Проводники

- Интересное наблюдение, - заметил Сашка. – К слову о воронах. Как прошло знакомство Корвуса с родителями?

- Официально пока никак. После обряда Казимира у меня не осталось сил даже раздеться прежде, чем лечь спать. Мама видела его мельком, когда заходила в комнату. А кроме нее больше никого нет.

- А что отец?

- Он не долго мучился в этой роли. Зачал, дал отчество и смылся, как новомодная втулка от туалетной бумаги. Но меня это даже не волнует - у меня есть мама, и она стоит больше всех отцов вместе взятых.

- Только никогда не забывай об этом, - грустно произнес Саша. – Когда-нибудь ее не станет, и ты будешь терзать себя мыслями, что не успела подарить ей свою любовь и заботу, сказать какие-то важные слова, помочь, когда она просила.

И тут Даша поняла, почему вчера Саша избежал вопроса про знакомство своей лисицы с родителями.

- Как это произошло? – вкрадчиво спросила Даша. Лезть в чужие дела она не любила, но сейчас она чувствовала, что Саша готов ей рассказать.

- Как в самом глупом и банальном голливудском фильме, - он сглотнул. – Одним зимним вечером мои родители решили вернуть романтику в свою семейную жизнь и поехали в ресторан. Меня оставили у бабушки, ведь как всем известно, дети романтику убивают. Мне было тогда четыре года. И вот на обратном пути они, по всей видимости, решили прогуляться по вечернему городу. Погода была не самая располагающая, шел мокрый снег, и дороги покрылись снежной кашей. Одна из машин ехала слишком быстро, водитель не справился с управлением и вылетел на тротуар, как раз в ту минуту, когда там шли мои родители. Они погибли на месте.

- Мне жаль, - Даша ободряюще коснулась плеча Сашки.

- Как и мне. Хорошо, что осталась бабушка. Она воспитала и прокормила меня, делала со мной уроки, экономила на себе, чтобы моя жизнь была хоть немного счастливой и полноценной. Теперь мой долг - отплатить ей за все это.

- Ей повезло с внуком.

За разговором они не обращали внимая, куда несут их ноги, а ноги принесли их в центр. На них сразу нахлынул поток звуков едущих автомобилей и гомон людей. Для неспешной прогулки с приятным общением улицы сердца города не подходили: повсюду толкались прохожие, а для того, чтобы отвечать собеседнику, приходилось повышать голос, перекрикивая шум «живого» города.

- У меня есть идея, - наклонившись к Дашиному уху произнес Саша. – Помнишь лесок, где живет Казимир?

Даша помнила.

- Там есть одно мое любимое место. Хочу тебе его показать, если ты не против.

Она была согласна. Привычно нырнув в жерло метро, они направились к окраине города. Пока железный червь поезда нес их по путям глубоко под поверхностью, высоко над ней солнце напомнило продрогшим людям о своем существовании. Конечно, осенние его лучи были не такими горячими, как летние, но все равно приятно скользили по коже.

Когда Саша, Дашка и Хвостик выглянули из подземки, солнце уже окончательно распинало надоевшие ему тучки и самодовольно сияло с высоты своего величия. Скрип под ногами гравия и песка постепенно сменился похрустыванием сухих веточек и шуршанием опавших листьев. Два человека и лисица шагнули в лес - гул города остался позади. Запахло землей и мхом, свет желтоватыми пятнами просачивался сквозь кроны деревьев. Пестрые листья, которые пока не хотели расставаться с ветвями, нежно трепетали под дуновением ветерка. Хотелось лечь на спину и наслаждаться жизнью. Хвостик, вырвавшаяся из душных объятий города, резвилась в кучах из сухой травы и палой листвы, размытым рыжим росчерком носилась между деревьями, а затем навострила уши и убежала в неизвестном направлении. Лес успокаивал и своим дыханием прогонял из головы все бытовые и насущные проблемы.

- Люблю осенний лес, - разглядывая деревья, произнес Саша. – В нем есть что-то умиротворяющее и в то же время будоражащее. Хочется сочинять стихи и рисовать картины с натуры. И не важно, светит ли солнце или пасмурно, сухо или идет дождь. Он прекрасен во всех своих обличиях.

- Да ты романтик, - улыбнулась Даша.

- Без романтики жизнь была бы ужасна, - ответил Саша.

- Я, видимо, где-то ее потеряла. Еще несколько лет назад меня могла привести в восторг капля, стекающая по стеклу, или стайка птиц, промелькнувшая где-то в голубизне неба. А сейчас я превратилась в одну из тех, кто не видит дальше своего носа, вместо красоты замечает лишь грязь, а сделанное ему добро считает неестественным и пытается разглядеть за ним подвох. Искренние чувства вызывают подозрение. Никто не верит, что можно делать что-то бескорыстно из чистых побуждений. Все сразу думают, что человеку что-то нужно взамен, а своим поступком он просто умасливает другого человека.

- А на все чувства повесили ценники.

- Именно! – Даша посмотрела на своего собеседника. – Когда мир вдруг стал таким циничным?

- К сожалению, я не знаю ответ на этот вопрос. Но знаю, что мы не должны уподобляться таким людям. Изо дня в день побеждать свою лень, злость, гордыню, саможаление. Делать добро из чистого побуждения, а не ради всеобщего одобрения. Сострадать, потому что действительно чувствуешь эту боль, а не чтобы хвалиться этим перед знакомыми. Открыть свое сердце этому миру. И пускай его сразу же заплюют и попытаются растоптать, от этого оно будет только сильнее.

- Александр Крылов: школьник, философ и просто хороший парень, -улыбнулась Даша.

- Да какой из меня философ? Так, плагиатчик. Да и школу я уже давно закончил.

- Так ты старше меня? – удивилась Даша. – И сколько тебе лет?

- Не многим больше, чем тебе, - ответил он. – Просто я ушел после девятого класса и поступил в техникум.

В отличие от Сашки Даша планировала доучиться все одиннадцать классов. В основном потому, что оттягивала момент, когда нужно будет стать самостоятельной и более ответственной. Если бы в школе было пятнадцать классов, то она бы училась все пятнадцать. Ее все устраивало и в этой жизни, поэтому она не стремилась подобно большинству тинэйджеров покинуть отчий дом и делать все, что захочется, не отчитываясь перед родителями.

- И не страшно было шагнуть в новый этап жизни? – поинтересовалась Даша.

- Страшно, - честно признался парень. – Я тогда думал, что вот он, конец детства, но теперь даже смеюсь, вспоминая об этом. Да, было волнительно, смогу ли я куда-то поступить, а если нет, то как жить дальше? Начал уже воображать себе сложности, с которыми мне придется справляться в будущем. Но вот он я. Жизнь не закончилась. И вот она ты.

- Ты о чем?

- У тебя тоже начался новый этап в качестве носителя.

- Точно! А я даже не успела это осознать.

- Так же будет и дальше, с каждым новым шагом. Тебя будут терзать страхи и переживания, из-за которых будешь стараться оттянуть неизбежное, а потом так же удивишься, что вот ты уже на новом пути и даже не заметила, как на нем оказалась. И все страхи и переживания были лишь в голове.

Саша заметил задумчивое выражение лица Даши.

- Кажется, я слишком нагрузил тебя своей философией, - посмеялся он.

- Чему я очень даже рада, - правдиво ответила девушка. - Ты не представляешь, как мне этого не хватало. Иногда хочется поговорить на такие темы, но не с кем. А если начну сама с собой, то сразу можно резервировать лучшую палату в психушке.

- А как же Дмитрий Мухоморов?

Даша покачала головой.

- Каждый раз, когда я начинаю говорить о своих чувствах и высказывать мысли, он отшучивается, что я пересмотрела мыльных опер или начиталась книг. А потом говорит, что, если постоянно искать смысл жизни и причины поведения людей, можно заработать опухоль мозга, и меняет тему. Знаешь, что бы он сказал, окажись мы с ним здесь вместе? «Это, наверняка, любимое местечко для маньяков. Тут спокойно и не людно. Копаешь могилку не спеша с перерывами на бутерброд и не боишься, что кто-то увидит. Наверняка у них тут еще есть штаб-сарай, где они сидят в кружочке, типа собрания анонимных маньяков, и пьют чай из блюдец в цветочек».

Саша рассмеялся.

- По-моему, это очень забавно. Или просто из твоих уст звучит интересней, чем из его.

- Забавно, да. Но представь, что все разговоры проходят в таком шуточно-бестолковом формате, а попытки перевести беседу в серьезное русло натыкаются на сарказм. Нельзя постоянно изображать из себя клоуна. Неужели хотя бы десять минут в день сложно быть менее инфантильным?

- Может, юмор – это его бронежилет от разочарований? – предположил Саша. – Нельзя переживать из-за того, к чему ты относишься несерьезно. Тоже некая философия жизни.

- Я не знаю, - грустно ответила Даша. – Сложно представить, что у него творится в голове и на сердце. Возможно, ты прав. Но факт остается фактом.

- Вот поэтому нужно расширять круг знакомых, чтобы не перенасытиться общением с одним человеком. После моей занудной болтовни, его шуточки станут для тебя глотком свежего воздуха.

- Ты не занудный.

- Это пока, - посмеялся Саша. – Люди очень быстро перенасыщаются чем бы то ни было. Это в равной степени относится как к людям, так и к вещам.

- С новыми людьми у меня пока нет таких проблем, а вот про вещи могу согласиться на все сто процентов. У нас ими половина балкона заставлена, а ведь когда-то они казались жизненно необходимыми.

- И кто у вас в семье главный захламитель свободных площадей?

- Обе хороши. Я отвечаю за одежду и разные безделушки, а мама за бытовые приборы. Но есть одна вещь, которую мы обе хотели до безумия.

- Что же это?

- Электрический гриль. В то время, они стали жутко популярными. Каждый день на каждом канале и баннере можно было увидеть рекламу, где еще изображают слишком глянцевый кусок мяса с идеальными полосками. Мы настолько были зомбированы этой пропагандой, что решились на покупку и стали откладывать деньги. И вот за несколько дней до нового года, часов в восемь вечера мы с мамой красные и уставшие (я после школы, она после работы) несемся в магазин и успеваем забрать последний гриль. Мы были невероятно счастливы, даже не смотря на пробки из-за снегопада и давки в автобусе. В тот же вечер испробовали гриль в действии. На следующее утро мама пожарила на нем хлеб для бутербродов. Через несколько дней приготовили бекон. После этого спустя несколько недель мы воспользовались им еще несколько раз, и с тех пор он так и пылится на балконе.

Где-то неподалеку послышалось карканье, мимо Дашки и Саши пронеслась Хвостик, а затем скрылась в ближайших зарослях.

- А у тебя есть вещь, которую так же хотелось больше всего, а затем быстро надоела? – вернулась к разговору Даша.

- Да, была одна. Я очень долго вымаливал у бабушки деньги на скейтборд. Клялся ей, что буду кататься на нем каждый день и чуть ли не по сугробам. С дикой завистью смотрел на ребят, которые отрабатывали на них трюки у нас во дворе. Бабушка была сначала непреклонна, говорила, что это всего лишь маленькая прихоть, и у нее не все сейчас гладко с финансами. Я сильно расстроился и несколько часов проплакал у себя в комнате. После этого уже не выклянчивал у бабушки доску, но все так же засматривался на ребят. И вот просыпаюсь я однажды в свой день рождения, он был примерно через месяц после того случая, а в ногах на моей кровати лежит заветный скейтборд. Помню, как бабушка в тот день загоняла меня домой, когда уже стемнело, а я все не расставался с ним.

- И как быстро закончился твой восторг?

- Примерно через полторы недели. Азарт пропал, когда пришло понимание, что трюки для меня слишком сложны. Несколько раз ездил на нем в школу, но неудобств было больше, чем пользы. Мне было жутко стыдно перед бабушкой, когда она спросила, почему я больше не катаюсь. Но нам повезло, что соседский мальчик тоже мечтал о скейтборде, и его родители как раз собирались сделать ему подарок. Бабушка продала им мой, правда дешевле, чем купила сама. С тех пор, если я что-то сильно хочу, то представляю, что у меня это есть, и таким образом пытаюсь понять необходимость покупки.

- И помогает?

- Как ни странно, да. Мой балкон девственно чист, - посмеялся Саша.

- Тогда, если ты не против, я позаимствую у тебя эту идейку, а то боюсь, что мама переделает мою комнату под кладовку. Придется спать в ванной.

- Если это случится, то могу предложить тебе одно спальное место у нас с бабушкой.

- А она не будет против?

- Нет. Ты ей точно понравишься.

Даша взглянула на Сашу и улыбнулась, заметив на его щеках легкий румянец. Саша в свою очередь, чтобы не смутиться еще сильнее, с большим рвением, чем это было нужно, осматривал окрестности и вглядывался вдаль. Дашу позабавил тот факт, что, несмотря на то, что он старше нее и куда более зрелый в эмоциональном плане, внутри он все равно застенчивый мальчишка. Чтобы немного разрядить обстановку, Даша сделала вид, что не поняла намек, и решила сменить тему.

- Мы что, заблудились? – спросила она.

- Нет. Мы почти пришли.

Они поднырнули под когда-то упавшее из-за урагана дерево, обогнули высокий бурелом и вышли на небольшую полянку.

– Ну вот, мы и на месте, - радостно произнес Саша.

Сначала Даше показалось, что перед ней стоит дерево с очень широким бугристым стволом, но приблизившись поняла, что ошиблась. Когда-то это были шесть-семь молодых деревьев, явивших в этот мир свои молочные мягкие стволы, неведомым образом выстроившиеся почти в идеальную окружность. Они устремляли свои молодые ветви вверх, пытаясь дотянутся до ярких лучей солнца, которых им так не хватало здесь, внизу, куда свет почти не проникал из-за могучих крон их более зрелых собратьев. Но однажды в силу невыясненных обстоятельств, то ли по воле матери природы, то ли из-за вмешательства иных сил, стволы деревцев скрутились между собой по спирали, будто какой-то великан смотал их небрежным круговым вращением пальца, как скручивают прядь волос. Но в отличие от волос деревья не распрямились обратно. В таком изуродованном состоянии они все равно продолжили расти и крепнуть, став одним целым. После многих десятилетий уже сложно было различить, где начинается одно дерево и заканчивается другое. Единственное, что в этом переплетении можно было распознать, так это небольшой просвет между двумя соседними стволами.

Даша подошла к дереву и провела ладонью по его шершавой коре вдоль одного из стволов.

- Я даже не могу представить, что могло так скрутить деревья, - сказала Даша. – Это восхищает и пугает одновременно.

Саша встал рядом с ней.

- Однажды я слышал историю о некой дуэли между молодыми и горячими носителями, которая проходила в этом самом лесу. Один из парней Силой хотел вырвать из земли несколько небольших деревьев, скрутив их в ком, и запустить им в соперника, но не рассчитал силы. Вырвать их из земли ему так и не удалось. Возможно, это и есть те самые деревья.

Брови Даши высказали удивление.

- Разве дуэли – не пережиток прошлого?

Саша пожал плечами.

- Может, они начитались книг, а может, просто решили порисоваться перед девушкой.

- Какой девушкой?

- Из-за которой все это и произошло. Маловероятно, что они устроили дуэль из-за мешка картошки.

Даша мысленно согласилась. Все беды из-за девушек.

- Я не показал тебе еще самого главного.

С этими словами Саша присел и шагнул в лаз между стволами. Через несколько секунд Даша нырнула за ним.

- Для двоих здесь, конечно, тесновато, - произнес он и сел на выступающий из земли толстый корень и пригласил Дашу присоединиться к нему.

Внутрь свет проникал только из входа, но в солнечный день этого было достаточно, чтобы разглядеть все вокруг. Стволы и ветви извивались и сплетались между собой в причудливые узоры, уходящие вверх по спирали, под ногами расстилался ковер из листьев, иголок и шишек. На удивление воздух внутри был теплый и сухой.

- Потрясающе! – восторженно произнесла Даша. – Как давно ты нашел это место?

- Несколько лет назад, - ответил Саша. – Как-то вечером после очередного урока у Казимира я решил немного погулять, привести мысли в порядок. После часа бесцельного блуждания по лесу, я наткнулся на это место. Вокруг него все поросло травой, а здесь внутри была сплошная мокрая глина под ногами. На следующий день я вернулся, прибрал траву, закидал ею глину и применил одну хитрость, чтобы добавить уюта.

- Какую хитрость?

Саша лукаво улыбнулся, наталкивая Дашу на ответ.

- Силу! – догадалась она.

Саша довольно кивнул.

- Я окружил это место жизненной сферой, поэтому здесь всегда тепло и сухо. А еще она подпитывает дерево энергией. Не хочу, чтобы пропало такое прекрасное место.

Даша оглянулась вокруг. Конечно, она понимала, что сфера невидима, но не могла не попробовать ее разглядеть.

- А как долго ты учился делать такие сферы?

- Несколько лет. Точнее не могу сказать.

«Несколько лет?» - Даша вздохнула. Она надеялась, что уже к новому году будет полноценно владеть Силой на уровне Саши, но, видимо, ошибалась. Судя по его словам, обучение предстоит довольно-таки долгое и кропотливое. Постепенно ею начал овладевать страх, что у нее может вообще ничего не получиться. «Интересно, у Казимира были бестолковые ученики? А если были, то что с ними потом произошло? Их с позором выгнали из школы?» - думала Даша.

Ее внутренние терзания прервал глухой удар о землю, прозвучавший снаружи. Сразу после этого в логово заскочила Хвостик. Лисица подошла к Саше и положила голову ему на ногу, прося себя погладить, и добилась своего. Саша запустил пальцы в шерстку на голове, лисица удовлетворенно закрыла глаза и зафырчала.

- Можешь тоже погладить, - предложил Саша.

Даша неуверенно посмотрела на него.

- Не бойся, не укусит.

Даша осторожно протянула руку, но едва коснувшись шерсти Хвостика, резко ее одернула, услышав недовольный вороний гак, раздавшийся откуда-то снаружи.

- Как-нибудь в другой раз, - улыбнулась Даша. – Корвус пока ревнует.

- Он у тебя с характером, - заметил Саша.

- Весь в меня!

Саша посмотрел на девушку. Его взгляд скользнул по ее глазам, затем по губам, на мгновение задержался на них. Засмущавшись, что Даша могла это заметить, он перенаправил глаза на волосы.

- У тебя тут…- начал говорить он и протянул руку к ее лицу.

Даша перестала дышать, но не дойдя пару сантиметров до ее щеки, рука ушла вправо и сняла что-то с волос девушки. На указательном пальце Саши метался маленький паучок, который не понимал, зачем кому-то понадобилось отрывать его от дел. Паутина сама себя не свяжет. Саша поднес палец к торчащей травинке и пересадил на нее паучка. Тому такая смена рабочего места не понравилась, поэтому он сполз вниз и побежал искать новое место для паутины. Даша равнодушно за всем этим наблюдала, что не могло не удивить Сашу.

- Обычно девушки пищат при виде пауков.

Даша дернула плечом.

- Он же не коллектор, чтобы пищать при его виде. Всего лишь маленький паучок. Кто уж и должен бояться, так это он. У него и так стресс по жизни, а тут на его восьми глазах огромное человеческое существо начинает истошно верещать, перепрыгивать с ноги на ногу и замахиваться тапком. Так и до пенсии можно не дожить.

Саша рассмеялся.

- Ты не перестаешь удивлять.

- Это я еще не сильно стараюсь, - кокетливо произнесла Даша. Произнесла и почувствовала, как к щекам прилил жар.

«Да что это со мной?» - одернула она себя. Пытаясь отвести разговор в другую сторону, она спросила:

- Нам не пора выдвигаться к Казимиру? Не хотелось бы опоздать на первое занятие.

- Да, ты права, пора идти.

Они выскользнули из убежища. Даша сразу почувствовала нежные прикосновения ветра. Солнце уже начало уставать от своей изнурительной работы и постепенно клонилось к горизонту, как не очень трудолюбивый клерк неуверенными шажками идущий в сторону выхода за десять минут до окончания рабочего дня. Лес был все так же беспокойно спокоен. Хвостик уже не гонялась за всякой живностью и спокойно шла рядом с Сашей. Корвус, ненадолго показавшись на ветке одинокой березы, сорвался в полет. Даша поняла, что он полетел в сторону дома Казимира. В отличие от Хвостика Корвус был, видимо, слишком свободолюбив и независим. Дашу это немного беспокоило, ведь он мог попасть в беду, и вообще испытывала некую обиду, что он не считает нужным находиться поблизости. С другой стороны, тоже могла его понять, он все-таки птица. Его крылья созданы для полетов, а не для красоты.

- С чего начинает свое обучение Казимир? – поинтересовалась Даша.

Этот вопрос настойчиво бился у нее о черепную коробку с тех пор, как Казимир назначил день занятий. Она все пыталась себе представить, как сидит за неким подобием парты и записывает за Казимиром его лекцию, а потом вдруг ни с того ни с сего начинает применять полученные знания на практике. В некоторых мыслях у нее это получается очень быстро и без всяких затруднений, чем вызывает неимоверный восторг учителя и Саши. В некоторых, красная со взмокшим от старания лбом битый час, а то и день пытается освоить что-то очень простое, с чем справился бы даже ребенок.

- С каждым учеником по-разному, - ответил Саша. – В мой первый день он завалил меня историей. Примерно, как я тебя на второй день после нашей встречи.

- А кто-нибудь, кроме меня, еще будет сегодня присутствовать?

- Нет. Казимир не хочет, чтобы ученики были знакомы между собой.

- Почему?

- Так безопаснее. Казимир считает, что если кого-то из нас схватят, то толком ничего не смогут от него узнать, потому что его знакомства ограничиваются мной и самим Казимиром.

- Но при этом ты знаешь каждого из них, - скорее не спросила, а утвердительно сообщила Дашка.

Саша кивнул головой.

- Не вижу логики.

- Я что-то типа ищейки. Когда Казимир «видит», что появился новый носитель, он посылает меня найти его. Я молодой и шустрый, а старикам вроде него не пристало бегать по городу, хотя должен признать, что у него бы это выходило быстрее.

- А если схватят тебя? Разве в чужие руки не попадет вся информация о нас всех?

- Казимир это предусмотрел, - в голосе Саши послышалась грусть. – Он связал свой разум с моим, и, если вдруг одного из нас схватят, другой просто очистит тому память. Правда это больше будет походить не на степенную уборку, а на огромную волну, которая вынесет из комнаты все вместе с мебелью.

- Это как?

- Такой способ стирает все воспоминания, начиная со дня, когда ты стал носителем.

Даша ойкнула. Она не хотела бы оказаться на месте Саши. Забыть все, что наконец-то вытащило тебя из рутины бытия. Иногда Даша срывалась и в тайне хотела забыть навсегда некоторые дни, моменты, но быстро одергивала себя. Жизнь не такая длинная, чтобы с легкостью из нее можно было удалить и секунду, даже если эта секунда полнейшего отчаяния.

- Но почему ты согласился? – недоумевала Даша.

Сашка горько усмехнулся.

- Мне тогда нечего было терять.

- А сейчас? – Даша задала этот вопрос прежде, чем успела подумать, но слово – не воробей.

Взгляд голубых глаз пронзил Дашку насквозь.

- А сейчас я бы ни за что не согласился.

Во рту пересохло, бешеные толчки сердца заглушали все остальные звуки, казалось, что сердцу стало скучно в грудной клетке и оно решило перебраться прямо в голову. Там, конечно, уже был мозг, но в тесноте, да не в обиде. Даша резко и коротко вздохнула и заставила себя отвести глаза. «Держи себя в руках, тряпка», - говорила она себе. Как и большинство девушек, она была противоречива. С одной стороны, ей хотелось услышать именно эти слова, ведь не даром вопрос сорвался с ее губ быстрее, чем она сообразила. С другой, услышав, то что хотела, сразу спрятала голову в песок, притворяясь, что абсолютно не понимает, о чем идет речь.

- Ты ведь стал носителем в семь, – отвлекаясь от последнего предложения продолжала допрос Даша. – И как много ты успел изучить за эти десять с хвостиком лет?

Саша ненадолго задумался и даже немного замялся. Дашу это удивило, ведь до этого он говорил с ней откровенно и легко, ничего не утаивая. А здесь она почувствовала даже небольшое смущение.

- Эмм, - наконец нашел слова Саша. – Из-за одного случая, который никак не красит меня, я вынужден был на время прервать свое обучение. Так что мой стаж немного меньше, чем ты предположила.