Наследница Запретного леса

Глава 5. Экипировка и Камень Неизменности

После того как мы вернулись в наш временный, магически расширенный домик при академии и подробно, с карандашом в руках, обсудили все предстоящие трудности, стало очевидно одно: просто так, с пустыми руками и наивными ожиданиями, в жестокий учебный процесс мы не вольёмся. Нам требовалась серьёзная экипировка. Без промедления, едва сделав утренний глоток чая, мы отправились на городской рынок. Цель была чёткой, прагматичной и не терпящей отлагательств — приобрести надёжное оружие, защитную экипировку и различные канцелярские товары для подготовки к занятиям, которые, судя по всему, обещали быть сущим адом.Мия поначалу отчаянно сопротивлялась, пытаясь остаться в стороне, ютясь у порога нашего домика, словно боясь переступить черту, отделяющую её от привычной, хоть и бедной, но безопасной жизни. Но её мнения, по сути, никто не спрашивал. И это было не из злого умысла, высокомерия или пренебрежения, а из суровой, неумолимой необходимости. Она с любопытством, но с явной, почти детской опаской рассматривала яркие, переполненные товарами витрины, боясь даже протянуть руку и случайно прикоснуться к вещам, которые казались ей непозволительной роскошью. Она панически, до дрожи в коленях, не хотела быть обузой, живой тяжестью на шее у группы, которая и так несла на себе немало проблем и тайн.— У меня всё есть, правда, я взяла необходимое из дома, — тихо, почти оправдываясь, повторяла она каждый раз, когда я останавливалась у очередной лавки, оценивающе осматривая выставленный товар.Но я бросала быстрый, цепкий взгляд на её хилую, потрёпанную сумку, которая держалась на честном слове, и на поношенное, выцветшее платье, едва защищавшее её от пронизывающего столичного ветра. Ей не просто требовалось обновление гардероба — ей требовалась броня. Пусть даже тканевая, но способная дать ей уверенность, чувство защищённости и реальный шанс выжить в этом мире, где магия была не чудом, а инструментом выживания.Мы зашли в первую же приличную торговую лавку, где воздух был пропитан запахом свежего льна, дублёной кожи и воска. Мы с Мией действовали быстро и решительно, выбрав для неё два простых, но невероятно добротных платья из плотной, износостойкой ткани. Однако, набравшись невиданной, почти героической смелости, Мия сама потянулась к дальним вешалкам, где висели практичные, тёмные брючные костюмы. И тут её снова накрыли сомнения. Она попятилась, её лицо покрылось лёгким, предательским румянцем смущения, а руки нервно сжали подол своего старого, привычного платья.— Ой, нет, это же неприлично, некрасиво... Будет нехорошо, если меня в таком увидят. Я никогда в жизни не ходила в брюках, это же совсем не по-девичьи, — залепетала она, цепляясь за привычные, но уже безнадёжно устаревшие стереотипы своего прошлого.— Привыкай, — твёрдо, но без лишней жёсткости остановила я её, мягко, но настойчиво развернув обратно к большому, в серебряной раме, зеркалу. — Ты будешь заниматься спортом, бегать, отрабатывать приёмы уклонения и защиты. А в длинных, пышных платьях и на каблуках ты не побегаешь и не поваляешься. А валяться тебе, поверь моему богатому опыту, придётся часто.Я уже живо представляла, как с таким куратором, как Кассиан Торн, ей придётся осваивать азы выживания. Валяться в грязи, прятаться в колючих кустах или ползти по земле в шикарном бальном платье будет для неё не просто неудобно, а смертельно опасно. Эти действия должны были навсегда выйти за пределы её прежних, хрупких понятий о приличиях. В итоге мы выбрали ей два отличных, практичных брючных костюма, которые отлично сидели и не стесняли движений, несколько прочных лент для волос, чтобы убирать пряди с лица во время боя, и, что самое важное, новую, вместительную сумку из грубой, но невероятно надёжной кожи. Её старая была рваная, на заплатках, и в любой момент могла просто рассыпаться, предав свою хозяйку в самый неподходящий, критический момент. Кстати, я и себе прихватила пару таких же комплектов и удобную обувь на низком ходу. В академии, особенно с таким куратором, как Торн, лучше не выделяться лишним блеском и пышными юбками. Удобство в бою, на тренировках и при бегстве от неприятностей куда важнее любых модных тряпок.Торговец, аккуратно заворачивая покупки в плотную, шуршащую бумагу, между делом упомянул, что к вечеру в город прибывает специальный обоз с оружием из дальних, легендарных кузниц. Но нас это не интересовало: мы не собирались ждать милости от случайных поставок или зависеть от чужого расписания. Мы планировали тренироваться со сталью здесь и сейчас, используя то, что можно купить немедленно и проверить лично.Выйдя из лавки с заметно преобразившейся, хотя всё ещё робкой и удивлённой своей новой внешностью Мией, мы встретили парней. Они уже успели обойти несколько магазинов и купить всем без исключения необходимые канцелярские принадлежности: качественный, плотный пергамент, стойкие чернила, которые не размазывались от влаги, перья и магические грифельные доски, которые сами стирали написанное по взмаху руки. К нашей группе неожиданно присоединились Деймон и Фиона. Честно говоря, я и не думала, что Деймон пойдёт с нами на базар; обычно он держался обособленно, предпочитая одиночество и презрительное молчание. Что удивило меня больше всего, так это то, что все, включая этих высокомерных новичков, брали только то, что действительно нужно, без лишних трат и детских капризов. Мы шли дальше, прицениваясь к разным мелочам, которые могли бы пригодиться в быту или в долгой, опасной дороге.Я невольно сжала в кармане кошелёк с монетами. Хорошо, что мой покровитель перед расставанием вручил мне его, а то у меня не было бы ни шиша за душой. И спасибо всем богам, что Троян оказался порядочным дельцом и сразу оплатил те продукты, что я пустила на спасительный ужин для ректора. Иначе, при всех моих несметных запасах в пространстве, ходить по городу за мелочами мне было бы буквально не с чем. Я помнила своё обещание: я обязуюсь купить для покровителя товар из нашего мира, который заинтересует местных, по аналогичной стоимости. На этом мы и сошлись. Я не собиралась брать что-либо бесплатно или жить за чужой счёт; для меня это был вопрос принципа, чести и абсолютной независимости.Меня заинтересовала небольшая, пыльная лавка с безделушками на окраине рыночной площади. Внутри пахло сушёными травами, старым деревом и чем-то неуловимо волшебным, напоминающим запах грозы. На полках стояли различные маленькие фигурки животных, вырезанные из камня и дерева, искусно окрашенные в разные, яркие цвета. Я подошла ближе и вдруг замерла. Я заметила фигурки, поразительно, до мельчайших деталей похожие на тех маленьких магических зверьков, которых мне дали в Магическом лесу. Я взяла их в руки, ощущая странное, тёплое покалывание в кончиках пальцев, словно они помнили моё прикосновение и откликались на него.«Пусть будут, — подумала я, решительно направляясь к кассе. — Мини-животные будут рядом со мной, как тихое, тёплое напоминание о том, через что мы прошли и что мы защищаем».Вдруг взгляды парней зацепились за массивную, закопчённую вывеску оружейной лавки. Мы зашли внутрь. Воздух здесь был густым, тяжёлым, пропитанным запахом оружейного масла, холодной стали, раскалённого угля и озона. За прилавком стоял коренастый гном с густой бородой, заплетённой в тугие косы, украшенные тяжёлыми металлическими кольцами.— Что интересует, господа маги? — басом, но с глубоким, профессиональным уважением спросил он, окидывая нас цепким взглядом, мгновенно оценивающим нашу подготовку и потенциал.Нас интересовало абсолютно всё, что могло повысить наши шансы на выживание. Девушкам нужны были метательные ножи, небольшой, лёгкий арбалет со стрелами, кинжал и меч. Мия растерялась, глядя на ценники, выгравированные на маленьких медных табличках. Её лицо побледнело, а пальцы нервно сжались в кулаки.— Я не могу себе этого позволить, — прошептала она, отступая на шаг. — Извините, но это слишком много... Я отработаю, обязательно где-нибудь устроюсь, буду стараться, мыть полы, таскать воду... — её голос дрогнул, выдавая глубинный, укоренившийся страх быть отвергнутой, ненужной и бесполезной.— Послушай, Мия, — серьёзно перебил её Рей, подходя ближе и глядя ей прямо в глаза. В его голосе не было ни капли снисхождения, только твёрдая, несокрушимая уверенность дракона, знающего цену своим сокровищам. — Ты в нашей команде. У тебя не будет времени работать на стороне, ты это понимаешь? Твоя единственная работа сейчас — учиться вместе с нами и выжить. Мы тебя поддержим. Потом, если захочешь нас отблагодарить или вернуть этот долг, записывай всё в блокнот, если тебя это так сильно тревожит. Ты сможешь после окончания учёбы устроиться на любую работу и всё вернуть. А сейчас ты нужна нам в строю, целой и невредимой. Ты не расходный материал.— Хорошо... обещаю, — сказала она с эмоциями, вытирая выступившие слёзы тыльной стороной ладони, стараясь не размазать тушь, которой её научил пользоваться Каэл.Она подошла к стенду и, преодолевая страх, подобрала себе такой же лук, как у меня. Я не знала, как она собирается из него стрелять с её хрупкой комплекцией, но она решила попробовать: «Вдруг получится». Также она взяла удобный, идеально сбалансированный кинжал и небольшой меч, который, к моему удивлению, идеально лёг ей в руку, словно был выкован специально для неё.Я же прошла дальше, вглубь лавки, в полумрак, где висело нестандартное, штучное оружие. Мы обнаружили там небольшую, застеклённую витрину с эксклюзивными, дорогими товарами.— Перчатка Каспара, магичка, — подмигнул гном, заметив мой пристальный, заинтересованный взгляд. — Это наше эксклюзивное оружие. Смотрите: её надеваешь как обычную перчатку, а отсюда можно стрелять. Механизм скрыт, но смертоносен.— Как интересно, — сказал Каэл, подходя ближе и разглядывая сложный механизм с профессиональным, хищным любопытством.— Это получается мини-арбалет? — уточнила я, проводя пальцем по холодному, отполированному металлу, чувствуя скрытую в нём энергию.— Да, да, госпожа. Компактный, смертоносный, идеальный для скрытной носки и внезапной, неожиданной атаки.— Давайте его возьмём всем на одну руку. А что ещё интересного у вас есть? — спросил Каэл, уже прикидывая тактические возможности такого девайса в реальных условиях.— Скажите, что вас интересует, и если у меня этого нет, я могу добыть, спросить у своих мастеров. Завтра всё будет готово, — ответил гном, гордо расправив плечи.— Мне бы хотелось... — начал Каэл, понизив голос до заговорщического шёпота, чтобы не привлекать внимания других посетителей. — Специальных датчиков и боеприпасов. Вы поняли, о чём я. Даже усыпляющих или замедляющих действие. Нелетальных, но эффективных.Гном нахмурился, его взгляд стал жёстким и настороженным:— Они не совсем идут в свободной продаже. Это опасные вещи, за которыми следит гильдия магов и стража. Но я могу предоставить их по специальной цене, если вы дадите магическую клятву не нарушать закон и не использовать их против невинных, а только в целях самообороны или обучения.Каэл без колебаний согласился. Он произнёс слова древней, нерушимой клятвы, и в воздухе вспыхнула слабая голубая искра, скрепляющая договор на энергетическом уровне. Гном кивнул и вручил ему специальные дротики в герметичных стеклянных пробирках. В зависимости от средства, нанесённого на остриё, животное или человек засыпало либо обезвреживалось мгновенно, без малейшего шанса на сопротивление или шум.— Ладно, теперь пойдём обратно, — сказал Деймон, оглядывая наши увесистые пакеты и понимая, что дальнейшие блуждания по рынку бессмысленны и утомительны.— Да, согласна, — ответила я, чувствуя приятную, здоровую усталость от продуктивного шопинга.На обратном пути, когда рыночный шум и гам остались позади, а мы свернули на более тихие, вымощенные брусчаткой улочки, Рей вдруг заговорил о делах, нарушив задумчивое молчание группы:— Ты помнишь, что у нас урожай уже поспевает? Лес там магический, рядом с домиком, а урожай в таких зонах растёт очень быстро, иногда за считанные дни, игнорируя обычные сезоны.— Что тогда делать? — спросила я, чувствуя лёгкое, но настойчивое беспокойство.— Надо бы съездить туда проверить. Если уже всё созрело, нам надо его собрать, иначе он испортится, и мы потеряем месяцы тяжёлого труда. Кстати, ты же не спрашивала... Помнишь всех рабочих, о которых мы говорили? А я им уже сказал приехать. Они должны быть там, будут следить за урожаем, не дадут его вытоптать, сделают всё необходимое: уберут сорную траву, проследят за созреванием. Плюс я нанял людей, там уже строят склад для хранения.— Вероятно, они не успеют всё построить к сроку, — заметила я, трезво оценивая ситуацию и прикидывая логистику. — А сейчас, если урожай созрел, нам надо его куда-нибудь убрать, чтоб не испортился. Оставлять его под открытым небом в магическом лесу нельзя, его сожрут местные твари или он сгниёт от сырости.Ко мне пришла идея, и я хмыкнула, остановившись посреди улицы. Я вытащила из внутреннего кармана свой Камень Неизменности.— Туда вмещается абсолютно всё, — объяснила я, видя их удивлённые и вопрошающие взгляды. — Как я рада, что он у меня есть! Даже хранилище нам не нужно, пока строят склад. Пусть урожай хранится там, или я продам его кому-то ещё позже. Свежий, неиспорченный урожай в этом мире нужен всегда, потому что неурожай здесь везде из-за нестабильного, разрушительного магического фона, который портит обычные продукты за считанные часы.На том и порешили.— А когда нужно ехать туда? Мы же идём учиться, мы отойдём от города... — начала я, выстраивая логистический план в голове. — Как только пройдём контрольную точку, я открою портал, и мы вместе сходим туда и всё перепроверим.— Отлично, — сказал Рей, и в его голосе прозвучало искреннее облегчение от того, что проблема имеет такое элегантное и простое решение.Мы вернулись в своё жилище, в уютный, пропитанный запахом старых книг, воска и свежего дерева домик в академии. Разгрузив всё, что купили, мы переглянулись и молчаливо пришли к единому выводу: первым делом нужно поехать в лесной домик, пока у нас есть эти драгоценные дни форы. За пять дней можно многое успеть. Заодно нужно забрать наши вещи из трактира и освободить номера, чтобы не платить за них лишнего и не привлекать внимания администрации.— Это да, — сказал Каэл, перехватывая инициативу. — Я сбегаю в трактир, упакую наши вещи и заодно улажу последние формальности с Трояном по поводу той партии, что мы уже скинули на его склад. А вы готовьтесь. Выедем сегодня же. У нас нет времени тянуть с этим.Когда Каэл хлопнул дверью, отправляясь по своим делам, в комнате повисла звенящая, сосредоточенная тишина, пахнущая новой кожей, тканью и едва уловимым, бодрящим металлическим запахом оружия. Мия сидела на краю кровати, боязливо перебирая пальцами плотную, непривычную ткань новых брюк. Казалось, она всё ещё не могла поверить, что эта одежда теперь принадлежит ей и что она имеет полное право её носить. Рядом с ней лежали небольшой арбалет, кинжал и та самая перчатка Каспара.— Примерь, — мягко сказала я, кивнув на перчатку. — Не бойся, она не укусит.Мия нервно сглотнула и медленно, словно совершая какой-то важный, сакральный ритуал, натянула перчатку на правую руку. Она села идеально, как влитая, словно гном-мастер снимал мерки специально под её хрупкую, изящную кисть, предвидя её потребности и возможности.— А как она стреляет? — прошептала Мия, разглядывая сложный узор из тонких серебряных линий, идущих от запястья к пальцам. — У меня ведь нет сил, чтобы взводить тетиву, как у настоящего, большого арбалета. Я слишком слабая для этого.— В этом и есть гениальность Перчатки Каспара, — объяснила я, присаживаясь рядом и указывая на узор. — Это не просто механика. Видишь эти серебряные линии? Это микроканалы для маны. Тебе не нужна физическая сила. Ты просто вкладываешь крошечную искру своей магии в основание ладони, и перчатка сама натягивает тетиву и фиксирует болт. Она компенсирует недостаток мышечной массы за счёт магического отклика. Это оружие подстраивается под владельца, а не наоборот.Я показала ей, как это делается, на собственном примере, и Мия осторожно повторила движение. Раздался тихий, упругий, удовлетворяющий щелчок. Тетива натянулась сама, повинуясь её воле, готовая к мгновенному выстрелу. Глаза девушки расширились от восторга, а затем в них заблестели слёзы.— Я... я не знаю, как вас отблагодарить, — голос её дрогнул, и она опустила голову, не в силах выдержать мой взгляд. — Я привыкла быть обузой. В моём старом доме мне всегда говорили, что я слишком слабая, что я только мешаю, что от меня нет никакой пользы. А вы даёте мне всё это, зная, что я ничего не стою.— Ты ошибаешься, — твёрдо перебила я, взяв её за свободную, незащищённую перчаткой руку и заставив посмотреть мне прямо в глаза. — Ты не обуза. Ты — часть команды. А команда вкладывается в своих. Ты будешь учиться, ты будешь расти, и однажды ты прикроешь нам спину так, как мы сейчас прикрываем тебя. Записывай свой долг, если тебе так спокойнее, но знай: мы верим в тебя больше, чем ты сама.Мия вытерла уголок глаза рукавом нового, прочного костюма, и это простое движение выглядело теперь совсем иначе — не как жест загнанной жертвы, а как движение будущего бойца. В её взгляде мелькнула новая искра. Это был уже не страх, а зарождающаяся, робкая, но настоящая решимость. Она аккуратно сняла перчатку и бережно, как величайшую святыню, убрала её в новую сумку.В этот момент дверь домика распахнулась, и на пороге появился Каэл. Он был слегка запыхавшимся, но на его лице играла довольная, хищная улыбка человека, который успешно выполнил задачу. За его спиной виднелись аккуратно увязанные тюки с нашими вещами из трактира. В руках он держал несколько увесистых, плотно завязанных мешочков и туго свёрнутый лист пергамента.— Трактирщик всё взвесил, — объявил Каэл, подходя к столу и с глухим, многообещающим стуком опуская мешочки на деревянную поверхность. — Вот тут всё подробно расписал. Вот твоя оплата за продукты.Я взяла пергамент и развернула его. Почерк Трояна был крупным, размашистым, но цифры были выведены с педантичной, почти священной тщательностью. Я вчиталась в текст:* Говядина отборная (4 туши, 1200 кг) — 216 золотых.* Баранина молодая (500 кг) — 110 золотых.* Птица (гуси, утки, куры, суммарно 1000 кг) — 132 золотых 50 серебряных.* Овощи и зелень (капуста, морковь, лук, свежая зелень) — 95 золотых 50 серебряных.* Фрукты (яблоки, груши, деликатесы) — 96 золотых.* ИТОГО К ВЫПЛАТЕ: 650 золотых монет.Ниже была приписка: *"Хозяйка, это не просто покупка. Это инвестиция в лучший трактир столицы. Остаток по мелочи (серебро и медь) зачислю на твой счёт при следующей поставке, а это — полная оплата за эту партию. Твой старый Троян."*Я подняла взгляд на мешочки. Они тяжело звякнули, когда я приподняла один из них. Чистое золото. Шестьсот пятьдесят золотых. Сумма, на которую можно купить хороший дом в столице или содержать небольшую армию целый месяц.— Ну и? — подмигнул Каэл. — Что скажешь? Старик чуть не упал в обморок, когда увидел объёмы, но когда я напомнил ему про наценку для профессоров и Студенческого Совета, он сам побежал к своему магическому хранилищу за золотом. Теперь он наш самый лояльный союзник. Он будет защищать твои интересы зубами и когтями, потому что от твоего благополучия теперь зависит его собственная империя.— Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась я, пряча пергамент и мешочки в надёжное отделение своей сумки. — Отличная работа, Каэл.Убедившись, что с Мией всё в порядке, а финансовые вопросы улажены, я решила проверить наш главный козырь перед предстоящей поездкой. Я достала из кармана Камень Неизменности. На вид это был обычный гладкий камень размером с крупное яблоко, тёмно-серого цвета с молочно-белыми прожилками. Но если присмотреться, внутри него словно застыла вода, медленно переливающаяся без всякого внешнего воздействия, подчиняясь своим собственным, непостижимым законам.— Смотри внимательно, — сказала я, обращаясь к Мие и Рею, который как раз вошёл в комнату, услышав наши голоса.Я взяла со стола свежее, ещё тёплое яблоко, которое мы купили на рынке, и приложила его к поверхности камня. Камень мягко поддался, как густая рябь на воде, и поглотил фрукт целиком, не оставив после себя ни следа, ни шва, ни малейшего изменения в своей структуре.— Куда оно делось? — удивилась Мия, наклоняясь ближе и пытаясь заглянуть внутрь.— В карманное измерение, — ответила я. — Но главная фишка этого артефакта не в объёме, а в его названии. Неизменность. Время внутри этого камня полностью остановлено. Температура, влажность, магический фон — всё фиксируется в тот самый миг, когда предмет попадает внутрь.Я сосредоточилась, влив в камень каплю своей маны, и мысленно «вытолкнула» яблоко обратно. Оно выпало мне на ладонь. Я разломила его пополам. Оно было таким же хрустящим, сочным и тёплым, как в ту самую секунду, когда исчезло.— Для нашего урожая это идеальное решение, — пояснил Рей, кивая с глубоким одобрением. — Даже если мы не успеем построить склад, мы можем загрузить всё в камень. Яблоки не сгниют, зерно не отсыреет, а магическая трава не потеряет своих свойств. Мы сможем продать его в любое время года по максимальной цене.— А если кто-то попытается его украсть? — спросила Мия, глядя на камень с новым, уважительным страхом.— Камень привязан к моей магической подписи и капле крови, — усмехнулась я. — Для любого другого это будет просто тяжёлый, бесполезный булыжник. Открыть его сможет только тот, кто знает пароль или чью ДНК я сама допущу. Так что наш урожай в полной безопасности.Рей проверил свои дротики, убеждаясь в их целостности и герметичности пробок. Каэл был готов к движению, излучая спокойную уверенность. Мия стояла ровно, её спина выпрямилась, а рука инстинктивно лежала на сумке с новым арбалетом.— Отлично, — сказала я, чувствуя, как внутри разливается привычное, холодное и ясное спокойствие перед важным делом. — Собираем последние вещи. Сегодня мы не ложимся спать в этих стенах. Завтра утром нас ждёт стационарный портал, а за ним — наш лесной домик. Урожай сам себя не спасёт, и мы не позволим ему сгнить.

Глава 6. Стационарный узел и тревожные вести

Мы собрались быстро, с той самой отточенной, почти военной эффективностью, которую Рей, видимо, считал единственно приемлемой формой существования в условиях неопределенности. В небольшом, но уютном холле нашего магически расширенного домика царила деловая, звенящая суета. Глухо позвякивали ножны новых мечей, шуршала плотная, непривычная ткань брючных костюмов, а магические сумки послушно защелкивали свои застежки, чувствуя хозяйскую руку и готовность к дороге. Решение было принято единогласно и без лишних, изматывающих проволочек: выезжать нужно немедленно. Пока у нас есть эти пять драгоценных дней форы, пока куратор Торн не превратил наши жизни в сплошную, изматывающую полосу магических препятствий, мы обязаны проверить лесной домик и спасти урожай, который является нашим главным козырем и залогом выживания.Я уже направилась к тяжелой дубовой двери, готовая дать окончательную команду к выступлению, когда краем глаза заметила, что Мия не двигается с места. Она мялась у порога, нервно переминаясь с ноги на ногу, словно школьница, забывшая дома сменную обувь и панически боящаяся признаться в этом строгой, беспощадной учительнице. Её пальцы судорожно теребили край новой, всё ещё пахнущей качественной кожей сумки, а взгляд был намертво прикован к деревянным половицам. Она явно хотела что-то сказать, но слова застревали в горле, боясь нарушить хрупкий баланс нашей решимости и показаться навязчивой или бесполезной.Я остановилась, медленно развернулась к ней и мягко, но с настойчивой уверенностью произнесла:— Говори спокойно, Мия. Мы никуда не убежим, пока ты не выскажешься. Просто соберись и скажи, что тебя тревожит.Девушка подняла на меня глаза. В них читалась такая гремучая, противоречивая смесь надежды, страха и детского, неподдельного любопытства, что я невольно вспомнила того самого кота из древних мультфильмов моего мира, который умел выпрашивать еду, прощение и внимание одним лишь взглядом своих огромных, влажных, полных мольбы глаз. — Э-э... можно мне с вами? — начала она тихим, дрожащим голосом, но в нём уже прорезались нотки искреннего энтузиазма. — Я хочу посмотреть на Запретный лес. О нём ходят такие легенды в столице! Говорят, он живой, что он никого к себе не пускает, что там водятся существа, которых не описано ни в одном учебнике по магической зоологии. Я никогда не видела ничего подобного в своей жизни...Я хмыкнула, скрестив руки на груди, чтобы скрыть невольную, теплую улыбку. Запретный лес действительно был местом, окутанным мрачными, преувеличенными и часто совершенно нелепыми слухами. Местные жители шептались о нём у каминов, пугая детей историями о блуждающих огнях, древних духах и пожирателях душ. Но для меня это был просто дом, место, где я чувствовала себя в безопасности и гармонии. И, честно говоря, идея взять с собой эту робкую, но такую жаждущую знаний девушку, мне вдруг показалась не такой уж и плохой. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало и не отставало. К тому же, под моим чутким присмотром ей там будет в тысячу раз безопаснее, чем бродить одной по столичным улицам, полным карманников, мошенников и амбициозных, готовых на всё магов.— Ладно, — кивнула я, позволяя себе легкую, снисходительную усмешку. — Можешь идти с нами. Но предупреждаю сразу: там нет экскурсоводов с флажками, а тропинки не посыпаны сахаром или лепестками роз. Если устанешь или испугаешься, сразу скажешь мне, и мы найдем способ тебя защитить и дать передышку. Договорились?Глаза Мии вспыхнули таким ярким, искренним восторгом, что мне стало по-настоящему тепло на душе. Она энергично закивала, прижимая сумку к груди, словно это был непробиваемый щит от всех мировых невзгод и опасностей.— А я с вами, — раздался вдруг спокойный, но на удивление требовательный и властный голос за моей спиной. Я медленно, словно нехотя, повернула голову. Дэймон стоял в дверном проеме, небрежно, но изящно опираясь плечом о косяк. Его поза излучала абсолютную, непоколебимую уверенность, а в темных глазах плясали искры вызова и легкого высокомерия. Он даже не спрашивал разрешения, он констатировал факт, как будто его присутствие в этом походе было предрешено самими высшими силами и записано в звездных хрониках.— Нет, — ответила я жестко, без тени сомнения или колебаний. Это слово вылетело из моих уст раньше, чем я успела его обдумать, но я ни на йоту не жалела об этом. Дэймон нахмурился, и его идеальная, ледяная маска безразличия дала заметную, предательскую трещину. — Ну почему? — спросил он, и в его голосе прорезалось искреннее, почти детское возмущение. — Ей можно, а мне нет? Я не собираюсь взрывать лес, и уж тем более ваш дом. Обещаю. А если я помогу чем смогу? Я владею магией, между прочим, и довольно неплохо, что может оказаться полезным в дикой местности.Я прищурилась, оценивающе и холодно глядя на него. Недоверие к этому парню сидело во мне глубоко, как заноза, которую никак не удавалось вытащить и которая ныла при каждом напоминании. После истории с взорванной комнатой в трактире я не могла позволить себе расслабляться ни на секунду.— Не доверяю я тебе почему-то, — хмыкнула я, не скрывая своего открытого скептицизма. — Твои «помощь» и «не собираюсь взрывать» в прошлом звучали точно так же, а закончилось всё черной, въедливой сажей на стенах и истеричными воплями Трояна о полном разорении.Дэймон скривился, явно уязвленный в самое сердце, но, к его чести, не стал кричать, оправдываться или повышать голос. Вместо этого он выпрямился, и в его взгляде появилась серьезность и зрелость, которой я раньше не замечала.— Я обещаю ничего плохого не делать, — произнес он тихо, но так, что каждое слово было отчетливо слышно в звенящей, напряженной тишине комнаты. — Я просто... не хочу оставаться здесь, в этом каменном, душном мешке, пока вы занимаетесь чем-то реальным и важным. Я тоже часть этой группы, нравится тебе это или нет. И я могу быть полезен, если ты дашь мне шанс.Я молчала несколько долгих секунд, взвешивая его слова и оценивая риски. В конце концов, если он попытается устроить диверсию, Рей и Каэл скрутят его раньше, чем он успеет произнести первое, самое простое заклинание. А его магическая поддержка в лесу, где могут водиться дикие, непредсказуемые и опасные звери, действительно не помешает.— Ладно, — вздохнула я, махнув рукой в знак капитуляции. — Но при малейшем подозрительном движении я лично превращу тебя в садового гнома. И это не шутка, у меня уже есть богатый опыт общения с подобными типами, и я знаю несколько подходящих заклинаний.Дэймон усмехнулся, и в этой усмешке мелькнуло что-то похожее на искреннюю, человеческую благодарность. — Учту, хозяйка.Я перевела взгляд на Фиону, которая до этого момента молча наблюдала за нашей перепалкой, стоя у окна и делая вид, что серый, дождливый пейзаж за стеклом является самым интересным и захватывающим зрелищем в этом мире. — А ты? — спросила я, обращаясь к ней напрямую. — Собираешься с нами или останешься охранять периметр домика от воображаемых врагов и пыли?Фиона лишь громко, демонстративно и брезгливо фыркнула, поморщив свой идеальный, словно выточенный из белого мрамора, носик. — Я не намерена пачкать свою новую, дорогую обувь в каком-то грязном, заросшем бурьяном лесу, полном неизвестных, кусающихся насекомых и, вероятно, опасных, ядовитых миазмов, — произнесла она ледяным, отстраненным тоном, поправляя безупречный манжет своей мантии. — Я остаюсь здесь. Буду изучать теорию и медитировать. Удачи вам в ваших грязных «приключениях».С этими словами она изящно развернулась и вышла из комнаты, оставив после себя лишь легкий шлейф дорогих, приторных духов и ощущение абсолютного, непробиваемого высокомерия. — Ну и пусть, — махнул рукой Каэл, который до этого с явным, неподдельным удовольствием наблюдал за моим диалогом с Дэймоном. — Меньше народу, крепче сон. А если она захочет есть, пусть учится колдовать жареную курицу из воздуха. Я с огромным удовольствием посмотрю на это цирковое шоу.— Ладно, собираемся, идем, — скомандовал Рей, беря ситуацию под свой полный контроль. — Время не ждет, а солнце уже высоко, и нам нужно успеть засветло.Мы уже были готовы шагнуть за порог, когда Дэймон вдруг остановился, нахмурив лоб в глубоком, напряженном раздумье.— А почему, кстати, мы не пойдем через стационарный портал? — спросил он, обращаясь скорее к Рею, чем ко мне. — Зачем рисковать, открывая новый разрыв в пространстве прямо здесь, в черте города, под носом у стражи?Рей замер, его рука уже лежала на дверной ручке. Он медленно повернул голову, и в его глазах мелькнуло искреннее, неподдельное удивление.— Хм, — пробормотал он, задумчиво потирая подбородок. — Даже не думал об этом. Привык решать все вопросы силой, прямыми линиями и грубой магией, не усложняя себе жизнь логистикой. — Давайте тогда через стационарный, — подхватила я, чувствуя, как внутри разливается волна искреннего, почти детского облегчения. — Оттуда, из безопасной зоны, мы уже сразу откроем портал к нам в лес. В самой столице открывать порталы вручную категорически нельзя: магические защитные поля академии и города сожмут пространство, и нас швырнет в другой, совершенно случайный город. А оттуда уже добираться пешком через незнакомые земли — это потеря времени и сил. Через стационарный узел мы сделаем один безопасный прыжок в ближайший к лесу хаб, а оттуда — прямой путь домой. Так будет намного быстрее и, главное, безопаснее.Я не могла скрыть радости в голосе. Уж очень мне не нравился местный вид транспорта. Открытие порталов вручную было для меня сродни поездке на американских горках после трех тарелок острого супа: тебя скручивает, выворачивает наизнанку, а мир вокруг превращается в разноцветное, тошнотворное, неконтролируемое месиво. Стационарный портал, хоть и был медленнее, зато работал как лифт: плавно, предсказуемо и без риска вывалиться в кусты с криком «Мама!».*«Уж очень мне местный вид транспорта не нравится, да, Ася?»* — раздался вдруг в моей голове чистый, бархатистый и невероятно знакомый голос.Я замерла на месте, широко раскрыв глаза. Я даже не шевельнула губами! Я оглянулась. Аланиэль шел рядом, его лицо было абсолютно невозмутимым, взгляд устремлен вперед, но в глубине его голубых глаз плясали веселые, озорные искорки. *«Он опять подслушивает!»* — возмутилась я мысленно, чувствуя, как щеки предательски заливаются горячим румянцем. В ответ я услышала его тихий, мысленный смешок, который отозвался теплой, приятной вибрацией где-то в районе моего сердца. *«Не подслушиваю, а считываю эмоциональный фон, — парировал он, и его мысленный голос звучал так, словно он стоял прямо у моего уха, шепча комплименты. — Ты излучаешь тревогу и легкую тошноту при одной мысли о магии пространства. Я просто хотел тебя успокоить. Со мной рядом тебя не укачает. Я прослежу».*Вместо того чтобы ответить ему мысленно, я повернула к нему голову и, убедившись, что Рей и Дэймон заняты обсуждением маршрута, а Каэл разглядывает витрину какой-то лавки, быстро и по-детски показала Аланиэлю язык. Его бровь поползла вверх, а в глазах вспыхнул такой искренний, теплый смех, что мое сердце пропустило удар. Он не стал читать мне мораль о телепатической этике. Вместо этого он едва заметно покачал головой, и его губы сложились в нежную, снисходительную улыбку, предназначенную только для меня.Мы быстро собрали последние вещи и вышли на улицу. Минут через двадцать неспешной, но целеустремленной ходьбы мы дошли до стационарного портала, расположенного в западном, наименее посещаемом крыле академического кампуса. Путь туда был весьма примечательным. Студенты, попадавшиеся нам на глаза, шарахались в стороны, шептались и указывали пальцами. И было почему: наша процессия выглядела как сборная солянка из самых опасных и непредсказуемых существ этого мира. Впереди шел Рей, излучая ауру ледяного контроля, от которой расступалась даже самая густая толпа. Рядом с ним, с видом человека, которому принадлежит весь мир, шел Дэймон, старательно копируя уверенную, властную походку лидера. Каэл плелся чуть сзади, подмигивая каждой второй встречной девушке и вызывая у них смущенный румянец, а Аланиэль замыкал шествие, его спокойное, элегантное присутствие действовало на меня как самое надежное успокоительное. А посередине, стараясь не отставать и с благоговением разглядывая готические арки академии, шла Мия. Сам стационарный портал оказался внушительным сооружением, от которого веяло древней, необузданной и первозданной силой. Массивная каменная арка, испещренная светящимися, пульсирующими рунами, гудела низким, вибрирующим звуком, который ощущался не ушами, а самыми костями. Воздух вокруг неё искрился мелкими разрядами статического электричества, пахло озоном и чем-то сладковатым, напоминающим запах грозы перед ливнем. Внутри арки пространство не было пустым: оно мерцало серебристой, текучей дымкой, словно поверхность спокойного, но глубокого озера, готовая поглотить любого, кто осмелится шагнуть в неизвестность. Рядом с аркой, за небольшим деревянным столом, сидел смотритель — пожилой маг в помятой, потертой мантии, с чернильными пятнами на пальцах и выражением лица человека, который видел в этой жизни абсолютно всё и которого уже ничем не удивить. Он лениво перебирал страницы в толстом, потрепанном журнале, даже не подняв глаз при нашем приближении.— Куда будем настраивать, господин? — спросил он басом, наконец-то удостоив нас вниманием и взяв в руки заточенное перо.Рей шагнул вперед, его голос прозвучал четко, твердо и уверенно:— Самый ближайший узел к Запретному лесу.Смотритель замер, перо зависло над бумагой. Он медленно поднял на нас взгляд, и в его усталых, мудрых глазах мелькнула тень искреннего, глубокого беспокойства.— Самый надёжный узел находится в трехстах километрах от Запретного леса, — произнес он, и его голос стал тише, серьезнее, наполненным тревогой. — Ближе уже не очень надежно, настройки постоянно сбиваются, пространственные потоки там штормит и рвет. А ведь дней за три до этого можно было настроиться всего в двух километрах от леса. Там сейчас... непонятно что происходит. Магический фон скачет, как у больного в сильной лихорадке. Пространство искажается.Мы переглянулись. В повисшей, звенящей тишине гул портала вдруг показался не просто фоновым шумом, а тревожным, зловещим предостережением. Триста километров вместо двух. За три дня. Что-то в моем лесу, в моем доме, проснулось, изменилось или вырвалось на свободу. И нам предстояло выяснить, что именно, прежде чем это выйдет из-под контроля и поглотит всё вокруг.Взгляд Рея стал жестким и холодным, челюсть напряглась, выдавая внутреннее напряжение. Каэл перестал улыбаться, его рука инстинктивно потянулась к рукояти кинжала, скрытого под плащом. Аланиэль шагнул ко мне чуть ближе, его плечо коснулось моего, передавая немую, но мощную поддержку и готовность защитить. Даже Дэймон, обычно такой самодовольный и уверенный, нахмурился, вглядываясь в мерцающую дымку портала с новой долей уважения и настороженности. Мия же, почувствовав общее, гнетущее напряжение, испуганно прижала сумку к груди, её большие глаза метались от одного к другому, ища хоть каплю уверенности.— Настраивайте на триста километров, — тихо, но твердо сказал Рей, не сводя глаз со смотрителя. — Мы справимся с остальным путем сами. Пешком.