Наследница Запретного леса

Аврелия Вэй

Наследница Запретного леса

Часть 3. Глава 1. Пробуждение в лазарете

Сознание возвращалось неохотно, словно кто-то пытался вытащить меня из глубокого, вязкого омута, цепляясь за самые дальние уголки разума. Первым делом я ощутила запах. Не хвоя, не дым костра и не сладковатый аромат магии, к которым я так привыкла в лесу. Нет, это был резкий, стерильный запах антисептика, смешанный с лёгкими, едва уловимыми нотками лечебных трав. Я приоткрыла один глаз, тут же поморщившись от тупой, но настойчивой боли, пронзившей висок. Вокруг царила классическая, до боли знакомая эстетика медицинского учреждения, которая, казалось, была универсальной для всех миров. Белоснежные, накрахмаленные до хруста простыни. Бежевые, абсолютно безликие стены, которые должны были успокаивать, но на деле лишь навевали тоску. Огромное окно во всю стену, за которым простиралась густая, непроглядная темнота столичной ночи, изредка разрезаемая далёкими огоньками фонарей. Я попыталась пошевелиться, но тело отозвалось тяжёлой, ватной слабостью. В памяти всплыли обрывки вчерашнего дня: гул шара, ослепительный свет, давление, сжавшее грудь, и оглушительный взрыв. А потом — резкая, обжигающая боль в виске. Осколок. Проклятый осколок обсидиана, который, видимо, решил, что моя голова — идеальная мишень, и ударил по касательной, мгновенно отправив меня в глубокий нокаут. Целитель, навещавший меня ранее, пока я ещё балансировала на грани сна и яви, выдал сухой, как пергамент, вердикт: «Магический срыв из-за перегрузки каналов». Причина, по его словам, оставалась «туманной и требующей дальнейшего изучения». Но я-то знала правду, или, по крайней мере, её часть. Шар не выдержал нагрузки. Он не был рассчитан на то, чтобы переваривать четыре стихии, усиленные иномирной природой моей магии и той странной, древней связью, что уже начала формироваться между нами четверыми. И, судя по всему, ректор Эдвард Драйгон тоже это понимал. Во время своего краткого визита, пока я была без сознания, он, по словам целительницы, стоял у моей кровати и бросал на моих спутников такие взгляды, будто мы были не абитуриентами, а диверсантами, внедрёнными в академию с целью подрыва её фундамента. Он считал, что мы четверо как-то связаны с этим инцидентом. Что мы спровоцировали этот взрыв. И, честно говоря, глядя на потолок, я не могла с ним полностью не согласиться. Мы действительно были ходячей аномалией, нарушающей все известные законы магической теории.Дверь палаты скрипнула, прервав мои размышления. Я лениво повернула голову на подушке. В проёме, заполняя собой всё пространство и внося в стерильную атмосферу палаты столь необходимый хаос, возникла наша неразлучная троица.— О, привет, заблудшая душа, — первым подал голос Каэл, входя в комнату с той самой лёгкой, пружинящей походкой, которая, казалось, не требовала от него никаких усилий. Его волосы были слегка растрёпаны, а в уголке губ играла дежурная, но оттого не менее обворожительная усмешка. — Проснулась. Ну ты и вытворила на комиссии. Они до сих пор в шоке, ходят по коридорам и шепчутся, будто увидели призрака основателя академии.Следом за ним вошёл Рей. Его плащ был безупречно чист, но взгляд выдавал усталость. Он остановился у изножья кровати, скрестив руки на груди, и внимательно осмотрел меня с головы до ног, оценивая ущерб.— Ректор-то, ректор, — фыркнул Рей, и в его голосе прозвучало злобное удовлетворение. — У него глаза, клянусь, выпучились так, что я боялся, они сейчас вывалятся на стол. Он никак не ожидал встретить нас таких... незаурядных. Они были уверены, что от нас, «потерянных душ» и «аномалий», ничего хорошего ожидать не стоит. А мы им устроили фейерверк, который они не забудут до конца своих дней.— Да нет же, я не специально! — возмутилась я, пытаясь сесть, но тут же поморщилась от боли в виске, где красовался аккуратный синяк, заклеенный магическим пластырем. — Я не планировала взрывать их казённое имущество! Это шар сам не справился, он был слишком жадный.Каэл подошёл ближе, присел на край кровати, отчего матрас предательски прогнулся, и наклонился ко мне, понизив голос до заговорщического шёпота:— А может, это они там взрывчатку специально для тебя подставили, а? Ну, чтобы проверить, насколько ты прочная. Хе-хе. Шучу, конечно. Хотя, зная нашу академию, метод «проверки на прочность» через контролируемый взрыв вполне вписывается в их педагогическую программу.Я закатала глаза, но не смогла сдержать лёгкой улыбки, которую он тут же подметил и щедро вознаградил своим самым обаятельным взглядом.— Ладно, хватит пугать пациентку, — раздался тихий, бархатистый голос, и моё сердце предательски пропустило удар. Аланиэль, который до этого момента молча стоял в тени дверного проёма, наконец шагнул в свет. Он подошёл к моей кровати с другой стороны, его движения были плавными и бесшумными, как всегда. Он протянул руку и, не спрашивая разрешения, аккуратно, кончиками пальцев коснулся края пластыря на моём виске, словно проверяя, не слишком ли горячая кожа. Его прикосновение было прохладным и невероятно нежным, мгновенно унимая пульсирующую боль.— Ты дала нам изрядный повод для беспокойства, — произнёс он, и в его пронзительно голубых глазах читалась не просто констатация факта, а искреннее, глубокое облегчение. — В следующий раз, когда решишь продемонстрировать мощь четырёх стихий, предупреждай нас заранее. Чтобы мы успели надеть защитные шлемы. Или хотя бы укрыться за спиной Рея.Рей фыркнул, но не стал возражать, лишь чуть смягчив суровое выражение лица.— Ладно, пошутили и хватит, — сказал он, переходя к делу. — Главное, что ты жива, цела и, судя по твоему саркастичному тону, уже готова строить козни местной администрации. Целитель сказал, что завтра тебя выпишут. А это значит, что завтра же начинается распределение.Я нахмурилась, пытаясь собраться с мыслями.— Распределение? Уже? Я думала, у них там бюрократия на неделю вперёд расписана после такого инцидента.— Инцидент лишь ускорил процесс, — пояснил Каэл, откидываясь на спинку стула и закидывая ногу на ногу с изяществом аристократа. — Они хотят как можно быстрее изолировать нас... кхм, я хотел сказать, «интегрировать» в учебный процесс под бдительным оком.— И у меня для тебя хорошая новость, — добавил Рей, и его губы тронула едва заметная, но вполне искренняя улыбка. — Мы провели небольшое расследование, пока ты спала. Завтрашнее распределение в сто, нет, в сто двадцать процентов гарантирует, что мы будем одной командой. Одной группой. После вчерашнего всплеска наши магические подписи сплелись настолько плотно, что разделить нас сейчас — это всё равно что пытаться разорвать цельный лист бумаги голыми руками, не оставив ни единой зацепки. Академия просто не рискнёт это делать.— Это отлично, — произнесла я, чувствуя, как камень падает с души. Оказаться в чужой, враждебной системе в одиночку было бы кошмаром. Но с этой троицей? С их защитой, поддержкой и, что греха таить, с этим невероятным флиртом, который разряжал любую обстановку, я чувствовала себя готовой хотя бы не сбежать в первый же день.— Но кого к нам ещё распределят, пока неизвестно, — задумчиво протянул Аланиэль, убирая руку, но оставляя после себя приятное, согревающее ощущение на коже. — Группа должна быть сбалансированной. Если мы представляем собой... скажем так, аномально мощный магический кулак, то к нам могут добавить кого-то для «стабилизации». Или, что более вероятно, кого-то, кто будет выполнять роль наблюдателя от администрации.— Шпиона, значит, — резюмировала я, потирая висок. — Прекрасно. Просто замечательно. Сначала я взрываю их священный шар, а теперь они пришлют ко мне няньку с функцией подслушивающего устройства.— Не драматизируй, — усмехнулся Каэл, подмигнув мне. — Вдруг это будет симпатичная девушка, которая будет приносить нам печеньки и восхищаться твоим взрывным характером? Хотя, признаю, конкуренцию я не потерплю. Все восхищения — только тебе, шеф.Я не смогла сдержать смешка, который тут же отозвался лёгкой болью в голове, но оно того стоило.— Ладно, — сказала я, откидываясь на подушки и чувствуя, как усталость снова начинает медленно, но верно брать верх. — Завтра разберёмся с этой нянькой или шпионом. А пока... вы не могли бы немного приглушить свой коллективный шарм? Мне нужно поспать, чтобы завтра не взорвать что-нибудь по-настоящему, например, дверную ручку в деканате.Рей кивнул, направляясь к выходу.— Спи. Мы будем рядом. Если кто-то из медперсонала решит провести над тобой «дополнительные исследования» без нашего ведома, мы устроим здесь второй взрыв. На этот раз — запланированный.— Спокойной ночи, Асия, — тихо произнёс Аланиэль, и в его голосе прозвучало обещание, которое заставило моё сердце забиться чуть быстрее, чем следовало бы при диагнозе «магический срыв». — Отдыхай. Ты это заслужила.Дверь за ними закрылась, оставляя меня наедине с тишиной, белыми простынями и мыслями о завтрашнем дне. Я закрыла глаза, и в последний раз перед тем, как провалиться в сон, подумала, что, несмотря на все взрывы, осколки и подозрения ректора, я наконец-то нашла свою команду. И пусть весь мир, а особенно эта академия, попробует нам помешать.

Глава 2. Контракт и деликатесы

Утро в медицинском крыле встретило нас не радостным пением птиц, а серым, унылым светом, робко пробивающимся сквозь высокие, узкие окна, больше похожие на средневековые бойницы. Палата казалась ещё более стерильной и безжизненной, чем накануне, напоминая камеру в тюрьме строгого режима для особо магически одарённых и проблемных заключённых. Целитель, сухопарый эльф с вечно недовольным выражением лица и манерами заводного механизма, появился на пороге ровно в восемь утра. Он бегло, почти пренебрежительно осмотрел мою голову, проверил магический пластырь на виске, пробормотал что-то невнятное о «стабилизации эфирных потоков» и, к моему огромному удивлению, тут же выписал меня. Видимо, администрация академии горела желанием как можно быстрее избавиться от главной свидетельницы вчерашнего взрыва, переместив меня из-под их непосредственного, параноидального надзора в более предсказуемую, а главное, удалённую среду обитания, где я не смогу случайно подорвать ещё одну казённую мебель.Одевшись в свою, теперь уже постиранную и аккуратно сложенную одежду, мы вчетвером отправились в деканат. Коридоры утренней академии были пугающе пустынны, и наши шаги гулко, эхом отражались от холодных каменных стен, создавая звук, который казался непростительно громким для такой ранней, сонной поры. В приёмной за массивным дубовым столом, напоминающим скорее баррикаду, чем мебель, восседала женщина-секретарь. Она была одета в строгую, лишённую всяких украшений серую мантию, а её лицо выражало глубокое, профессиональное презрение ко всему, что не являлось расписанием, официальными печатями или прямыми приказами ректора.— Нам нужно узнать результаты распределения, — начал Рей, подходя к столу с той самой врождённой уверенностью, которая заставляла людей инстинктивно выпрямлять спину, опускать глаза и говорить тише, словно перед ними стоял не абитуриент, а проверяющий из министерства.Секретарь медленно, с достоинством королевы, подняла на него взгляд, поправила очки на самом кончике носа и ответила с противным, гнусавым скрипом, растягивая слова, словно старая несмазанная телега:— Се-е-ейчас... се-е-егодня не спеши-и-ите. Приходите в десять часов. А пока погуляйте где-нибудь, не мешайте рабочему процессу и не дышите на документы, вы их пылите.Я переглянулась с парнями, не веря своим ушам. После вчерашнего взрыва, который чуть не снёс полкрыла и оставил всю комиссию в состоянии лёгкого, но глубокого шока, нам предлагали просто «погулять». — Спасибо за бесценный совет, — сухо бросила я, разворачиваясь к выходу и делая вид, что записываю что-то в воображаемый блокнот. — Мы обязательно воспользуемся этой рекомендацией и постараемся не дышать в ваших коридорах до десяти, чтобы не нарушать хрупкую экосистему вашего рабочего процесса и не пылить ваши бесценные бумаги.Оказавшись в главном холле, я впервые по-настоящему огляделась, оценивая масштаб и абсурдность здания. Потолки здесь были не просто высокими, они уходили в недосягаемую высь, теряясь в полумраке готических сводов, расписанных выцветшими, непонятными фресками, изображающими, вероятно, великие битвы прошлого или мифических зверей, чьи имена давно забыты. Вдоль стен высились мраморные статуи основателей академии, чьи каменные глаза словно следили за каждым твоим шагом, осуждая за недостаточно почтительный вид. Ступени лестниц были настолько широкими и низкими, что по ним можно было бы заезжать на тяжёлой, гружёной камнями повозке, не рискуя опрокинуться. Залы были огромными, а коридоры напоминали широкие городские проспекты, выложенные отполированным до зеркального блеска мрамором, на котором так и хотелось поскользнуться и продемонстрировать всем своё мастерство падения. Магические фонари под потолком горели тусклым, холодным светом, создавая атмосферу скорее склепа, чем места для обучения. — Скажите мне, — начала я, водя рукой по холодному камню стены и пытаясь осмыслить увиденное, — под кого они это всё строили? Под троллей-архитекторов с манией величия? Или под драконов, которые любят простор, но совершенно не умеют пользоваться обычными дверями и любят ходить вразвалку, занимая всё пространство? Для обычного человека это всё просто гигантское, холодное и жутко неудобное.— Для эльфов это считается абсолютной нормой, — спокойно заметил Аланиэль, идя рядом со мной. Его плечо почти касалось моего, создавая ощущение надёжного, тёплого щита в этом холодном, подавляющем каменном лабиринте. — Мы ценим пространство, высоту и естественный свет. Хотя, признаю, человеческие масштабы здесь действительно не учтены. Но ты справишься. А если устанешь ходить по этим бесконечным, выматывающим галереям, я всегда готов предоставить своё плечо в качестве опоры. Или перенести тебя на руках, если ты вежливо попросишь. Я довольно сильный, чтобы нести не только посох, но и тебя.— О, я обязательно запомню это щедрое предложение, — усмехнулась я, чувствуя, как предательски теплеют щёки, а сердце делает лишний, совершенно не запланированный кувырок. — Но пока мои ноги работают, и я предпочитаю держать ситуацию под собственным контролем, спасибо. Хотя запасной вариант с переноской я оставлю на крайний случай, если каблуки решат меня предать.Наша вынужденная прогулка привела нас в главную столовую академии. Ожидалось, что там будет пир горой, но реальность оказалась куда прозаичнее и печальнее. Огромный зал был пуст, гулок и пронизан сквозняком, который свистел где-то под потолком. За единственной длинной стойкой томилась одинокая, грустная миска с кашей, которая выглядела так, будто её варили из чистого сожаления, воды и забытых надежд, забыв добавить соль, масло и какой-либо смысл существования. — И это всё? — разочарованно протянул Каэл, заглядывая в миску и театрально морща нос, словно учуял запах гари. — Где жареные фазаны, где фруктовые пироги? Где хоть намёк на кулинарное искусство, а не на наказание за грехи прошлых жизней?— Студенты ещё не вернулись с каникул, — пояснил Рей, брезгливо морщась и отодвигая миску подальше, как от радиоактивного предмета. — Или они на полевой практике. В любом случае, массовый наплыв голодных, агрессивных магов начнётся позже. А пока мы имеем эту субстанцию, которая гордо именуется завтраком, но на вкус, я уверен, напоминает мокрый картон. — Предлагаю не травить желудки казённой баландой, — сказал Рей, решительно разворачиваясь к выходу. — Пойдём прогуляемся по городу. Заодно нормально позавтракаем и поищем, где бы нам купить оружие. Ладно, в первую очередь для тебя, Ася. Себе я что-нибудь подберу по пути, чтобы не быть полностью беззащитным в этом муравейнике, полном амбициозных магов.Он на мгновение задумался, и его взгляд стал чуть более мрачным, затронув старые, болезненные струны прошлого. — Я бы предложил взять кое-что из семейной сокровищницы, но возвращаться во дворец я пока не хочу. Об этом мы ещё поговорим, когда будем в полной безопасности и готовы к этому сложному разговору.Мы вышли за ворота академии, и столичный воздух, пахнущий свежей выпечкой, дымом и далёким, солёным морем, ударил в нос, мгновенно прогоняя остатки больничной стерильности и каменной пыли. Улицы столицы уже начинали просыпаться: торговцы выставляли лотки с фруктами и специями, ремесленники открывали ставни своих мастерских, а по брусчатке грохотали первые за день повозки. Мы шли мимо витрин, в которых поблёскивали магические артефакты, дорогие ткани и оружие, инкрустированное драгоценными камнями. Столица жила своей жизнью, полной суеты, интриг и возможностей, и я вдруг остро почувствовала, что мы с парнями — лишь маленькие песчинки в этом огромном, пугающем механизме. Через полчаса мы уже толкали тяжёлую, скрипучую дверь трактира «Рыжий Кот». Внутри царил уютный полумрак, пахло свежим хлебом, жареным мясом, специями и травами, создавая ощущение настоящего, живого дома, которого так не хватало в каменных стенах академии. — А, пришли! — громогласно приветствовал нас Троян, выныривая из-за стойки с широкой, искренней улыбкой, от которой сразу становилось теплее на душе. — А я уж думал, вы вчера гуляли где-то и забыли дорогу! Вечерело, а вы не пришли, я ждал, даже стол для вас лучший накрыл и приберёг. Так что, хозяюшка, проходи, располагайся, и вы, гости дорогие.Мы заняли наш вчерашний столик в уютной, отгороженной резной ширмой нише. Троян тут же поставил перед нами кувшин с ароматным травяным чаем и корзинку с ещё горячими, хрустящими булочками.— Хозяйка, давай уже подписывать наш с тобой контракт, — хохотнул Троян. — Сегодня весь зал к вечеру будет занят, все хотят тех новинок, что пробовали ректор и его компания.— Давайте, — согласилась я.— Мяса у меня не так много, но могу тебе всё продать: говядину, баранину, уток, гусей, кур. Но у тебя есть место, где их хранить? — спросила я.— Обижаешь, хозяйка, — протянул он камень, похожий на мой, но выглядевший иначе. — Сейчас, когда дефицит всего, я заранее, если нахожу, всё закупаю и храню.— Отлично, я всё мясо продам тебе. Я покупала для себя, но раз уж я буду учиться, оно мне не понадобится.— А что у тебя ещё интересного есть, хозяйка? — спросил он, хитро прищурившись. — Алкоголь? Сладости? Различные приправы?— Что-то из этого тебя особенно интересует? — спросила я.— Конечно, интересует всё! — хохотнул Троян. — Но давай начнём с алкоголя. Покажи и оставь пару бутылок. Я покажу одному эксперту, и решим с ценой.Мы закончили завтрак и пошли оформлять договор на магической бумаге: десять процентов от продажи по тем рецептам, что мы обговаривали, и всё, что я продавала оптом, — на десять процентов ниже рыночной стоимости. Закрепили договор, капнув по капле крови на пергамент.— Всё, — сказала я и вытащила из пространства по две бутылки всего алкоголя, что у меня был: водку, коньяк, сладкое, полусладкое и сухое белое вино.— Ох, красиво, — выдохнул он, разглядывая изящную стеклянную тару.— Это у нас называется бутылка, — пояснила я. — А теперь смотри. Я вытащила различные конфеты, по пять штук каждого вида. — Это шоколад с разной начинкой, можно с чаем давать, ну или с вином. А вот с водкой можно солёные огурцы.— Жаль, мало у нас их, — сказал Троян. — Урожай маленький и быстро кончается.Я улыбнулась и вытащила различные консервы. — Вот огурцы, помидоры. А это томатная паста, помнишь, я добавляла её для мариновки мяса?— Помню, полбанки там до сих пор осталось, хозяйка.— А это рыба в различных соусах, её подают уже готовой. Вот, за кольцо дёргаешь, и можно открыть, — показала я. В кабинете Трояна поплыл рыбный запах. — Это варёные кукуруза, фасоль, горох, грибы. Их можно сразу добавлять в еду, вылив воду. А это соки, — я добавила к экспозиции яркие картонные и стеклянные упаковки, вытащенные из пространства. — По сути, это как ваш компот, только уже готовый, насыщенный вкусом и хранится гораздо дольше без лишней варки. Ты определись, что тебе из этого нужно, составь список, и я всё тебе продам.— Отлично, хозяйка, я пока не готов сделать выбор, хочу всё попробовать.— Понимаю, — хмыкнула я. У бедного Трояна было растерянное выражение лица. — А насчёт овощей и фруктов? — спросил он.— Совсем забыла. А что конкретно тебя интересует? Морковка, лук, зелень, если есть, и фрукты.— А сколько? — спросила я.— Всё возьму.— Ну тогда нужно помещение побольше, — сказала я, чтобы всё вытащить.— Идёмте в амбар. Мы спустились, вышли из трактира, сбоку был склад. Зашли, там было прохладно. — Хорошо, прохладно, — сказала я.— Прохладу обеспечивает артефакт, — показал он на штуку в потолке. Я вытащила всё, что привезла из земли: овощи и фрукты.— Это что? — показал он на банан.Я взяла его в руки, очистила кожуру и дала ему: — Попробуй.Он укусил: — М-м, вкусно.— А это?— Это ананас. Нож есть? — спросила я у парней.Аланиэль вытащил кинжал. Я отрезала кусок и дала попробовать. — Кисло-сладкий, — прокомментировал Троян.— Троян, их много есть не рекомендую, нужно по чуть-чуть.— А это? — он показал на мандарин.— Возьми, очисти, кожура мягкая.Он очистил, сок брызнул. Укусил: — М-м, такой сочный и вкусный.— Яблоки, груши... Понятно, — сказал он. — А вот эти деликатесы точно вызовут фурор, хозяйка. А картошки нет? — с сожалением спросил он.— Пока нет, — сказала я. — Всё посадила.— Так вы ещё и сажаете?— Ага.— Слушай, не забудь меня, когда урожай вырастет. Я хочу много. Не только для своих трактиров, но и своему народу.— Хорошо, — кивнула я. Теперь есть куда сбыть урожай, хихикнула я про себя.— Овощи у тебя тоже хорошие. Я сейчас всё взвешу и дам за них цену, как и обговаривали. А вот эти деликатесы предлагаю оставить. Я подумаю, как их продавать, и потом обговорю с тобой цену.— Хорошо, — сказала я.— А насчёт сладостей... Оставьте все у меня. У меня ещё и ларёк тут неподалёку. И там их точно продам. Алкоголь и компот оставить. Но сумму вручу после продажи.— Хорошо, договорились, — сказала я.— А вот насчёт рыбы в том соусе... Если честно, не знаю, пойдёт ли она. А вот всё остальное в тех банках возьму. Пригодится при готовке.Я оставила всё, что он просил, на его складе.— Приправы какие есть, хозяйка?— Соль, перец красный, перец чёрный. Есть сахар. Хороший белый. Есть сахар в кубиках. Яйца есть, молоко.— Возьму всего по чуть-чуть, сахара побольше. И мясо вытащи, хозяйка.Я кивнула и вытащила всё мясо, которое у меня было. Троян одобрительно кивнул, оценивая объём.— Скажи, хозяюшка, а что ещё ты сможешь мне предложить из оборудования? — хитро прищурился он. — Например, тот мощный механизм для рубки мяса с ручкой, который ты вчера крутила на кухне. Он перемалывал всё так быстро и ловко, будто сам оживал в твоих руках. Я до сих пор вижу, как ловко и размеренно ты работала, и это было... завораживающе. Как и ты сама, разумеется.— Она называется мясорубка, — тихо, почти шёпотом, пояснила я ему, наклоняясь ближе, чтобы наши головы почти соприкоснулись, и понизив голос до заговорщического тона. — Ручная, механическая. С чугунным корпусом и стальной начинкой. Никакой магии, чистая физика и рычаги. И да, я могу организовать поставку и такой диковинки для твоей кухни, Троян. Тебе больше не придётся рубить мясо тесаком часами, нагружая спину. Но это будет стоить дополнительных усилий и, возможно, пары лишних золотых на транспортные расходы.— Сколько тебе таких мясорубок нужно? — спросила я, переходя к деловой части.Троян прикинул в уме и ответил:— Пока штук десять. По одной в каждый мой трактир. Плачу по одному золотому за штуку. Пойдёт, хозяйка?— Пойдёт, — кивнула я, сохраняя невозмутимое выражение лица. «В моём мире они фактически ничего не стоят, а тут за одну отдают целый золотой», — с удовлетворением подумала я про себя. Отличная сделка.— Любые усилия и любые золотые ради тебя, — тут же отозвался Каэл, его голос стал ещё ниже, заставляя моё сердце сделать лишний, совершенно не запланированный кувырок. — Если тебе понадобится кто-то, кто будет носить тяжеленные мешки с мукой, проверять качество мяса или просто составлять тебе компанию во время закупок... мои услуги, как всегда, бесплатны. И я обещаю быть очень, очень тщательным в своих проверках. Выбор, как всегда, за тобой.— Ладно, ладно, хватит флиртовать с едой и друг с другом, вы меня смущаете, — добродушно прервал нас Троян.Он развернулся и пошёл раздавать приказы своим подчинённым. Я с интересом наблюдала за этой слаженной, маленькой машиной. В трактире Трояна работало ровно пять человек, не считая его самого: две проворные уборщицы, которые уже наводили блеск на дальних столах, одна расторопная подавальщица, несущая поднос с дымящимися, ароматными блюдами, и два его верных помощника на кухне, которые, судя по доносящимся звукам и аппетитным запахам, уже вовсю готовили наш заказ. Это была маленькая, но крепкая семья, и я вдруг поняла, что хочу быть частью этого мира не как временная гостья, а как полноправный, надёжный партнёр, который приносит пользу и стабильность. — Ты отлично справляешься, — тихо заметил Аланиэль, наливая мне чай. Его пальцы на мгновение коснулись моих, и это прикосновение было таким же успокаивающим, заземляющим и тёплым, как и вчера в больничной палате. — Ты ведёшь переговоры лучше, чем половина столичных торговцев с их многолетним опытом. Я горжусь тобой.— Это потому что у меня отличные советники, — улыбнулась я, глядя сначала на него, чувствуя тепло его взгляда, а потом на Каэла, который подмигнул мне из-за своей чашки, не переставая улыбаться своей фирменной, обезоруживающей улыбкой. — И отличная, хоть и немного наглая, команда. А после этого нас ждало распределение, новые тайны и, возможно, первый настоящий вызов в стенах этой гигантской, построенной для троллей академии. Но сейчас, в этом тёплом, пахнущем хлебом и уютом трактире, в окружении трёх невероятно могущественных и при этом таких родных мужчин, я чувствовала себя абсолютно защищённой. И готова ко всему, что бы этот мир ни приготовил для нас дальше.