Вспышка. Миссия первая

«К чему кровать подключена? Ума не приложу!» — с этими словами Сандр безутешно грохнулся на своё лежбище лицом вниз и утонул в подушке, которая была такой невесомой, мягкой и нежной, что, полежав пару минут, он по-детски заснул крепким, глубоким сном.

Часть 4 «Первые чудеса»

Проснувшись глубокой ночью, а это стало понятно по звёздному небу над стеклянным куполом потолка, Сандр решил ещё раз попытаться кого-нибудь позвать. Он, кстати, так и не разобрался в этой таинственной электронике. В палате горит свет и не выключается, а уже ночь.

«Что же, они со светом спят, что ли? — подумал Сандр. — Не может такого быть, где-то свет должен выключаться. Если найду секрет освещения, значит, додумаюсь и до вызова медсестры». Сандр понимал, что во всём этом нет никакого секрета, просто он не знает тех простых вещей, которые вполне понятны даже ребёнку, живущему в этом мире. Вспоминая, как он ходил по палате взад и вперёд совсем недавно и как при этом меняла цвет полоска дальней тумбы, Сандр подумал, что, возможно, где-то совсем рядом кроется ключ к разгадке.

«Так, возможно, всё дело в этих тумбах. И милиционер тоже, повернувшись к тумбе, тогда сказал, что локатор коричневый. Что — коричневый? Полоска? Значит, она могла быть другого цвета? Какого? Локатор. Какой локатор? Если предположить, что первая тумба — локатор, который следит за моим состоянием, тогда что делает вторая тумба? Пока не знаю. Но зато догадываюсь, что третья, дальняя тумба следит за моим перемещением», — Сандр логически размышлял, используя при этом весь свой арсенал знаний, жизненную мудрость и запас фантастических сюжетов книг, которые он любил читать. Фантастика всегда нравилась ему. А сейчас вообще стёрлась грань между книгой и жизнью, потому что всё то, что с ним происходило, — не что иное, как фантастический роман или повесть.

«Точно!» — громко хлопнув в ладоши, Сандр понял, что всё дело в тумбах.

При хлопке он заметил, как полоска средней тумбы окрасилась в розовый цвет.

— Тумбы! — выкрикнул он.

— Неверная команда. Повторите, — железный мужской голос неожиданно раздался в помещении и тем самым напугал Сандра.

«Что за ерунда? Кто это?» — выкрикнул Сандр, и его слова растворились в тишине.

«Но ведь кто-то же сейчас говорил! Кто?!» — Сандр терялся в догадках.

Его логических мыслей, знаний, опыта и начитанности фантастикой явно не хватало, чтобы ответить на столь любопытный вопрос. А тем временем розовая полоска на второй тумбе вновь стала коричневой.

— Эй-э-е-ей! — опять громко крикнул Сандр.

Полоска снова окрасилась в розовый цвет.

— Эй-э-е-ей! — ещё громче выкрикнул Сандр.

Железный голос вновь произнёс:

— Неверная команда. Повторите.

«Какая команда?» — продолжал размышлять Сандр.

— Эй! — раздражённо крикнул он, и опять полоска окрасилась в розовый цвет. — Свет погасите! Японский самурай!

Внезапно свет в помещении погас, и включилась еле заметная голубая неоновая подсветка, интенсивностью своего освещения похожая на ночник.

— Вот это да-а-а-а! — с глубочайшим удивлением выдохнул Сандр. — Вот какая петрушка получается. Значит, вторая тумба слушает человека и выполняет его команды. Вот это да-а-а-а…

Сандр ещё раз хлопнул в ладоши и громко скомандовал:

— Зажгите свет!

Освещение послушно включилось, а ночник погас.

— Хочу пить! — выкрикнул Сандр, но ничего не произошло.

— Тьфу ты, чёрт, забыл! — Сандр опять хлопнул в ладоши и повторил команду. Дверца на тумбе зажужжала, поднялась вверх, открыв тем самым доступ к шкафчику, где находилась прохладная бутылочка с водой. Жадно высосав всё содержимое бутылки, Сандр снова хлопнул в ладоши и позвал медсестру. Не прошло и полминуты, как стена в помещении вновь раздвинулась, и из голубого коридора вошла девушка в белом халате, на рукаве которого, чуть выше локтя, был напечатан красный крест, обрамлённый золотыми лавровыми листьями. В их основании чётко вырисовывались две буквы «МЗ». Чуть ниже этой эмблемы одна под другой располагались две золотые полоски, изображённые латинской буквой V. Такие же две полоски, только прямые, были на нагрудном кармане халата с левой стороны. А с правой стороны был прикреплён уже знакомый значок, похожий на «депутатский», и было напечатано: «Регина Хольман». Так, пожалуй, звали эту девушку с длинными волосами соломенного цвета, стройную и красивую, лет двадцати пяти, не больше. Сандр вспомнил, что у доктора Климова на халате никаких знаков отличия не было. Не было их и у Рады Ступиной.

«Странно, если доктор без знаков отличия, то кто же тогда эта Регина Хольман? Министр здравоохранения, что ли?» — подумал Сандр и ещё сильнее замотался простынёй.

Медсестра подошла поближе к кровати Сандра и спросила:

— Какие будут просьбы, пожелания, господин Галиев?

Удивительная новость, что он, Александр Иванович Копылов, оказывается не просто Сандр, а уже и Галиев, практически вышибла из его головы всё то, что он желал сказать и о чём хотел попросить.

— А откуда вы знаете, что я — Галиев? — опять проявил свой хитрый приём Сандр.

— Мы получили сведения о вас.

— Откуда?

— Дирекция музея предоставила.

После небольшой паузы, которая была необходима, чтобы Сандр смог сориентироваться, он всё же собрался с мыслями и попросил:

— Не могли бы вы принести мне одежду?

— Конечно, сейчас принесу.

— И ещё… Неплохо бы поесть.

— Но завтрак будет подан утром, сейчас кухня не работает.

— Утром? Когда?

— В девять часов. Так как вам уже прописан режим «Два», вы можете, в принципе, сами пройти в столовую. Или, если хотите, вам принесут сюда, только придётся подождать.

— Ну что ж, меня это устраивает. Пойду в столовую.

— Вот и отлично. Как вы себя чувствуете?

— Да, в общем, нормально. У меня ещё есть вопрос. Можно?

— Да, конечно. Спрашивайте.

— Скажите, ко мне никто не приходил?

— Приходил ваш друг, господин Герзаев.

— Рустем?

— Да, кажется, Рустем Герзаев. Он и принёс подтверждение от дирекции музея.

— Ага… А где он сейчас?

— Я не знаю. Вроде, он хотел к вам зайти завтра.

— А этот, милиционер? Не обещал зайти, случайно?

Девушка рассмеялась и сквозь хохот выдавила из себя:

— Не-е-ет, этот полицейский больше не придёт.

— Фу-у-у, — с облегчением выдохнул Сандр. — Слава богу!

— Не беспокойтесь. Он только оставил распоряжение произвести вам идентификацию. У нас были такие случаи, когда люди попадались без чипов. Доктор Климов этому полицейскому всё объяснил. То, что при сильном стрессе элипкаметический материал может разложиться, а значит, и информация стирается. Вы ведь тоже попали в тот самый смерч? В Туапсе?

— Ну-у-у, да-а-а…

— У меня тётка живёт там. Но, к счастью, в тот день её там не было.

— Да-а-а…

— Ну, не буду обременять вас тяжёлыми воспоминаниями. Отдыхайте. Если никаких просьб больше нет, то спокойной ночи.

— Спокойной ночи. Спасибо.

Девушка мило улыбнулась, удалилась, и стенка снова закрылась.

Сандр терялся в догадках. Туапсе и смерч, чип и что-то разложилось и стерлось.

Он не мог понять, кто всё это придумал.

А тут ещё: он — Галиев, подтверждающие документы из музея, вспомнилась и его одежда, которую якобы нашли в музее, как сказал полицейский. Кстати, Сандр был прав, что милиционер вовсе не милиционер, а теперь уже понятно, что он полицейский. Запомнилась и фамилия Рустема — Герзаев. Но больше всего не удивило, а успокоило Сандра то, что полицейский больше не придёт. Уж очень он боялся этого визита. Мысли, мысли, мысли… После долгих раздумий Сандр развалился на кровати, устремил взгляд в звёздное небо над куполом потолка и старался ни о чём не думать. Так он смотрел несколько минут в это недвижимое звёздное пространство, где ничего не менялось. Постепенно его веки отяжелели, а сонный дурман окутал сознание. Сандр и сам не заметил, как заснул.