«Как я звучу?»

Кристина Шу

Как я звучу?

Глава 1

Глава 1.

Автобус резко тряхнуло на повороте, и я очнулась от своих мыслей.

Сколько я спала?

Музыка в наушниках заглушала всё вокруг и даже мои собственные мысли. Песни сменяли друг друга, заполняя голову звуками, не оставляя места ничему другому.

Дверь автобуса открылась, впуская в салон тёплый воздух и мужчину, который оглядывался в поисках свободного места. Я заметила это лишь краем глаза, продолжая смотреть в окно на проплывающий мимо пейзаж. Только спустя несколько секунд возникло странное ощущение, будто рядом кто-то стоит.

Я повернула голову. Надо мной стоял высокий мужчина, который смотрел то на свободное место, то на меня. Точнее, не просто смотрел, кажется, он чего-то ждал. И до меня дошло, единственное свободное место в автобусе было рядом со мной.

Боже.

Он, наверняка, спрашивал, можно ли присесть. А я даже не услышала. И теперь незнакомец просто стоял рядом, терпеливо дожидаясь ответа. Щёки тут же вспыхнули от стыда, и я поспешно вынула один наушник.

— Простите, задумалась.

Я быстро убрала рюкзак с соседнего сиденья. Мужчина улыбнулся — легко, спокойно, без малейшего раздражения.

— У вас свободно? Могу присесть?

— Да, свободно. Пожалуйста.

Он сел рядом и устроился удобнее, после чего ненадолго повернулся ко мне. Мне показалось, будто он уточняет границу нашего случайного соседства.

— Спасибо. Я вам не помешаю?

— Нет, конечно, не помешаете.

— Отлично, — ответил он.

К счастью, он не продолжил разговор, я тоже не собиралась. Надеясь, что незнакомец не заметил моего смущения, я поспешила вернуть наушник на место и сделала вид, что меня гораздо больше интересует пейзаж за стеклом. Впрочем, трудно изображать полное безразличие, когда рядом сидит такой привлекательный незнакомец.

Ох уж эти пятиминутные влюбленности!

В наушниках заиграла спокойная музыка из плейлиста «В дороге», и пока автобус продолжал двигаться по серпантину, я постепенно снова ушла в мысли, которые растворялись вместе с дорогой, а потом и вовсе исчезли, оставив после себя сон. Проснувшись, я обнаружила, что место рядом со мной пустует.

Возможно, кто-то из пассажиров вышел раньше, и незнакомец решил пересесть?

Оглядываться я не стала, потому что мысль о том, что он может сидеть где-то за мной и заметить мой поиск, была слишком неловкой, а мне совсем не хотелось создавать ситуацию, в которой я выгляжу так, будто ищу продолжение случайного знакомства, которого на самом деле не планировала.

Автобус стал набирать скорость, и слишком быстро показались первые дома. Ещё мгновение назад мы ехали по серпантину, а уже через минуту — автостанция небольшого города. Водитель плавно затормозил и открыл дверь.

— Конечная, — немного устало произнёс он.

Пассажиры поспешили покинуть салон, я же решила дождаться, когда основная масса людей выйдет из автобуса.

Не люблю толкаться и ждать своей очереди на проходе.

Мой плеер давно разрядился, и пока я готовилась к выходу и собирала свои вещи, я заметила, что мир вокруг оказался громче, чем я ожидала. Крики чаек, ветер, далёкий гул голосов. Я всё же поискала взглядом того самого незнакомца, хотя сама не понимала зачем и быстро поняла, что из автобуса я вышла последней.

— Каденция? — голос прозвучал мягко, но уверенно.

Я обернулась, слегка вздрогнув, потому что собственное имя в этом месте и в этот момент прозвучало слишком странно.

Иногда собственное имя кажется чужим, если его долго никто не произносит вслух.

Передо мной стояла красивая женщина лет шестидесяти, но удивительно молодая для своего возраста. На ней было лёгкое бежевое платье из муслина, а на шее — нитка жемчуга, простая, без изысков.

— Я Лира, — сказала женщина.

— А это Тео.

Рядом с Лирой стоял высокий и стройный мужчина, чуть старше нее, это было заметно по морщинкам. Его загорелая фигура и простая одежда выглядели очень гармонично рядом с Лирой.

Я кивнула в ответ.

— Можно просто Кади.

Лира шагнула ближе и на секунду коснулась моего плеча. Жест был короткий, но в нём было что-то странное, не вторжение, не формальность, а скорее проверка: можно ли быть в твоём пространстве?

— Дорога тяжёлая? — спросила Лира.

Я пожала плечами.

— Нормально, почти не заметила.

Это было правдой.

— Лучший способ пережить дорогу? — Тео чуть усмехнулся.

Я машинально коснулась наушника.

— Да. Всю дорогу слушала музыку.

Пауза.

— Это заметно, — ответил Тео.

Я не сразу поняла, почему его взгляд остановился на моём лице, пока он не добавил, чуть смягчившись.

— След от наушников на щеке.

Я невольно улыбнулась. Глаза Лиры тут же тепло засветились, а Тео едва заметно усмехнулся в ответ.

— Пойдём, — сказала Лира, — Дом недалеко.

Город оказался маленьким и уютным. Я шла чуть позади, медленнее, разглядывая всё вокруг: белые стены домов, ставни цвета моря, виноград, тянущийся вверх, инжир, развешанное на верёвках бельё. Открытые дворы, как будто, люди не боялись, что кто-то вторгнется в их пространство.

— Это местные, — начал Тео, — Они никуда не спешат.

И действительно, я стала наблюдать. Вот два пожилых мужчины играли в шахматы на лавочке, две женщины обсуждали «понаехавших туристов», молодой парень пил кофе на балконе в компании с сигаретой, и даже животные будто жили своей отдельной спокойной жизнью — два рыжих кота лениво растянулись у входа в магазин, совершенно не собираясь уступать дорогу.

— А вот и он, наш скромный уголок, — почти напевая, сказала Лира.

Дом выглядел подозрительно красиво, как из моей мечты: белый фасад, черепичная крыша, небольшой сад с цветами и много окон, ни одно из которых не было закрыто.

— Нравится? — обернулась Лира.

— Пока непривычно, — ответила я.

— Это нормально. Для всего нужно время.

Мы прошли во двор и оказались в открытой гостиной, но больше это было похоже на огромную веранду.

— Проходи, если хочешь, снимай обувь, мы любим ходить босиком, — сказала Лира, снимая сандалии. Я последовала её примеру и сняла кроксы.

Прохладный пол оказался неожиданно приятным.

Я продолжила с интересом осматривать дом. Стены были украшены простыми, но душевными вещами: плетёными корзинами, связками сушёного перца, разными глиняными статуэтками, а ещё было много контурных карт: больших и маленьких, в рамках и без.

— Эти карты коллекционирую я, — гордо заметил Тео и достал свою курительную трубку.

— Почему карты? Вы много путешествовали? — спросила я.

— Раньше да, я много где побывал. Искал место, где мне захотелось бы остаться и не бежать дальше. Однажды мы с друзьями приехали в этот городок, так же, как и ты, на одно лето. Но потом я встретил Лиру и вот уже тридцать лет живу здесь.

Он задумчиво провёл пальцем по краю одной из рамок.

— А карты стали напоминанием о том, что мир огромен, но человеку не обязательно увидеть его весь, чтобы стать счастливым. Иногда достаточно найти одну точку на карте.

Он выпустил тонкую струйку дыма и добавил.

— В молодости мне казалось, что счастье всегда находится где-то дальше. За следующим поворотом, а потом выяснилось, что оно может ждать тебя именно там, куда ты приехал всего на пару месяцев.

Интересно, как это — быть настолько уверенным в своём выборе, что остаться где-то на тридцать лет?!

В гостиной я заметила массивный деревянный шкаф с книгами и чашками ручной работы, а над камином фотографии в простых деревянных рамках. Лира и Тео улыбались мне с этих снимков.

— Красивые фотографии, мне нравится, они живые и настоящие, не как на телефоне.

— Да, я любила фотографировать, у меня было около пяти плёночных фотоаппаратов за всю жизнь, можно даже сказать, это была моя страсть.

— А сейчас? Вы уже не фотографируете?

— О, милая, с годами интересы меняются, сейчас я люблю свой сад и провожу там каждую свободную минуту. Да и событий, которые хочется запечатлеть на плёнку, почти с нами не происходит.

— И где сейчас ваши фотоаппараты?

— Что-то сломалось, что-то лежит дома, но к ним уже не найти плёнку, что-то потерялось при переездах.

— Очень жаль, — немного с грустью ответила я.

— О-о-о, не нужно жалеть о том, что уже прошло. Смена интересов это естественный процесс взросления, мало кому удаётся пронести свои увлечения сквозь года. Я думаю, в разные периоды времени нам должны нравиться разные вещи. В конечном итоге самое важное, чтобы эти самые интересы у тебя вообще были!

А если мои интересы меняются быстрее, чем времена года, это считается взрослением или проблемой?

Я кивнула, соглашаясь с её словами, и заметила что-то на высокой стойке возле окна. Это был попугай.

— Доброе утро, — сказал он.

— Он сейчас со мной поздоровался?

Тео усмехнулся, не отрываясь от трубки.

— Да, а если ты задержишься еще на минуту, то его будет не остановить. Он любит болтать, особенно с кем-то кроме нас с Лирой.

— Жан-Жак, — сказала Лира, — Наш главный наблюдатель.

— Наблюдаю, — отозвался попугай.

Я тихо рассмеялась.

— Привет, Жан-Жак.

— Привет, привет!

— Пойдём, вы еще успеете наболтаться, — сказала Лира.

Мы с Лирой прошли вдоль длинного коридора, самая дальняя комната была для меня. Лира открыла дверь и жестом пригласила войти меня первой, комната оказалась светлой и тихой, с окном на море.

— Располагайся, если что-то понадобиться, мы будем до самого вечера во дворе, приходи выпить с нами чай.

Не дождавшись моего ответа, Лира закрыла дверь. И наступила тишина.

Лира и Тео — они казались такими естественными в своём мире, люди, которые живут спокойно и уверенно, как будто уже давно знают, куда именно ведёт их жизнь.

Комната дышала в своем ритме, мне это нравилось: лёгкий ветер шевелил занавеску и где-то вдалеке шум моря. Я посмотрела на себя в зеркало и подумала, что, возможно, стоит принять душ или хотя бы разобрать вещи, но разбирать рюкзак сейчас совсем не хотелось.

Не сегодня.

Опустившись на кровать, я почувствовала, как в голове снова начинают появляться мысли — сначала тихие, а затем всё более настойчивые. Вытащив старенький mp3-плеер из кармана, я вспомнила, что он разрядился.

Предатель!

Хотя день был действительно прекрасным, меня одолевала грусть, а образ незнакомца почему-то до сих пор не выходил из головы. Пока мне всё нравилось, даже слишком, почти настораживающе хорошо, но именно это и пугало, а тревожные мысли никак не отпускали.

Три месяца.

Либо это станет лучшим летом в моей жизни.

Либо я через неделю куплю билет обратно.

Лира и Тео.

Вечер медленно опускался на городок, с моря тянуло прохладой, где-то вдалеке кричали чайки. Лира и Тео сидели на веранде, провожая взглядом последние лучи солнца.

— Как думаешь, она продержится неделю? — спросил Тео, раскуривая трубку.

Лира тихо усмехнулась.

— Конечно. Думаю, она влюбится.

Тео поднял бровь.

— Так быстро?

— А ты разве забыл, как сам приехал сюда на одно лето?

— Это нечестный аргумент.

— Самый честный.

Тео усмехнулся и покачал головой.

— Пока не знаю насчёт любви всей жизни, но в море она точно влюбится. Ей здесь понравится.

— Возможно, — кивнул Тео, — Но посмотрим через неделю.

Несколько секунд они молчали.

— А что думаешь насчёт работы в кафе? — спросил Тео.

— Думаю, ей подойдёт. Там хорошие ребята.

— Это точно.

— Значит, можно не переживать.

— Можно.

Лира протянула руку.

— Дашь мне трубку?

Тео удивлённо посмотрел на неё.

— Лира, ты не просила у меня трубку уже лет десять.

— Правда?

— Даже больше.

Она задумчиво пожала плечами.

— Не знаю, увидев Каденцию, я вдруг вспомнила нас молодыми.

Тео передал ей трубку.

— Да, нам есть что вспомнить.

Лира сделала маленькую затяжку и тут же закашлялась.

— Ужасная привычка.

— Именно поэтому я её и люблю.

Лира легонько толкнула его плечом.

Некоторое время они просто сидели рядом, слушая море.

— Знаешь, Тео, у меня хорошее предчувствие насчёт Каденции.

— Правда?

— Мне кажется, мы подружимся.

— Конечно, дорогая, особенно если я подарю ей наш старый велосипед.

Лира оживилась.

— Тео, нет, он же старый, на нем не ездили уже сто лет!

— Лира, он винтажный.

— Ты хочешь сказать, что он всё ещё на ходу?

Тео обречённо вздохнул.

— Понятия не имею.

— Тогда завтра утром проверишь.

— Это был не вопрос, да?

— Конечно нет.

Тео покачал головой.

— Хорошо.

Лира положила голову ему на плечо.

— Давай ещё немного посидим и пойдём спать.

Они замолчали. Над городом зажигались первые огни, а тонкая струйка дыма из трубки медленно растворялась в тёплом июньском воздухе.

Утро наступило слишком быстро. Я проснулась с ощущением, будто вообще не спала. Из сна выбираться совершенно не хотелось, но свет за окном намекал, что день уже давно начался. Первым делом я схватила телефон.

6:00.

Шесть утра. Серьёзно?

Я ещё несколько секунд смотрела на экран, будто цифры могли передумать. До работы оставалось два часа, можно было спокойно собираться. Или вернуться в кровать и сделать вид, что никакой работы не существует.

Второй вариант звучал заманчиво.

За окном пели птицы. Негромко, но очень настойчиво, будто у них проходило важное собрание. А из дома доносились другие звуки: шаги, звон чашки, шум воды. И над всеми этими звуками витал запах кофе. Я люблю кофе. Правда, никогда не понимала людей, которые чувствуют в нём нотки шоколада, карамели, сушёной клюквы и ещё каких-то ягод.

Для меня кофе делился на две категории: «вкусно» и «не очень».

Я провела ладонью по простыне и наконец поднялась с кровати. Тело всё ещё помнило вчерашнюю дорогу, десять часов на неудобных креслах давали о себе знать, но сегодня был первый рабочий день и хотелось выглядеть хотя бы немного похожей на человека.

Душ, скраб, тканевая маска, фен, немного макияжа. Я честно сделала всё, что было в моих силах, но всё ещё выглядела слегка припухшей и разбитой. Хотя без всех этих утренних манипуляций ситуация, вероятно, была бы значительно хуже. По крайней мере теперь я выглядела не как человек, переживший эмоциональный кризис в автобусе, а как человек, который просто плохо спал.

Я встала перед зеркалом, думая, что же надеть. И увидела себя.

— Окей. Бывало и хуже.

Я открыла рюкзак.

Футболка.

Нет. Слишком открыто.

Блузка.

Нет. Слишком официально.

Льняная рубашка.

Подходит.

Я бросила её на кровать.

Льняные брюки.

Нет, слишком много льна на одного человека. Если надеть всё льняное сразу, люди решат, что я приехала продавать органический мёд на местной ярмарке.

Брюки отправились обратно в рюкзак.

О, джинсовые шорты.

Отлично.

И...

Мои любимые жёлтые кроксы.

— Ну а что? Удобно.

Высокая мода сегодня как-нибудь переживёт без меня.

Я натянула шорты, надела рубашку, закатала рукава. Собрала волосы в пучок. Через секунду несколько прядей выбились наружу.

Снова взглянула в зеркало.

— Хмм... Пойдёт.

Главное — не привлекать к себе внимание в первый день. Обычно именно после таких мыслей всё идёт строго наоборот.

В дверь постучали.

— Кади? — раздался голос Лиры.

— Да, заходите.

Лира вошла и внимательно посмотрела на меня. Не оценивающе, а скорее так, словно ей что-то не нравилось, но она из вежливости, не стала мне ничего говорить.

Думаю, она пытается понять, зачем человеку жёлтые кроксы, если он собирается на работу, а не на пляж.

— Уже собираешься?

— Пытаюсь.

— Перемерила весь гардероб?

— Почти. Правда, весь гардероб уместился в один рюкзак, так что процесс был не слишком долгим.

Лира улыбнулась.

— Скажи, у тебя есть тёплые вещи?

Я задумалась.

— Не особо. Есть рубашка в клетку.

— Это не считается.

— Я тоже так думаю.

Лира кивнула.

— Днём здесь жарко. Но вечером с моря приходит ветер.

Она протянула мне свитер. Серый, мягкий, немного растянутый. На груди были вышиты подсолнухи.

Я осторожно провела пальцами по ниткам.

— Очень красивый.

— Он старый, — сказала Лира, — Я носила его, когда была твоего возраста. Тогда мы с Тео часто гуляли у моря по вечерам.

Она улыбнулась своим воспоминаниям. Я поймала себя на том, что тоже улыбаюсь.

Интересно, каково это — вспоминать молодость с человеком, который всё ещё рядом?

— Спасибо.

Лира посмотрела внимательнее.

— И цвет тебе подойдёт. Под глаза.

Я благодарно кивнула.

— Спасибо за заботу.

Вот как у неё это получается? Сказать что-то доброе так, будто это самая обычная вещь на свете.

— Пойдём, — сказала Лира, — Внизу тебя ждёт ещё один подарок.

— Слишком много подарков для первого дня.

Во дворе меня уже ждал Тео, а рядом стоял велосипед. Тёмно-зелёный, с корзинкой, багажником и потёртостями. На вид ему было примерно столько же лет, сколько и мне — двадцать семь.

— Твой, — объявил Тео.

Я обошла велосипед кругом.

— Спасибо. Это здорово.

Потом посмотрела на него ещё раз.

— Ладно. Попробую доехать и не погибнуть.

— Он старый, но надёжный, — сказал Тео.

— Смотрите, Тео, если я разобьюсь и умру, то навеки останусь жить у вас привидением.

— Только если будешь мыть посуду, — невозмутимо ответил он, — Лира этого терпеть не может.

Я рассмеялась.

— Договорились.

— Хорошего дня, Кади, — мягко сказала Лира.

— И вам.

Дорога до кафе оказалась гораздо короче, чем я ожидала. Ветер бил в лицо, рубашка надувалась парусом, а велосипед бодро подпрыгивал на каждом камне, словно тоже нервничал перед моим первым рабочим днём. Когда впереди появилась вывеска кафе, я остановилась.

Ну вот, приехали.

Я прислонила велосипед к забору и глубоко вдохнула. Из кафе доносился приятный аромат кофе и выпечки, запах был таким уютным, что мне почти захотелось немедленно уволиться и стать посетителем.

— Попробуй не опозориться в первый день, — пробормотала я себе под нос.

— А то, что я это услышал, считается хорошим началом или уже позором?

Я вздрогнула и резко обернулась. Мой организм тут же выпустил адреналин и сердцебиение стало чаще.

Нет-нет-нет. Да ладно.

Передо мной стоял он, тот самый парень из автобуса. Те же глаза. Та же улыбка. Те же растрёпанные каштановые волосы. Я зависла на несколько секунд, настолько, что мозг перестал загружать новые данные. Зато старые включились на полную мощность, а именно моя пятиминутная влюблённость и неловкие фантазии о том, как мы случайно встретимся ещё раз.

Вселенная, ты сейчас серьёзно?

— Эм...

Очень содержательно, Каденция. Молодец.

— Я...

Ещё лучше. Продолжай в том же духе.

— Я пришла на работу.

Господи, почему я говорю так, будто меня только что поймали на месте преступления?

Парень улыбнулся чуть шире.

— Уже хорошо.

— Мы созванивались. Я официантка, то есть буду официанткой. Наверное. Опыт у меня не очень большой, точнее опыта у меня нет, но я быстро учусь. И я вовремя пришла.

Пауза.

Тишина снова повисла между нами.

— Успокоилась?

Пауза номер два.

— Всё, я опять тараторю.

Он рассмеялся. Не зло, а скорее так, будто ему действительно было смешно.

— Значит, это ты Каденция?

Я кивнула.

Он протянул руку.

— Форте.

Я замерла. Потому что я все еще не понимала, с ним вчера я ехала в автобусе или нет? Тогда почему он меня не узнает? Или, он даже меня не запомнил, а я уже на придумывала себе романтическую историю?

Я пожала его руку. Тёплая и крепкая.

— Слушай... — осторожно начала я, — А ты вчера случайно не ехал в автобусе из города?

Форте моргнул.

— Нет.

— Совсем нет?

— Совсем.

— Ни капельки?

— Клянусь. Вчера я весь день был здесь.

Я уставилась на него. Он выглядел точно как тот парень! Не похож, не напоминает, не «есть что-то общее». Это был буквально он. Мозг начал срочное совещание.

Возможные варианты:

Первое — я схожу с ума и сейчас у этого парня, другое лицо, но я вижу незнакомца из автобуса.

Второе — я начала видеть галлюцинации.

Третье — существуют два одинаковых мужчины.

Третье выглядело самым неправдоподобным.

Поэтому я выбрала второй вариант.

— Ого...

— Что?

— Да ничего.

Я нервно усмехнулась.

— Просто пытаюсь понять, придумала ли я себе незнакомца в автобусе, с которым ехала вчера.

Форте засмеялся.

— Надеюсь, придумала симпатичного? Хотя если ты спутала меня с ним, значит он очень симпатичный.

— Я не спутала, ты буквально это он!

— Значит, симпатичного.

— Возможно.

— Отлично.

— Не отлично.

— Отлично.

Я уже открыла рот, чтобы ответить, когда за спиной раздался другой голос.

— Форте, ты опять пристаёшь к новеньким?

Я застыла второй раз за последние пять минут. Потому что рядом стоял ещё один точно такой же мужчина. Только, намного тише и спокойнее. И внезапно всё встало на свои места. Я посмотрела на одного, потом на второго, потом снова на первого.

— Да вы издеваетесь.

Оба одинаково вопросительно подняли брови.

— Вы близнецы.

— Ага, — сказал Форте.

— Обычно люди понимают это чуть быстрее, — спокойно добавил второй.

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Иногда жизнь оказывается гораздо логичнее, чем хотелось бы. Когда я через секунду открыла глаза, второй мужчина уже улыбался. Тепло и спокойно. Не так, как Форте. Форте улыбался так, будто собирался втянуть меня в какую-нибудь авантюру. А его брат улыбался так, будто заранее знал, чем всё закончится.

— Я Сотто, — сказал он.

Я снова потерялась в собственных мыслях. Надо же, ему удивительно подходило это имя. Тихое. Спокойное. Негромкое. Хотя, если честно, я понятия не имею, какими вообще должны быть люди по имени Сотто, я впервые встречаю человека с таким именем.

— Так это был ты? — перебила я его.

Во взгляде Сотто мелькнуло понимание.

— В автобусе?

— Да!

Я ткнула в него пальцем, словно только что раскрыла преступление века.

— Я же знала, что не придумала тебя.

Форте фыркнул.

— Звучит тревожно.

— Да я серьёзно! — возмутилась я, — Вчера мы ехали рядом несколько часов, потом я уснула, а когда проснулась, тебя уже не было.

Сотто кивнул.

— Я вышел раньше.

— Вот! А сегодня, я увидела Форте, а он заявил, что никуда вчера не ездил, и конечно я решила, что либо у меня проблемы со зрением, либо с психикой.

— И какой вариант победил? — поинтересовался Форте.

— Я больше склонялась к варианту номер два.

— То есть?

— Что у меня галлюцинации.

— И почему именно этот вариант?

— Потому что существование двух одинаковых мужчин показалось мне менее реалистичным.

Форте довольно ухмыльнулся, а Сотто только едва заметно приподнял уголок губ.

— Если честно, я до сих пор не исключаю вариант, что вы оба часть одной очень качественной галлюцинации.

— Ладно, — хлопнул в ладони Форте, — Разобрались, никто не сошёл с ума.

— После знакомства с вами двумя я бы не стала делать таких смелых выводов.

— Работать ты ещё успеешь. Сначала быстрый инструктаж, потом кофе, затем завтрак, а ближе к обеду можно будет доверить тебе поднос.

— А если нет?

— Тогда будем прятать тебя на кухне.

— Отлично. Это был мой запасной план.

Форт кивнул в сторону двери, Сотто по-джентельменски её открыл, приглашая меня внутрь, обозначив это движением руки. Вперед!

— Пойдём, - сказал Форте.

Внутри оказалось ещё уютнее, чем снаружи. Светлые стены, деревянные столы, большие окна и море, которое было видно почти отовсюду.

— Работаем с восьми утра и до вечера, — объяснил Сотто, — Завтраки наша главная история. После заката мы закрываемся.

— Воскресенье выходной, — ответил он.

Я удивлённо посмотрела на него.