок, тщательно вытер правую руку и тоже швырнул его в море.

Он отступил назад и стал терпеливо ждать.

Не прошло и десяти секунд, как в каюту вбежал тот самый блондин и спросил: «Что случилось?»

– «Капитан» сбежал, – раздражённо ответил Альгер, тяжело дыша. – Я не знал, что у него ещё остались Силы Потустороннего.

– Чёрт! – тихо выругался блондин.

Он подошёл к пролому и вгляделся вдаль. Однако, кроме волн и дождя, ничего не было видно.

– Забудь, он был лишь дополнительной добычей, – сказал блондин, махнув рукой. – Нас всё равно наградят за то, что мы нашли этот корабль-призрак Эпохи Тюдоров.

Даже будучи Хранителем Моря, он бы не стал опрометчиво нырять в море в такую погоду.

– Если шторм не утихнет, «капитан» долго не протянет, – одобрительно кивнув, сказал Альгер. Деревянная стена восстанавливалась с заметной скоростью.

Он посмотрел на стену и подсознательно повернул голову в сторону штурвала и парусов.

Он прекрасно понимал, что происходит за всеми этими деревянными досками.

Ни старпома, ни второго помощника, ни команды, ни матросов – никого. На борту не было ни одной живой души!

В этой пустоте штурвал и паруса жутко двигались сами по себе.

Альгер снова представил себе «Глупца», окутанного серовато-белым туманом, и вздохнул.

Он обернулся, посмотрел на могучие волны за бортом и, полный предвкушения и благоговения, произнёс, словно в забытьи: «Началась новая эра…»

…

Район Императрицы, Бэкланд, столица Королевства Лоэн.

Одри Холл ущипнула себя за щёку, не в силах поверить в то, что недавно произошло.

На туалетном столике перед ней старое бронзовое зеркало разлетелось на куски.

Одри опустила взгляд и увидела на тыльной стороне ладони вихрящийся «багрянец»; он походил на татуировку в виде звезды.

«Багрянец» постепенно потускнел и исчез в её коже.

Только теперь Одри была уверена, что это не сон.

Её глаза заблестели, и она усмехнулась. Она не удержалась, встала, а затем наклонилась, чтобы приподнять подол платья.

Она сделала реверанс пустоте и принялась оживлённо танцевать. Это был «Древний Эльфийский Танец» – самый популярный в тот момент танец среди знати.

Она грациозно двигалась, и на её лице сияла яркая улыбка.

Тук-тук! В дверь её спальни внезапно постучали.

– Кто там? – Одри тут же прекратила танцевать и, поправляя платье, чтобы выглядеть более элегантно, спросила.

– Моя Леди, могу я войти? Вам пора готовиться к церемонии, – спросила из-за двери служанка Одри.

Одри взглянула в зеркало на туалетном столике и быстро стёрла с лица улыбку, оставив лишь её лёгкий намёк.

Убедившись, что всё в порядке, она мягко ответила: «Войдите».

Дверная ручка повернулась, и внутрь вошла Энни, её служанка.

– Ох, оно треснуло… – сказала Энни, тут же заметив, что стало со старым бронзовым зеркалом.

Одри моргнула и медленно произнесла: «Э-э, да! Тут только что была Сьюзи. Уверена, ты знаешь, как она любит всё крушить!»

Сьюзи была золотистым ретривером, не совсем чистокровным. Её подарили её отцу, Графу Холлу, когда он покупал фоксхаунда. Тем не менее Одри её обожала.

– Вам следует её хорошенько выдрессировать, – сказала Энни, умело и осторожно подбирая осколки бронзового зеркала, чтобы её госпожа не поранилась.

Закончив с уборкой, она с улыбкой спросила Одри: «Какое платье вы хотите надеть?»

Одри немного подумала и ответила: «Мне нравится то платье, что сшила миссис Гвинея на моё семнадцатилетие».

– Нет, нельзя надевать одно и то же платье на официальную церемонию дважды, иначе пойдут сплетни и начнут сомневаться в финансовом положении семьи Холл, – сказала Энни, неодобрительно качая головой.

– Но оно мне так нравится! – мягко настаивала Одри.

– Вы можете носить его дома или на не слишком официальных мероприятиях, – твёрдо заявила Энни, давая понять, что это не обсуждается.

– Тогда пусть будет то, с оборками на рукавах, подаренное господином Сэйдсом два дня назад, – сказала Одри, незаметно вздохнув и сохраняя милую улыбку.

– У вас всегда такой хороший вкус, – сказала Энни, отступая назад и крикнув в сторону двери: – Шестая гардеробная! Ах, забудьте, я сама принесу.

Служанки принялись за работу. Платье, аксессуары, туфли, шляпка, макияж, причёска – обо всём нужно было позаботиться.

Когда всё было почти готово, в дверях появился Граф Холл в тёмно-коричневом жилете.

На нём была шляпа в тон одежде и красивые усы. Его голубые глаза светились радостью, но дрябнущие мышцы, ширящаяся талия и морщины явно разрушали его былую привлекательность.

– Ослепительнейший бриллиант Бэкланда, нам пора отправляться, – сказал Граф Холл, дважды постучав в дверь.

– Отец! Перестань меня так называть, – запротестовала Одри, поднимаясь с помощью служанок.

– Что ж, тогда пора в путь, моя прекрасная маленькая принцесса, – сказал Граф Холл, сгибая левую руку и предлагая Одри взять его под локоть.

Одри слегка покачала головой и сказала: «Это для моей матери, миссис Холл, Графини».

– Тогда эта сторона, – Граф Холл с улыбкой согнул правую руку и сказал: – Для тебя, моя самая большая гордость.

…

Имперская военно-морская база, Гавань Притц, Дубовый Остров.

Когда Одри взяла отца под руку и сошла с кареты, она была потрясена громадиной, представшей перед её взором.

В военном порту неподалёку стоял огромный корабль, поблёскивавший металлическим блеском. У него не было парусов, лишь смотровая площадка, две возвышающиеся трубы и две орудийные башни на носу и корме.

Он был так величествен и огромен, что стоявшие рядом парусники казались новорождёнными карликами, столпившимися вокруг великана.

– Святой Повелитель Бурь…

– О, милорд.

– Броненосец!

…

Среди всеобщего гула Одри тоже была потрясена этим беспрецедентным чудом, сотворённым человеком. Это было невиданное доселе океанское чудо!

Прошло некоторое время, прежде чем аристократы, министры и Члены Парламента пришли в себя. Затем чёрная точка в небе начала увеличиваться, пока не заняла треть неба и не предстала всеобщему взору. Атмосфера внезапно стала торжественной.

Это был гигантский летательный аппарат с красивым обтекаемым корпусом, парящий в воздухе. У тёмно-синей машины были баллоны из хлопка, поддерживаемые прочными, но лёгкими конструкциями из сплава. В нижней части этих конструкций имелись отверстия для пулемётов, ракетных установок и орудийных стволов. Утрированный гул от парового двигателя зажигания и хвостовых лопастей создавал симфонию, поражавшую воображение.

Королевская семья прибыла на своём дирижабле, излучая возвышенный и неоспоримый авторитет.

Два меча, каждый с рубиновой короной на рукояти, были направлены вертикально вниз и отражали солнечный свет по обеим сторонам кабины. Они образовывали герб «Мечи Правосудия», который символизировал семью Август и передавался из предыдущей эпохи.

Одри ещё не исполнилось восемнадцати, поэтому она не присутствовала на «церемонии вступления в свет» – мероприятии под руководством Королевы, знаменующем дебют в светском обществе Бэкланда и объявление о совершеннолетии. Поэтому она не могла подойти ближе к дирижаблю и вынуждена была молча наблюдать за всем событием сзади.

Впрочем, для неё это не имело значения. На самом деле, она была рада, что ей не придётся иметь дело с принцами.

«Чудо», с помощью которого человечество покорило небо, мягко приземлилось. Первыми по трапу сошли красивые молодые гвардейцы в красных парадных мундирах и белых брюках. Увешанные медалями, они выстроились в две шеренги с винтовками в руках. Они ожидали появления Короля Георга III, его королевы, а также принца и принцессы.

Одри не привыкать было встречать важных особ, поэтому она не проявила никакого интереса. Вместо этого её внимание привлекли два похожих на статуи кавалериста в чёрных доспехах, сопровождавшие короля.

В эту эпоху железа, пара и пушек было удивительно, что кто-то всё ещё носил полные доспехи.

Холодный металлический блеск и тускло-чёрный шлем передавали ощущение торжественности и власти.

«Может быть, это Дисциплинарные Паладины высшего порядка…» – вспомнила Одри обрывки случайного разговора взрослых. Ей было любопытно, но она не осмеливалась подойти ближе.

Церемония началась с прибытием королевской семьи. Действующий Премьер-министр, Лорд Агесид Неган, вышел вперёд.

Он был членом Консервативной Партии и вторым неаристократом, ставшим Премьер-министром за всю историю. Титул Лорда ему был пожалован за большие заслуги.

Конечно, Одри знала больше. Главным сторонником Консервативной Партии был нынешний Герцог Неган, Паллас Неган, брат Агесида!

Агесид был худощавым, почти лысым мужчиной лет пятидесяти с лишним, с проницательным взглядом. Он окинул взглядом собравшихся, прежде чем заговорить.

– Дамы и господа, я уверен, вы стали свидетелями этого исторического броненосца. Его размеры – 101 на 21 метр. У него потрясающая конструкция левого и правого бортов. Толщина броневого пояса составляет 457 миллиметров. Водоизмещение – 10060 тонн. На борту четыре 305-миллиметровых главных орудия, шесть скорострельных пушек, 12 шестифунтовых пушек, 18 шестиствольных пулемётов и четыре торпедных аппарата. Он может развивать скорость до 16 узлов!

– Он станет настоящим гегемоном! Он покорит моря!

Толпа пришла в возбуждение. Одних лишь описаний было достаточно, чтобы вызвать в воображении пугающие образы, не говоря уже о том, что сам корабль стоял прямо перед ними.

Агесид улыбнулся, произнёс ещё несколько фраз, после чего отдал честь королю и попросил: «Ваше Величество, пожалуйста, дайте ему имя!»

– Раз он отправится в плавание из Гавани Притц, его следует назвать «Притц», – ответил Георг III. На его лице было написано восхищение.

– Притц!

– Притц!

…

Слова передались от Министра флота и Адмирала Имперского флота всем солдатам и офицерам на палубе. Все они в один голос воскликнули: «Притц!»

Под орудийные салюты и в праздничной атмосфере Георг III приказал «Притцу» отправиться в пробное плавание.

Гудок!

Из труб повалил густой дым. Сквозь звук корабельного гудка слабо доносился шум механизмов.

Громадина покинула гавань. Все были потрясены, когда два главных орудия на носу корабля выстрелили по необитаемому острову на его пути.

Бум! Бум! Бум!

Земля содрогнулась, в небо взметнулась пыль. Ударные волны, расходясь, подняли волны на море.

Удовлетворённый, Агесид повернулся к толпе и объявил: «С этого дня судный день наступит для семи пиратов, именующих себя Адмиралами, и четырёх, что зовутся Королями. Они смогут лишь дрожать от страха!