Восхождение дракона

Beliana

Восхождение дракона

Глава

Предисловие

Начало большой истории, начало нового правления и новой летописи для пустынного Альянса Гаяны, во главе Аян – змеиного города. Предстоящие душевные терзания, конфликт взглядов и преодоления себя – испытания для нашего героя. Ему придется отринуть все, скинуть с себя оковы ранее данной клятвы для того, чтобы вершить мир, правосудие. Ему предстоит понять самого себя, свое происхождение и принять бренный венец, возложенный на голову самой пустыней.

На севере назревает опасность, на западе два претендента на престол не могу поделить его между собой. И только лишь в Восточном архипелаге Ване все течет в мире и согласии, но холода с севера добрались и до нее. Мир Нэр-Арве в большой беде. И чтобы спасти замерзающий материк им всем придется объединиться. Прекратить вражду и назревающую войну. Для этого и родился наш главный герой – Вибхум Хадзар, берущий в свои руки судьбу Альянса, занимающий одно из первых мест в судьбе этого мира.

Начало большой истории, начало нового правления и новой летописи для пустынного Альянса Гаяны, во главе Аян – змеиного города. Предстоящие душевные терзания, конфликт взглядов и преодоления себя – испытания для нашего героя. Ему придется отринуть все, скинуть с себя оковы ранее данной клятвы для того, чтобы вершить мир, правосудие. Ему предстоит понять самого себя, свое происхождение и принять бренный венец, возложенный на голову самой пустыней.

На севере назревает опасность, на западе два претендента на престол не могу поделить его между собой. И только лишь в Восточном архипелаге Ване все течет в мире и согласии, но холода с севера добрались и до нее. Мир Нэр-Арве в большой беде. И чтобы спасти замерзающий материк им всем придется объединиться. Прекратить вражду и назревающую войну. Для этого и родился наш главный герой – Вибхум Хадзар, берущий в свои руки судьбу Альянса, занимающий одно из первых мест в судьбе этого мира.

Глава 2 Странники пустыни

Ночь — это особое время в Нарванне. На севере небо становится темнее самого черного угля из недр шахт. На западе она вступает в свои права полностью, а на востоке отливает лиловым по кромке воды. На юге она являет собой само опасное время. Отчего же? Из глубин песков неспеша выходит зло, появившееся тут настолько давно, что некому о нем и поведать. Странники пустыни - великая опасность и одновременно с тем спасение. Они забирают жизнь каждого у себя на пути, вводят в ступор одним лишь взглядом. Не было и не будет того, кто выживет при встрече с ними. Порой встреча с одним из них была самым желанным – умирать в холодном песке от жажды было и есть куда страшнее.

Темно-охровая россыпь песка, небо цвета переспевшей сливы. Звезды на нем мерцают в такт сердцу, мерно качающему прохладную кровь.

Костер греет, но ящер все равно редко подрагивает от холода. Ночи в пустыне такие же холодные, как и на крайнем севере теплые дни. В этой части пустыни, если двигаться до самого конца на север, миновав дикую степь, будет проходить граница с Шельганаром - северным королевством, спрятавшимся глубоко в скалах. Таежные зимы, ледяные водопады и снежные пустыни по ту сторону гор. От одной мысли о зимнем крае ящер нервно поеживается.

Орк спал, храпя в две широкие ноздри, изредка издавая рыки из своей груди. Совсем безобиден. И не поверишь, что пришел он с той самой степи, где власть держат орочьи племена, да сброд, не нашедший себе места в родном доме. Внушительная масса спасала маломальский его от холода. В отличие от его командира. Янтарный взгляд обращен в небо. Путник пребывал в глубоких размышлениях. Неспокойно ему было на душе - не спалось.

- Что же мне теперь делать... - Когтистая рука зарывается в песок, ища поддержки у пустыни. - Айсех Шор-Шорхоре... - Уносится с ветром пустынный язык. Выслушает ли она его? Того, кто принял сторону тирана, встал на защиту трона, а не тех, кто нуждался в нем. Столько поселений и городов и все без воды и пищи. Сколько из них умрут этой ночью? Скольких выкосит жажда? Согнет голод? Кто в последний раз в жизни вздрогнет от холода и выдохнет последний воздух из легких? Чей меч украсит покои императора? Хадзар не знал точно, но понимал, что отсчет уже начался. Воин силен, но змей сильнее его. Он знает. Хадзар видел, как в Круге Равных Эсман выворачивал тела всех, кто осмелился бросить ему вызов. Реки крови текли по улицам каждый раз, когда пара клинков скрещивались в паре искр. Битва на арене, именуемая. Кругом Равных - один из путей разрешения конфликтов и вопросов, которые миром разрешить не позволялось никоимим образом. Или же суд вынес несправедливый приговор. Бой один, соперников двое. Многие пользовались возможностью битвы, пытались силой выдрать власть у деспота. Но ни один не смог одержать победы. Было у змея преимущество над соперниками. И это не боевой опыт, сила и способность сжимать людей до хруста костей своим телом. Большая часть нагов не переняли ядовитых желез, не выделяют яд с потом, но и не мало тех, чьей капли слюны достаточно, чтобы убить нескольких людей за мгновение. Опасная сила, требующая ответственности от ее обладателя. Эсмана нельзя было назвать безответственным, но, видимо, он не понимал полностью того, чем был наделен с рождения. Хадзар видел, как корчатся от агонии отравленные змеиным ядом, как капилляры набухают, лопаются внутри еще живого падшего война…

Когда-то Хадзар хотел быть во главе не только Аян, но и всего альянса Гаяна, когда еще был юным рекрутом и чистил мечи и топоры своих наставников. Но хватило бы сил Хадзару принести мир и спокойствие в родные земли? Он задумывался об этом не один раз и не один раз отдергивал себя. Что он может? Что он знает? Его с рождения растили в казарме – преданным своему господину. Даже мысль о том, чтобы навредить ему уже сулила тяжкое наказание… Всего лишь мальчишка с улицы, подобранный безымянным стражем. Или может быть не всего лишь мальчишка? Теперь то...

Истошный крик прервал ход его мыслей, а сердце сделало на один удар больше. В миг костер был погашен песком одним взмахом хвоста. Еще теплое полено откатилось к орку, прижигая его оголенный бок. Тот проснулся моментально, собираясь закричать от неожиданной боли, но сильный удар лапой по морде заставил его замолчать. Хадзар беспокойно всматривался в ночной горизонт, одной рукой закрывая рот орку, а другой держась за рукоять Челюсти. Он был готов к бою, хоть и знал, что ему не выиграть. Это не обезумевший гад. Вопли в ночи - дурной знак.

- Слейся с песком и не дай им понять, что ты жив. - Хадзар говорил очень тихо, наклонившись к самому уху орка, забывшего, каково дышать полной грудью. Генерал видел хорошо в темноте, мог разглядеть каждого по исходящему от него теплу и белая пелена, наступательными движениями ползущая к ним, холодила и без того холодную кровь.

— Это они? - почувствовав свободу, Рог перевернулся со спины на живот, вжимаясь в песок. Он был наслышан о странниках пустыни - скоплениям сгустков тьмы вперемешку с отчаяньем первых людей в Нарванне. Безобразная химера, принявшая форму многоножки с человеческими руками, рыскала в пустыне, ища тепло всяк живого. Внутри нее - холод, мрак и страх. Безумие правит странником, тьма ведет его. Она не представляла опасности для Хадзара, слившегося с окружением, а вот закапывающийся в песок орк уже был ею обнаружен. Теплокровный терял тепло по мере погружения в песок, но к великой беде он был обнаружен. Тяжелые хрипы и вскрики становились все более слышимыми.

- Проклятье! Заметил-таки, гаденыш! - Злость и ужас наполнили пустынного жителя.

- Нас теперь сожрут? - Раздавалось по песку. Холодно. Днем он сжигал его ступни, благо, плотная шкура защищала. А теперь песчинки льдинками врезаются, в него. Ящер не отвечал. Пугать и так перепуганного, погруженного в ночь друга он не хотел. Надо было думать и думать быстро. Слепые и глухие, эти твари отлично находили тепло. Они искали его, но при этом погибали на свету. Не один из них не покажет свое обезображенное лицо днем. Солнце губительно для них.

- Почему так рано... - Пустыня освещается звездами около часа, а странники появлялись в середине или же ближе к рассвету, собирая себя по кусочкам. - Тьма ли сгущается? Или песок залит черной кровью?

- Рог, ничего не бойся…

В ответ ему было тихое мычание.

Хадзар и сам был напуган не меньше, хотя и видел их далеко не в первый раз.

Недалеко от костра лежал кремень, там же и полено. Действовать надо быстро.

- Что творить ты? - Через несколько мгновений лик ящера озарил горящий обрубок. Смерти, казалось, было не миновать. Орк лишь сильнее старался закопаться. Нет, он не трус. Но есть силы, которые стоит опасаться. Умереть вот так... Позор. Это даже не бой, а просто вздор!

- Жди меня. – Оскалившись, он на подкашивающихся ногах направился к приближающейся к ним сороконожке. Как одержимый, странник следовал за ним, чувствуя тепло в руках ящера. Сожрать, уничтожить, поглотить, разорвать. Разрезающие тьму пламя и вопли заполнили округу. Маленький огонек и преследующая его тьма. Сердце Хадзара отбивало тот же ритм, с каким конь несется по степи, разгоняя кровь.

- Ну давай... Бери же, если так хочешь - Пару раз он даже усмехнулся. Безумец, отводит от нацеленную на них тварь подальше. Той тоже весело, иначе она бы просто схватила его. Или не хочет? Не может? Волю Шорхоры теперь не понять, как и до конца природу скалящейся перед ним пасти. Даже если это и конец для него, то хотя бы одну жизнь он спасет. Не сможет вытащить Гаяну, так хотя бы одного глупого орка. Они ведь за проведенное вместе в походах стали товарищами. А среди песчаных дюн это никогда не было пустыми словами...

Справа от него склон. Один бросок, и огонь колесом катится вниз, не тушимый песком. Хадзару на мгновение показалось, что с каждым оборотом он только разгорается, уводя порождение тьмы за собой. Он остался жив, тварь полностью переключилась на пламя. То потухло, но путников найти ей уже не представлялось возможным. Этой ночью они выжили, продолжив на утро свой поход.

***

Было тихо этой ночью. Единственное, что создавало белый, уже родной шум - ползающие вдоль стены наги. Патрулировать стены, очень опасная работа, соглашался на которую далеко не каждый. Только вот платили хорошо.

На стене стоял, опершись о костяной посох с кварцем на вершине, пожилой мужчина. Седая борода его была разбросана по широкой худой груди. Из одежды кожаные тапки, больше походившие на сандали и темная роба. Редкие темные с заметной проседью волосы были убраны в косу. От него веяло почтенной старостью, оливковым маслом и сухими страницами. Только глаза его, такие же проницательно черные, как и в молодости, живо смотрели на пустыню.

Его звали Оксэм, Оксэм Эль-Шари. Он уже давно стоит тут, с самого захода солнца, и наблюдает. Печально смотрит, как на горизонте белая тень ползет, выискивая заплутавших в песках. Заведуя городской библиотекой, он не один раз натыкался на записи тех, кому удалось остаться в живых после встречи со странниками, огромными скорпионами и песчаными пауками, населявшими пустыню на ее поверхности и в недрах. Он не может не выйти на стену каждую ночь, не в силах не взглянуть на простирающиеся на много километров вперед барханы. Сколько книг бы ты не прочел, но завидев вживую, начинаешь понимать всю силу строк, отпечатанных на сухих страницах, написанных от руки на глине.

При встрече со странником лицом к лицу, можно не надеяться вернуться домой. После них опасность в пустыне представляли ползающие по ней каракурты и скорпионы, саламандры и люмерны. От последних убежать было возможно, но невероятно сложно. Да и охотятся дикие псы, как правило, стаей.

И каждый раз, выходя на стену, наблюдал за кривыми силуэтами странников где-то там, вдалеке. Они не посмеют приблизиться к стенам. Не посмеют тревожить древних. Остальные же не боялись подходить ближе. Оголодавшие сколопендры были частыми гостями у стен. Задача стражи была в одном – убивать каждую из них. Из их панциря получались хорошие доспехи. Жаль, что мясо ядовитого убийцы было непригодно в пищу и оставалось на растерзание другим за стеной.

- Ночи ныне темные и холодные. Не правда ли? – За его спиной раздалось тихое шипение, похожее на шуршание ветра по песчинкам. Человеческому слуху никогда не расслышать шелест змеиной чешуи. Над вздрогнувшим человеком возвысилась крупная фигура нага, внимательно смотрящая в серые глаза своим немигающим взглядом.

- Вам не спится, владыка? – Склонив голову в знак почтения. От черных глаз не укрылось, что хвост нага ходит туда-сюда по камню. Эсман был недоволен.

- Я ис-скал тебя, моего хранителя знаний. Но во вс-сей библиотеке не нашел тебя.

- Что вы хотели узнать, повелитель? Или же спросить совета? – Человека пробила мелкая дрожь. Гневить змея - опасно. Он не пожалел своих братьев и сестер на извилистом пути к власти. Что ему стоит покончить с хранителем тайн здесь и сейчас? Может только то, что в подземных лабиринтах разберется лишь Оксэм. А знаний альянс собрал не мало… Многое можно рассказать про самую большую библиотеку в мире, знаниями которой ведал этот человек. Но сейчас речь идет не о ней, а о том, что будет за недовольство императора.

- Нес-спокойное время сейчас… Ты и сам наверняка это знаеш-шь. – На сухих губах гада промелькнула кривая улыбка. После небольшой паузы он продолжил.

- Шельганар еще недавно был нашим союзником. Теперь же они не делятс-ся с нами оружием, а наставляют его на нас-с. Но это половина беды. С северными одичалыми мы с-справимся. Но вот вос-сток… -Эсман приблизился к краю стены.

- Не стоит недооценивать детей стужи и гор. Тролли и големы сильные воители, прошедшие не одну войну. Люди там умны и сильны духом. Каждый день они сражаются не только с людьми с запада, но еще с морозными зимами и пробирающем до костей голодом… - Речь старика была прервана сильным ударом хвоста о камень. Не стоило выделять сильные стороны противников императора.

- Я не с-спрашивал твоего мнения… Но да ладно… - Недовольное шипение заполнило до краев ночную тишину.

- Враждующие между собой людиш-шки и вмерзшие в лед огры мне не интерес-сны и не страш-шны. А вот вос-сточный архипелаг заставляет меня волноватьс-ся. Есть у них то, что может повергнуть меня и мою империю. – Наг начал наступать на человека, оборачивая его в кольцо, отрезая пути к отступлению.

- Живущие на востоке люди не поддерживают войн, не вступают с жителями материка в какие-либо контакты. Насколько мне известно, это обособленная территория… - Взгляд змеиного императора пугал, съедал изнутри. Оксэму становилось страшно. Он мог угомонить императора - была у него на то власть, но не смел. Он помнил его еще маленьким змеенышем, пригревшимся на стенах своего города. Уже давно никто не знал, что на уме у молодого правителя. Даже ему это было неведомо.

- Ахари не Шорхэ, песков ради, помилуйте. Что вы хотели узнать в столь поздний час, мой повелитель?!

- Все. – Короток был его ответ.

- Я хочу знать все о этом месте. Ос-собенно легенду о том, как человек ветром казни разрезал.

— Это просто детская сказка… Я не расскажу много о архипелаге. Знаю не больше, чем вы.

- Сказка говоришь… - Недовольно прошипел змей, после хитро ухмыльнувшись.

- Помнишь, как в детстве ты читал мне с-сказки, пока я не заспал?

Глава 3 Змеиное логово

Восточные земли Нарванны – уникальное место. Архипелаг из шести крупных островов и двадцати одного небольших. Настолько порой маленьких, что там мог бы обосноваться небольшой город и не больше. Земля, мало изведанная для тех, кто живет в месте именуемом Наргая – огромном материке, по пескам которых бродят сейчас Хадзар и Рог, по водам которого бороздят корабли Силура – западного королевства. Вана - общее название архипелага, располагающегося севернее от берегов Аш-атау – единственного порта Гаяны. По повериям, когда только зарождался мир, то создатель ветров и волн нашел свое пристанище там, разложив вокруг свои доспехи. На них, по повериям, и появились все двадцать семь островов. Сайно – ахир – создатель. Владыка ветра и повелитель морей. От маленького озера, до омывающего мир вод, каждый вздох в роще и взмах крыла птицы – его наследие, дар этому миру. Ох, много же их было, тех, кто хотел взять власть в маленьком сгустке энергии, блуждающим в бескрайнем пространстве. Но мало кто смог сохранить свою суть.

Когда-нибудь история каждого их них будет найдена в подземном лабиринте, катакомбах знаний, но будет это очень и очень нескоро. Вана – земля мудрости. Родина многих великих воинов, место, где впервые начали использовать железо для ковки оружия, а окружающие силы природы для его закалки. Сайно мог поднимать воды и разрезать горную строптивую породу ветрами. Он научил пришедших людей тому, как обрабатывать и добывать металлы и камень. Но во время его жизни в этом мире более всех в битве нуждались драконы. Люди же, появившиеся после них, еще не до конца осознали свое место в мире, строя маленькие поселения, сражаясь с окружающей их стихией. Нелегким было время первых людей - постоянно меняющийся мир многих ломал. Потомки самых стойких сейчас же ходят по землям Нарванны.

Учитель не велел им убивать - Сайно велел защищать. Защищать себя, близки и родной дом. Гояншея создала опору этого мира, его ночное, непроглядной тогда, небо и самое великое свое творение - людей. Но не все были верны своей матери. Многие ушли от нее, покинули родные горы, ведомые соленым ветром. От этого люди так различны в разных уголках Нарванны. Глубокая связь с предками оставила незыблемый след на их роде. То же касается и эльфов, пришедших в этот мир после. Но не о остроухом народе сейчас речь. Сайно изначально предлагал Гояншеи творить вместе. Вместе они бы смогли создать пышущий жизнью, непоколебимый мир. Стойкий и крепкий, способный стать домом для двух великих сил, ищущих свое место в пустоте с незапамятных времен. Но та отказалась, продолжая засыпать моря и строить на пути у ветра неприступные скалы. Многие с момента их последней битвы до сих пор стоят на севере. Часть их - горное королевство Шельганар. Земля тех, кто остался у истока тьмы.

Аль-Марадж не зря опасался возможной угрозы с востока. То, как ваны использовали свою силу, пугала его. Он не был бы так озадачен миролюбивым и спокойным архипелагом, если бы из закрытой страны на его территории не начали разгуливать лазутчики. Эльфы никогда не занимали ни чью сторону, оставаясь на отшибе этого мира. Свободные народы их расселились по всей Нарванне, не желая лишний раз выходить на контакт с кем-либо. Не берем в счет путников и странников. Многие эльфы давно покинули родной дом и странствуют по миру, живут среди людей, делят с ними пищу и кров.

Но в целом о эльфах - они укрылись в своих скрытых королевствах, сломить стены которых не удавалось пока что никому. Всего три эльфийских королевства. Одно находится глубоко в горах, пещерах Гоян-Шэс. Второе раскинулось в Великой Пуще Араней, а третье далеко в океане. В последнем мечтали побывать многие. За многие мили от суши на коралловых остатках бегущие от войны эльфа выстроили себе крепость. Опасным и тяжелым был труд - доставлять припасы и материалы для строительства с берега до атолла.

Эльфы не особо гостеприимный народ. Принимали далеко не каждого. В основном торговцев и скитальцев, ведающих им о жизни мира за стенами. Эльфы жили особняком, но в последнее время он видел их все чаще. Эльфов с моря нет, но вот живущие на севере дроу озадачивали его. Обсидиановая кожа, седые волосы и лунного цвета глаза. Среди людей их отличал рост и уши, выглядывающие из-под капюшона. Даже такого как Эсман, их взгляд пронизывал холодом саму душу.

Что забыл северный народ на юге? Еще и Оксэм. Недавно он видел, как тот прогуливается с остроухим из Араней. То был молодой на лицо юноша, одетый в походный плащ, скрывающий его как купол. Было что прятать? Да и хранитель знаний выглядел обеспокоенно, озираясь то и дело по сторонам. Это правителя если не взбесило, то озадачило. Он выловил тогда его на приватный разговор. Эльф, с его слов, оказался всего лишь путешественником, пожелавшем узнать побольше о главном городе альянса. И он поверил бы, не знай хорошо стоящего перед ним получеловека. Спокоен внутри, безмятежен как скала, но при этом лжив, как и мираж. Эсман тиран, но он не дурак. В ответ он направил небольшой отряд в Великую Пущу, но никто не вернулся из них. С вестью о гибели пустынных жителей к нему пришел эльф. С официальным визитом от лесного короля, между прочим.

И было это ведь недавно.

***

Прохладный вечер в пустыне – особенный момент, когда тебя не сжигает солнце и не обдает холодом луна. Молодой император работал в тронном зале, разложив на большом мраморном столе бумаги всех мастей: жалобы, прошения, отчеты с казны и склада... Он все же заботился о своем народе, но только в том объеме, в котором было необходимо ему самому. Хватит и того, чтобы его люди не умерли без воды и еды, могли работать, но не имели более сил поднять восстания. Когда-то он уже окропил беломраморный зал кровью людей, нагов… До сих пор отдает розовым оттенком пол при свете закатного солнца. На часы которого и пришлась неожиданная встреча. На пороге возник один из его стражников, не смея подойти ближе.

- Мой повелитель, посол из Амри-Леа просит аудиенции у Вас. – Зайдя в зал, гвардеец сразу склонил перед нагом колено, опуская голову едва ли не к земле. Змею особо это не было интересно. Вести переговоры с эльфами – гиблое дело. Разбитые на несколько королевств, не признающие ни одного из сильных мира сего. Но отказывать он в этом не мог - положение обязывало принимать всех послов, а только потом уже решать, какой смертью они погибнут.

- Вели ос-остроухому пройти в мои покои. Я устал за с-сегодня. Проведем встречу в неофициальном формате, надеюс-сь, наш гость не будет против.

- Слушаюсь. – Встав, человек еще раз поклонился, покидая тронный зал, оставляя нага наедине с собой.

Дорога к королевской опочивальне представляла собой множество коридоров из резного песчаника, на стенах которого была вырезана искусным резчиком история Шорхоры – появление песков в этом мире. Была ли это дань искусству или просто чтиво для солдат, проводивших большую часть своего времени на стражи – никто не знал. Но ценность их была велика. Напоминание о собственной истории, которую многие уже начинали забывать.

Анору никогда не нравилась пустыня, он не любил жару и недовольство в глазах двух ганшес, ведущих его к королю. Не могли быстро решить все в официальном формате? За столом переговоров? Или же ему за своим собственным будет удобнее…Удобнее рубить ему голову – принесшему далеко не хорошие новости с собой. А душа кричала, хотела обратно в кучерявую дубраву, домой. Покои обезумевшего императора, гнездо тираничной гадюки. Длинные уши слышали почти все, что происходило за стенами, но одно место оставалось от него сокрыто. Если это была та самая комната – жди беды.

И беда пришла.

- Мой повелитель, к вам гость из лесного эльфийского королевства. – Ящеры, сопровождавшие эльфа, приоткрыли перед ним дверь так, чтобы тот сумел едва протиснуться в комнату. Узкие проходы, давящие стены. Это и есть гнездо. Змеиное гнездо. Милость Араней, да прибудет с ним.

- Я приветствую вас, Эсман Аль-Марадж, владыка пустыни. – Эльф склонился в изящном поклоне, опуская рыжую голову. Про себя наг заметил, что зелень глаз вошедшего играет янтарем в последних лучах заходящего солнца, как только тот поднял на него взгляд. Становилось интереснее.

- Мое имя Анор, я прибыл от имени Инара Индар, короля Амри-Леа, Аллирии. Я проделал долгий путь к вам с посланием. Позволите мне говорить? - Соблюдая этикет, он не проронил более не слова, осматривая комнату с одним единственным небольшим окном, больше походившим на попытку провести вентиляцию. В помещении было душно, а темно- серый плащ поверх рубахи с брюками и высокими сапогами из выдубленной кожи ухудшал его положение. Хотелось снять с себя все. Душил его не только воздух. Сама обстановка. В углу стояла нагината, которой, вероятно, он и перерубит ему голову, если рассердится. Большой низкий стол округлой формы, усыпанный фруктами, финиками и стоящим на краю вином. Сладковатый запах выдает все. Тут темно, а глаза нага игриво блестят в полумраке. Оружие у него, само собой, отобрали еще при входе во дворец. Но кое-что все же он сумел припрятать.