Хроники опера - 3. Игра навылет

- Ну и расценки, милая! – возмутился было Виталик, впрочем, тут же остыл: - Ладно, будь по-твоему.

Аккуратно, фильтруя каждое слово и предложение, чтобы не выдать ничего лишнего, Артамонов мало-мальски озвучил смысл сделки, на которую он подписался. Девушка слушала не перебивая, не спуская с него недоверчивого взгляда.

- А теперь ты хочешь сказать, что это все правда? – спросила она, когда он закончил. – И я в это должна поверить, да?

- А что? – удивился журналист. – Что здесь необычного? Меня, по сути, попросили всего лишь выполнить свою работу – чего здесь такого?

- Это не твой уровень, Артамонов, - серьезно заметила Юлия. – Ни по заданию, ни по гонорару. Здесь что-то не то…

- Эти бабские причитания всегда раздражали! – огрызнулся задетый за живое Виталик. – В общем, хватит нести чушь – давай я лучше объясню, что мне от тебя надо.

- Ну, попробуй…

- На самом деле, мне не твоя помощь нужна, а твоего брата.

- Я уже это поняла, - кивнула любовница. – Поэтому так и опасаюсь, потому что уже двое моих мужчин могут оказаться в опасности!

- Ну что ты так переживаешь? - самодовольно выпрямился Артамонов. – Мы оба взрослые парни, с головой дружим…

- Если бы это было так на самом деле…

Виталик снова помрачнел и, помедлив, вытащил из кармана еще несколько купюр.

- Это для Степки.

- Ладно! – сдалась девушка, пряча деньги в уже известный кармашек. – Но не дай Бог у него будут проблемы из-за тебя – с живого с тебя не слезу!

Артамонов плотоядно облизнул губы.

- Ты так заманчиво это сказала, - прошептал он, слегка касаясь ее ноги.

- Так, руки убери, Казанова, - поднимаясь сказала Юлия, но при этом было видно, что желание появляется и в ней. – Сейчас Степке позвоню сначала, а потом… посмотрим…

Она ушла в комнату, а журналист тут же одной рукой достал мобильный и набрал номер, а второй схватил с тарелки самую крупную из оставшихся котлет и тут же жадно откусил половину.

- Все в порядке, - усиленно пережевывая, быстро проговорил он, когда на том конце подняли трубку. – Я думаю, что сегодня-завтра я окажусь у клиента. По результатам встречи отзвонюсь!

Выключив телефон, он поспешно доел котлету, и в это время на кухню вернулась Юлия.

- Завтра вечером подойдешь к нему – знаешь куда, да? – и он тебя проводит, - сообщила она. Подумав добавила: - Только денег сказал побольше дать надо.

- С чего это?

- За срочность и важность клиента!

- Обожаю вашу семейку! – похотливо усмехнулся Артамонов, крепко обнимая Юлию, и увлекая ее в сторону спальни.

* * *

Прошло около получаса. Артамонов зябко кутался в легкую не по сезону куртку, мысленно проклиная сначала Татьяну, которая в собранные наспех вещи позабыла положить зимнюю одежду, а потом Семена, который словно назло, так сильно опаздывал.

Но вот открылась небольшая калитка сбоку от главных ворот в городскую тюрьму, и оттуда поспешно выскользнула некая фигура и, подозрительно озираясь по сторонам, направилась к Виталику.

- Ну наконец-то! – недовольно проворчал журналист, когда Семен подошел. – Ты чего как долго – я едва не околел!

Семен, молодой стройный парень с наглым лицом, презрительно оглядел дрожащего Виталика.

- Я вообще-то в тюрьме работаю, а не в ресторане! – огрызнулся он. – У нас, знаешь ли правила…

- Ладно, понятно! – поспешно кивнул Артамонов. – Ну чего, у тебя все готово?

- А у тебя?

Журналист хмыкнул и вытащил из кармана несколько купюр. Семен задумчиво посмотрел на них, после поднял глаза.

- Мало! – заявил он.

- Ты обнаглел! – яростно прошипел Артамонов. – Ты знаешь, сколько я еще твоей сестренке отвалил?

- А я тут при чем? – искренне удивился наглец. – Ты сравни мой риск и ее. Она максимум чем рискует, так это тем, что по дурости залететь от такого как ты может, а у меня статья!

Виталик понял, что эту стену не прошибешь и снова полез в карман. Достал еще несколько банкнот, сунул их в руку Семену и угрожающе сказал:

- Больше ни копейки! Давай, пошли!

Парень удовлетворенно кивнул, и они направились к калитке. Войдя внутрь, пришлось пройти несколько коридоров, куда-то спуститься, а после подняться – и они оказались перед дверями в комнату допросов, куда неоднократно приводили ранее Немова для встреч с его посетителями. Семен достал ключ, открыл замок, после повернулся к журналисту.

- Сиди жди. Сейчас приведу.

Артамонов вошел внутрь небольшого квадратного помещения с маленьким почти под потолком окошечком и уселся на один из двух стульев. Расположившись, он достал из сумки несколько папок, и положил их на стол перед собой. После вздохнул, откинулся на хлипкую спинку и принялся ждать.

На этот раз пришлось недолго. Буквально через несколько минут заскрипела дверь, тяжело открылась – и на пороге появился Дмитрий Антонович Треплов.

Взглянув на него, Артамонов невольно подумал, что тюремные застенки могут даже за небольшой срок изменить человека до неузнаваемости. Вживую до этого бывшего кандидата в губернаторы Виталик видел несколько раз, когда тот устраивал масштабные пресс-конференции в преддверии своей предвыборной гонки. Тогда это был еще молодой, уверенный в себе, холеный и четкий управленец, который не раздумывая отвечал на все каверзные вопросы, ни на секунду не теряя своего самодовольного вида.

Сейчас Дмитрий Антонович выглядел далеко не так перспективно. Исхудавшее лицо, покрытое щетиной, слегка всклокоченный, искривлённый в полупрезрительном и полузлобном выражении рот, колючий, но при этом потухший взгляд – лишь мимолетного обзора всего этого опытному журналисту было достаточно, чтобы понять: зверь еще не убит, но ранен основательно!

Но тем не менее, Виталик счел за необходимость привстать со своего места и, слегка угодливо кивнув, произнести:

- Добрый вечер!

- Ты кто такой? – не отвечая на приветствие, грубо спросил Треплов. – И чего тебе от меня надо?

Артамонова ничуть не задела подобная манера обращения – за свою биографию он сталкивался и не с такими приемами. Поэтому, ничуть не смутясь, он, наоборот, приветливо улыбнулся.

- Я журналист, - представился он. – Владелец редакции одной из местных газет. Думаю, что ее название ничего вам не скажет…

- Журналист? – брови Треплова удивленно приподнялись. – А как ты сюда попал?

- Это неважно, - заметил Артамонов. – Гораздо интереснее зачем я здесь!

- Верно! И зачем ты здесь?

- Я должен кое-что вам показать, - он слегка придвинул вытащенные ранее папки в сторону Треплова. – А когда вы ознакомитесь с этими документами – мы с вами продолжим беседу.

Бывший кандидат в губернаторы недоверчиво посмотрел сначала на Артамонова, после медленно опустил глаза на придвинутые к нему папки.

- Что это? – недобро спросил он.

- Я же говорю – полистайте! - вкрадчиво повторил Виталик.

Дмитрий Антонович брезгливо взял одну из папок, не спеша открыл ее и начал читать. По мере того, как он пролистывал содержимое, его взгляд становился все жестче, скулы напрягались. Наконец, не долистав даже первую папку, он нервно отшвырнул ее в сторону.

- Это что такое? – с плохо скрываемым бешенством спросил он. – Ты чего, шантажировать меня, козлина, придумал?

- Не надо нервничать, Дмитрий Антонович, - осторожно проговорил Артамонов, внимательно наблюдая за каждым движением бывшего депутата. – Если вы думаете, что я хочу получить с вас денег за нераспространение этих материалов, то, уверяю, вы ошибаетесь. Деньги я уже получил!

- Тогда зачем ты все это сюда притащил? – недоуменно спросил Треплов, окончательно сбитый с толку.

- Вы изначально неправильно поняли мою роль во всей этой истории, - терпеливо продолжил Виталик, - Я здесь выступаю не как организатор, а как посредник. Моя первая задача была попасть к вам, принести эти документы и отдать вам для ознакомления.

- Ну тогда будем считать, что с ней ты справился. А дальше что?

- А дальше я должен попросить вас о некой услуге.

Треплов с интересом поглядел на него.

- А ты, оказывается, врун! Только что сказал мне, что не собираешься шантажировать – а сам уже начинаешь о чем-то просить!

- Дмитрий Антонович, мою просьбу никоим образом назвать шантажом нельзя, потому как ни я, ни те люди, которых я представляю, не ставят своей целью заработать денег, - возразил журналист. – Мы хотим предложить вам сделку.

- Интересно! Какую?

- Для вас очень легко выполнимую: вы должны дать мне интервью!

- Что? – переспросил оторопевший Треплов. – Что ты сказал? Интервью? Я?

- Да, Дмитрий Антонович, интервью! Вы мне его должны дать. А в идеале это должно произойти в виде так любимых вами ранее пресс-конференций.

С минуту бывший депутат молчал, прогоняя в голове всю обрушившуюся на него информацию.

- Так! – медленно проговорил он, начиная догадываться. – И какого рода вопросы должны будут на этой конференции осветиться?

- Вот это уже конструктивная беседа! – удовлетворенно кивнул Артамонов и, наконец, сел напротив Треплова. – Конечно, некоторые вопросы будут заданы неслучайные, и ваши ответы на них должны быть предельно честными.

- Это понятно. Что за вопросы?

- Вопросы, касающиеся архива банкира Левина, вашего участия в его поисках, но самое главное: каким образом во всей этой истории замешан некий Борис Анатольевич Волков!

Наступило молчание. Журналист внимательно следил за Трепловым, отмечая каждое, даже самое мимолетное движение последнего.

Наконец, Дмитрий Антонович неопределенно кашлянул, и Виталик поспешил добавить:

- Естественно, после интервью эти документы, что сейчас перед вами, во всех видах будут уничтожены.

Треплов презрительно усмехнулся.

- Ты даже не понимаешь, дурачок, в какую яму с дерьмом ты добровольно лезешь, - ядовито проговорил он. – Последствия от публикации этих документов – ничто, по сравнению с теми, что произойдут после этой конференции!

- Я никуда не лезу! – холодно возразил Артамонов, внешне спокойный, хотя внутри его невольно пробрал холодок. – Я просто передаю вам условия моих нанимателей.

- А это уже неважно! – небрежно махнул рукой Треплов, поднимаясь со своего места.

Он подошел к также поднявшемуся и застывшему в напряжении журналисту.

- Ты уже в деле! – тихо добавил он. – И соскочить теперь не удастся!..

…Когда он вернулся в камеру, то мрачно прошел к своему месту и, устало вздохнув, лег.

- Антоныч, все в порядке? – раздался гнусавый голос с противоположной стороны.

Голос принадлежал небольшому коренастому мужчине лет пятидесяти, количество наколок у которого говорило о том, что значительную часть жизни он провел в подобных учреждениях. Звали его Евгений, но местному контингенту он был больше известен под прозвищем Джокер за виртуозные умения играть в карты.

- Как находясь здесь можно сказать, что у тебя все в порядке? – недовольно проворчал Треплов.

Джокер ничего не ответил и отвернулся.

Дмитрий Антонович размышлял. И эти размышления чем дальше, тем больше приводили его в более унылое состояние. Мало того, что он попал в застенки, так игра и не думает заканчиваться, к тому же неожиданно начинают добавляться новые игроки. Кто они? На самом деле, Треплову это было уже не так и интересно знать – главное для него было то, что он до сих пор на смертельной удавке, которую теперь не с одной, так с другой стороны кто-то норовит затянуть посильнее.

Этот недоношенный журналист, видимо, искренне не понимает всей глубины проблемы! Эта конференция, на которой он настаивает – что она даст? Принесет ли она проблем Волкову? Неизвестно, а вот ему, Треплову, определенно! Но документы тоже! Это сейчас он красовался перед этим ушибленным – но на самом деле там просто катастрофа! После таких бумаг на свободу он больше не выйдет.

- Антоныч, хорош бормотать! – недовольно пробурчал Джокер. – Заснуть невозможно.

Треплов внезапно резко сел и посмотрел в сторону сокамерника.

- Мне нужно позвонить! – коротко бросил он.

- Ну где я тебе сейчас найду! – потягиваясь, повернулся к нему Джокер. – Завтра все будет!

- Мне сейчас надо! – упрямо сказал Треплов.

Мужчина, вздохнув, тяжело поднялся и направился к двери. Негромко постучал и застыл в ожидании.

- Придется хорошо заплатить, - предупредил он.

- Тот, кто приедет – и заплатит! – бросил Дмитрий Антонович.

Раздался лязг ключа в замке, дверь открылась, и Джокер неожиданно проворно юркнул наружу. Через несколько минут, он снова появился в камере, подошел к Дмитрию Антоновичу и протянул вперед руку, в которой был зажат мобильник.

- У тебя минута! – тихо проговорил он.

Треплов поспешно взял в руки мобильник и набрал номер. Гудки шли долго, пока на том конце не раздался сонный голос Рейнера.

- Да, кто это?

- Приезжай сюда. Есть разговор! – коротко бросил Треплов.

Узнав звонившего, адвокат мгновенно проснулся.

- Дмитрий Антонович, неужели ваше дело не может подождать до утра, - взволнованно проговорил он. – В такое время попасть к вам довольно затруднительно.

- Если другие могут – значит и у тебя проблем не будет! – возразил бывший кандидат в губернаторы.

После этих слов Рейнер очнулся окончательно.

- У вас кто-то был? – ошарашенно спросил он.

- Да. И мне сделали весьма неожиданное предложение.

- Какое?

- Приезжай – узнаешь!

- Дайте мне полчаса! – быстро проговорил адвокат и отключился.

Треплов хмыкнул и отдал телефон стоящему рядом Джокеру.

- Сейчас приедет мой адвокат, - сказал он. – Передай своему человеку, что мы поговорим с ним – и он расплатится…

Михаил Матвеевич Рейнер несмотря на некоторую мешковатость своей фигуры и уже довольно солидный возраст – ему уже было где-то около семидесяти – в нужные моменты умел быть весьма подвижным. А в данном случае был как раз именно тот момент, поэтому он примчался как обещал, и уже действительно через полчаса Дмитрий Антонович мог иметь удовольствие лицезреть его раскрасневшуюся физиономию в той же самой комнате, где происходил недавний разговор с Артамоновым.

- Я надеюсь, дело, по которому вы вытащили меня из постели посреди ночи на самом деле не терпит отлагательств, - начал он, усаживаясь напротив своего клиента. – Итак, что за посетитель?

- Журналист, - отвечал Треплов, с наслаждением глядя на помятый вид Рейнера.

- Журналист? – с тревогой переспросил тот. – И чего же он хотел?

- Известно, чего хотят журналисты – интервью!

- Извините, я не понимаю, - слегка сконфузился Михаил Матвеевич. – В другое время, когда вы активно занимались политической деятельностью – да, вопросов нет, но в данный момент… как бы это помягче сказать…

- Я никто, да? – ввернул Треплов. – Чего ходить вокруг да около – называйте вещи своими именами!

- Я имел в виду… - промямлил окончательно сконфуженный юрист, но Дмитрий Антонович не дал ему закончить:

- Меня абсолютно не интересует, что вы имели в виду! Сейчас главное не это. Этот журналист не просто так пришел со своей просьбой – у него откуда-то взялись документы моего… так скажем прошлого сотрудничества с Трофимовым.

Адвокат недоуменно посмотрел на него.

- Не понимаю вашей озабоченности. Документы уже давно обнародованы – чего еще от них ждать?

- Это не те документы! – нетерпеливо оборвал его Треплов. – Это другие. Еще более опасные для меня. Если те мне стоили только карьеры, то эти до пожизненного доведут!

- А, как интересно! – Рейнер облизнул сухие губы. – То есть мы имеем дело с обычным шантажом, верно я понимаю? И сколько он хочет?

- Не в том направлении думаете! - возразил Дмитрий Антонович. – Он просто пешка, тупо выполняет чей-то заказ. И деньги им совсем не нужны. Только интервью, причем масштабное, в виде конференции.

- Еще интереснее! И что же вы должны на этой конференции рассказать?

- Все, что касается архива Левина. И каким образом сюда затесался Борис Анатольевич!

Рейнер выслушал это с каменным лицом. С минуту он размышлял, после внимательно поглядел на своего клиента.

- И, позвольте спросить, какое было ваше решение?

Треплов ответил хищным взглядом.

- Я прекрасно понимаю, что оказался между двух огней! Но поразмыслив, я подумал, что решить новую появившуюся проблему вполне вам по силам. Поэтому у меня к вам условие: документы должны исчезнуть, тогда и вопрос с конференцией отпадет сам собой!

- Как вы это себе представляете? – озадаченно спросил Рейнер.

- Вообще никак! Это меня совершенно не волнует! – презрительно заявил Треплов. – Как там любит говорить Борис Анатольевич: проблема обозначена, а уж как вы ее будете решать мне не интересно. Ее просто надо решить. И побыстрее! Я уверен, что скоро журналист появится снова и потребует от меня уже конкретного ответа.

Дмитрий Антонович поднялся со своего места.

- Пока, как вы понимаете, я ничего ему не ответил. Вы слышали меня, Рейнер? Пока!

Адвокат согласно кивнул.

- Я вас понял, Дмитрий Антонович. Сейчас же займусь!

- Отлично, - проговорил Треплов и направился к двери. Внезапно, что-то вспомнив, снова повернулся к Михаилу Матвеевичу: - Там охраннику надо дать за предоставление связи…

- Я в курсе, - с неудовольствием ответил Рейнер. – Этот проходимец уже вытащил с меня десятку!

Треплов хмыкнул и постучал по двери…

…Выйдя на улицу, Рейнер сел в машину и поспешно достал мобильный.

- У нас проблемы, - быстро заговорил он. – На Треплова нашелся еще компромат, которым на него начали давить.

- Что требуют? – раздался в трубке голос Волкова.

- Чтобы он устроил конференцию, на которой подробно расскажет о недавнем деле. Со всеми фамилиями!

- Ну ты понимаешь, что этого допустить нельзя? – раздраженно спросил Волков. – Как хочешь, но проблему надо решить. И быстро!

Рейнер напряженно потер вспотевший лоб.

- Я могу воспользоваться помощью человека, чей номер вы мне дали? – спросил он.

- Конечно! Я думаю, он поможет! В любом случае, держи меня в курсе!

В трубке раздались протяжные гудки. Рейнер медленно опустил руку и тяжело вздохнул.

- Вот на хрена мне все эти проблемы! – с досадой проговорил он.

С минуту он сидел неподвижно, после снова взял в руки телефон и открыл список абонентов.

* * *

Войдя в свой кабинет, Артамонов скинул куртку прямо на стул для посетителей и, неспеша дойдя до своего места, устало плюхнулся в кресло. Внезапно он вспомнил, что уже две ночи не спал, и от осознания этого слегка приуныл.

Он потер глаза, но особой пользы это не принесло: попадание с холодной улицы в теплое помещение дало свое, и вот уже через минуту он задремал, откинув свое костлявое тело на мягкую спинку.

Но познать блаженство от Морфея Виталию, видимо, за какие-то грехи было не суждено. Только-только в его мозг проникли сны довольно похабного содержания, как раздался звонок мобильного, прозвучавший в тишине вечернего пустого офиса особенно резко.

От неожиданности журналист подпрыгнул. Сон мгновенно слетел с него, и он поспешно стал рыться в карманах, отыскивая телефон.

- Да! – почти проорал он в трубку. Но внимательнее рассмотрев номер, заметно поутих. – Слушаю!

Однако, по-видимому, то, что было сказано на том конце провода ему совсем не понравилось, потому как лицо его постепенно помрачнело.

- Вы действительно считаете, что надо поступить таким образом? – вежливо, но с большой досадой в голосе спросил он. – Да, я понимаю, деньги ваши, но все-таки…

Он внимательно выслушал ответ и, слегка помедлив, кивнул:

- Да, конечно, я подойду. Естественно, принесу!

Нервно вскочив из-за стола, он схватил банку кофе, другой одновременно нажал кнопку чайника. Шлепнув в чашку две ложки, немного подумал и добавил третью.

Ожидая кипятка, он мрачно посмотрел на лежащий на стуле с курткой портфель с документами.

- Вообще-то я ожидал, что они останутся у меня! – проворчал он. – По-моему, мы так изначально и договаривались! Ненавижу, когда все меняется на полпути!..

Артамонов вышел через несколько минут и быстрым шагом направился в сторону небольшого кафе в трех кварталах от редакции. Непроизвольно, он крепко сжимал в руках ручку сумки, потому что его не покидало чувство, что кто-то за ним наблюдает. Несколько раз, ощущая, как кто-то буквально сверлит взглядом ему спину, Виталик резко оборачивался, но, конечно же, никого подозрительного не замечал.

Каждый раз после такого, он досадливо сплевывал и бормотал себе под нос:

- С этим делом точно свихнешься! За каждым углом уже что-то мерещится!

Войдя в кафе, он, не обратив никакого внимания на приветливо поздоровавшегося с ним студента-официанта, прямиком прошел в самый угол, где за небольшим столиком сидела молодая женщина. Оказавшись рядом, он коротко кивнул и уселся на стул напротив.

- Не понимаю, почему для подобных встреч вы выбираете публичные места! – недовольно проговорил Артамонов. – Не безопаснее было бы встречаться в более скрытых помещениях, например, у меня в редакции?

Лидия вопросительно поглядела на него.

- А что, есть какие-то поводы для беспокойства? – спросила она.

- Пока особо нет, - медленно ответил журналист. – Но по мере того, как продвигается наше дело, могут в любой момент появиться…

- А, кстати, как продвигается наше дело? – перебила его девушка.

Виталий уже было открыл рот, чтобы ответить, но тут у столика появился тот же самый официант, что встречал его у входа. В этот раз он был уже менее учтив, лишь сухо спросив, что они изволят заказать, искоса с скрытым пренебрежением поглядев на убогий наряд Артамонова.

- Очень крепкий кофе без сахара! – резко бросил Виталий, заметив этот взгляд. Лидия с улыбкой попросила лишь стакан воды.

После, когда парень испарился, Артамонов повернулся к Лидии и подробно, но наскоро рассказал о своем посещении бывшего кандидата в губернаторы.

Лидия внимательно слушала, ничем не выдавая эмоций, лишь легкая складка появилась у нее на лбу к концу рассказа.

- Значит, он не согласился? – уточнила она.

Артамонов снова только собирался ответить, как перед ним появился официант и неспеша начал переставлять с подноса принесенные чашку со стаканом. Наконец, когда тот исчез уже окончательно, Виталий проговорил:

- Не думаю, что есть повод для беспокойства! Мы забросили всего лишь первый шар – думаю, что это вполне естественная реакция на неожиданность. Защитная поза, так сказать! Сейчас посидит пару дней, все спокойно обдумает, я снова его навещу – и, уверен, разговор наш пойдет как надо.

- Я на это очень надеюсь, - с каменным выражением лица проговорила Лидия. – Вы сами должны понимать, что мы платим вам просто бешеные деньги за ваши услуги, поэтому вправе требовать результаты!

- Но ведь и побочных расходов немало, - осторожно возразил журналист. – Тем более, что и риск весь я беру также на себя, а он немалый! Дмитрий Антонович до сих пор остается значительной фигурой, даже находясь за решеткой!

- Дмитрий Антонович – отыгранная карта! – возразила девушка. – От его влияния не осталось и следа, иначе он ни дня не провел бы в нашем местном отделении. Вся его сила осталась лишь в том куске информации, который вам необходимо с него вытащить!

- Но, однако, за этот кусок вы готовы платить огромные деньги! – хищно ухмыльнулся Артамонов. Он шумно отхлебнул из кружки, недовольно поморщился для виду, после слегка развязно откинулся на стуле: - Моя дорогая, я журналист, очень неплохой журналист – и вы это прекрасно знаете, поэтому ко мне и обратились! А в мою профессию входит не только писать материал, но еще и думать! Поэтому не надо передо мной лукавить, пытаясь преуменьшить мое участие в этом деле, да и сам уровень дела тоже! Треплов открыто сказал мне, что мы пытаемся открыть ящик Пандоры, и за этим могут последовать просто охрененные последствия! Я очень рискую – и я это понимаю!

- Возможно, - ледяным тоном ответила Лидия, напряженно держа стакан. – Именно поэтому мы и хотим избежать всех ненужных нам неожиданностей. Для этого и надо, чтобы документы вы передали мне!

- Не очень бы мне хотелось это делать, но раз вы платите, то возражать нет смысла, верно? – развел руками журналист, и, открыв сумку и достав папки, с деланным пренебрежением протянул их Лидии. Она осторожно приняла документы и поспешно сложила в свою сумку.

- Надеюсь здесь все? – недоверчиво спросила она.

- Не понимаю, о чем вы…

- Ксерокопии тоже здесь?

- Ну да, конечно, - рассеянно кивнул Артамонов и залпом допил кофе. После поднялся: - Как только я повторно встречусь с нашим бывшим депутатом – отзвонюсь. Я думаю дня через два максимум, так что можете подготавливать оставшуюся сумму! Думаю, дело сделается довольно быстро!

- Давайте подождем вашей второй встречи, - мягко возразила Лидия, отставляя стакан в сторону, из которого она даже не пригубила. – Деньги собрать не проблема…