Угар перестройки

Беспокоит глав государств, наверное, и ещё один принципиальный момент - какого типа этот союз будет на практике. То ли равное партнёрство по примеру европейского сообщества, то ли все равны, но в центре - Россия. Все эти банковские «игры» привели республику ко второму «варианту. Но что такое - Россия в центре? Если политику - на второй план и вести хозяйство как в едином экономическом комплексе - это одно, если это диктат российского «реформаторского зуда», когда «согласование интересов республик выражается лишь в переносе сроков начала очередных гайдаровских экспериментов на людях, то это другое.

Судя по действиям и последним заявлениям российских правителей, скорее всего, пойдет опять второй вариант. Будет ли в таких условиях союз жизнеспособным? Согласятся ли не это республики?

В итоге, как видим, нас подвели к выбору лишь двух вариантов: либо врозь, либо под экономический диктат ельцинской администрации. Кто подвёл? А тот, кому выгодно управлять своим бывшим конкурентом в лице СССР для своих нужд.

Потому-то нам и не безразлично, кого россияне изберут своими политическими лидерами.

Хотя популярна и такая точка зрения: «А почему бы нам и не «отдаться» Западу?» Признаюсь - и я, грешным делом, мечтаю попользоваться всеми бытовыми радостями, которые дает техническая цивилизация. Но давайте на проблему посмотрим с другой точки.

Западному обществу, перенасыщенному прагматизмом и идущему по технотронному (тупиковому для духовности) пути развития, постоянно нужны два вида сырья: интеллектуальное - мозги ученых и инженеров, а также материальное, дающее технике энергию, металлы и химические соединения. Если в последние десятилетия оно нашло новые способы улучшения общественной самоорганизации (во многом используя опыт советского общества), чем и предохраняет себя от крупномасштабных политических кризисов, то в отношении сырья (а его нужно всё больше и больше) потрясения испытывать ещё приходится. Весь «нецивилизованный» мир уже приспособлен для потребления развитыми странами. Осталась та самая часть, где был Советский Союз. Для его использования эффективны два способа: либо обессилить его самостоятельность дроблением на мелкие кусочки, либо привести к власти послушный режим. Установка такова - «пусть они (то есть мы) добывают сырье, тратятся на это, а мы за «погремушки» будем его по дешёвке покупать и потреблять».

Кто-то сочтёт эти заметки подстрекательскими. Что ж, остается только пожалеть тех людей, гражданская и интеллектуальная трусость которых не позволяет им вырваться за узкий горизонт политиканства. Пусть они будут счастливы хотя бы в своей обывательской оболочке.

Ну а те, кто посмелее, те, на ком всегда держится любое общество, должны понять, что мы стоим перед великим историческим выбором. Либо повторим биографию туземцев, испытывая невероятный экстаз от яркого «ожерелья» из «сникерсов», видеодвоек, иномарок и прочих «цивилизационных» достижений, ублажающих желудок и сковывающих наше тело панцирем неподвижности. Либо осознаем, что представляем другой, альтернативный путь развития, насыщающий человечество духовностью, без которой люди превращаются в бездушных киборгов, человекороботов, безжалостно уничтожающих своих создателей. Если гуманисты на Западе, делая их героями фантастических произведений, тревожатся за будущее человечества, то почему мы об этом не должны думать?

"Кустанай», 2 октября 1993 г.

Динамит иногда взрывается

Бедность. Ни разу не слышал, чтобы кто-то ею гордился. Но тогда почему у человечества ещё есть такие места, где бедность не прячется стыдливо за изысканными лохмотьями, а вопиет о себе голодными обмороками старушек в очередях за ливерной колбасой, с укоризной смотрит на нас стоптанными башмаками представителя цвета нации - интеллигенции и съедает газетной мольбой к спонсорам, могущим оплатить дорогостоящее лечение медленно умирающего ребенка?

Кто эти люди, ставшие неплатежеспособными в критические для себя дни? Неудачники?.. Лентяи?.. Неизбежный побочный продукт, от которого людское сообщество, рвущееся к вершинам плотского благополучия, непременно должно избавиться? И что это за народ такой, который отдает некоторую свою часть под экономический молох, превращая ее в удобрения для преуспевающих жизнелюбов!

Из уст современных предприимчивых людей часто звучат слова о том, что сейчас каждый мужик, который имеет голову на плечах и крепкие руки, должен вертеться, а не ныть о своём нищенстве. Тезис этот, конечно же, бесспорный. Но примитивный. Примитивнее нищего алкоголика, стоящего с трясущейся рукой для милостыни. У него-то наверняка прошлое наполнено драматизмом. А какая история у идеи «на жизнь надо зарабатывать»? Это знали ещё в каменном веке, правда, понимал её каждый по-своему. Возникшее ещё при дележе убитого мамонта на этой почве разномыслие, постепенно привело общество к делению на «белую кость» и чернь.

Дело здесь, очевидно, не только в злой воле отдельных личностей или нескольких людей, как нам иногда преподносит пропагандистская машина той или иной политической группировки. Это упрощённый взгляд на жизнь. Очевидно, что-то в нашей жизни есть такое, что не позволяет каждому из нас добиваться таких результатов, чтобы и обществу польза была, и сам ты становился богаче. Но «святая простота» нынешних реформаторов подсказала им хорошенькую мысль - пока ты экономически не свободен, о счастье думать не моги!

Нашему народу не привыкать откликаться душой и телом на различные призывы. Так и живем. Не обошли стороной и очередное обращение «Все - в рынок!». И, как у нас заведено, тысячи юношей и девушек решили стать кузнецами собственного счастья. За ними потянулись и почтенные отцы семейств. Правда, не оставляя своих начальствующих кабинетов. Вертеться в насиженном кресле оказалось доходнее. И зашелестело наше общество денежными знаками разного образца, наивно полагая, что в верчении вокруг «купил-продал» - основа процветания.

А производство в это время катастрофически падает.

Кто-то скажет: «Ошибочка вышла. Нечаянно развалили СССР и искривили генеральную линию реформ». Дескать, ещё надо немножко потерпеть - кручёные парни, которые пришли из госсектора в бизнес, скоро восстановят хозяйственные связи и понесёмся на всех парах по рыночным дорогам.

Не получается. Тогда напрашивается вывод: если национальное богатство больше проедается и переплавляется в доллары, то как не появиться бедным? Бедность не витает в воздухе. Она вселяется в людей. И сразу же начинает их разрушать. Кто не шибко гордый, тот начинает просить милостыню. В любой форме. В прибавке к зарплате, хотя работать стал меньше, в различных льготах. Кто не хочет так просто расставаться с человеческим достоинством, тот начинает размышлять о зигзагах социальной справедливости.

Так в подвалах общества складируется динамит, который ждёт не дождётся детонатора, чтобы, взорвавшись, выполнить свою природную миссию. Оставшиеся в живых, конечно, соберут обломки и построят новое здание, но горе им, если они во взрыве будут обвинять только детонатор.

Была большая надежда на крутых ребят в частном секторе, но мы не учли одну серьезную вещь - общество с современными технологиями объективно выводит большую массу людей за сферу производства и содержит их счёт бюджета. В историческом плане это явление закономерно и в целом прогрессивно. Но сейчас это тяжелым налоговым бременем легло на госпредприятия и частных предпринимателей, что и без того усугубляет превратности переходного периода.

И еще один момент - в чьей реформаторской голове могла родиться иллюзия, что наш предприниматель окажется способным за счёт посредничества накопить капитал для современного промышленного производства? Дай Бог, чтоб ему хватило на приличный магазин или небольшой цех по производству муки или колбасы.

Аналогичные фантазии овладели и теми, кто думает решить наши медицинские и педагогические проблемы частной практикой. Слов нет - эту сферу тоже нужно развивать. Но разве врач найдёт сегодня столько средств, чтобы купить современную медицинскую аппаратуру, а репетитор разве заменит образовательный комплекс школы? Нужно сочетать и то, и другое. Но почему это происходит за счёт разрушения государственного сектора, который формировался десятилетиями и сейчас держится во многом на тех самых «совках», как обидно называют людей, способных выполнять свой профессиональный долг не только за плату, но и по совести.

А так называемые «новые люди» пусть ищут возможности для самостоятельной работы, пусть проявляют свою предприимчивость, организаторские способности. Они займут ту нишу в обществе, которая была свободна, и оформят конкурентную среду.

Что касается экономики, то продолжающееся перекраивания политической и экономической карты бывшего СССР окончательно запутало ситуацию, и все преимущества второго этапа приватизации пока сводит к нулю. Скорее всего, государство вынуждено будет опять включить механизм более жесткого управления производством. Для автономной экономики, которую мы вынуждены создавать в Казахстане, нужна концентрация средств. Это возможно сделать лишь при повышении управленческой роли государства.

Последние годы пропаганда нас сильно запугала государственностью, соединив её с крайним проявлением - тоталитаризмом. А ведь если рынок признан гениальным изобретениям человечества, то не менее гениальной выдумкой следует считать и создание государственности. Она способна не только обуздать стихию рынка, который одолевает людей кризисными потрясениями, но и вывести из такого кризиса, как наш, - в условиях отсутствия свободного рынка.

Именно государство своей мощью способно сейчас в нашем обществе создать такие условия в экономике, чтобы люди, ещё оставшиеся в этой сфере, могли найти приложение своим творческим силам, а не быть у него обузой, вымаливающей денежное пособие для физического существования.

Уберечь нас от сваливания в тоталитарную яму, чего мы сейчас очень боимся, может лишь развитие демократических сторон государства. А чтобы это был инструмент не бюрократии, а всего народа, нужно развивать представительную и судебную власть.

Пока же по-прежнему звучат призывы потуже затянуть пояса. Недавно спросил у пожилого человека, пережившего и голод 30-х годов, и сталинские лагеря, и многое другое: было ли у нас раньше хуже, чем сейчас? И услышал: не было. Скажу откровенно - не очень ему поверил. У старости свои критерии в оценке прошлой жизни. Но одно я почувствовал со всей очевидностью - поясок уже затянут на последнюю дырочку.

«Кустанай», 27 ноября 1993 г.

Как Егор Тимурович недооценил Владимира Вольфовича

Чуть поутих переполох в стане «демократической общественности», вызванный предварительными итогами голосов на выборах Федерального собрания России. Известные ораторы сказали какие положено слова, кого положено ссадили с руководящего кресла, кому положено сам ушёл в отставку, и, наконец, как и следовало ожидать, создан очередной, теперь уже антифашистский, блок. Но главного «шоковые терапевты» так и не сделали - не поставили точного диагноза причине образования опасной болячки - победы в выборах авантюрного Жириновского. И даже начатая у ельцинистов фильтрация свежим воздухом новой Конституции «отравленных» советской властью легких не сменила у них чахоточный румянец на естественную розовость щёк, свойственную людям, довольных жизнью и собой.

После апрельского референдума российские правители уговорили себя в том, что народ поддерживает их способ реформирования экономики. Эта иллюзия оказалась настолько развращающей, что даже такой неглупый человек, как Егор Гайдар, поддался её прелести. Теперь он говорит, что недооценил Владимира Жириновского. Нет, Егор Тимурович со своими помощниками прекрасно видел, как Жириновский блестяще исполняет все приемы предвыборной кампании. Он, скорее, не знали той почвы, на которую падали все обещания этого политика.

С первых же выступлений лидера ЛДПР обращали внимание на себя два факта: отсутствие критики правительства и более частые мелькания в средствах информации. Знакомый мне политик, изучавший ход предвыборной кампании в России, ещё до голосования спрашивал у представителей некоторых избирательных блоков их мнение по поводу отношения команды российского президента к действиям Жириновского. Ответ у всех был одинаков - он нужен для того, чтобы забрать часть голосов избирателей у коммунистов.

Сейчас часто проводят параллели с Германией начала 30-х годов, когда Гитлер пришёл к власти. Но опять это делается больше для того, чтобы испугать обывателя, и только. А если внимательно всмотреться в то время, то нельзя не заметит что: во-первых, тогда в Германии был такой же хаос, как сейчас у нас, во-вторых, боязливые буржуа сильно не хотели у власти коммунистов. Так трон был отдан Гитлеру. Очевидно, германские бюргеры хорошо помнили опыт России 1917 года, когда слабенькое Временное правительство, боясь сильного Корнилова, фактически подарило власть большевикам. Немцев тот российский опыт многому научил, он же руками Гитлера их и угробил. Вместе с десятками миллионов ни в чём не повинных граждан других стран.

Вернёмся к теперешней России. Так кто же создал на всей территории бывшего СССР хаос и кто 12 декабря 1993 года боялся прихода к власти коммунистов? Кто действительно сейчас вскармливает фашизм? В этом ещё нужно хорошо разобраться.

Американский президент оказался почему-то честнее российских демократов. Оценивая итоги голосования, он сказал, что это был протест. Правда, или не договорил, или его у нас недобросовестно процитировали, но осталось неясно – против чего протест?

Выводы будем делать сами.

Чем выиграл Жириновский? Идеями национального единства русского народа и воссоздания прежнего могучего государства. Да, у него это было густо замешано на шовинизме. Это отталкивало. Но сила переживаемого сейчас национального унижении, возмущение искусственным разделением семей оказалась сильнее.

Неплохо бы «Выбору России» задуматься и над тем, почему так много людей проголосовали вообще за другие блоки. Получается так, что правда жизни оказалась сильнее той правды, которой постоянно присягали гайдаровцы в своих предвыборных обещаниях. И уж совсем трудно понять тех аналитиков, которые сейчас доказывают, что главное теперь - убедить россиян в ошибочности их голосования. А может, правильнее ещё раз подумать о стиле проводимых реформ? Иначе к следующим выборам затоптанного Жириновского сменит другой Владимир Вольфович и соберёт под свои знамена ещё больше избирателей.

«Кустанай», 25 декабря 1993 г.

Заставь дурака богу молиться…

Кто сказал, что мы — общество сплошного атеизма? Да нет в мире такой страны, как наша, в которой бы вера была чуть ли не главной основой человеческого существования. В кого и во что мы только ни верили, чтобы простить самим себе неустроенность бытия, от каких богов мы только ни отказывались, чтобы в очередной раз поверить в другого. А он, очищенный нашим страдающим воображением от сатанинских наслоений, повёл бы в мир счастливого времяпровождения. Намаявшись в лабиринтах истории в поисках подходящего земного бога, мы наконец-то наткнулись на давно известного всему миру (но нами отвергнутого) и принялись с большим старанием ему молиться. Колени себе уже поистерли, лбы в кровь от усердия поразбивали, а ничего, кроме бед, новое божество нам не даёт. Каких только жертвоприношений ему не делали! Положили на алтарь: и гордость стариков за своё прошлое, и уверенность молодежи в счастливом будущем, и национальное согласие, и много ещё чего... В ответ лишь жёсткое молчание да беспомощное уговаривание номенклатурных проповедников ещё немножко своей пастве потерпеть.

Пусть простят мое невольное богохульство истинно верующие в духовного Бога люди - не покушаюсь я на авторитет Всевышнего. Речь идёт лишь о мелком божке (а может крупном дьяволе), которому в последние годы мы начали усиленно поклоняться. Имя ему - Рынок.

С разделением труда люди естественным путем нашли возможность обмениваться его результатами и никогда думали, что в конце XX века найдётся в мире народ, который в религиозном экстазе начнёт поклоняться этому природному явлению, выдавая его за своеобразного мессию, который наконец- освободит его от пут тоталитарного рабства. Словом «рынок» новые пропагандисты забили все уши обывателю, как бы замаливая прежние грехи в проповедовании коммунизма. Более того, рынок почему-то непременно связывается с капитализмом.

Но у рынка нет никакого лица: ни капиталистического, ни социалистического. Это всего лишь колеса, без которых «телега» экономики не поедет. Рынок зарождается в натуральном обмене результатами труда, и этот период можно сравнить с тем, как человек тащит груз волоком. Появились деньги - и это можно уже сравнивать с появлением колёс. Дело пошло споро. Усложнялся рыночный механизм (то бишь совершенствовалось колесо), и повозка экономики могла везти груз больший и на дальние расстояния.

Однако колесо может пойти вразнос. Что и случило в странах Запада до 40-х годов текущего столетия, воплощаясь в экономических кризисах. Как человеку в этом случае взяться за управление колесами (простите - рынком)? Где притормозить, а где и смазочки посвежее добавить. Постигая науку управления рынком после 1917 года, мы так увлеклись тормозами, что пришлось заставлять народ кнутом и пряником толкать свою заторможенную «повозку». Но и в этот период рынок всё равно существовал - колёса вертелись. Поэтому призывы «вводить» сегодня у нас рыночные отношения - проявление принципиальной ошибки. Если бы дело было только в словах, то мы бы уж как-нибудь разобрались. Дело не в рынке как таковом - он всего лишь механизм обмена результатами труда. Соль в том, насколько этот механизм способен свободно работать на основе своего внутреннего устройства.

Представьте себе сильно перегруженную повозку, да ещё с приторможенными колёсами (чтобы назад сама не покатилась), которую люди, надрываясь, толкают в гору. Дошли, до критической точки и встали - кончились все силы. Вдруг навстречу выходит хитрый мужичишка и говорит: «Зачем колёса зажали тормозами? Отпустите - телега сама пойдет. Можете и сами на неё садиться». Что они и сделали. Повозка, конечно, понеслась назад, подпрыгивая на ухабах и теряя по дороге груз. Есть все основания ждать, что где-то она перевернётся и похоронит под собой незадачливых седоков. Хитромудрый советчик посокрушается таким исходом, а потом соберёт разбросанный по округе скарб «рыночных новаторов» и поедет дальше на своей, хорошо смазанной и умело управляемой телеге.

Любим мы везде искать капитализм или социализм. Раз уж на то пошло, то по поводу рыночных отношений можно, очевидно, сказать, что при капитализме рынок ещё плохо управляем и поэтому сотрясает общество кризисами. При социализме же человек, познав объективные законы экономики, начинает управлять рынком. При этом он не должен подавлять экономический интерес производителя (как у нас делалось раньше) и в то же время при помощи плановой, инвестиционной, налоговой политики стремиться уберечь экономику от кризисов (как это делается сейчас на Западе). Эту задачу решают государственные органы. В этом-то и проявляется общенародная собственность. Не в юридическом праве на орудия труда, а в возможности общества регулировать экономические отношения. Не в интересах отдельных социальных слоев, а во благо всего народа.