Вкус твоей кожи

— Идём.

Мы вошли внутрь. Серверная встретила нас привычным гулом машин и запахом металла. Но сегодня здесь было на одного человека больше. У стола, рядом с Бернардом, стоял Эрик Сторм. Высокий, широкоплечий, с пепельно-светлыми волосами, спадающими на лоб и ленивым, почти сонным выражением лица. Змея на его шее блеснула в свете мониторов, когда он повернул голову.

— О, Эрик! — Кристиан расплылся в улыбке и первым подошёл к нему, протягивая руку. — Какими судьбами? Мы тебя не видели года два, наверное. Ты стал ещё больше, настоящая машина для убийств. Это вообще возможно?

Эрик крепко пожал ему руку, без слов. Кристиан хохотнул и хлопнул его по плечу, как старого друга. Я подошёл следом.

— Эрик, — я кивнул. — Рад видеть. Что-то серьёзное?

— Бернард расскажет, — ответил он своим низким и спокойным голосом. Как всегда.

Бернард стоял у монитора, скрестив руки на груди. Ему было сорок, но выглядел он старше нас всех, не физически, а как-то... внутренне. Седые виски, уставшие глаза, морщины, которые говорили о годах, проведённых в теневом бизнесе. Но когда он посмотрел на нас, в его взгляде мелькнуло что-то тёплое. Почти отцовское. Он всегда так смотрел на нас с Кристианом. Наверное, потому что знал, что нам этого не хватало.

— Рад, что вы приехали, — сказал он. — У нас серьёзный заказ. Очень серьёзный. Присядьте.

Кристиан откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.

— Ну, что там? Очередной политик с любовницей? Или корпорация, которая хочет убрать конкурента?

Бернард посмотрел на него и в его взгляде не было ни капли привычной теплоты. Только тяжесть и усталость.

— Как бы мне не хотелось брать этот заказ и впутывать вас в такую грязь... А поверьте, я сталкивался с таким дерьмом, что вам и не снилось. Но это... — он сделал паузу, и в комнате повисла тишина, густая, как тягучее железо. — После этого заказа вы, возможно, потеряете всю веру в человечество.

Кристиан перестал улыбаться.

— Бернард, не томи. Что там за трагедия?

Бернард поднял на него глаза полные того самого дерьма, о котором он только что говорил.

— Речь пойдёт торговле детьми. О тех, кто торгует младенцами...

Тишина. Гробовая. Я почувствовал, как желудок пытается вывернуться через горло. Занятное ощущение. Почти интересное.

— Нет, — сказал я, и мой голос прозвучал тихо, но твёрдо. — Нет. Мы не будем в это ввязываться. Ни за какие деньги.

— Поддерживаю, — Кристиан встал. — Бернард, ты серьёзно? Ты хочешь, чтобы хакер, киллер и шут, — он ткнул пальцем в себя, — полезли в это? Кто вообще дал такой заказ? И почему ты его взял?

Бернард молчал. Он посмотрел на меня. И в этом взгляде было что-то, от чего у меня похолодело внутри.

— Я взял этот заказ, — сказал он медленно, — потому что он связан с твоим отцом, Николас.

Я встал. Стул отъехал назад и ударился о стену.

— Это плохая, блядь, шутка, Бернард.

— Над таким не шутят.

— Ты хочешь сказать, что мой отец... — я замолчал, не в силах произнести это вслух. — Он чудовище. Я знаю. Я собираю на него досье годами. Он убивал, подставлял и разрушал жизни. Но не настолько. Не настолько, блядь, Бернард!

— Мы пока этого не знаем, — сказал Бернард спокойно, и это спокойствие бесило меня больше всего. — Именно поэтому я взял этот заказ. Чтобы узнать и иметь против него доказательства. Ты же хочешь уничтожить своего отца, Николас? Вот твой шанс. Но я не могу сделать это без тебя.

Я смотрел на него, а внутри всё кипело, злость смешивалась с отвращением. Я не хотел в это верить. Не хотел даже думать о том, что мой отец может быть связан с таким дерьмом. Но Бернард никогда не врал мне. Он не стал бы говорить такое просто так.

— Мне нужно время, — сказал я.

— У тебя его нет.

— Отъебись, Бернард. — я развернулся и направился к выходу, но Кристиан дёрнулся за мной.

— Торн, подожди! Давай поговорим. Давай...

Бернард остановил его, положив руку на плечо.

— Пусть остынет. Ему нужно побыть одному.

— Но...

— Кристиан. Пусть остынет.

Я не оборачивался, а лишь вылетел пулей из серверной, схватил ключи от машины Кристиана, он оставил их на столе у входа и через минуту уже выезжал на трассу.

— Только не это. Только не это, блядь.

Я ударил ладонью по рулю. Раз. Другой. Из горла вырвался истеричный, даже безумный смех. Я продолжал бить по рулю, пока костяшки не заболели.

Мой отец. Человек, которого я ненавидел всю свою сознательную жизнь. Он не просто убивал, он, возможно, был связан с торговлей детьми. С самым грязным дерьмом, которое только существует на этой земле.

— Блядь! — я снова ударил по рулю. — а-ха-ха-а-ха, АХАХАХАХА!

Смех оборвался так же резко, как начался. В салоне повисла тишина. Я глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Мне нужна была разрядка. Нужно было выпустить пар. Нужно было... что-то. Что угодно, что отвлечёт меня от этих мыслей.

Кэролайн.

Её имя всплыло в голове, как спасательный круг. Я обещал ей позвонить и приятно провести время. Но сейчас мне нужно не это. Сейчас мне нужно кое-что другое.

Вопрос в том, какую роль выбрать? В каком амплуа мне предстать перед ней?

Если я приду как Николас, я не смогу поиграть с ней. Она слишком гордая, слишком закрытая, слишком... правильная. Она будет держать дистанцию, огрызаться и сопротивляться. Хотя последнее, возбуждает сильнее, чем если бы я увидел её обнаженное тело. Боже...

Но если я надену маску...

Но если я приду к ней, как тот, кто уже трогал её в парке, кто уже чувствовал её дрожь под своими пальцами... Тогда я её сломаю. Хоть она и ненавидит меня, но её тело предаёт её каждый раз, когда я рядом. Я могу позабавиться с ней. Могу получить желаемое.

Я усмехнулся и направился в общежитие. Выбор был очевиден.

Глава 9

Зверь в клетке

Я знал, что мне нужна не просто разрядка. Не просто трахнуть кого-то. Мне нужна была Кэролайн... с её медовыми глазами и дерзким языком.

Заехав на свою квартиру. Я в спешке накинул на себя чёрную толстовку, свободные джинсы и белую маску, с этой дурацкой улыбкой.

Я провёл пальцем по пластику и усмехнулся.

— Сегодня ты снова поработаешь.

Устройство для изменения голоса я прикрепил к маске за секунду. Проверил. Батарея полная. Голос будет еще ниже моего, чтобы ни одна тварь не узнала меня, даже если я буду стоять прямо перед ней.

Выключив свет я поехал к «Элизиуму». Машину пришлось арендовать через подставное лицо, BMW Competition, тонированный в ноль, без номеров, которые можно было бы отследить.

Я остановился в тени деревьев, откуда было отлично видно окно её комнаты. В ней горел свет, видимо, она еще не планировала ложиться спать, отлично.

Куря сигарету, я смотрел на этот тёплый жёлтый квадрат на втором этаже и почувствовал, как внутри разгорается что-то тёмное и голодное. Моя маленькая ведьмочка. Сидит там, наверное, читая очередную книгу и даже не подозревает, что за ней наблюдают. Не знает, что я уже пришёл за ней.

Мне нужно было выманить её. Не из комнаты, а из здания, из этой тупой студенческой идиллии, где она чувствует себя в безопасности. Я не мог просто постучать в дверь, у неё есть соседка. И влезть в окно я тоже не мог, слишком рискованно. Но у меня был план.

Я взломал аккаунт Вивьен. Той рыжей девчонки, которая сидела рядом с Кэролайн на паре и восторгалась её готическим стилем. Моя программа быстро подобрала пароль к её учетной записи, он был довольно простой и без какой-либо двухфакторной аутентификации. Я сразу полез шерстить переписку с Кэролайн, проверил, ничего важного, только общие темы о паре, о профессоре и конспектах.

Я написал сообщение от лица Вивьен:

«Кэролайн, пожалуйста, мне срочно нужна твоя помощь! Я уехала с территории кампуса, чтобы забрать документы для завтрашней пары, а такси не едет уже час, улица какая-то темная, я напугана. Можешь приехать? Координаты тут (ссылка). Я одна, очень страшно! Никому больше не могу написать, у меня садится телефон!»

Это было рискованно. Если бы она проявила осторожность, если бы перезвонила Вивьен или написала в другой мессенджер, всё рухнуло бы. Но я рассчитывал на другое. Я рассчитывал на её доброту и отзывчивость, которую я видел в ней, когда она улыбалась этой рыжей на паре. Кэролайн хорошая девочка. Она должна помочь подруге в беде, даже когда это, очевидно, глупая затея.

Я смотрел в окно на втором этаже. Прошло пять минут. Десять. Свет всё горел. Я начинал злиться, а сигареты кончались. Как и моё терпение.

— Ещё минуту и я полезу в это чёртово окно, наплевав на то, что там спит эта блондинка.

А потом свет погас и мои губы растянулись в улыбке. Она клюнула.

Я отправился на место встречи, это была заброшенная парковка у старого склада, в десяти минутах ходьбы от кампуса. Место, где никто не ходит по ночам. Где нет камер и свидетелей. Я поставил машину за углом, заглушил двигатель и затаился в тени кирпичной стены, наблюдая за входом на парковку.

Ждать пришлось недолго. Через пятнадцать минут показалась она. Чёрная объёмная куртка, накинутая на топ и джинсы. На ногах были какие-то странные пушистые тапочки. А в руках телефон, который она держала, как оружие.

Она оглядывалась по сторонам и в каждом её движении читалась тревога. Моя Кэрри уже поняла, что что-то не так... На парковке не было никакой Вивьен. Только мусор, который гнал ветер по асфальту.

Я видел, как она замедлила шаг, как начала оглядываться. А потом она остановилась и резко развернулась, собираясь уходить.

— Вивьен, если это шутка, то очень неудачная!

Я вышел из тени, когда она уже сделала три шага назад. Она не услышала меня, я двигался бесшумно, как чёртов призрак. Моя ладонь закрыла ей рот в тот момент, когда она уже хотела крикнуть, но я прижал её к себе, чувствуя, как её тело напряглось, как она попыталась вырваться, но я был сильнее.

— Здравствуй, ведьмочка, — прошептал я в её ухо и мой изменённый голос прозвучал угрожающе. — Скучала?

Она замычала что-то в мою ладонь, пытаясь вырваться и ударить меня локтем, но я был на голову выше и вдвое тяжелее. А её удары были смешными, почти жалкими.

— Я тоже рад тебя видеть, — сказал я и в голосе звучала насмешка. — Пойдём, поиграем.

Я потащил её к машине. Она сопротивлялась, билась, как птица в клетке, но это было бесполезно. Я открыл заднюю дверь и, не церемонясь, грубо толкнул её внутрь. Она упала на сиденье, попыталась вскочить, но я заблокировал дверь автомобиля.

— Что ты делаешь?! — закричала она, колотя кулаками по стеклу. — Выпусти меня!

Я обошёл машину, открыл дверь и сел на заднее сиденье рядом с ней. Она прижалась к двери и я увидел её глаза, которые блестели от слёз. Но она не плакала. Пока. Она смотрела на меня с ненавистью, которая уже начала превращаться в страх.

— Не кричи, — сказал я спокойно. — Это бесполезно. Двери заблокированы, стёкла тонированы. Вокруг ни единой души. Даже если кто-то и услышит тебя, что они сделают? Вызовут полицию? Я убью любого, кто помешает мне исполнить задуманное. Любого, кто увидит тебя такой... уязвимой. Только я могу смотреть на тебя, ведьмочка...

Она замерла. Её глаза метались по салону, ища выход. Но выхода не было. Она знала это. И я видел, как в ней что-то ломалось.

— Если хочешь насиловать, — сказала она и голос её дрогнул, но в нём всё ещё звучала гордость, — делай это быстрее.

Слеза скатилась по её щеке. Я протянул руку и вытер её большим пальцем. Она вздрогнула от моего прикосновения.

— Ты правда считаешь, что я способен так низко пасть? — Я усмехнулся. — Я хочу тебя безумно, Кэролайн... Хочу чувствовать тебя, слышать твой голос, видеть, как ты таешь. Этого не заслужишь простым насилием.

Она засмеялась горько и истерично.

— А то, что ты делаешь сейчас не насилие? Ты запер меня в машине и держишь силой. Ты хуже насильника.

— Сейчас я покажу тебе отличие.

Я наклонился к ней. Она попыталась оттолкнуть меня, но я взял её руки и прижал к сиденью. Аккуратно. Я хотел почувствовать каждое её движение, каждое биение сердца.

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал я, скользя взглядом по её телу. — Эти джинсы и короткий топ молят о том, чтобы я снял их. Боже... ты даже не представляешь, как я хочу снять их с тебя.

Я провёл рукой по её бедру и она вздрогнула.

— Не трогай меня!

— Тебе ничего не угрожает, Кэролайн. Расслабься и позволь мне позаботиться о тебе.

Я расстегнул пуговицу на её джинсах. Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но я уже перехватил её руки и одним быстрым движением затянул ремень безопасности вокруг её запястий. Он был длинным, я закрепил его на спинке переднего сиденья так, что она оказалась привязанной, не в силах пошевелить руками. Только бёдра могли двигаться.

— Отпусти меня! — закричала она.

— Нет, ты моя. — Ответил я спокойно.

Я медленно стянул с неё джинсы, почти нежно, бережно поглаживая кожу. И увидел её чёрное кружевное бельё от которого у меня перехватило дыхание. Она пыталась сопротивляться, но её движения были беспомощными против меня.

— Блядь, ты идеальна... я готов смотреть на тебя вечно, — выдохнул я, глядя на неё.

— Нет, не трогай меня! — она покачала головой и слёзы потекли по её щекам. — Стой, прошу, у меня никого не было...

Я замер. Это было неожиданно. Я думал, что она кокетничала и её «не тронь меня» всего лишь игра. Но в её глазах был настоящий страх.

— Я не прикоснусь к тебе сегодня так, как ты, возможно, ждёшь, — сказал я тише. — У меня на сегодня другие намерения.

— Я... не понимаю...

— Кэролайн, ты начинаешь меня злить.

Одним движением я снял её нижнее бельё и провёл пальцем по влажным складкам. Она закусила губу, пытаясь сдержать стон.

— Тише... — прошептал я, начиная водить пальцами по её клитору, медленно, круговыми движениями. — Сейчас легче остановиться мне, чем тебе, но я сдержусь, если ты скажешь стоп. Проблема в том... что ты не хочешь, чтобы я сдерживался.

— Убери руки... — выдавила она, но её бёдра сами подались вперёд, навстречу моим пальцам.

— Лгунья, — выдохнул я. — Твоя киска говорит иначе.

Я начал медленно вводить пальцы, чтобы ведьмочка привыкла. Она всхлипнула еле сдерживая стон.

— Открой глаза.

Она не послушалась. Тогда я сжал её клитор большим пальцем, и она вскрикнула, распахивая глаза.

— Так лучше, — прошептал я. — Я хочу видеть твой взгляд.

— Прекрати — прошептала она.

Я наклонился к её уху, касаясь маской её щеки.

— Скажи мне, Кэролайн. Скажи, что тебе это нравится. Что ты хочешь этого. Ты хочешь меня.

— Я... — она застонала, не в силах сдерживать гордыню.

— Да, — прошептал я, чувствуя, как она начинает сжиматься вокруг моих пальцев. — Я слышу тебя. Твои стоны такие сладкие. Ты ведь не хочешь, чтобы я остановился?

— Н... нет... — выдохнула она и её глаза наполнились слезами.

— Посмотри на меня, я хочу видеть, как ты кончаешь для меня.

Я ввёл два пальца и ускорил темп. Её стоны становились громче, её бёдра дрожали, а дыхание сбивалось. Я наблюдал за её падением, и чувствовал себя живым.

— Пожалуйста... — прошептала она.

— Что «пожалуйста»? — я наклонился к её уху. — Скажи это. Скажи, что хочешь кончить.

— Я... — она закусила губу до крови. — Я хочу...

— Чего ты хочешь, Кэролайн?

— Я хочу кончить — прошептала она, и это признание было именно тем, чего я так долго ждал.

Я сильнее надавил на клитор и она кончила с криком, выгибаясь на сиденье, сжимая мои пальцы так сильно, что я чувствовал каждую её пульсацию. Её щёки пылали, дыхание сбилось, а в глазах заплясали искры.

— Какая же ты сладкая, — прошептал я.

Она смотрела на меня, всё ещё дрожащая после оргазма. Её щёки пылали, дыхание было сбитым, а в глазах плескалась смесь страха, стыда и чего-то ещё, что она так отчаянно пыталась отрицать. Её тело было расслаблено, но в каждой мышце чувствовалось напряжение, как у зверька, который замер перед хищником, не зная, что будет дальше.

Я не дал ей прийти в себя. Не дал времени подумать и осознать, что она только что позволила мне довести её до оргазма на заднем сиденье арендованной машины, в глуши, где её никто не услышит.

Рукой, всё ещё влажной от её смазки, я нащупал пуговицу на своих джинсах. Расстегнул ширинку с резким звуком металла и это заставило её вздрогнуть. Она перевела взгляд на мои руки, когда я вытащил член. Я видел, как расширились её глаза, когда она осознала его размер. Длинный, толстый, набухший до предела, с пульсирующей головкой, на которой блестела капля предэякулята.

— Не бойся, — прошептал я и мой изменённый голос прозвучал почти ласково. — Я же обещал тебе, ведьмочка. Я не войду в тебя сегодня. Но это не значит, что я не получу своего.

Я схватил её за щиколотки, такие хрупкие, что, казалось, можно сломать их одним движением. Закинул её ноги себе на плечи. Её бёдра раскрылись и я увидел влажный блеск, оставшийся после моих пальцев. Она снова была мокрой.

— Не смотри, — попросила она отворачиваясь, её голос дрожал.

— Нет, — я наклонился вперёд, прижимая член к её влажной киске. Головка скользнула между складок и она вздрогнула. — Смотри на меня, Кэролайн. Я хочу видеть твои глаза, когда ты почувствуешь меня и поймёшь, что хочешь этого.

Я начал медленно двигаться, наслаждаясь каждым движением. Член скользил между её бёдер, между влажных губ, не проникая внутрь, но достаточно близко, чтобы она чувствовала его жар, его твёрдость, его размер. Он был идеально скользким от её смазки и каждое движение заставляло её бёдра подёргиваться.

— Чувствуешь это, нежная? — прошептал я, ускоряя темп. — Как моя головка трётся о твой клитор, тебе приятно?

Она закусила губу и зажмурилась. Её пальцы судорожно сжались на ремне безопасности, который всё ещё держал её руки и я услышал, как она тихо застонала.

— Я слышу тебя, — прошептал я, чувствуя, как её бёдра начинают неосознанно двигаться в такт моим движениям. — Твоё тело хочет, чтобы я вошёл в тебя. Чтобы я раздвинул твои складки и наполнил собой. Скажи это.

— Не хочу... — прошептала она, но в голосе не было уверенности.

— Лгунья, — я шлёпнул её по внутренней стороне бедра, не сильно, но достаточно ощутимо, чтобы она вскрикнула. — Я чувствую, как ты течёшь. Ты хочешь меня так сильно, что дрожишь.

Я ускорил темп. Член скользил между её бёдер быстрее, грубее, и я чувствовал, как её клитор набухает под моей головкой каждый раз, когда я скользил по ней.

— Ты такая мокрая, — выдохнул я, и в голосе слышалось безумное восхищение. — Блядь, Кэролайн. Ты просто создана для меня. Эта маленькая киска хочет меня, даже когда твой язык говорит «нет».

— Перестань — она закрыла лицо руками, прикрывая своё смущение.

— Перестать? — я засмеялся, и этот смех прозвучал истерично. — Я не могу остановиться, ведьмочка. Ты слишком сладкая. Я бы трахал тебя часами, если бы мог. Я бы входил в тебя снова и снова, пока ты не забудешь, как дышать, пока единственное слово, которое ты сможешь произнести будет моё имя.

— Я не знаю твоего имени, — прошептала она, и в голосе слышалась горечь.

— И не узнаешь, — ответил я, наклоняясь и снова шлёпая её по бедру, на этот раз сильнее. — Я тот, кто может делать с тобой всё, что захочет. И ты знаешь это. Ты позволишь мне всё.

Я чувствовал, как оргазм нарастает внутри меня. Её дыхание, её стоны, её влажное тело, всё это толкало меня в бездну. Я снова шлёпнул её по ягодицам и она вскрикнула, сжимая бёдра.

— Блядь, — выдохнул я, чувствуя, как мышцы живота сокращаются. — Ты даже не представляешь, как я хочу войти в тебя. Но я обещал и я сдержу слово. Я сохраню это для другого раза. Для того раза, когда ты сама попросишь меня трахнуть тебя. Когда встанешь на колени и будешь умолять.

— Я никогда... — начала она, но я перебил её.

— Будешь, — я кончил, и горячая струя ударила ей на живот, оставляя белую, густую дорожку от груди до пупка. Она вздрогнула, прикрывая глаза, а я наблюдал за ней, за тем, как её тело реагирует на мою сперму.

Я вытер её живот салфеткой, которую заранее положил на заднее сиденье. Медленно, заботливо, как будто делал это сотни раз. Потом вытер себя, убрал член и застегнул джинсы.

Я притянул её к себе, укладывая на грудь. Её тело всё ещё дрожало и я чувствовал, как быстро стучит её сердце. Я обнял её, прижимая к себе и она не сопротивлялась, просто лежала, как тряпичная кукла, опустошённая и разбитая.

— Ты моя, — прошептал я в её волосы. — Теперь ты чувствуешь это каждой клеткой своего тела. И когда ты вернёшься в свою комнату, когда ляжешь в кровать, ты будешь думать обо мне. Ты будешь вспоминать, как мои пальцы были внутри тебя. Как я трахал тебя между бёдер. Как я кончил на твой живот. Ты будешь хотеть этого снова. Даже если будешь ненавидеть меня.

Я держал её в объятиях, чувствуя её пульс и тепло. И внутри меня разгоралась тёмная, голодная радость, я сломал её чуть-чуть. Но этого было недостаточно. Я хотел больше. Хотел увидеть её на коленях. И услышать, как она умоляет меня войти в неё. Хотел сломать её окончательно.

Но для этого нужно было время. И я был готов ждать.

Глава 10

Аддиктированная

У меня затекли руки. Я всё ещё была связана ремнём безопасности и мои запястья горели от напряжения. Мысли путались, как клубок ниток, который разорвали и бросили на пол.

«Что только что произошло?»

Я лежала на заднем сиденье чужой машины, мои джинсы были расстёгнуты, а на животе всё ещё оставалось влажное пятно, которое он вытер салфеткой. Заботливо с его стороны. И почти нежно... Как будто я была для него кем-то важным, что он так заботился обо мне.

«Нет, Кэролайн. Очнись. Этот парень в маске похитил тебя. Он написал тебе от имени Вивьен, выманил из безопасного места, запер в машине. А потом лапал тебя. Он заставил тебя кончить, трахая твои бёдра и размазал сперму по твоему животу. Это насилие и преступление. Ты должна ненавидеть его.»

Но почему в груди разрасталось что-то тёплое, когда он прижимал меня к себе? Почему я не хотела, чтобы он останавливался? Почему я позволила ему утешать меня?

Я закрыла глаза, пытаясь прогнать эти мысли. Мне нужно было найти выход. Придумать план. Вдруг он вернётся и...

Дверь машины открылась.

Я вздрогнула, вжимаясь в сиденье. Он стоял на улице, его точёная фигура чётко вырисовывалась на фоне тусклого уличного фонаря. Белая маска с улыбающейся гримасой смотрела на меня, и я не видела его глаз, но чувствовала их тяжесть.

— Сейчас будь послушной девочкой, Кэролайн, — сказал он, и его изменённый голос прозвучал серьёзно. — Не делай резких движений. Я медленно развяжу твои руки и мы поговорим.

Я посмотрела на него. Мои руки дрожали, а губы сами собой сложились в усмешку, ту самую, которую я использовала, когда хотела казаться сильнее, чем была на самом деле.

— Я не хочу разговаривать с насильниками, — сказала я, мой голос прозвучал холодно, хотя внутри всё дрожало.

Он замер. А потом его голос стал твёрже, в нём появились стальные нотки.

— Не говори со мной в таком тоне, Кэролайн. Иначе я и правда сделаю с тобой то, о чем ты говоришь. Ты этого хочешь?

Я сглотнула. Мой язык прилип к нёбу.

— Нет, — прошептала я.

— Умница, — сказал он, и в голосе снова появилась та ласковая, почти нежная интонация. — Я же говорил, я не хочу причинять тебе боль. Только если ты сама этого не попросишь.

Он медленно, аккуратно развязал ремень безопасности. Мои руки упали на колени и я почувствовала, как кровь снова начинает циркулировать по венам, вызывая неприятное покалывание. Я потёрла запястья, а он наблюдал за этим движением.

— Садись ко мне, — сказал он, протягивая руку.

Я должна была отказаться. Должна была выскочить из машины и бежать. Но вместо этого я послушно перебралась к нему на колени, и его руки обвились вокруг моей талии, притягивая ближе. Я чувствовала тепло его тела через ткань толстовки, слышала его ровное дыхание, как будто ничего не случилось. Как будто это было нормально, сидеть на коленях у похитителя в маске.

Он обнимал меня и я чувствовала себя в безопасности. Это было безумие. Полное, абсолютное безумие.

Я медленно подняла руку к его лицу, коснувшись пальцами края маски. Он не остановил меня сразу. Мои пальцы скользнули под пластик и я уже почти приподняла его, когда его руки сжали мои запястья.

— Нет-нет-нет, милая, — прошептал он, в голосе послышалась усмешка. — Мы же не хотим прервать нашу игру, правда?

Его пальцы сжались вокруг моих запястий с такой силой, что я почувствовала, как кости трутся друг о друга. Он не причинял мне боли, но давал понять, что я не должна переступать эту грань.