Узы алой крови-Бальтазар

Светлана Рахимова

Узы алой крови-Бальтазар

Глава первая

Бальтазару казалось, что мир вокруг него окончательно сошёл с ума. Сотни вампиров суетливо носились по парадным залам и коридорам замка, подготавливая древнюю цитадель к грандиозному празднику. День свадьбы неумолимо приближался, и всеобщее волнение нарастало с каждым часом.

Маркус Веллер был могущественным правителем клана вампиров и по совместительству лучшим другом Бальтазара. После того как Маркус бросил вызов и в жестоком поединке убил собственного отца-тирана, он возглавил клан и официально объявил Бальтазара своим названым братом, присвоив ему родовую фамилию Веллер. Для Бальтазара этот жест стал огромной честью. Он любил Маркуса как родного брата и без колебаний был готов пожертвовать ради него собственной жизнью. К Элизабет, истинной паре Маркуса, Бальтазар также испытывал самые тёплые, искренние чувства — она давно заменила ему сестру. У него наконец-то появилась семья, которую он потерял много столетий назад.

Бальтазар пребывал в своих глубоких размышлениях, когда его осторожно отвлёк знакомый глубокий голос.

— Друг мой, — Маркус по-братски похлопал Бальтазара по плечу. — Мы можем поговорить наедине? — Конечно, — кивнул Бальтазар, поднимаясь с места.

Мужчины проследовали в просторный рабочий кабинет. Маркус привычно сел в своё массивное кресло за резным рабочим столом, а Бальтазар вальяжно расположился на мягком кожаном диване, напротив.

— От этого предсвадебного шума моя голова готова взорваться, — с лёгкой усмешкой произнёс Бальтазар, потирая виски. — Я и подумать не мог, что подготовка к торжеству приносит столько хлопот.

Маркус понимающе улыбнулся: — Скоро всё закончится, друг мой. Я просто хочу, чтобы Элизабет была по-настоящему счастлива. Для неё этот день невероятно важен. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы главный день в её жизни прошёл идеально, — твёрдо пообещал Бальтазар. — Я всегда знал, что на тебя можно положиться в любом деле, Бальтазар. Именно поэтому я хочу обратиться к тебе с двумя крайне важными просьбами.

Бальтазар удивлённо посмотрел на друга, внутренне подобравшись. — Я выполню всё, о чём бы ты ни попросил, Маркус. Ты же знаешь. — Мы с Элизабет хотели бы, чтобы именно ты вёл её к алтарю.

Глаза Бальтазара расширились от неожиданности. Он был глубоко и приятно тронут столь важным, доверительным предложением. — Конечно, я с огромным удовольствием сделаю это, — Бальтазар открыто улыбнулся другу. — Я воспринимаю Элизабет как родную сестру, и для меня будет величайшей честью сопровождать её в такой знаменательный день.

— Благодарю, — Маркус выглядел по-настоящему счастливым. — Есть ещё кое-что, не менее важное, — продолжал он, посерьёзнев. — Сразу после свадьбы мы с Элизабет хотели бы уехать. Я хочу устроить ей полноценный медовый месяц. Она совсем недавно обратилась и стала одной из нас, поэтому человеческие привычки и традиции для неё всё ещё очень важны. Я хочу сделать всё как полагается.

— И чего же ты хочешь от меня? Рассказать тебе, как это делается? — Бальтазар ехидно потёр ладони, хитро прищурившись.

— Ты можешь хотя бы иногда быть серьёзным? — Маркус страдальчески закатил глаза.

— Я сама серьёзность, друг мой, — Бальтазар мгновенно напустил на себя суровый вид, но в его глазах всё равно плясали чертенята. — Я действительно не понимаю, чего ты от меня ждёшь. Судя по тем звукам, что доносятся из ваших покоев каждую ночь, ты и сам прекрасно справляешься со своими мужскими обязанностями.

Бальтазар изо всех сил старался сдержать широкую ухмылку, откровенно подначивая новобрачного.

— Бальтазар! — Маркус шумно вздохнул, качая головой. — Я хочу, чтобы ты возглавил клан на время моего отсутствия.

Шутливая улыбка в то же мгновение стёрлась с лица Бальтазара. — Что? — он уставился на друга, отказываясь верить собственным ушам.

— Только тебе я могу безоговорочно доверять, — Маркус подошёл ближе, и его тон стал предельно деловым. — Никто, кроме тебя, не справится с этой задачей. Только ты обладаешь достаточной силой и авторитетом, чтобы взять управление под свой контроль. Не волнуйся, бумажные дела фирмы тебя практически не коснутся, Сэм возьмёт всю рутину на себя. Твоя главная задача — единоличное руководство и защита клана.

Бальтазар растерянно молчал, не зная, что ответить. «Это слишком большая ответственность и огромная честь для меня, — лихорадочно соображал он. — Но ты же прекрасно знаешь, брат, что меня нельзя назвать образцом ответственности. Я не гожусь для роли мудрого правителя. Управлять гаремом — да, тут бы мне точно не было равных во всём мире бессмертных, но вести дела целого клана Веллеров… Мне кажется, я просто всё провалю».

— Брось, — Маркус подошёл к бару, наполнил два хрустальных бокала свежей донорской кровью и один из них протянул брату. — Ты, как никто другой, справишься с этим, Бальтазар. И мне больше по-настоящему не на кого положиться.

Бальтазар напряжённо обдумывал услышанное. Разум кричал об опасности, но преданность взяла верх. Он не имел права подвести Маркуса. Этот вампир сделал слишком много для него самого и для его погибшей семьи. В конце концов, он был обязан ему жизнью.

— Конечно, я сделаю это для тебя, брат, — твёрдо произнёс Бальтазар, принимая бокал. — Но я не могу ручаться, что когда ты вернёшься из путешествия, то застанешь на месте своего роскошного имения что-то, кроме груды пепла. Ты же знаешь, я парень гарячий.

Бальтазар раскатисто расхохотался на весь кабинет, разряжая обстановку. Маркус тоже не смог сдержать ответного смеха, чувствуя, как с души свалился огромный камень.

— За нового, чрезвычайно горячего правителя! — Маркус победно поднял свой бокал и осушил его до дна.

Бальтазар с улыбкой последовал его примеру, делая первый глоток навстречу своей новой, пусть и временной, власти.

Несмотря на шутки, которые так легко отпускал Бальтазар, внутри его всё же терзало глухое чувство ответственности. «Да что вообще может случиться за такое короткое время?» — успокаивал он сам себя, пытаясь отогнать дурные предчувствия. Во что бы то ни стало, он обязан не подвести Маркуса. Он справится, чего бы это ему ни стоило.

Кое-как совладав с эмоциями, Бальтазар заставил себя отвлечься от мыслей о власти — до завтрашнего торжества нужно было завершить ещё уйму дел. Маркус уже поспешил к Элизабет, чтобы помочь невесте с финальными предсвадебными хлопотами.

Бальтазар вернулся в свою спальню, чувствуя себя абсолютно выжатым. Эта суматоха отнимала слишком много энергии даже у бессмертного. Быстро приняв прохладный душ, он устроился на огромной кровати и закрыл глаза. Нужен был полноценный отдых, ведь завтрашний день обещал стать по-настоящему историческим. Впервые за долгие века клан Веллер будет праздновать свадьбу бок о бок с обычными людьми. Элизабет настояла на том, чтобы её мать и близкие друзья присутствовали на церемонии. Для Бальтазара это означало лишь одно: нагрузка на систему безопасности замка возрастёт в разы. Ему лично предстоит проследить за каждым шагом смертных гостей и гарантировать, чтобы ни один человек случайно не пострадал.

Сон никак не хотел приходить, и вампир долго ворочался на шёлковых простынях. — Как бы я хотел сейчас разделить эту постель со своей истинной парой… — негромко сорвался в тишину спальни его сокровенный шёпот.

Мужчина искренне, всем сердцем желал отыскать свою настоящую любовь. Часто наблюдая за Маркусом и Элизабет, он видел, какими невероятно счастливыми они выглядят рядом друг с другом, и завидовал этому чувству исключительно белой завистью. Конечно, в отличие от разборчивого брата, Бальтазар никогда не обделял вниманием противоположный пол и с лёгкостью укладывал в постель любую понравившуюся красотку. Ни одной женщине ещё не удавалось устоять перед его чарами и ответить отказом. Для него это всегда было своего рода увлекательным соревнованием, закрепившим за ним славу заядлого и неисправимого ловеласа. — Но когда-нибудь, и я обязательно встречу свою суженую, — тихо пообещал он себе. Вампир свято верил в предначертанную судьбу и терпеливо ждал её.

С этими мыслями он наконец погрузился в глубокий сон.

Бальтазар проснулся с первыми лучами солнца, чувствуя себя в на редкость прекрасном расположении духа.

Повторно приняв бодрящий душ, он подошёл к гардеробной, чтобы облачиться в праздничные одежды. Строгий классический костюм, сшитый искусными мастерами на заказ, сидел на его фигуре безупречно, выгодно подчёркивая каждый сантиметр спортивного, атлетического тела. Глубокий тёмно-синий цвет дорогой ткани идеально сочетался с пронзительной синевой его голубых глаз. Напоследок Бальтазар намеренно оставил расстёгнутыми пару верхних пуговиц белоснежной сорочки, слегка обнажая рельефную, накачанную грудь.

Он с явным удовольствием окинул взглядом своё отражение в ростовом зеркале. Даже старый шрам, перечёркивавший скулу, ничуть не портил его породистого лица. Бальтазар был дьявольски, запредельно красив, а эта отметина лишь добавляла его облику суровой, хищной мужественности.

— Главное, чтобы прекрасные дамы не начали падать в обморок прямо у алтаря при виде меня, — самодовольно усмехнулся Бальтазар собственному отражению, поправляя манжеты рубашки.

Спустившись в просторный холл, Бальтазар столкнулся с несколькими декораторами, которые как раз заканчивали сервировку фуршетных столов для прибывающих гостей. Широкая парадная лестница была обвита шёлковыми лентами и гирляндами из свежих бутонов. Повсюду благоухало море цветов. Поскольку основная часть праздничной церемонии должна была проходить на открытом воздухе, Бальтазар отправился на задний двор, чтобы лично проверить обстановку.

Вся ухоженная территория парка была обставлена круглыми столами, на каждом из которых высился роскошный дизайнерский букет. Над головой по всему периметру сада растянулись тонкие нити мерцающих гирлянд. В самом центре ландшафтного ансамбля красовалась ослепительная арка, утопающая в бутонах, — алтарь, у которого жених и невеста должны будут принести друг другу нерушимые клятвы верности. От неё тянулась идеально белая ковровая дорожка, по которой Бальтазару и предстояло вести Элизабет. Вся концепция праздника была выдержана в удивительно нежных, пастельных и тёплых оттенках.

«Слишком уж мило и романтично для векового царства ночи», — с иронией подумал он про себя.

Убедившись, что всё готово по высшему разряду, Бальтазар развернулся, чтобы пойти к невесте, но в дверях столкнулся с Маркусом. Могущественный правитель клана сейчас выглядел на редкость растерянным и взволнованным.

— Впервые в жизни вижу тебя в таком состоянии, — усмехнулся Бальтазар. — Неужели великий Маркус Веллер нервничает? — Ещё как, — честно признался жених, поправляя воротник. — Ну, если ты вдруг передумал, я знаю, где в этом замке находится чёрный выход, — Бальтазар внимательно следил за реакцией друга.

Маркус на секунду замер, а затем расплылся в облегчённой улыбке. — Ты всегда умел вовремя поднять настроение и разрядить обстановку, брат. Но если серьёзно… я безумно волнуюсь, что не смогу оправдать её надежд. Из-за меня жизнь Элизабет изменилась раз и навсегда — я превратил её в бессмертного вампира. А вдруг со временем она горько пожалеет об этом выборе и возненавидит меня?

— Даже не думай о подобном бреде, — твёрдо оборвал его Бальтазар, кладя руку ему на плечо. — Элизабет любит тебя так же сильно и беззаветно, как и ты её. Она без колебаний была готова пожертвовать ради тебя своей жизнью, а это дорогого стоит. Вы — идеальная истинная пара, и вы будете счастливы вопреки всему. А теперь отправляйся к алтарю, гости уже собираются. Пора начинать.

Попрощавшись с другом, Бальтазар направился в покои Элизабет. Негромко постучав в дубовую дверь, он вошёл внутрь.

Невеста стояла посреди залитой светом комнаты в роскошном белоснежном платье, похожая на ангела. Две её близкие подруги как раз поправляли последние штрихи на длинной фате. Бальтазар на секунду буквально потерял дар речи от этого зрелища. Заметить его ошеломлённый и растерянный вид, девушки дружно захихикали.

— Элизабет, ты выглядишь просто потрясающе, — искренне произнёс Бальтазар. Он подошёл к девушке и бережно приобнял её, стараясь не помять дорогую ткань. — Спасибо, — Элизабет часто заморгала, отчаянно пытаясь сдержать слёзы счастья. — Я так благодарна тебе за то, что ты согласился вести меня к алтарю.

— Для меня это величайшая честь, — Бальтазар почтительно и благородно поклонился своей новоиспечённой сестре.

Его внимание быстро переключилось на подруг невесты. Бальтазар привычным, оценивающим взглядом хищника принялся рассматривать девушек, мысленно прикидывая свои шансы на этот вечер.

— Совсем забыла вас познакомить, — спохватилась Элизабет, переводя взгляд на гостей. — Девочки, это Бальтазар, брат моего мужа и мой верный защитник. У него весьма специфическое и порой невыносимое чувство юмора, но я уверена, вы быстро к этому привыкнете.

Бальтазар в ответ одарил присутствующих своей самой ослепительной, отрепетированной годами улыбкой, от которой у большинства смертных женщин подкашивались колени.

— А это мои лучшие подруги, — продолжала Элизабет, — Кира и её младшая сестра Виктория. — Безумно приятно познакомиться, прекрасные дамы, — бархатный голос Бальтазара прозвучал непривычно нежно и обволакивающе.

«, Пожалуй, одна из этих рыжих бестий с лёгкостью скрасит моё одиночество сегодня ночью», — цинично подумал он про себя, естественно, не став озвучивать это вслух.

Бальтазар принялся внимательнее изучать девушек. Перед ним стояли две похожие внешне, но в то же время совершенно разные по своей энергетике сестры. Виктория была облачена в дерзкое, ультракороткое обтягивающее платье, выгодно подчёркивающее бёдра. Её огненные волосы крупными кудрями падали на плечи, а сама девушка с нескрываемым, кокетливым интересом наблюдала за статным вампиром, явно принимая его правила игры.

Кира же выглядела совершенно иначе, и именно этот контраст заставил Бальтазара замереть. Её длинные рыжие волосы были аккуратно убраны в элегантную высокую причёску, обнажая бледную изящную шею. Строгое тёмно-зелёное платье в пол идеально сидело на точёной, словно высеченной из мрамора фигуре. Вырез платья нельзя было назвать вызывающим, что лишь удачнее подчёркивало её аккуратную грудь. Но больше всего Бальтазара поразили её глаза. Бездонные, изумрудно-зеленые омуты притягивали к себе с такой непреодолимой силой, словно мощный древний магнит.

При этом девушка оставалась абсолютно холодной. Она скользнула по нему равнодушным, профессиональным взглядом репортёра и сразу же отвернулась, полностью проигнорировав его мужское обаяние.

Подобное безразличие мгновенно и больно укололо раздутое самолюбие Бальтазара. «Ого, а этот орешек будет не так-то просто раскусить, — хищно усмехнулся он, чувствуя, как внутри просыпается азарт охотника. — Что ж, милая, так даже намного веселее. Можешь считать, что твой негласный вызов официально принят».

Бальтазар едва заметно улыбнулся, и в его пронзительно-голубых глазах зажёгся опасный, первобытный огонь. Они ещё не знали, что судьба уже связала их невидимой нитью, и эта мимолётная встреча в комнате невесты перевернёт весь их привычный мир.

Бальтазар крепко держал Элизабет за руку в полумраке замкового холла. Все гости уже давно заняли свои места на заднем дворе, ожидая появления невесты.

— Ты нервничаешь? — тихо спросил он, чувствуя, как мелко подрагивают её пальцы. — Немного, — призналась Элизабет, сделав глубокий вдох. — Густой запах человеческой крови в саду слишком сильно действует на мои новые инстинкты. Я боюсь, что потеряю контроль и не справлюсь с искушением.

— Мы с Маркусом ни за что не допустим этого, — Бальтазар говорил твёрдо и уверенно, успокаивая её. — Можешь быть уверена: ни один человек сегодня не пострадает. Правда, не могу пообещать того же самого в отношении вампиров. Всё-таки какая приличная свадьба обходится без хорошей драки? — он негромко рассмеялся.

Элизабет не смогла сдержать ответную улыбку, и напряжение на её лице заметно спало. — Больше всего я ценю в тебе именно это неистребимое чувство юмора, Бальтазар, — Элизабет благодарно прижалась к его плечу. — Ещё раз спасибо тебе за всё, что ты делаешь для нашей семьи.

— Пора. Бальтазар бережно взял Элизабет под руку и под торжественные звуки оркестра повёл её по белоснежной ковровой дорожке к алтарю, где у цветочной арки с нетерпением ждал Маркус.

Сама свадебная церемония длилась целую вечность — по крайней мере, именно так казалось скучающему Бальтазару. Он то и дело ловил на себе кокетливые взгляды Виктории, но его собственные глаза упрямо возвращались к Кире, которая стояла чуть поодаль с отрешённым видом.

Наконец-то официальная часть с клятвами завершилась, и гости переместились к банкетным столам. Пришло время для настоящего веселья.

Пока Маркус с Элизабет кружились в своём первом супружеском танце, Бальтазар бдительно сканировал взглядом зал, контролируя поведение сородичей. «Кажется, всё под контролем, — мысленно резюмировал он. — Искренне надеюсь, что так будет и дальше. Очень не хотелось бы пачкать этот шикарный костюм, надирая чью-то нетрезвую задницу».

С наступлением глухой темноты Бальтазар окончательно расслабился. Убедившись, что обстановка безопасна, он позволил себе пропустить пару-тройку стаканов крепкого бурбона у барной стойки. Ближе к полуночи почти все люди, за исключением Киры и её младшей сестры Виктории, покинули территорию замка. Охранять оставшихся двоих смертных было куда проще.

В разгар праздника поздравить молодожёнов прибыли неожиданные, но желанные гости — Вожак союзной стаи оборотней Тайлер вместе со своей человеческой возлюбленной Беатрис. Бальтазар, всегда относившийся к этому сильному и справедливому оборотню с глубоким уважением, сразу направился им навстречу.

— Добро пожаловать, — искренне произнёс Бальтазар, протягивая руку для крепкого рукопожатия. — Рад снова видеть вас на землях нашего клана. — Я просто не мог пропустить такое историческое событие, — Тайлер веско кивнул. — Тем более, Маркус, я обязан тебе и твоим стражам жизнью. — Ничего подобного, — мгновенно возразил подошедший Маркус. — Благодаря твоему своевременному вмешательству мы все остались живы. Наш клан в вечном долгу перед твоей стаей.

— Так, давайте только без разговоров о былых долгах, — решительно прервала мужчин Беатрис, весело качая головой. — Хватит вспоминать о мрачном прошлом. Мы собрались здесь исключительно для того, чтобы отпраздновать день вашей свадьбы, так давайте же наконец веселиться!

Девушка со смехом схватила Тайлера за руку и увлекла его на переполненный танцпол. Элизабет, лукаво подмигнув Бальтазару, сделала ровно то же самое с Маркусом.

Бальтазар с доброй улыбкой проводил взглядом счастливых влюблённых. «Что ж, пора и мне переходить к решительным действиям», — подумал он. Вампир перевёл взгляд на дальний столик, за которым в одиночестве сидели рыжеволосые сёстры. Было заметно, что Виктория откровенно скучает и жаждет мужского внимания, в то время как Кира что-то сосредоточенно записывала в свой блокнот.

Бальтазар вальяжно поправил безупречно уложенные волосы, расправил лацканы тёмно-синего пиджака и уверенной походкой хищника направился в их сторону.

— Добрый вечер, прекрасные дамы, — бархатным, вкрадчивым голосом произнёс он, останавливаясь у их стола. — Позволите ли мне разбавить вашу очаровательную компанию своим скромным присутствием?

Глаза Виктории мгновенно загорелись восторгом. — Конечно! Мы только «за»! — тут же выпалила младшая сестра, кокетливо поправляя кудри.

— А я думаю, что это крайне плохая идея, — ледяным тоном оборвала её Кира. Она даже не подняла головы от своего блокнота, демонстрируя абсолютное, железобетонное равнодушие.

— Что ж, ваша сестра явно придерживается совершенно иного мнения, — Бальтазар опасно сузил глаза, не отрывая от Киры своего пронзительного, гипнотизирующего взгляда.

В его голосе зазвучали мягкие, завораживающие нотки, способные подчинить себе чужую волю. Виктория уже была готова без памяти броситься ему на шею, но вся его истинная охотничья цель сейчас была сосредоточена исключительно на Кире. Эта неприступная смертная женщина слишком сильно ранила раздутое самолюбие древнего вампира, и он был намерен во что бы то ни стало заставить её играть по его правилам.

— Могу я пригласить вас на танец? — продолжал Бальтазар, сознательно игнорируя колкость.

— Я не в настроении танцевать, но моя сестра с огромным удовольствием составит вам компанию, — резко ответила Кира, даже не пытаясь смягчить тон.

Бальтазар, однако, не привык отступать перед трудностями. Отказ лишь сильнее подстегнул его азарт. — Что ж, хорошо. В таком случае у меня остаётся только один вариант: я буду сидеть за этим столиком и надоедать вам до самого конца праздничного вечера. Или же у вас есть шанс избавиться от меня — подарите мне всего один танец.

Кира с явным недоверием и прищуром посмотрела на наглого вампира. — То есть мне правда сегодня от вас никак не избавиться? — Боюсь, что нет. Я чертовски упрям, — Бальтазар открыто и самодовольно улыбался.

Девушка демонстративно закатила глаза и захлопнула свой блокнот. — Хорошо, я согласна. Но только если вы пообещаете, что весь оставшийся вечер больше не подойдёте ко мне и не будете надоедать.

— Обещаю оставить вас в покое, — Бальтазар галантно склонил голову, — если, конечно, вы сами потом не захотите моего внимания.

Мужчина был запредельно, почти вызывающе самоуверен. Кира молча поднялась из-за стола и уверенной походкой направилась в сторону заполненного танцпола. Бальтазар последовал за ней, хищно улыбаясь.

Когда они остановились среди кружащихся пар под медленный мотив оркестра, он плавно положил ладонь на её тонкую талию, собственнически прижав девушку ближе к себе. Её руки изящным движением обвились вокруг его шеи. Они медленно закружились в танце. Её прикосновения оказались неожиданно нежными, деликатными и… волнующими. В ту же секунду по телу Бальтазара пробежала странная, незнакомая волна мурашек, заставив мёртвые инстинкты на мгновение замереть. «А она горячая штучка», — с нарастающим интересом подумал он про себя.

— Не так уж это и страшно, не правда ли? — Бальтазар заглянул в её изумрудные глаза. — Я разве не говорил вам на входе, что совершенно не кусаюсь по праздникам?

— Нет, эту важную информацию вы почему-то утаили от меня, — Кира говорила дерзко, ни на секунду не поддаваясь его гипнотическому обаянию. — Впрочем, я абсолютно уверена, что в любом случае оказалась бы вам не по зубам. И мне бы очень не хотелось случайно испортить вашу безупречную улыбку.

— Вы даже не представляете, насколько сильно сейчас заблуждаетесь, — глаза Бальтазара опасно сверкнули, и в глубине зрачков зажёгся холодный огонь хищника.

«Она словно намеренно дразнит меня, — внутри вампира начала медленно закипать тёмная, древняя ярость. — Бедняжка даже не догадывается, с кем и в какую опасную игру пытается играть. Если бы она только знала всю правду о нашем мире, то вряд ли бы посмела столь легкомысленно обсуждать мои зубы». Его внезапно одолело глухое, дикое желание сорвать эту маску безразличия, прижать её к стене, вонзить клыки в её беззащитную плоть и наконец попробовать эту строптивую девчонку на вкус. Но Бальтазар вовремя усмирил зверя, напомнив себе: «Я ещё никогда в жизни не проигрывал. Придёт и моё время».

Музыка стихла, и Бальтазар, соблюдая придворный этикет, сопроводил Киру обратно к её месту. — Благодарю за столь приятное времяпрепровождение, мисс. Не смею вам больше надоедать, как и обещал.

Он резко развернулся и зашагал прочь к барной стойке, так ни разу и не обернувшись в её сторону. Гордость 1000-летнего вампира требовала красивой точки.

Весь оставшийся вечер Бальтазар демонстративно игнорировал её присутствие, но тайно и незаметно следил за Кирой издалека, используя свои обострившиеся чувства. Девушка больше не писала. Она сидела, безучастно глядя на огоньки, и выглядела глубоко печальной. Бальтазар сосредоточился и благодаря феноменальному обонянию смог чётко уловить тонкий, едва заметный запах её истинных эмоций. Она транслировала в воздух глухую тоску и вину. Кажется, эта смертная женщина прямо сейчас в чём-то очень сильно винила саму себя.

«Прекрасно, — самодовольно думал он про себя, наблюдая за её уединённым молчанием. — Пусть хорошенько поразмыслит над своим поведением. Я ведь сразу сказал, что со временем она сама будет отчаянно жаждать моего внимания».

Мужчина никак не мог сдержать победной, довольной улыбки. Чтобы закрепить этот эффект и посильнее задеть строптивую женщину, он ещё несколько раз за вечер демонстративно появлялся в поле её зрения. Бальтазар вальяжно проходил мимо её столика, флиртовал с другими гостьями и смеялся, но при этом не обращал на саму Киру абсолютно никакого внимания, полностью игнорируя её присутствие.