Шесть писем мертвеца. Версия 2.0

Кристина закашляла и покраснела. «Значит, Роберт отдал долг... Ну и хорошо».

— Где найти посредника?

— Госпожа, вам опять покажется странным, но он не сказал адреса. Когда надо — сам звонит. Знаю только, что он всегда в очках — и зимой, и летом. И с большими усами. Но вот чего я не пойму... — Дронов замялся. — Среди бумаг есть распоряжение нового владельца. Как же он тогда умер?

— Письмо от Артура?! Покажите срочно!

Кристина не находила себе места. Наконец управляющий принёс конверт. Она выхватила лист и жадно прочла:

«От моего лица все операции с недвижимостью будет выполнять моя супруга — Кристина Владимировна Воронова. Прошу принимать от неё все поручения и считать её после уплаты всей суммы законной владелицей. Деньги обязуюсь выплатить в течение трёх месяцев. Сделка окончательная и пересмотру не подлежит, даже если со мной что-то случится».

Внизу стояли подпись Артура и гербовая печать нотариуса.

«Когда он успел заверить бумагу?!» — Кристина похолодела.

— И что мне делать? — тихо спросила она.

— Заплатить остаток в срок — и дом ваш. Можете потребовать, чтобы я съехал в любую минуту.

— Нет-нет, оставайтесь, — подняла она руку. — Вы мне нужны. Делайте то, что делали раньше. Я должна переосмыслить, жить мне здесь или продать. Слишком много событий...

Вдруг её лицо исказила гримаса:

— Но я не знаю даже итоговую цену. У меня нет договора.

— Договор должен быть среди бумаг вашего мужа, — вежливо заметил управляющий. — Посредник меня информировал.

Кристина фыркнула, но возражать не стала. Она и правда ещё не смотрела деловые бумаги супруга.

— Назовите окончательную сумму.

— Вот здесь всё написано. — Дронов протянул копии.

— Один миллион долларов? — Кристина схватилась за сердце.

— Поэтому хозяин и согласился на рассрочку, — мягко сказал управляющий. — Не смею советовать, но у вашего мужа наверняка был солидный счёт. Не стал бы он покупать особняк без капитала.

Кристина знала, сколько денег лежало на счетах Артура. Если постараться — найдёт сумму. В доме на мелкие расходы лежало 120 тысяч. Можно продать драгоценности. «Выход всегда найдётся».

Её согревало лишь одно: дом прекрасен. И его можно будет потом продать в два раза дороже.

«Похороны Артура через две недели, — размышляла она, покидая особняк. — Я стану полноправной владелицей. Может, на его счетах ещё кое-что припрятано...»

Она увидела Олега, который бродил вокруг дома, и замахала ему.

— Что-то не так? — он подбежал и взял её за руку.

— Всё далеко не так! — выдохнула Кристина. — Олег... тебе не кажется странным, что вокруг этого шикарного коттеджа — одни убогие лачуги? Такое красивое место — и ни одного богатого особняка?

Олег равнодушно пожал плечами:

— Кристи, не кажется ли тебе, что ты во всём видишь только злой умысел? Ты сама себе строишь преграды.

Честно говоря, именно эти слова Кристина и хотела услышать. Она улыбнулась, сжала его пальцы и нажала на газ — в сторону нового, неизведанного, пугающего, но такого манящего будущего.

10

Была глухая, непроглядная ночь — та самая пора, когда время словно замирает, а стены начинают дышать холодом. Кошмарный сон вновь вернулся к ней. Кристина вздрогнула во сне и судорожно прижалась к Олегу. Он проснулся мгновенно — словно и не спал, — нежно, почти по-свойски обнял её и молча поцеловал в ушко.

…Сегодня вечером она отдалась ему после долгого, тягостного перерыва в их любовных играх, и Олег чувствовал себя если не повелителем мира, то как минимум триумфатором. Это был настоящий праздник души и тела: они упивались страстью, тонули в объятиях, теряли счёт времени. Но всё равно — это было не то. Не так, как раньше. Что-то невидимое, колючее, как заноза, мешало наслаждаться. Кристина старалась изо всех сил уважить его чувства. Она прекрасно понимала: Олег может найти другую — хотя бы для тёплой постели. И боялась потерять его. Особенно сейчас, когда земля уходила из-под ног.

…Ей не спалось. Мысли — одна другой мрачнее — лезли в голову, как крысы из подпола. Она не знала, что делать с домом, где взять деньги, и, самое страшное, боялась спросить Олега про драгоценности.

— Драгоценности! — вырвалось у неё вслух в тишину. Слово прозвучало как выстрел. Тяжёлым, ледяным камнем всё это лежало на сердце. Кристина уснула лишь под утро, так и не придумав ничего путного. Проснувшись, она снова нежилась в объятиях друга, будто забыв про ночные кошмары. Ей до дрожи не хотелось выяснять с ним отношения.