Восхождение дракона

В Гаяне же учили, что каждый из странников - извращенные попытки создания людей. Неудавшийся эксперимент, который был выброшен в пустыню для того, чтобы уничтожить ее создателя. Где правда, а где ложь давно уж позабыли. Или не хотели знать? Хадзар придерживался своей теории - каждый из них опасен и должен погибнуть. На этом все.

- Нам пора возвращаться... Не хочу смотреть, как эти твари уползают в свои норы с первым рассветным лучами- Не смотря на ворона, он развернулся и пошел к спуску. Оставив алури стоять одного, позволив провожать взглядом.

***

Южный порт находился от Аян в двух днях пути верхом, но на дрейках это заняло бы в два раза меньше времени. Команда разделилась на две. Первыми отправились Хадзар и Энгу. Небольшой разведывательный отряд. Они пойдут вперед по нескольким причинам - враг может поджидать их у берега и расправиться со всеми разом. И наги слишком тяжелые даже для такого выносливого создания, как дрейк. Драконоящер - гордое и сильное творение, но четырехметрового гада он не сможет удержать на себе. Тащить, да, а вот везти - нет. Архар – дрейк цвета темного дерева. Вибхум выторговал его у одного трактирщика, прилично набравшись тогда. Выдали как обычное яйцо. Он хотел сварить его, но от тепла из него вылупилось прожорливое маленькое создание, быстро вымахавшее в двухметрового ящера. Энгу отказался от пешего передвижения, взмывая гордо в небо. Мощное тело дрейка неслось вперед как голодная гиена за убегающей антилопой. Вцепившись в отростки на загривке, Хадзар уверенно держался в седле, одной рукой держась за Архара, а другой придерживая Драконью Челюсть. Выше, в небе, над ним летел ворон, отбрасывая черную, как и он сам тень подле ящера. Остальные должны были прибыть через несколько дней после них.

- Ты боишься, брат? - Как только стены Аян скрылись за горизонтом, ворон позволил себе заговорить, снижаясь при этом так, чтобы лететь почти что в притык над землей.

- С чего ты взял?

- Твоя рука... Ты не выпускаешь из рук меч с того момента, как был сделан первый шаг. - Энгу усмехнулся на недовольное рычание соратника. Хадзару его замечание пришлось не по духу.

- Пустыня на твоей стороне. Тебе нечего бояться как в ее владениях, так и за их пределами. - Поняв, что от хмурого война он не добьется продолжение разговора - отступил. Набирая высоту, алури сказал напоследок. - Мать никогда не оставит своих детей.

К чему это было сказано, ящер узнает только потом, а сейчас он, хмурый напряженный и хранящий молчание до самой ночи сильнее сжимает ногами бока дрейка, давая ему команду бежать быстрее. И как птица еще не выбилась из сил? Полет отнимает много сил, а он летит так легко и плавно. Словно пёрышко само подгоняется ветром.

Солнце начинало плавно уплывать им за спину, заливая землю алым светом - вечерело. До конца родных земель оставалось полдня. Поэтому свой ночлег они организовали на открытой местности, растянув небольшой шатер в пустыне. Уставший ворон уснул первым, расположившись на вкопанной в землю жерди, но Вибхум знал, что тот не спит, внимательно вслушиваясь во все вокруг. Удивительная способность, когда ты вроде и спишь, а на самом деле еще пребываешь в сознании. Словно медитируешь. А вот ящеру не спалось. Противоречивые мысли путались в голове одного из командиров стражи. Глаз болел, видел плохо, повязка сбилась и более не прикрывала свежей раны, позволяя песку засыпаться в нее. Но он не мог шевельнуться, чтобы стряхнуть или хотя бы промыть его. Издавая тихие хрипы, он метался по песку, сбив под собой покрывало. Грудь разрывало изнутри, голова звенела, разрываемая потоком мыслей и голосами. Ему шло ведение.

То был родной Аян, его жители, очень много горожан: дети, взрослые, старики. Они стояли в округе большой арены. Круг равных? Вместе с видением пришла и ужасная боль, словно внутри него сотни раскаленных клинков. После - облегчение и спокойствие. То была битва? Он убил кого-то? Хадзар не понимал, находясь в своем теле как чужой. Но лица людей он запомнил. Вернее сказать, выражения, с которым они на него смотрели. Радость, счастье, мольба, уважение, страх... Пройдясь взглядом по каждому, он остановился на смуглой женщине с убранными в золотистый лоскут волосами. Лицо ее было прикрыто, искрящимся платком. Он не видел ее тела, не видел ясно очертаний лица, но пронзительно черный взгляд с платиновым блеском пленял война. Он застыл на месте, не смея ни подойти, не отступить. И не нужно было. Она сделала плавный шаг вперед, приближаясь к нему. Мир вокруг начинал смазываться, исчезать один образ за другим. Под ногами чувствовалась уже не твердь арены, а песок, прохладный песок и свежий ветер.

- Кто ты? - Сил в ослабшем за мгновение теле хватало только на сиплый шепот. Ноги подкосились, колени тяжело опустились на землю. Вернулась та самая боль в глазу, которую он испытывал в тот момент, когда когтистая рука императора безжалостно прошлась по его лицу. Ответа не последовал, только по ее глазам было видно, что та улыбается. Женщина сделала несколько шагов вперед, плавно приближаясь к нему.

- Ты знаешь, кто я - Женщина присела рядом с ним на колени, ласково касаясь раны рукой, проводя украшенными золотыми кольцами пальцами. - Выпей.

- В руках ее была чаша с водой, на поверхности которой плавали пара золотых лепестков, излучая солнечное сияние. Ящер не смел ослушаться, медленно выпивая предложенную ему воду. На вкус она была сладка как мед и горька как полынь одновременно. Тепло в миг наполнило его изнутри, согревая каждую часть его тела. Он почувствовал свет и тепло пустынной розы внутри каждой своей клеточки тела.

- Я впервые вижу вас, госпожа. - Он вздрогнул, почувствовав прохладное, нежное прикосновение к своей ране. Улыбаясь глазами, она ласково погладила его по щеке.

- Увидимся еще с тобой. - Подобно миражу, она начала растворять в воздухе. Последнее, за что зацепился его взгляд перед тем, как вернуться в свой мир - брошь в виде золотой розы на ее платке.

Глава 6 Порт

Хадзар проснулся в одно мгновение, широко раскрыв глаза. Звезды - первое, что предстало перед его взором. Все ощущалось в тот момент по-другому. Он чувствовал присутствие некой силы, заходящей по силе грань дозволенного. В сознании всплыл образ женщины, посетившей его ночью. Приснилось ли? Что она имела в виду, говоря, что он знает, кто она. Как же он устал... Так он и думал бы раньше, если бы не чувствовал того, что боли в его глазу боле нет. Осторожно дотронувшись рукой до места, где еще недавно песчинки забивали его сосуды, Хадзар вздрогнул, отдергивая руку, а после снова прикладывая ее, только уже более уверенно. Раны словно и не было, только чуть стертая кожа осталась на месте. Не было боли, он снова ясно видел мир. Какой бы чудесной не была медицина в пустыне, но просто взять и вылечить такие раны за одну ночь может только одно растение. Настолько редкое, что может его и в помине нет.

Энгу все еще спал, положив мощный клюв на нахохлившуюся грудь. Одно крыло его раскрылось, загребая песок с земли, второе же было плотно прижато к боку. Ворон спал. И ящеру тоже следовало бы, но заснуть больше он не мог, еще чувствуя заботливое прикосновение и сладость на губах. Это был не сон. Коснувшись раны, он вздрогнул. Не было и намека на то, что здесь была рваная рана.

Уснуть ему не удалось до самого рассвета, как бы он не старался. Когда алури проснулся, то Хадзар уже ждал его с собранным шатром и запряженным Архаром, пресной лепешкой и вяленым мясом.

- Утро доброе. Ты хорошо выглядишь. - Таково было утреннее воронье приветствие, прежде чем он взлетел, подхватив пищу в клюв. Вибхум только вздохнул. Не успел проснуться, а уже закрывает собой все небо, отбрасывая длинную тень.

Оставшийся путь он провел в раздумьях о незнакомке, пришедшей к нему видением. Ее образ был ему не знаком, исключая взгляда. Холодный и одновременно теплый, родной. Словно они когда-то были хорошими друзьями, но потом в силу обстоятельств были разделены на долгие годы. И повстречались спустя много лет, потрепанные жизнью, изменённые ею до неузнаваемости.

- Ты какой-то задумчивый, плохой сон приснился? - Из раздумий его вывел голос ворона, снова сующего свой клюв в его дела.

- Мне уже давно не снятся сны, так что не переживай, все со мной хорошо. Я крепко сплю. - Он отмахнулся, подбавляя ход. Почва под ними уже не была такой рыхлой, как раньше. Они с каждым часом приближались к порту Аш-атау, самого южного порта на материке. Когда-то он был и самым крупным из торговых, но теперь там стоят только корабли Гаяны, а раньше приплывали купеческие баржи. Хадзар помнит, как еще маленьким оруженосцем, он охранял обоз одного купца, подарившему ему несколько каштанов за хорошую службу поверх оплаты. Осталась ли та величественная пристань из белого камня, рыбаки на берегу и сотни шатров? Сотни ароматов заморских фруктов, причудливые лавки зельеваров и ювелиров из Шельганара? Скорее всего нет, но воспоминание из детства больно резануло по сердцу. Он впервые тогда увидел столько воды. Настолько был большим его детский восторг, что он едва ли не сразу же ринулся скорее к ней, чтобы напиться, а потом обижался на смешки старших. Вода же была соленой, а он выпил несколько добрых глотков, прежде чем понять это. Коварные воды. Манящая прохладная влага, убившая стольких обезумевших от жажды людей. Но и соленые воды таили в себе множество прекрасных вещей, скрывали подводной королевство, не выходящее на связь ни с одним. Наоборот, морской народ был настроен даже агрессивно, топя корабли неугодных и заманивая рыбаков в свои смертельные объятия. Вода опасна и прекрасна одновременно, поэтому Хадзар предпочел остаться на суше и дрейфовать по пустыне, чем плавать вместе с тем купцом в роли его охранника. А может и стоило тогда согласиться, уплыть на большом корабле с белоснежными парусами?

Предатель и перебежчик - вот кем он тогда бы был. Но может, был бы счастлив, служа благородному дому, а не лишенному рассудка змею? От мыслей начинала болеть голова. Надо было отбросить их и сосредоточиться на главном - своей миссии. Пробраться в Вану, выведать тайные знания, подорвать спокойствие архипелага изнутри. Идея безумная и абсурдная, но приказ есть приказ. Пока Эсман пробирается все глубже на запад, его приближенные будут вести свои дела на востоке. Но опасно было забывать про север. Шельганар - город кузня. Город великанов и ледяных монстров. Оборотни, тролли, северные саян - люди. Элементали стужи и зубастые рыбы, размеров со странников. Красота и мощь севера пугали и одновременно манили. Они не начнут битву первыми, попытаются ее избежать, но в случае чего - объединят силы с Силуром... Все же люди с запада им ближе.

- Война поглотит мир... - Прошептал ящер, прикрывая глаза. Если та битва и случится, то она будет последней, которая пройдет по земле.

Это не укрылось от чуткого птичьего слуха.

Время шло они, не останавливаясь на отдых, продолжали свой путь. Вскоре перед ними началась степь. Но это все еще земли альянса. Пустыня закончилась, вот она - Вольная степь. За ее пределами - порт. Как только начали появляться первые заросли ковыля, Хадзар остановил дрейка.

- Отправляйся-ка домой. - Спешившись, он снял ношу с пустынного обитателя, указывая обратно. Он послушался, возвращаясь обратно в пустыню. Напоследок боднул массивной головой в бок нашем - попрощался. Хадзар выдохнул, закидывая ношу себе на плечо. С собой он взял только самое необходимое. Он не собирался задерживаться на островах надолго. Быстро выполнить свою миссию и вернуться в Аян героем. Но героем для кого? Земля тут влажная - босым ногам непривычно...Как давно шел дождь?

- Непривычно, да? - Энгу уже не парил над степью, сойдя на землю.

- А ты у нас всевидящий, я посмотрю - Фыркнув, Вибхум решительно направился вперед. Была видна вода - пролив между островами и материком. Ворон ничего ему не ответил, следуя за ним.

Порт сильно не изменился с последнего визита ящера сюда. Белоснежная мостовая, пена от разбитых волн и обилие людей, причаливающих или же наоборот, покидающие эти земли. Соленый морской ветер навеял ностальгию. Хадзар расстегнул ремешок, на котором покоился его меч, вогнал оружие меж камней.

- Ты решил загубить столь чудесный клинок? - Энгу посмотрел на ящера, как на умалишённого. Нет, меч у него крепкий - недаром носит свое имя, но все же так с ним обращаться... Любой кузнец бы дал по голове нерадивому мечнику. Энгу только подошёл к стоящему у самой воды ящеру, как сразу же и отпрыгнул, хаотично взмахивая перьями. Сотни брызг воды окатили его, мгновенно впитываясь в темные перья.

- Что ты делаешь?! - Возмущенный Энгу принялся очищать от воды клювом каждое перо. От воды они станут тяжелее, он не сможет взлететь, а сохнуть они будут ой как долго.

- Залезай в воду, глупая птица. - Вибхум залился басистым смехом, окатывая опешившего ворона новой соленой волной.

- Когда мы с тобой еще сможем вот так вот беззаботно поплескаться в воде? Иль ты за перышки свои чудесные так печешься - Недовольный взгляд черных глаз нисколько не пристыдил его. Наоборот. Хадзару стало еще веселее от этого.

- На обратном пути? Разве нет? Предпочту воздушный океан. - Выругавшись, уже более не невозмутимая птица отошла подальше, расправляя крылья. Желания оставаться с ящером у него не осталось никакого, а вот прогуляться по лавочкам - святое дело. Может, найдет что-нибудь интересное для себя.

В порту всегда кипела жизнь. Несмотря на то, что между Гаяной и Силуром назревала война, торговцев из-за моря здесь всегда хватало. Предлагали изысканные красные вина, хлопковые цветастые ткани, рыбу, искусные украшения... От криков зазывал у него начинала пухнуть голова. Но он продолжал ходить, осматривать прилавки, ища того самого, что привез что-нибудь полезное. Энгу искал очень редкий и ходовой товар, за который торгаш может назначать любую цену - он всегда будет на расхват.

- Может вам, сударь, подсказать чего? - Ворона окликнули с небольшой мобильной кузницы. За небольшой срок тут могли сковать кинжал или ножичек, подковать кобылу. Так же уже были и готовые изделия.

- Как я вижу, ваши “коготки” уже изрядно исцарапались. Борг, к вашим услугам.

- Исцарапались? - Энгу осмотрел свои ноги, четыре коготка, на которые он нацепил по такому же железному. Возможно, у западного кузнеца найдет то, что ворон ищет тут.

- Соглашусь с вами. Подточите? У меня был долгий путь...- Зайдя в шатер, он положил лапу на наковальню. Кузнец улыбнулся, доставая напильник и бутылек с прозрачной жидкостью, замасленный клочок ткани.

- Куда путь держите? Посещали пустыню? Так там делать нечего. Змеиный царь не пускает никого. Дескать, боится пустить чужака себе на порог. Эх, рассказывал мне отец о величии пустынного царства. Жаль, что теперь это лишь слова. Хотелось бы мне побывать хоть раз в Аян. Говорят, неписанной красоты город это. - Подхватив его за один из когтей, человек осторожно расстегнул крепление, снимая увесистую накладку.

- А вы сами с запада? Как интересно? Из Силура прибыли, мастер ковальных дел? - Изобразив удивление, ворон начал слушать его внимательнее. Вот как по ту сторону пущи говорят о Гане...

- Не с самого королевства. Я подле него вырос. Деревенька есть на севере у гор. Там умельцев своих хватает. А в столице сейчас неспокойно. Но вам, ворон, наверное, не интересные человеческие интриги - Выделив его происхождение, человек махнул рукой. В какой-то степени он был и прав. Алури живут особняком, как и морской народ. Вольная птица вольна лететь туда, куда ей вздумается. Очень часто их поэтому и нанимают как послов. Все равно дом каждого, его родина - бескрайнее небо. Но порой и оно наскучивает. Теплые ветра донесли его крылья до Аян, где он и обосновался. Но говорить этого, само собой не будет.

- Отчего же. Я переживаю за судьбу всего живого в этом мире. Говорят, что братья власть поделить все не могут. Вы сами как думаете. Орон заберет трон или его брат Аврам? - Сделав обеспокоенный вид, он впился в чистящего металл кузнеца. Тот поднапрягся. Обсуждать такие вещи, да еще и с незнакомцем. А если услышат и доложат? Ох, не сносить ему головы тогда. Птица поспешила исправить ситуацию.

- Просто моя родня свила гнездо в Араней. А вы сами знаете, что Орон за сохранение ее как нейтральной территории. Понимаете, сколько крови прольет Аврам, если пойдет с войной на землю, защищавшую себя столько веков... Я волнуюсь за них и хочу быть спокоен. Сами же понимаете, что больше шансов получить власть у того, за кем стоит народ.

- А вы весьма осведомлены в политике. Да, Орон пользуется большим доверием и поддержкой. Но он много времени проводит в морских скитаниях. Поговаривают, что жениться хочет. Да еще и на красавице заморской. - Мечтательно улыбнувшись, он повнимательнее осмотрел чистый коготь, прежде чем заточить.

- Интересная у вас вещица... Не скажешь, что вы хотели ими прикрыть свои. Хоть сейчас в бой с медведем с ними... Интересный вы алури - Нахмурившись, Борг провел пальцем по изящной гравировке с изображением морского дракона. Работа мастера, видно сразу. И откуда у путешественника такая находка? Даже цену приметной вещице кузнец боялся назвать.

- Я как-то пролетал Вану. Купил себе, блестели так красиво, что просто не смог удержаться. Моя тетка, к слову, сорока. - Сделав вид, что не понимает всей ценности, он расправил крылья в примирительном жесте, не отводя взгляда он кузнеца. Тот стал настороженнее, но все еще был достаточно разговорчив.

- Я бы отдал свой голос за Орона... Он более печется о сохранности своего королевства, чем о его расширении. Ныне с севера злой ветер дует. Руда подорожала, так что хороший меч теперь - небывалая роскошь.