Жизнь прекрасна

Успев познакомиться с некоторыми учениками, Лида узнала, что все без исключения вносили пожертвования, некоторые — сотни тысяч, но чаще это было несколько миллионов. Все ученики, у которых она интересовалась, не называли точные суммы, но рассказывали, что вносили пожертвования на счёт этому самому Денису. С его слов, деньги были нужны на то, чтобы продолжать вести просветительскую деятельность общества «Освобождение». Помещения, интерьеры, транспорт, питание, оборудование и многое другое — всё это стоило немалых денег.

В то утро, за три часа до собрания, с Лидой связалась её наставница и велела той ждать в двенадцать часов в условленном месте. В назначенное время приехал микроавтобус, Лида уже успела запомнить его номера и передать информацию следственной группе. Автомобиль был зарегистрирован на одного из старших в секте, это точно не наставник. Машина была зафиксирована на камерах в разных районах города, но проблема заключалась в том, что за пределами города камер почти не было, а слежка дронами — это не лучший вариант, была вероятность обнаружения сектантами, и тогда вся операция коту под хвост. Лида предлагала следственной группе вживить в себя жучок, но руководство опасалось, думая, что они проверяют и это, боялись спугнуть крупную рыбу. Приоритетной целью оставалась личность наставника, а не само местоположение базы сектантов, особенно учитывая то, что места они меняли с некоторой периодичностью. Как и в предыдущие два раза, после того, когда Лида села в машину, ей завязали глаза. Девушка успела увидеть несколько знакомых лиц наставников и других учеников с повязками на глазах. Лидия понимала, что микроавтобус не вместит всех учеников, и, скорее всего, таких машин несколько. Но за ней приезжал один и тот же, вероятно, за определёнными учениками была закреплена одна и та же машина, которая и доставляла их до помещения.

Лида продолжала осматриваться, пытаясь запомнить каждую деталь в зале. Кто знает, какая мелочь может оказаться важной, за что можно будет зацепиться при составлении отчёта? Денис Авдеев пока так и не появился, и если не считать небольшую часть отсутствующих учеников, и белые мантии поверх обычной одежды, то всё в помещении выглядело, как и двумя собраниями ранее. Люди сидели на полу в ожидании начала мероприятия. Некоторые относились ко всему очень серьёзно, пытаясь принимать позу лотоса, но было заметно, как им неудобно, как болят их ноги. Старшие подходили, говорили, что можно расслабиться и сидеть как удобно. Лида пробежалась взглядом по залу и насчитала двенадцать старших: восемь мужчин и четыре женщины, включая наставницу Лиды — Екатерину Орлову. Все они, в отличие от учеников, с самого первого собрания были одеты в мантии, но не в белые, а в серебряные. Какого-либо оружия у старших Лида не замечала, это было логично, если оно и есть, то на третьем собрании слишком рано его применять, распугают всех сомневающихся. Тем более что на первых двух встречах были лишь формальные беседы и знакомство, это мало отличалось от клуба бывших наркоманов или алкоголиков, где каждый говорил, какой он ничтожный, какая у него зависимость, какое горе он пережил и почему тут оказался. Пожалуй, основной отличительной чертой, так называемых учеников, являлось то, что большинство людей были весьма состоятельными, но не все, некоторые были среднего достатка. Лида понимала, что наличие денег у учеников было одним из основных пунктов при отборе в группу.

Все продолжали сидеть в ожидании Дениса, который вёл предыдущие два собрания, но тот так и не появлялся в зале, а ведь по ощущениям Лиды прошло не менее получаса с момента, когда с глаз учеников сняли повязки. Часов в помещении не было, а все телефоны, наручные часы и прочие гаджеты ученики сдавали при входе в помещение, разумеется, всё это возвращалось их владельцам, но только после окончания собрания. Некоторые уже стали интересоваться у старших, когда же появится Денис и начнётся обещанная лекция. Лида ещё раз окинула взглядом зал. Сложно было сказать, сколько там квадратов, но в нём могла бы запросто уместиться сотня человек таким образом, что места хватило бы каждому, чтобы растянуться на полу во весь рост. Никакой мебели не было ни для учеников, ни для старших. Пол устелен серым паркетом. В задней части зала две туалетные комнаты, разделённые на мужскую и женскую. Всё время ожидания обе комнаты пользовались спросом у учеников. Лидия уже успела сходить в уборную и вернуться. Она обратила внимание на закрытые плотными тёмно-красными шторами окна. Лида не первый раз задумывалась: что же там, за этими шторами? Вряд ли они на последнем этаже, ведь поднимались не на лифте, а пешком по ступенькам, Лида насчитала два лестничных пролёта. В случае чего можно выпрыгнуть из окна, должно быть, тут невысоко. Но куда потом? Камеры зафиксировали, как машина, на которой забирали Лиду, уезжала за черту города. Лидия была взволнована сильнее, чем в первые два раза, она предчувствовала, что это собрание будет отличаться от двух предыдущих. Но при всех своих опасениях девушка понимала: бегство — это не про неё. Она должна довести это дело до конца ради себя и следственной группы, которая ей это доверила, и, наконец, ради отца, по стопам которого пошла. Отец бы точно ей гордился.

Под потолком десятки светодиодных ламп освещали зал тусклым светом, в дополнение к ним по углам помещения расставлены ночники на тонких длинных ножках. Возле каждого ночника специальные чаши с отверстиями, в них воткнуты палочки с благовониями. Старшие, достав из коробки длинные охотничьи спички, принялись поджигать палочки. Приятный цветочный аромат быстро распространился по залу. Видимо, это был сигнал, и Денис скоро появится. Лида смотрела на сцену, которая была примерно на полметра выше уровня пола. На стене за сценой располагалась огромная телевизионная панель, на самой же сцене — ораторская тумба, на ней — бутылка минеральной воды.

Дверь в углу сцены отворилась, наконец-то показался Денис; как и прочие старшие, он был облачён в серебряную мантию. Лида видела его в третий раз, но благодаря следственной группе уже многое о нём знала. Денису было сорок восемь лет, из них пять лет он отсидел в колонии общего режима за мошенничество. Махинации с крупными суммами и создание финансовой пирамиды ни к чему хорошему его не привели. Прокурор хотел дать десять лет, но благодаря деньгам, связям и хорошему адвокату, срок удалось сократить вдвое. К секте присоединился ещё со времён Екатеринбурга. Пропагандирует идеи секты, ведёт собрания, уроки и лекции, очень хитёр. Вряд ли он сам верит во всё то, что рассказывает. Имеет несколько квартир в Краснодарском крае и Москве, два дома в Испании и Греции, а также четыре автомобиля, два из которых — это спорткары. Лидия размышляла обо всём этом, задаваясь вопросом: а знает ли наставник о подобных богатствах своего «подчинённого», о его обогащении за счёт пожертвований учеников… если, конечно, этот наставник вообще существует? Лида предлагала следственной группе просто прижать Дениса и силой выбить из него информацию о руководителе секты и его местонахождении. Но начальство было против, по делу в качестве пострадавшей стороны был замешан сам губернатор, начальство распорядилось, чтобы всё шло своим чередом. Наставника нужно было вязать, когда он сам объявится, когда будут прямые доказательства причастности. У Лиды был свой взгляд на решение этого дела, но спорить с руководством она не любила, поскольку понимала, что это гиблое дело.

Уже немолодой человек, подойдя к ораторской тумбе, вытянул вперёд две руки, как бы показывая этим жестом, что он обнимает всех присутствующих. Старшие и ученики сделали точно такой же жест в сторону Дениса. Это было приветствие.

— Здравствуйте, — начал Денис. — Пусть осознанность вашего разума затмит всякие сомнения.

Несколько минут Денис рассуждал на разные темы, казалось бы, не имеющие ничего общего с тем, что должно было происходить. Он неустанно приветствовал собравшихся, затем сожалел о том, что часть учеников решили покинуть их, сказал, что жизнь в неведении — это их выбор. Лида смотрела на этого человека и понимала, что даже если бы она не была внедрённым агентом, вряд ли бы поверила Денису. Лидия не могла понять, как люди могут быть такими глупыми, чтобы ему верить, пусть даже он манипулирует личной трагедией каждого. Чаще всего это смерть родственников, смерть близких людей. Но весь его внешний вид не вызывал доверия. Это был волк в овечьей шкуре, но для Лидии было очевидно: шкура ему так мала, что не могла скрыть волчьи лапы, хвост и жадную, голодную до чужих денег морду. Денис старался улыбаться, и Лидия замечала, как улыбка не без усилий натягивается на его гладковыбритое лицо, а глаза бегают по залу, чтобы не останавливаться на ком-то конкретном, словно если он это сделает, то во взгляде сразу же можно будет прочитать ложь. Большая мерзкая родинка над правой бровью, больше походившая на папиллому, мозолила глаза, словно специально отвлекая внимание на себя. Когда Денис разговаривал, то старался это делать спокойно, размеренно, не спеша, на его лбу проступали морщины, а тёмные, местами поседевшие волосы были заплетены в одну большую косу. Его никто не перебивал, здесь это не приветствовалось. С первых двух собраний все знали, что вопросы могут задать после окончания лекции лично Денису или старшим. Наконец-то Лидия услышала нужные слова. Денис плавно подводил свою речь к нужной теме.

— Каждого из нас привела сюда личная трагедия. Горе, жить с которым невыносимо. Каждый из вас поделился своей проблемой на предыдущих собраниях. И все мы, я и ваши личные наставники — старшие, мы точно такие же, несущие на себе бремя. Но разница между нами в том, что мы осознали, мы готовы в любой момент сделать выход, а вам всё только предстоит. Наша задача заключается в том, чтобы помочь таким людям, как вы, помочь осознать, кто вы такие и почему тут оказались, помочь вас направить. Но если вы сами не готовы будете сделать первые шаги к осознанию, к собственному освобождению, то и мы будем бессильны.

Денис выдержал небольшую паузу, взял с ораторской тумбы бутылку с минеральной водой, сделав несколько глотков, голосовой командой активировал телевизионную панель позади себя и отошёл в сторону. На экране начали появляться картинки разных небесных тел: планеты и звезды медленно сменялись туманностями и галактиками.

— Задумывались ли вы, сколько раз в своей жизни умирали? Сколько раз с вами мог бы произойти несчастный случай, но беда вас миновала? Уверены ли вы были, что в подобных ситуациях беда вас действительно миновала, и вы выжили? Я думаю, что некоторые из сидящих здесь учеников слышали о теории квантового бессмертия, когда при любом несчастном случае, если вы умираете, происходит мгновенный перенос вашего сознания в параллельную линию вашего существования. Посмотрите на все эти изображения на экране. Много лет учёные нам говорили о безграничном космосе, о множественных вселенных, квантовой теории и гипотетическом переносе сознания. Но правда, которую мы хотим до вас донести, она куда проще и куда печальнее, чем может вам показаться. Нужно мужество для того, чтобы осознать, чем является наш мир на самом деле, почему кто-то обречён мучиться и страдать, как мы с вами, а кто-то живёт в комфорте и счастье.

Лида заметила, как некоторые ученики начали переглядываться друг с другом, кто-то из них смотрел на старших, те одобрительно им кивали. Нечто подобное уже было на первых двух собраниях, но тогда Денис ходил вокруг да около, не затрагивая основную тему.

— Кто мне может ответить на вопрос: почему вы страдаете? — обратился Денис к залу.

В ответ он получил лишь ожидаемую тишину. Разумеется, никто так с ходу не мог ответить на такой глобальный вопрос.

— Друзья мои, я не требую от вас верного ответа, я хочу услышать лишь ваши идеи, предположения. Не переживайте, за неправильные версии двойку в журнал вам никто не поставит. Вот вы, Александра, как вы думаете?

Взгляд Дениса остановился на Лидии.

— Александра?

Лида никак не могла привыкнуть к вымышленному имени, но быстро поняла, что Денис обращается именно к ней. Нужно было срочно что-то придумать. Если дать ответ, который она и так знает из материалов дела, тогда Денис может её в чём-то заподозрить. Следовало не давать точного ответа, а просто порассуждать. Лида негодовала, почему из всех этих людей Денис решил задать вопрос именно ей?!

— Я даже и не знаю, что ответить, — начала она. — Наверное, люди просто обречены страдать, мы несовершенны, допускаем в жизни много ошибок, совершаем глупости, мы жестокие и циничные.

— Стоп, стоп, стоп, — остановил её Денис. — Александра правильно начала, но потом попыталась найти причину в самих нас, в том, что мы сами виноваты в своих страданиях. И это главная ошибка тех, кто не может проснуться, не может осознать. А знаете ли вы, Александра, почему из всех здесь сидящих, я решил задать этот вопрос именно вам?

Лиду бросило в мелкую дрожь. Неужели Денис узнал, кто она такая на самом деле? Неужели она где-то прокололась?! В голове промелькнула мысль: может быть, всё намного проще, может, она просто понравилась ему внешне, как женщина? Лида уставилась на Дениса, быстро перебирая версии в своей голове, пытаясь найти подходящий ответ или оправдание. Она не понимала, что он имел в виду… или всё-таки он всё знал?

— Я вижу, что Александра в замешательстве. — Денис прервал неловкое молчание. — Ничего страшного. Я объясню. Просто в глазах Саши я вижу подозрение, неуверенность, скептицизм — и этого в её взгляде больше, чем у других. Сомнения — это то, что будет вас останавливать на пути к освобождению. И наша задача заключается в том, чтобы развеять ваши сомнения, после этого придёт осознание, после осознания — принятие, после принятия последует освобождение от страданий. В самом начале пути сложно справиться со всем этим самостоятельно, поэтому мы приготовили напиток, который расслабит вас и направит. С ним будет проще избавиться от иллюзий и принять настоящий мир.

Трое старших, до этого стоявшие за спинами учеников, принялись ходить по залу с подносами, на которых в гранёных стаканах был какой-то красный напиток. Они так его и называли — «напиток». Денис сказал, что выпить нужно всем. Некоторые задавали вопросы, что это такое, но не получали однозначного ответа. Нашлись трое, кто отказался пить. Тогда Денис сказал, что это обязательно и без напитка они не смогут продолжить дальнейшее обучение. Таким образом, одного из сомневающихся удалось переубедить. С двумя другими учениками ушёл старший для того, чтобы отвезти тех в город. На этом их обучение было закончено.

Лида сомневалась, но при этом прекрасно понимала, что иного выбора у неё не было. Она посреди зала вместе с другими учениками, вылить напиток некуда, за ними следят. Если она откажется, то всё будет окончено. Операция провалится. Девушка держала в руке гранёный стакан, наполненный светло-красной жидкостью. Некоторые из учеников уже выпили залпом так называемый напиток. Лида понимала, что с каждой секундой она может вызывать всё больше подозрений. Нужно было действовать. Она запрокинула голову и за несколько крупных глотков буквально влила в себя содержимое стакана. Вкус оказался приятным, сладко-горьким, напоминал вкус алычи, словно это компот из фруктов, в который что-то добавили, послевкусие было с горчинкой. Когда оставшиеся ученики допили свои порции, Денис продолжил.