Зов крови

Настасья Гопанчук

Зов крови

Глава 1

Кеназ шла след в след за Эльмой по белеющей в полумраке лесной тропинке. Шептались о чём-то верхушки деревьев, перекликались ночные птицы, потрескивали под ногами сухие ветки. Сквозь густые запахи июльского леса уверенно проступало ощущение речной прохлады от мерцающего за листвой водоёма. Серебристая лунная дорожка слегка колебалась под дуновением редкого ветерка, терзая тёмную поверхность реки - имя которой Смородина.

За спиной у адептки чертыхалась Айла, то и дело наступавшая на корни деревьев и звеневшая своими украшениями. А замыкала шествие Ариадна, которая несмотря на недавний залет в лекарское крыло упрямо отправилась вместе со всеми на поиски цветка папоротника. Но пока эти самые поиски зашли в тупик.

В стенах академии всё казалось простым и понятным. Используя портальный амулет, они уходят к берегам Смородины. За рекой, текущей в пригороде Норстена, закрепилась давняя слава водоёма, способного не только возвращать жизнь мёртвой материи, но и пробуждать вкус к этой самой жизни. Где, как ни в её окрестностях, искать цветок, зажигающий внутренний огонь и дарующий удачу и бессмертие? По легенде, алый лепесток, оторванный от соцветия исполнял любые, даже самые дерзкие желания, если проситель был смел и честен, в первую очередь, с самим собой. Расцветающее ровно в полночь, мистическое растение показывалось на глаза не всякому и не каждому - искренность намерений была тем самым компасом, указывающим к нему путь. Эльма на всякий случай даже раздобыла в недрах академической библиотеки приметы поляны, на которой можно было обнаружить это диво, но то ли лесной хозяин их водил по кругу, то ли не все условия были соблюдены - никакого намёка на цветок пока не было.

- Привал. - скомандовала огненная магичка, подавая руку Кеназ, нацелившейся на соседнее с ней бревнышко. Айла, яростно отмахиваясь от мошек, без сил сползла на пенёк и принялась вытряхивать из низких кожаных ботинок какие-то камешки и веточки.

- А где Ариадна? - уточнила Эльма, делая глоток воды из фляжки, болтавшейся у неё на поясе. На поляне повисла тишина, в которой был слышен даже писк комаров. С учётом того, что в темноте все кусты были на одно лицо, да и бог весть сколько времени они ходили по кругу, никто так и не смог вспомнить, когда от них отстала художница.

- Я так и знала, что её надо было оставить в академии. - бухтела шаманка. - Но вы же меня никогда не слушаете! Сколько раз я вам рассказывала о том, что ни одна пара с Ариадной добром ещё не кончилась - одни сплошные приключения. Вот, получите, распишитесь.

- Мне показалось честным дать человеку шанс. - пожала плечами Кеназ. - Она так же, как и мы, имеет право быть счастливее и удачливее.

- Вот ты и пойдёшь её теперь искать. Мне эти приколы на занятиях надоели до зубовного скрежета. Все с ней носятся, как с писаной торбой: Ариадна то, Ариадна сё. Бесконечно помогают, выручают, чуть зачёты не за неё сдают и вот результат. Сказано было идти строго за мной, где эльфийка? Нет эльфийки!

- Она всегда такая добрая? - спросила Эльма, выслушав эту отповедь.

- Да нет, в последнее время только. Может Сварт на неё так повлиял? - хмыкнула в ответ магичка, чем навлекла на себя взгляд Айлы, полный глубокого презрения.

- Девчата, всё бы ничего, но мы так далеко не уйдём. Одну спутницу мы уже потеряли, у каждой по камню за пазухой и ещё неясно, так уж искренни ваши желания? Не просто же так мы бродим в трёх соснах уже который час.

Шаманка с нескрываемой злостью уставилась на спутниц и хотела было огрызнуться, но Кеназ решила послушать голос разума и спросила её напрямую.

- Айла, что происходит?

Девушка упрямо поджала губы и даже не подумала отвечать.

- На днях ты взъелась на меня, не сказать, чтоб за дело, сегодня добралась до эльфийки. Ты же понимаешь, что происходит что-то неправильное, ненормальное? Тебе не свойственно такое поведение, а нам с тобой и вовсе нечего делить. Может мы все не замечаем каких-то очевидных вещей?

- У тебя корона голову жмёт. - буркнула шаманка.

- Хорошо, допустим. Ещё?

- Эльма втрескалась в своего Рэя и не видит ничего вокруг.

Кеназ жестом остановила собравшуюся было возмутиться огневичку и продолжила.

- С Ариадной понятно, ну, а ты, что же?

- А я устала. - чуть слышно прошелестела собеседница и замерла, словно не веря выпорхнувшим из неё словам.

- И всё? Смотри, подходит к концу первое полугодие, у всех по-тихому или не очень сдают нервы. Ещё пару семестров и станет очевидно, кто найдёт себя в списке на отчисление. Все, как один пытаются подтягивать свои хвосты и надеются успеть то, на что им не хватило предыдущих месяцев. Единицы в академии сдали экзамены автоматом, остальные по-прежнему барахтаются, пока есть время. Но это всё равно не причина идти на поводу у настроений большинства и поддаваться панике.

- Тебе легко говорить, ты всё сдала. - огрызнулась соседка по комнате.

- Наши экзамены, действительно, сдала. - согласилась Кеназ. - Но ты забываешь, что у меня впереди три вступительных в Вальхаллу и вот там абсолютно точно конь не валялся. Как думаешь, можно за неделю освоить то, на что отводится целый семестр? Хочешь так же?

Айла мотнула головой.

- А ты, например, знаешь, что Вальди отправила нас с Рэем патрулировать Эскарию? - внезапно вклинилась Эльма.

- Ту самую мёртвую Эскарию, откуда смогла вернуться только она сама? - огромными глазами уставилась на неё шаманка. - Но туда же не отправляют адептов, даже выпускников - это слишком опасно!

- Просто так не отправляют, а за дело - очень даже. И я вот, например, особо не надеюсь, что мы вернёмся, а значит, на счастье нам с Рэем отпущено два понедельника. Ты бы в моей ситуации смогла видеть что-то ещё, кроме любимого? - и не дождавшись ответа, девушка продолжила. - Если ты хочешь продолжить обучение в академии, пришла пора взрослеть. Учиться раскладывать большие проблемы на посильные задачи и маленькими шагами идти вперёд. Ты взяла внушительную высоту, когда выбрала учиться здесь, но это право ещё нужно доказать.

- У каждого из нас, даже если со стороны кажется иначе, есть свои трудности. - добавила Кеназ. - И чтобы оценить их масштаб, надо надеть ботинки того человека и шаг за шагом пройти его путь. Абсолютно точно к концу дороги ты поменяешь своё мнение. А ещё мне бы хотелось тебе напомнить, что ты не одна. Не стоит загонять себя в угол и укрываться собственными отчаянием и беспомощностью. Можно и нужно просить помощи, мы ведь не в Вальхалле.

- А там нельзя? - уставилась на неё шаманка.

- Умные люди не рекомендовали. - не стала вдаваться в подробности Кеназ. - Поэтому хватит уже кусаться, возьми на себя ответственность за ситуацию и мы постараемся помочь, если это будет в наших силах.

- Мне стыдно. - вздохнула Айла.

- Тогда не всё потеряно. - хмыкнула Эльма. - Надеюсь, сейчас ты нас услышала. А теперь давайте решим, как нам искать потеряшку? Нагорит за неё всем, голову даю на отсечение.

В этот момент в глубине леса вспыхнул огонёк, с каждой секундой набирающий силу. Это было похоже на отблеск костра, только свечение было насыщенного алого цвета. Он то пропадал, то появлялся, с каждым разом всё больше увеличиваясь в размерах. А вместе с этим в воздухе зазвучала лёгкая, чуть слышная мелодия. Она плыла над поляной, укутывая деревья и травы, убаюкивая дневных зверей и вплетаясь в голоса ночных птиц. То срываясь, словно со скалы, то заново набирая высоту, чтобы через секунду уйти в крутое пике. Россыпь колокольчиков продолжали клавишные инструменты, им на смену спешили струнные, а потом всё повторялось сначала, но в другой тональности. Незамысловатый напев, казалось, касался каждой клеточки тела, подбрасывая охапки искр в озябший костёр души.

Стараясь не терять огонёк из вида, девушки побрели сквозь лесную чащу, аккуратно раздвигая кусты.

- Мне кажется, что я когда-то давно слышала этот мотив. - нарушила Кеназ таинственную красоту момента. - И даже как-будто знала слова. Они скребутся на краешке сознания, но не дают себя ухватить.

- Это как детская колыбельная. - подхватила Айла. - Слышишь её во взрослом возрасте и со дна души начинают волнами накатывать воспоминания, причём, зачастую не картинки даже, а ощущения. Мамины прикосновения, её тепло, чувство защищенности, уверенность в том, что ты нужна и тебя любят. Если бы у меня был с собой какой-то инструмент, я, наверное, даже смогла повторить эту мелодию. Эльма, а ты не узнаешь разве?

Девушка на это только пожала плечами.

- Я выросла в сиротском приюте и вряд ли нас там баловали колыбельными. Кто мои родители, тоже не знаю. Вся документация, какая и была, сгорела вместе со зданием, когда мне стукнуло двенадцать. Если бы не сердобольная кухарка, приютившая пятерых девчонок, а потом упрямо стремившаяся дать нам достойное обучение, я бы уже была мертва.

- Почему? - упавшим голосом спросила шаманка.

- Холод, голод, воровство, бродяжничество, рабство в подмастерьях, торговля телом - вот и все перспективы у таких, как я. Мы никому не нужны, о нас никто не помнит, мы лишний элемент - гнойник на теле империи.

- Но как же так? - искренне удивилась Кеназ. - Вы ведь могли бы приносить пользу, раскрывая свои таланты. Насколько я поняла, в Созвездии Севера довольно демократичные нравы и каждый может найти себе занятие по душе.

- Брось, кто будет возиться с полукровками? - ответила Эльма. - Это всегда выходило себе дороже - возиться с их неуправляемой силой. У магов дар холят и лелеют с детства, разыгрывая, как по нотам, необходимые, а самое главное, своевременные инициации. Методично, постепенно, день за днём повышая сложность, как, например, при игре на пианино. А полукровки в нашем обществе считаются изгоями, от такого потомства всегда стараются избавиться. И хорошо, если просто подкинуть в приют, а не чего похуже. А там какое обучение? Ну, стирке, уборке, готовке нас, конечно, учили, иногда грамоте, если у приюта были свободные дотации. Но магический потенциал там никому не интересен, наоборот, выгодно, если раскрывающийся с возрастом дар попросту сожрёт своего обладателя - меньше ртов кормить. Слишком высока вероятность, что неуправляемая сила в подростковом возрасте натворит много бед, как река в половодье, и от этого пострадают невинные люди.

- Кажется, я ничего не смыслю в жизни. - изрекла Айла, комкая подол платья.

- А как же ты оказалась в академии? - спросила Кеназ.

- Повезло. Кухарка догадалась, кто спалил приют. Я всегда была на ножах с директрисой, а в тот момент она меня ужасно разозлила. Полчаса, наверное, пропесочивала, поминая разными словами моих родителей - а у нас память об этом свята. Ну, и произошёл спонтанный всплеск силы на эмоциях. Кроме этой бабы никто не пострадал, все были на общественных работах, но здание восстановлению уже не подлежало. Кроме нашей пятёрки, кстати, в живых никого уже и нет.

Так вот, кухарка была женщиной неглупой и быстро смекнула, что тесное соседство со мной черевато проблемами. Сначала пристроила в подмастерия к кузнецу, потом по счастливой случайности я попала к ювелиру. Он меня и грамоте обучил, и все тонкости ремесла показал, и даже позволял с его сыновьями основы магии постигать. Там же я узнала про академию и решила попытать счастья, терять-то всё равно было нечего. Работала, как проклятая, чтобы скопить злотые на нужные знания, искала учителей, книги, занималась по ночам. В школы-то полукровкам вход тоже заказан. Чудом поступила, если бы хоть баллом меньше набрала, то всё, оказалась бы в пролёте. А теперь если огонь не верну, не сдать мне зачёты. После вылазки в Вальхаллу я свой дар словно пополам с Рэем разделила и самой теперь не хватает даже минимального уровня.

- Получается, это ты из-за меня по уши в проблемах? - нахмурившись, спросила Кеназ.

- Не обольщайся. Это был мой сознательный выбор и я примерно представляла, какую цену придётся заплатить. Я не жалуюсь. Мне повезло прожить интересную и яркую жизнь. Училась у лучших, дружила с достойными, даже вот любовь ко мне постучалась. Лучше ведь вспыхнуть и сгореть в одночасье, чем тлеть десятилетиями, вызывая жалость. Это хуже, чем смерть, врагу не пожелаю.

За разговорами девушки и не заметили, как выбрались на поляну, где маячил алый огонёк.

Раздвинув кусты, Кеназ первая ступила на изумрудную зелень травы, которая здесь была явно свежее и ярче остальной. Древние сосны застыли по периметру в полупоклоне, над их верхушками медленно выбиралась из-за туч круглая луна. Среди густых зарослей папоротника, захвативших всё пространство, держалось мягкое свечение, чем-то, действительно, напоминающее цветок. Воздух, дрожащий вокруг него, был словно до краёв напоен терпкой сладостью июльского разнотравья. Он кружил голову и чуть туманил сознание, как молодое вино, стремительно разносясь по венам и проникая в каждую клеточку тела.

Алые всполохи дрогнули, смолкла мелодия, до этого плывущая над поляной, и из сердцевины диковинного соцветия проступили очертания женского лица.

- Доброй ночи, красны девицы. - послышался глубокий грудной голос и вместе с ним зашевелились плотные заросли, выпуская на свободу блестящие змеиные тельца. Серебристыми ниточками они скользили по траве, всё больше разбавляя травяную зелень и заставляя девушек испуганно замереть на месте.

- Не вздумайте двигаться, - прошептала Эльма. - раздавите хоть одну, проблем не оберёмся.

- Правильно. Я уважаю вашу смелость, но своих слуг ценю больше случайных гостей, не обессудьте. - качнулся цветок, выпуская на свободу стройную рослую девушку, образ которой яркой тенью замер среди широких и раскидистых листьев растения. Она пристально вгляделась в замершую перед ней девичью компанию и, словно что-то для себя решив, продолжила. - Ветры перемен погасили ваш внутренний огонь, вместо высокого костра остались тающие угли, подёрнутые пеплом. Вы смелы и упорны, но ищите смыслы вовне, забывая о том, что для рождения новой жизни яйцо разбивается изнутри. Что заставляет тебя просыпаться по утрам? - обратилась незнакомка к Кеназ, оказавшейся к ней ближе всего.

- Упрямство. - не моргнув глазом, выдала та.

- Ты тщеславна и амбициозна, но это всего лишь вода, которая крутит мельничное колесо. А чтобы оно вздрогнуло и пришло в движение нужен стимул, у каждой из вас он будет свой. А ради чего просыпаешься ты? - спросила девушка Эльму, напряжённо закусившую губу и смотревшую чуть исподлобья с лёгким прищуром.

- Любимый мужчина. - ответила магичка, чем вызвала ироничную усмешку у своей собеседницы.

- Зря. Они приходят и уходят, чаще всего оставляя после себя гуляющие сквозняки разочарований. Смертное не может быть движущей силой, ему этого не дано. А ради чего просыпаешься ты? - и Айла вздрогнула от горячего прикосновения женской ладони. В глубине солнечного сплетения, впервые за много дней, шевельнулись, робкие ещё, отзвуки июльского зноя и ответ сам собой сорвался с губ.

- Я хочу знать, кто я такая.

- Любопытно. Поясни. - кивнула собеседница, присаживаясь на траву и заставляя присоединиться остальных приглашающим жестом.

- Я родилась среди таёжных троп и болот в семье нойдов, стремительно теряющих свою силу. Отблески древнего, некогда могущественного дара, позволили мне поступить в чертог Шаманов. Но меня уже полгода одолевают сомнения, кажется, что моя душа заблудилась при рождении. Мне тесно в ритуальных одеждах, душно при проведении обрядов, ничего не откликается внутри на практикумах. Я делаю на автомате привычные вещи, снова и снова задаваясь вопросом: кто я?

- Это близко к истине. Продолжай.

- Меня по-прежнему тянет к природе, но не такой, среди которой я выросла. Моё сердце бьётся при виде стремительных рек, яркого солнца, высоких гор. Меня зовут каменные мостовые, нарядные здания и духи городов. Я вздрагиваю по ночам от незнакомых мелодий, струящихся в моей крови. Просыпаюсь от незнакомых шорохов, зовущих меня в дорогу. Я грею бубен над костром, уговаривая его нашептать мне верный маршрут.

- Что же останавливает тебя в сорваться в поиски? - уточнила незнакомка.

- Я боюсь разочаровать свою семью. Они верят, что я продолжу их дело, пойду по стопам предков. Ждут, что может быть мне удастся вернуть былое величие нашего рода.

- Твоя душа пришла из созвездия Кассиопеи и имя, данное ей при рождении - Ладислава, если по-нашему - Беркана. Когда-то мы были дружны с со соседними созвездиями, были в чести межрассовые браки и различные ремесленные союзы. Маги обменивались опытом, знаниями, общими усилиями отражали атаки тёмных сил. Но постепенно все погрязли в своих проблемах и миры отдалились друг от друга.

- Но как я оказалась в вашем мире и вообще в тундре? - обалдев от обилия информации, выпалила Айла.

- Всему своё время. - погрозила пальцем собеседница, чуть нахмурив брови. - Любая информация должна быть оплачена, если не деньгами, так чем-то другим. Чем ты готова пожертвовать?

- Силы, время, знания. - перечислила шаманка, судя по выражениюлица, не очень понимая, куда клонит незнакомка.

- В Вальхалле есть ряд дисциплин, которые абсолютно точно ответят на любой твой вопрос, касаемый происхождения. Знаний у тебя нет, но сил и времени достаточно - я принимаю эту жертву. Твоя ведущая стихия - Земля, я могу открыть тебе Огонь. Две силы откроют тебе двери Вальхаллы и позволят примерить на себя обувь подруги, которой ты так завидуешь. Ну что, согласна?

Айла ошарашенно посмотрела на Кеназ, словно ища поддержки, но та лишь улыбнулась уголками губ.

- А что случится, если ничего не менять? - наконец нашла в себе силы прояснить ситуацию шаманка.

- Ты вылетишь из Северной Боевой Академии по окончанию семестра Купалы и вернёшься обратно к нойдам. Туда, с чего всё началось.

- Выбор без выбора. - задумчиво протянула девушка, коснувшись деревянных бусин, вплетенных в волосы. - Но если у меня не хватает сил, чтобы учиться в чертоге Шаманов, как мне может покориться Вальхалла?

- Тебя ведь не будут спрашивать, потянешь ты или нет учёбу. - иронично улыбнувшись, ответила незнакомка. - Два дара - это прямая дорожка в закрытую мужскую академию. Хочешь, не хочешь, можешь, не можешь - это никого не будет волновать - переводись, а там уже, как повезёт. Экстерном экзамены своего чертога, затем зачёты Воинов, вступительные в Вальхаллу - вот примерный план. В течение первого семестра у тебя будет возможность показать, на что ты способна. По итогам следующего Имболка станет понятно, имеешь ли ты право носить форму академии и есть их хлеб.

После нескольких мучительных минут выбора, Айла, зажмурившись, ответила.

- Я готова.

Незнакомка сделала шаг вперёд и на её вытянутой ладони сверкнул лепесток цветка папоротника. Лёгким движением она вживила его в солнечное сплетение шаманки, нараспев произнеся несколько слов на первородном наречии. Алая искра отразилась в глубине шаманского зеркала, болтающемся на груди и девушка открыла глаза.

- Украшение начнёт нагреваться, когда проснётся стихия, поэтому ты точно не пропустишь грядущие перемены. А пока - усилием воли приводишь себя в чувство и стремишься получить автоматы на собственных зачётах. Для начала этого будет достаточно.

Итак, Эльма, какие выводы ты сделала на примере подруги?

- Нужно твёрдо знать, кто ты и зачем, прежде, чем стремиться к отношениям, какими бы желанными они ни были. - отозвалась огневичка.

- Достойно. Знаешь ли ты ответы на эти вопросы?

Девушка покачала головой, упрямо поджав губы и нервно хрустнула костяшками пальцев.

- Прими мой дар. - шагнула к ней незнакомка с очередным лепестком, который секунду спустя утонул в глубине солнечного сплетения адептки. - У тебя есть время до Саммайна, дальше уже никто не сможет тебе помочь. Сделай верные выводы.

Кеназ?

Магичка смело сделала шаг вперёд и с любопытством посмотрела на собеседницу.

- Твоя смелость и настойчивость в исправлении собственных ошибок достойны уважения. Но на голом упрямстве ты долго не протянешь, даже с двумя стихиями. Именно огонь, горящий внутри заставляет нас жить и дышать полной грудью. Бороться, стремиться, ошибаться, учиться, получать удовольствие и щедро делиться своим светом, мерцающим в глубине души.

Тебе выпал самый непростой жребий из вас троих, но я верю, что ты найдёшь в себе силы справится и с третьей стихией. Прими мой дар и ступай первой, с гордостью поднимая свой факел. - с этими словами незнакомка утопила в её солнечном сплетении лепесток диковинного цветка, заставляя разгораться огонь, и сделала шаг назад. - На прощание самым смелым я готова подарить ключ к пониманию первородного наречия.

Три змеи, повинуясь едва заметному движению пальцев хозяйки, скользнули к адепткам. Эльма, побледнев, как полотно, сделала шаг назад и мотнула головой. В её глазах застыл животный ужас, исказивший лицо гримасой отвращения.

- Я уважаю твой выбор. - хмыкнула женская фигура, стремительно теряя человеческие очертания и превращаясь в алую тень.

Айла рванула было следом за огневичкой, но Кеназ бесцеремонно поймала её за шиворот и прошипела.

- В Вальхалле Первородный язык стоит вступительным испытанием! Сдурела, отказываться от такой возможности?

- Держись её и возможно не пропадёшь в мужской академии. - прошелестела на прощание незнакомка, истаивая в воздухе.

Шаманка, вцепившись в подругу, с широко открытыми глазами наблюдала, как две змеи скользнули вдоль их запястий. Стремительные гадючьи тельца трижды обвили их правые руки и на секунду замерли. А затем маленькие головки, показав раздвоённые языки, с шипением впились в нежную кожу соратниц.

Кеназ вздрогнула, отмечая, как пресмыкающееся рассыпалось серебристыми искрами, повторяя старую татуировку, а под кожей побежали первородные символы. Сплетаясь в слова, предложения, фразы. Вживляя в ДНК умение говорить на древнем наречии, петь и составлять уникальные заклятия, способные менять канву реальности. Позволяя иметь личный доступ к мировой сокровищнице знаний, охраняемой нагами. Даруя возможность общаться на равных с носителями других культур, говорящих на этом языке.

Змеиный яд прокатился по венам живым оловом, разрывая в клочья всё мёртвое и отжившее, пустое и наносное. Выплавляя новые смыслы и ключевые ориентиры, создавая индивидуальное плетение, являющееся в магическом мире своеобразным удостоверением личности. Где чёрным по фиолетовому было написано, кто перед тобой находится и что из себя представляет. Эти замысловатые узоры, читаемые спинным мозгом, не только являлись паспортом и паролем, открывающим многие двери, но и безошибочно определяли: кто друг, кто враг, а кто так. И это был поистине роскошный подарок от хозяйки купальского леса.

- Но вопрос, где искать Ариадну, так и остаётся открытым. - сзади подала голос Эльма, присаживаясь на поросшее мхом, поваленное бревно.

- Хтонь её побери... - выругалась Айла, устало потирая лицо руками. - Кеназ, ты же владеешь воздухом, отправь поисковое заклятие.

Соседка по комнате хлопнула себя по лбу и щелчком пальцев сплела простейшую руническую вязь. Между отправителем и адресатом протянулась мелко дребезжащая нить насыщенного синего цвета. Она петляла между кустами, устремляясь в ту сторону, откуда девушки начали свой путь.

- Пошли. - пригласила спутниц магичка, сматывая по дороге плетение в небольшой клубок, то и дело норовящий выскользнуть из пальцев и отчего-то злобно кусающийся на каждом повороте.

Эльфийка нашлась на небольшой поляне, густо усеянной кустиками земляники. Платиновые пряди рассыпались по спелым крупным ягодкам, подол сиреневого платья укрыл настоявшиеся купальские травы, маленькие босые ступни были щедро перепачканы землёй. Грудь мерно вздымалась от спокойного размеренного дыхания и казалось, что художница просто спит.

- Она что, задремала на ходу и брякнулась? - изумилась Айла.

- Если бы... - ответила Кеназ, принимая информацию от сканирующего заклятия, которая удивила её до глубины души. - Но об этом потом. Надо разбудить это горе луковое и возвращаться, пока нас не хватились. Я-то уже практически не адептка Северной Академии, а вам как бы от Вальди приключений на полигонах не перепало.

Эльфийка сонно хлопнув ресницами в последний раз, села и изумлённо уставилась на девушек.

- А почему мы никуда не идём?

- Потому что ты сидишь. - буркнула Эльма, щелчком пальцев открывая портал в общежитие.

- Подождите, мы же ещё цветок не нашли! Почему мы возвращаемся?

- Светает. - нейтрально заметила Кеназ, помогая художнице подняться. - Кстати, а когда будет готова моя картина?

- У меня сейчас ещё одна в работе, а потом примусь за твою. А я что, всё проспала? - уточнила собеседница, видимо, окончательно просыпаясь и делая шаг в портал. - Или вы без меня цветок поделили? - пухлые губы капризно надулись, словно по команде.