Возрождение

Механические щупальца аккуратно оттолкнули челнок, одновременно отключая магнитные держатели. Судно по инерции отлетело от корабля и, на безопасном расстоянии запустив свои двигатели, отправилось в обратный путь на Землю.

Из динамиков раздался синтетический голос:

«Уважаемые пассажиры, внимание! Сейчас будет включена искусственная гравитация. Повторяю: внимание! Сейчас будет включена искусственная гравитация!»

По секции пронёсся рокочущий звук, переходящий в затихающий шорох. Послышались глухие удары ботинок о металлический пол, кто-то испуганно взвизгнул, некоторые лихорадочно потянулись за гигиеническими пакетами.

«Гравитационный экран включён. Можно отстегнуть ремни безопасности. Повторяю: гравитационный экран включён. Можно отстегнуть ремни безопасности», — произнёс синтетический голос.

Повсюду послышались щелчки пряжек. Люди с сумками в руках выстроились в очередь и двинулись вдоль проходов к выходу из стыковочного накопителя.

За дверью первую сотню пассажиров отвели в отсек с гибернационными капсулами для погружения в сон. Остальные девятьсот человек разместили в багажном отделении корабля, временно переоборудованном в зал ожидания.

Каждые двадцать минут экипаж корабля возвращался за следующей сотней пассажиров.

Люси попала в третью волну. Их провели в светлое помещение медицинского отсека. При виде ста тёмно-серых гибернационных капсул, стоявших в четыре ряда, у девушки зачастил пульс. Каждая капсула представляла собой горизонтально расположенный короб высотой и шириной около метра и длиной почти два метра. В верхней его части была капсула для сна с прозрачной крышкой, а в нижней — система контроля и поддержания жизнеобеспечения.

К Люси подошла рыжеволосая женщина, которая пристёгивала её в накопителе, и подвела к капсуле. Она нажала на кнопку, и прозрачная крышка с тихим шипением поднялась, разделившись на две части.

— Поднеси коммуникатор к экрану, пожалуйста, — сказала она, указывая рукой на боковой панели возле изголовья. Люси повернулась и приложила левую руку к датчику. Раздался звуковой сигнал.

Рыжеволосая запустила голограмму над коммуникатором.

— Люси, табельный номер 2715375. Дата рождения 25 мая 2273 года. Сотрудник сопровождающего персонала корабля «Супернова», отдел главного механика, вторая смена, — зачитала она. — Всё верно?

— Да.

— Отлично. Думаю, ты прекрасно знаешь механизм работы капсулы. Но в соответствии с протоколом я обязана провести тебе вводный инструктаж.

Люси кивнула.

— Гибернационная капсула — это аппарат для поддержания пассажира в состоянии контролируемого анабиоза в течение всего времени полёта. В нижней части корпуса расположена автономная система жизнеобеспечения, которая будет работать вне зависимости от внешних факторов. Даже в случае полного обесточивания корабля капсула будет функционировать за счёт внутренних аккумуляторов с бесперебойным снабжением током. В ходе полёта, в автоматическом режиме, капсула станет считывать жизненные показатели пассажира, и, в случае выявления каких-либо отклонений, соответствующий сигнал будет передан на главный пульт управления капсулами. После чего медицинский персонал примет меры по восстановлению нормальной работы системы.

Женщина проговорила это, не смотря на голограмму. Ежедневно на «Супернову» прибывало по четыре челнока с пассажирами, и текст вводного инструктажа она выучила наизусть ещё в первую неделю работы.

— Сними сапоги и носки. Затем поставь их вместе с рюкзаком в багажный отсек. Он вон там, снизу. И ложись в капсулу.

Люси выполнила указания и, оказавшись внутри гибернационной камеры, начала лихорадочно её осматривать.

Женщина наклонилась к ногам Люси и обула её в дутые ботинки. Они зажужжали, сжимаясь и уменьшаясь в размере, плотно обхватывая стопы.

— Эти боты входят в систему контроля за здоровьем пассажира. Также они оснащены массажным механизмом, который во время полёта будет точечно воздействовать на стопы, — сказав это, женщина перешла к рукам. — Перчатки также входят в систему контроля. На каждый палец надевается независимый напальчник. Еженедельно с их помощью будет производиться забор крови на анализ.

Женщина закончила прикреплять датчики. Люси подняла одну руку, рассматривая провода, тянущиеся тонкими нитями от кончиков пальцев и уходящие внутрь корпуса капсулы.

Рыжеволосая расстегнула молнию на комбинезоне Люси и, просунув руку под кофту, прицепила два датчика чуть ниже ключицы.

— Это датчики сердцебиения, — пояснила она, аккуратно застёгивая молнию и поправляя провода. — Ну а теперь самое неприятное. Нужно установить катетер в яремную вену.

Женщина выдвинула в нижней части гибернационного короба ящик с медицинскими инструментами. Она надела одноразовые перчатки, разорвала пакетик с салфеткой, и воздух наполнился резким запахом антисептика. Тщательно протерев руку, женщина разорвала другой пакетик и обработала салфеткой шею Люси.

После она взяла катетер и, поднеся иголку к пульсирующей вене, сказала:

— Не волнуйся, в состав антисептика добавлено местное обезболивающее, ты ничего не почувствуешь.

Люси проглотила скопившуюся слюну и ничего не ответила, ведь боялась она вовсе не укола.

— Вот так, видишь? Никакой боли, — произнесла женщина, подключая катетер к трубочке, торчащей на боковой панели у головы пассажира. — Сейчас я запущу программу. Медикаментозный состав поступит в твою кровь, плавно погружая в сон. Увидимся на Возрождении.

Люси сглотнула и едва заметно качнула головой. Она почувствовала растекающийся по венам жар. Взгляд подёрнулся серой пеленой, а следом пришла темнота, заволакивая всё вокруг и стремительно сужая видимый просвет.

«Надеюсь, я проснусь», — это последнее, о чём успела подумать Люси за мгновение до того, как тьма поглотила последнюю песчинку света.

Створки крышки гибернационной капсулы с шипением закрылись. Рыжеволосая ввела на экране короба комбинацию цифр, после чего шагнула в сторону. Когда все пассажиры были погружены в сон, раздался прерывистый сигнал сирены, и капсулы двинулись по направляющим полозьям в полу, скрываясь в отсеке багажного отделения.

Сотрудники корабля молча развернулись на месте и пошли в зал ожидания за новой сотней пассажиров.

Глава 6

Люси лежала с закрытыми глазами и прислушивалась к своим ощущениям. Под спиной была твёрдая неровная поверхность. Раскрытой ладонью она шарила возле себя. Пальцы скользили по шероховатой холодной плоскости, пока не наткнулись на торчащие тонкие мягкие прутики.

«Это что, трава?» — мысль стрелой пронзила разум, и Люси широко распахнула глаза.

Со всех сторон её обступили деревья, стволы тянулись высоко к небу, где их разлапистые игольчатые ветви неспешно танцевали под шум ветра.

Откуда-то слева доносились звуки, сначала едва слышно, но потом громче и громче, словно кто-то постепенно прибавлял громкость.

— Молодой человек! Молодой человек, вы меня слышите? — снова и снова повторял нетерпеливый голос. Вероятно, это продолжалось уже какое-то время.

В ответ послышался стон, а следом звуки рвоты.

Люси медленно повернулась на бок и осторожно села, выставив перед собой руки. Тело болело, а в голове начинала зарождаться пульсирующая боль. Девушка посмотрела в ту сторону, откуда доносились звуки. В десяти метрах от неё на четвереньках стоял мужчина, а рядом с ним — Осёл.

Люси моргнула, затем ещё раз и, немного развернувшись корпусом, покрутила головой, осматриваясь. Вокруг был сосновый лес, с редкими пучками низких плешивых кустов. Землю покрывал бледно-зелёный ковёр.

«Это не трава, а мох», — с удивлением осознала Люси, внимательно рассматривая зелёный пучок прутиков рядом с собой.

Оглядевшись вокруг, она подняла голову и замерла. Осёл повернул к ней морду и внимательно смотрел.

— Наконец-то проснулась! Долго же ты спала! — воскликнул он.

Люси замерла.

«Наверное, мне показалось», — подумала она.

— Нет! Тебе не показалось! — произнёс Осёл. — Ой, только вот не надо кричать!

Девушка не закричала, но по-паучьи попятилась.

Осёл в три прыжка преодолел разделявшее их расстояние. Его шкура была цвета выжженной травы, местами торчали желтовато-серые клочья более длинной шерсти. Одно ухо было сломано и свисало от середины длины. Взгляд чёрных глаз был осмысленным.

Люси попыталась двигаться быстрее, но наткнулась спиной на ствол дерева. Когда Осёл подошёл ближе и, нависая над девушкой, улыбнулся ей, обнажая ряд кривых жёлто-коричневых зубов, она истошно завизжала.

Осёл закатил глаза и отошёл на пару шагов назад, дожидаясь, когда крик прекратится.

— Объём лёгких у тебя, милочка, будь здоров. Я уж подумал, что ты никогда не замолкнешь! Но тебя хотя бы не тошнит. Вон тот, — Осёл слегка развернул туловище и махнул грязным копытом в сторону мужчины, — и визжал, и блевал. Так что ты — крепкий орешек.

Люси невольно посмотрела в указанном направлении. Мужчина встал на ноги и тщательно отряхивал одежду.

— О, отлично! Он уже на ногах, — Осёл развернулся обратно к девушке. — Ну что ты расселась, давай вставай! Дел по горло, у меня нет времени с вами нянчиться!

Опираясь руками о ствол дерева, Люси осторожно поднялась — и что было сил рванула вглубь леса.

— Понятно, по-хорошему ей не интересно… — пробормотал Осёл. — Будь по-твоему, глупышка.

Он встал на дыбы и с силой ударил передними копытами по земле. С сухим лопающимся звуком под ними образовалась трещина и, разрывая грунт, понеслась вслед за Люси. Догнав её, она внезапно расширилась, увлекая девушку в свои пустоты.

Потеряв почву под ногами, Люси закричала. Ей казалось, будто она падает целую вечность. Резкий удар о землю выбил из лёгких остатки воздуха. Задыхаясь, она, превозмогая боль, встала на четвереньки, пытаясь вдохнуть. Первые струйки воздуха со свистом ворвались во вновь открывшиеся лёгкие. Её окружал влажный земляной запах.

Всё ещё хрипло дыша, Люси огляделась. Глаза постепенно привыкали к темноте, и девушка смогла различить очертания толстых коряг, тянувшихся сверху вниз, а затем и низкий потолок, опутанный паутиной тонких веточек.

Люси внимательно вглядывалась в темноту. Она скорее почувствовала, чем увидела какое-то движение сбоку. Девушка повернулась, но разглядеть что-либо ей не удалось. Ещё одно едва заметное движение слева от неё. И что-то проскочило под ногами, вскользь задевая их.

Люси услышала едва уловимое фырканье и повернула голову к звуку. Когда же наконец удалось рассмотреть, что скрывается в темноте, её тело мгновенно обдало жаром.

Крысы. Огромная стая крыс.

Они замерли — кто-то на четырёх лапах, кто-то на двух, будто ожидая чего-то. Вот они стояли неподвижно, а в следующую секунду бежали на девушку, быстро перебирая маленькими когтистыми лапками по земле и попискивая.

Люси развернулась на месте и побежала. Она уворачивалась от коряг на её пути, но темнота не позволяла разглядеть торчавшие из земли корни. Запнувшись об один из них, девушка упала, растянувшись на влажной почве во весь рост.

Она попыталась встать, но крысы запрыгнули ей на ноги и быстро побежали по ним, перепрыгивая на спину. Девушка закричала и в попытке скинуть их уткнулась спиной в земляную стену. Крысы набросились на неё, ловко карабкаясь по ногам и груди.

Истошный вопль вырвался из горла, когда Люси, потеряв равновесие, завалилась на бок. Крысы накрыли её мохнатой волной. Их маленькие лапки покрывали каждый сантиметр тела, а длинные горячие чешуйчатые хвосты обвивали щиколотки, кисти рук, обхватывали шею и касались лица.

Не прекращая кричать, Люси извивалась всем телом и отчаянно царапала ногтями по мягким тёплым тушкам крыс, пытаясь содрать их с шеи.

***

— У неё повышенный уровень кортизола, адрен… — голос заглушили крики.

— ВКОЛИТЕ УЖЕ ЕЙ УСПОКОИТЕЛЬНОЕ! — проорал кто-то совсем рядом.

Люси продолжала извиваться и рвать ногтями шею.

— Что за идиот! — снова проорал голос. — ДАЙ СЮДА! Что ты дрожишь как девка! Держите её и освободите шею!

Люси почувствовала, как кто-то с трудом оторвал её руки от горла и прижал к телу, наваливаясь сверху. От давления на грудь ей стало трудно дышать — кажется, на неё легли сразу несколько человек.

Тяжёлая рука накрыла правую часть головы и с силой повернула её, вжимая в подушку. Следом раздался щелчок, и в шею, едва слышно прорывая кожу, влетела игла.

— Вот так-то лучше. Поспи немного, пока мы приводим тебя в порядок, — произнёс мужчина, убирая руку с её головы.

Люси погрузилась в небытие.

***

— Она ещё не проснулась? — спросил мужчина.

— Нет. Я ввела антидот пятнадцать минут назад. С минуты на минуту она придёт в себя, — ответила женщина.

— Хорошо. Что с гормонами?

— Анализ показал слегка повышенный уровень кортизола; адреналин и норадреналин в пределах нормы.

— Уже неплохо. Я продолжу обход, меня ждут другие пациенты. Дай знать, если гормоны опять скаканут. Передаю пациента под твою ответственность.

— Принято.

Послышался шорох и звуки удаляющихся шагов.

Люси с трудом приоткрыла веки. Всё тело ломило, а в голове ритмично стучала боль.

Медленно двигая глазами, Люси осмотрелась. Она лежала на больничной койке, окружённой плотными серыми шторами, подвешенными на металлические карнизы. Слева от кровати была стойка с медицинским оборудованием и мониторами. Из левой руки Люси торчала трубка капельницы, уходившая куда-то вверх к изголовью кровати.

— Проснулась! — из-за стойки с мониторами вынырнула темноволосая женщина в белом комбинезоне.

Люси попыталась что-то ответить, но пересохшие губы не слушались.

— Попей воды, — женщина протянула ей эластичную трубочку, уходящую в стакан. — Лучше? Как ты себя чувствуешь?

— Паршиво, — хриплым голосом ответила Люси.

Шею пронизывала ноющая боль. Девушка потянулась к ней рукой и нащупала повязку.

— Что произошло? — спросила Люси.

— Во время выхода из гибернационного сна у тебя случилась паническая атака. Ты кричала и в кровь разодрала себе шею ногтями, — тихо произнесла женщина, аккуратно присаживаясь на край кровати. — Нам пришлось погрузить тебя в искусственный сон до нормализации гормонального фона и наложить повязку на шею. Ты что-нибудь помнишь?

— Мне снился кошмар, — поморщилась Люси, вспоминая слишком реалистичные ощущения крысиных хвостов на своём лице.

— Это очень странно. Система жизнеобеспечения контролирует уровень окситоцина. В случае его понижения он принудительно вводится в организм, — женщина вздохнула. — Бортовой журнал твоей капсулы находится на расшифровке. Данный случай вызывает обеспокоенность. Мы должны предпринять меры, чтобы обезопасить других пассажиров от подобного сценария.

— Так значит, я проснулась раньше срока? — спросила Люси, с ужасом думая, что её снова введут в анабиоз.

— Нет. Наш полёт длится два года, шесть месяцев и один день. Мы два дня выводим из сна вторую смену экипажа. И скоро сами отправимся отдыхать, — улыбнулась женщина. Люси посмотрела на её комбинезон. На груди были значок лётного экипажа, эмблема медицинского персонала (красный крест, вписанный в красный круг на белом фоне) и жетон с именем — Анна.

— Анна, через сколько дней я смогу покинуть медицинскую часть?

— Если в ближайшие двенадцать часов твои анализы будут в пределах нормы, мы сразу тебя выпишем.

— Понятно. Можно мне что-нибудь от головной боли? Её сложно игнорировать, — попросила Люси, прищуривая глаза и зажимая пальцами виски.

— Да, сейчас! — быстро подойдя к монитору, женщина ввела код доступа и выбрала анальгезирующее средство. В трубку капельницы поступило вещество, смешиваясь с уже вводимым составом. — Готово. Через пару минут лекарство подействует. Меня ждут другие пациенты. Если понадобится помощь, нажми кнопку вызова. Отдыхай.

— Спасибо, — едва слышно произнесла девушка сквозь сжатые от боли зубы.

Женщина вышла, плотно задёрнув за собой шторку. Люси закрыла глаза и вскоре вновь погрузилась в сон.

***

Корабль «Супернова», 12.04.2303. Время в полёте 2 года, 6 месяцев и 2 дня

Отодвинув штору, в палату зашла Анна.

— Доброе утро! Как самочувствие? — бодро спросила она.

— Всё хорошо, спасибо, — отозвалась Люси. Она проснулась, и ей не терпелось выбраться из больничной койки.

— Что-нибудь болит?

— Нет.

Анна подошла к монитору, просматривая информацию.

— Хорошие новости — анализы в пределах нормы. Сегодня к вечеру мы тебя выпишем, — улыбнулась она.

— Это радует. Что показал анализ бортжурнала моей капсулы? — спросила Люси, поднимаясь выше на кровати, чтобы сесть у изголовья.

— Анализ ещё не завершился.

— И когда будет готов?

— На данный момент компьютер занимается расшифровкой данных и восстанавливает хронологию событий. После мы вручную проверим каждое из них. Это займёт какое-то время.

— И когда же я узнаю, что именно произошло с моей капсулой? — продолжала выпытывать Люси.

Анна поджала губы, явно теряя терпение. Она отвернулась к монитору, беря паузу, чтобы придумать ответ, который поможет ей избежать новых вопросов. Увидев что-то на экране, она слегка улыбнулась и повернулась к Люси.

— А ты из отдела главного механика? — поинтересовалась она.

— Да, а что?

— Вот ты нам и ответишь, что именно сломалось в твоей капсуле, когда мы закончим анализ медицинских показателей, — Анна широко улыбнулась и быстро вышла из палаты, резко задёрнув шторку.

— Какого хрена? — удивилась Люси, недоуменно глядя на колышущуюся ткань.

Штора опять отодвинулась, впуская фигуру в чёрной форме.

— Привет, подруга! В искусстве выведывания информации тебе надо бы потренироваться.

— Саша! — радостно воскликнула Люси. — Что с твоим лицом?!

Её левая половина лица была припухшей и тёмно-фиолетового цвета, белок глаза покраснел от кровоподтёков.

— А, это, — девушка взмахнула ладонью в сторону щеки. — Если не вдаваться в подробности, мой компрессионный костюм дал сбой во время пробуждения, и я неудачно вышла из гибернационной капсулы.

Люси хотелось задать ещё несколько вопросов, но Саша улыбнулась и перевела тему разговора.

— Я чертовски рада, что мы в одной смене, — она подошла к койке, чтобы крепко обнять Люси, похлопывая её по спине.

— Как и я… — прошептала девушка, обнимая Сашу в ответ.

Глава 7

Корабль «Супернова»,13.04.2303. Время в полёте 2 года, 6 месяцев и 3 дня

Экипаж второй смены собрали на смотровой площадке для персонала. Она была достаточно просторной, чтобы сотня человек не соприкасалась друг с другом плечами. В помещении расставили стулья сиденьями к длинному панорамному окну, тянувшемуся через три стены.

Люси пришла рано и заняла место в первом ряду. Она заворожённо смотрела в окно, разглядывая, казалось, бесконечный корпус корабля. Чёрные солнечные батареи поблёскивали и переливались тёмно-синими разводами. Многочисленные металлические панели, покрывающие корабль, напоминали чешую древнего животного. Вдалеке, за кормой, непрерывно полыхала лазурно-голубая струя пламени из сопла термоядерного двигателя.

Не менее восхитительным был и окружающий пейзаж. Бескрайняя темнота, пронизанная свечением сотен тысяч звёзд. Ярко мерцающие далёкие галактики. Холодные цветные туманности завораживали своей красотой.

С замиранием сердца Люси смотрела на космическую панораму и боролась со слезами, внезапно подступившими к глазам. Девушка надеялась, что никогда не привыкнет к этому виду. Впервые в жизни увиденное проняло так глубоко, что проникло в самую душу, вызывая клокотание восторга, настолько сильного, что это было почти больно.

Незаметно для себя Люси погрузилась в трассовое состояние, любуясь глубинами космоса и предаваясь философским размышлениям. И появление трёх фигур, прервавших её зрительный контакт с прекрасным, стало неприятной неожиданностью.

Девушка подняла глаза к лицам стоявших перед ней мужчин. Двое были одеты в чёрную форму, один — в серебристо-серую. Тот, что стоял по центру, в светлой форме, носил под ключицей золотые крылья. Это командир корабля. Люси помнила его лицо с презентации — высокий блондин со светло-серыми глазами и квадратной челюстью. Коротко стриженные волосы были аккуратно зачесаны назад. Люси скользнула глазами по именной нашивке — Оскар М.

Стоявший слева от него мужчина был выше Оскара на полголовы, с самыми широкими плечами, которые Люси когда-либо видела. Бритая голова, расставленные ноги и скрещённые на груди руки. Суровый взор внимательно оглядывал помещение. Люси готова была поспорить, что он военный. Опустив взгляд на левую сторону груди, она убедилась в верности догадки. Рядом с нагрудным значком члена экипажа висел круглый серебристый жетон с буквами «ВС» — вооружённые силы. А ниже была пришита табличка с именем — Виктор Б.

Посмотрев на мужчину, стоявшего справа от капитана корабля, Люси замерла. Она уставилась на ярко-голубые глаза с центральной гетерохромией. Ошибки быть не могло. Это тот самый мужчина, предупредивший её о сигнализации при входе в Центр подготовки в первый день обучения. Мужчина был чуть ниже Оскара. С заострённым лицом и угольно-чёрными волосами, которые стали чуть длиннее, чем помнила Люси, они лежали бороздками, будто бы их часто зачёсывали назад пальцами.

Девушка быстро пробежалась глазами по его опознавательным знакам на груди — значку экипажа и серебристому круглому жетону с буквами «ГМ». Ниже имя — Рафаэль А.

— Отдел главного механика, — пробормотала себе под нос Люси. — Какое совпадение.

Снова взглянув на его лицо, девушка обнаружила, что Рафаэль тоже рассматривал её нагрудные жетоны.

— Добрый день, уважаемые члены экипажа корабля «Супернова»! — поставленный голос Оскара разнёсся по помещению. — Сегодня первый день службы второй смены сопровождающего персонала. Наши коллеги из первой смены передали нам актуальную информацию о состоянии полёта и отправились на заслуженный отдых. С этого момента мы оберегаем их покой и сон двухсот тысяч пассажиров, которые доверили нам свои жизни. Безопасность полёта целиком и полностью зависит от наших с вами действий. И я призываю всех вас выполнять свою работу с максимальной отдачей и ответственностью. Помните, что в нашем грузовом отсеке двести тысяч жизней. И мы не имеем права их подвести!

Оскар смотрел на зал холодными глазами.

— Разрешите представить руководящий состав нашего полёта. Я — Оскар, командир корабля. Слева от меня Виктор, начальник отдела службы безопасности. Его сотрудники будут следить за порядком и соблюдением дисциплины на корабле. Справа от меня Рафаэль — главный механик полёта. Его отдел будет следить за работоспособностью и исправностью оборудования на нашем корабле.

«Просто замечательно. Он ещё и мой начальник, — подумала Люси, переводя взгляд на Рафаэля. — Вот чёрт, он опять смотрит на меня. Не думаю, что тут много помощников главного механика по имени Люси. Наверняка он счастлив получить к себе в команду человека, который не знал, как пройти через двери Центра подготовки, не вызвав всеобщую тревогу».

— Также в команде есть врачи, которые позаботятся о нашем здоровье. Они будут проводить регулярные медосмотры персонала, просьба не пропускать. Это важно! — продолжал Оскар. — В моём непосредственном подчинении находятся помощники пилотов и инженерная служба, которая станет заниматься расчётом и корректировкой курса корабля. Также с нами на борту работники диспетчерской службы, отвечающие за мониторинг работы гибернационных капсул и телемеханики на корабле. И служба снабжения, которая отвечает за материально-техническое обеспечение и склады.

Люси неотрывно смотрела на Оскара, но боковым зрением видела, что Рафаэль продолжает буравить её взглядом.

«Да что с ним не так? Как же это нервирует!»

— Если у вас возникнут какие-либо вопросы, обращайтесь к своим непосредственным руководителям. Также вы можете записаться ко мне на приём по личным вопросам. Но настоятельно рекомендую этим не злоупотреблять, — на лице Оскара появилась улыбка, однако до глаз она так не дошла. — На этом вводный инструктаж окончен. Постарайтесь всех нас не угробить. Спасибо за внимание.

Люси с вызовом посмотрела Рафаэлю прямо в глаза. Она надеялась, что, если дать ему отпор, он отвернётся.

— Сотрудники отдела главного механика, — прозвучал глубокий спокойный голос Рафаэля, — прошу вас не расходиться. Когда остальные члены экипажа покинут смотровую площадку, мы проведём свою организационную встречу.