Полная версия
Формула зла
Рик Мофина
Формула зла
Rick Mofina
EVERYTHING SHE FEARED
Copyright © Rick Mofina, 2023
All rights reserved
Печатается с разрешения Lorella Belli Literary Agency Ltd.
Издательство выражает благодарность литературному агентству Synopsis Literary Agency за содействие в приобретении прав
© М. В. Панягин, перевод, 2026
© Издание на русском языке, оформление
ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
Издательство Иностранка®
* * *
Посвящается Барбаре
Каждому свой ад.
Вергилий. ЭнеидаГлава первая
Окрестности города Норт-Бенд,
штат Вашингтон
Семнадцатилетняя Анна Шоу не хотела умирать.
Адреналин заполнил каждую клеточку тела, пока пальцы сжимали торчащую из скалы ветку.
Как в страшном сне. Ведь так не бывает.
Вот только это не сон.
Еще минуту назад Анна стояла на краю обрыва, снимая живописные панорамы реки, лесов и гор. И вдруг – рухнула, пролетела шесть метров и врезалась в огромную кривую ветку, выступающую из скалы. Собравшись с силами, уцепилась за нее и повисла над пропастью. Ветка согнулась и угрожающе затрещала.
Всхлипнув, Анна с ужасом посмотрела вниз. Не менее тридцати метров отделяли ее от берегов бушующей реки, усеянных острыми камнями.
Налетел порыв ветра, подхватив ее болтающиеся ноги. Анна отчаянно цеплялась за жизнь. Ветка хрустнула. Тело девушки качнулось.
– О боже!
Анна подняла взгляд и увидела девятилетнюю Кэти Хармон, которая смотрела на нее с вершины утеса.
– Кэти! Позови на помощь!
Оцепенев, девочка молча таращилась на Анну широко раскрытыми глазами.
Анна попыталась подтянуться по ненадежной ветке ближе к скале и ухватиться за камни.
Но от ее движений ветка закачалась и затряслась, затрещав еще сильнее под тяжестью веса девушки. Она наткнулась на острые шипы, пронзившие ладони адской болью, словно выпирающие гвозди.
Раздался хруст, и Анна опустилась еще на несколько сантиметров, изо всех сил цепляясь за ломающуюся ветку.
– Кэти! – завопила она. – О господи!
Анна посмотрела наверх.
Кэти там не было.
Ветка хрустнула снова.
Беги!
Каждая частичка сознания кричала, призывая Кэти к действию.
Она устремилась по извилистой тропе, петляющей сквозь густую чащу леса, в надежде догнать тех, кто шел впереди.
Жуткое падение Анны случилось в одно мгновение.
Все было так реально, так страшно.
И никто не знает! Мы были совсем одни!
Кэти заставляла себя мчаться вперед что было сил. Она в жизни не бегала так быстро, хотя ей казалось, будто она движется как в замедленной съемке.
Но вскоре тропа вывела девочку на поляну, где разбила лагерь группа ребят из детского центра «Санни дейз».
Перед ней весело резвились почти тридцать детей в сопровождении нескольких взрослых. Никто не подозревал о кошмаре, случившемся на скале, которую группа только что миновала. Каждый был занят чем-то своим: одни мальчики сдвигали столы для пикника, другие играли с летающим диском; несколько девочек, открыв рюкзаки, уплетали сладости и пили газировку, а остальные фотографировали окрестности.
Конец идиллии положил пронзительный крик Кэти:
– На помощь!
Головы повернулись, улыбки истаяли, диск упал на землю.
– Что стряслось, Кэти? – спросил один из сопровождающих, которого звали Джексон.
– Анна упала! – Грудь у Кэти вздымалась, она жадно глотала воздух. – Делала селфи. Упала со скалы! Висит на дереве!
Взрослые мгновенно всполошились. Джексон понял: нельзя терять ни минуты.
– Нам нужны веревки, – распорядился он и посмотрел на двух других сопровождающих, Адама и Конни. Те дружно схватили брезентовый мешок, открыли его и достали веревки для палаток. Затем повернулись к Кэти, которая уже бежала обратно по тропе с громкими рыданиями, и только жалобное эхо вторило ей.
– Не расходиться! – скомандовала Конни и помчалась за мужчинами, напоследок бросив одной из оставшихся взрослых: – Дакота! Следи за детьми!
Сопровождающие с трудом поспевали за Кэти. Все четверо бежали по тропе в сторону скалы. Недалеко от обрыва лежали два рюкзака. Кэти остановилась возле них, охваченная ужасом, и посмотрела вниз.
Из скалы торчали лишь острые обломки. Все, что осталось от ветки.
Кэти попятилась. Тяжело дыша, Джексон, Адам и Конни тоже заглянули в пропасть. От ужаса глаза у них расширились.
– О боже! – воскликнула Конни. Ее голос сорвался.
– Нет! Нет! Нет! – завопил Адам.
На груде камней, усеявших берег реки, лежало распростертое тело Анны.
Струйки крови стекали в воду.
Глава вторая
Окрестности города Норт-Бенд,
штат Вашингтон
Дальше события развивались как в трагической опере.
Звонок Конни в службу спасения был переведен на коммуникационный центр округа Кинг. Задыхаясь от паники, сопровождающая с трудом начала докладывать о происшествии:
– Девушка упала с обрыва! Нам нужна… прошу, нам очень нужна…
– Отдышитесь, – велела диспетчер спокойным деловым тоном, беря ситуацию под контроль. – Скажите, где именно вы находитесь и что произошло.
Взяв себя в руки, Конни ответила на вопросы и выслушала указания диспетчера, дав той возможность выслать на место происшествия бригаду скорой помощи. Информацию также передали сотрудникам Северного подразделения офиса шерифа округа Кинг. Те, в свою очередь, связались с поисково-спасательной службой и оформили выезд оперативников.
– Больше не могу туда смотреть. – Дрожа и плача, Кэти закрыла лицо ладошками. Потом опустила руки и спросила: – Анна умерла?
– Мы не знаем. – Конни обняла девочку одной рукой. – Помощь уже в пути.
Тем временем Джексон и Адам отыскали безопасную тропу и начали спускаться к реке. Двигаясь как можно быстрее вдоль изрезанного камнями берега, они наконец добрались до безжизненного тела Анны.
Руки и ноги пострадавшей были изогнуты и вывернуты, как у тряпичной куклы.
Она лежала на спине с широко раскрытыми глазами, устремленными в небо. Из-под затылка стекали ручейки крови. Оба молодых человека склонились над телом.
– Анна! – позвал Адам, хотя уже знал страшную правду.
Ее молчание повергло парней в ужас. Стояла тишина, нарушаемая лишь шелестом волн, пока Джексон ощупывал шею девушки. Кожа была еще теплой, но пульс не прослушивался.
Он попытался сделать искусственное дыхание.
Адам обратил внимание, что из ладоней тоже сочится кровь и в плоть, словно острые шипы, вонзились обломки ветки. Все говорило о том, что бедняжка боролась за жизнь. Осторожно взяв Анну за руку, Адам принялся осматривать пострадавшую, почти сияющую в ярко-желтой футболке на фоне серых камней. Он не знал, что эту вещицу мама подарила девушке на прошлый день рождения. Футболку изготовили на заказ, украсив вышитым на груди девизом: «У нас есть только сегодня».
На правом запястье Анны с внутренней стороны была татуировка «Бесстрашная», а на левом – сердечко. Девушка носила стильные потертые джинсы с прорехами на коленях. Одна из розовых кроссовок слетела с ноги от резкого удара о землю.
Джексон продолжал ритмично нажимать Анне на грудь. Голова пострадавшей подскакивала в такт его движениям. Оба парня понимали, что попытка спасти ее обречена на провал, но Джексон не сдавался.
У Адама зазвонил телефон: с ним связалась диспетчер службы спасения, узнав номер от Конни.
– Да… Много крови, пульса нет… Мы попробовали сделать искусственное дыхание и оказать первую помощь, Джексон пытается ее реанимировать… Без сознания. Нет, не реагирует… Давайте скорее.
Не отключаясь, чтобы сориентировать опергруппу на местности, Адам по-прежнему держал еще теплую руку Анны и наблюдал за Джексоном, который давил и давил ей на грудь. Потом, сморгнув слезы, Адам перевел взгляд на скалу, и сердце у него сжалось от осознания высоты падения. Блуждающий взор задержался на обломках ветки и наконец скользнул на Конни, которая смотрела на парней с высоты обрыва.
Адам медленно покачал головой.
Конни прикрыла рот ладонью и отвернулась. Ее чуть не вывернуло наизнанку, но она вовремя овладела собой и крепко прижала к себе Кэти, стараясь утешить девочку. Обе медленно побрели обратно в лагерь.
По дороге в голове у Конни кружил вихрь мыслей. Двадцать четыре ребенка в возрасте от девяти до четырнадцати лет отправились на природу в сопровождении четырех взрослых и трех ребят постарше. А теперь только двух.
Всего несколько мгновений назад все они были счастливы, и вот чудесный день в одночасье обернулся трагедией. День, который им ни за что не стереть из памяти, подумала Конни. Как только они с Кэти вышли из леса, все внимание в лагере устремилось на них.
– Анна цела? – спросила Дакота, одна из сопровождающих.
Окинув взглядом лица детей и взрослых, застывшие в тревожном ожидании, Конни почувствовала, что Кэти снова плачет. Крепко прижав девочку к себе, Конни смахнула слезы.
– Анна сорвалась со скалы, – сказала она. – Она ранена. Тяжело ранена.
– Анна умерла? – спросила одна из девочек.
Конни сердито уставилась на нее.
– Хочу посмотреть! – выпалил Дилан Фрик, одноклассник Кэти.
– Нет! – отрезала Конни и добавила, смягчив тон: – Мы еще ничего не знаем. Надо подождать.
Некоторые ребята потянулись за смартфонами и стали писать или звонить родителям. Несколько девочек подбежали к Кэти и Конни, обступили и обняли обеих. Вскоре их плач смешался с трагическим оперным хором далеких сирен, отражаясь эхом от вершин деревьев.
У помощника шерифа округа Кинг Роба Хирано скрутило живот.
И так было каждый раз, когда он видел чью-то смерть.
Работая с потрясенными свидетелями, убитыми горем родственниками и друзьями жертв, Хирано знал, что на месте происшествия частенько накаляются страсти и царит суматоха. Многие люди просто срываются, и это не их вина. Но ему все равно приходилось поддерживать порядок, держать руку на пульсе, соблюдать профессиональную дистанцию и думать только о стоящей перед ним задаче.
Нельзя переоценить работу оперативника.
Хирано осторожно спустился на берег. За ним следовали два медика, неся в руках оборудование и носилки.
Джексон и Адам смотрели, как медики выясняют, есть ли у пострадавшей признаки жизни. Рации то и дело потрескивали, когда врачи передавали информацию диспетчеру. Но все их попытки вернуть Анну к жизни оказались напрасны. Зафиксировав отсутствие сердечной деятельности, работники скорой констатировали смерть пострадавшей.
– Вас понял, – сказал Хирано и вызвал судмедэксперта. В этот момент до него донесся глухой рокот с неба: над головой кружил вертолет поисково-спасательной службы. Помощник шерифа поднес к губам рацию и попросил спасателей подождать. Они понадобятся позже: после осмотра тела погибшей предстоит вывезти его с места происшествия.
Хирано сфотографировал Анну со всех ракурсов, заснял местность и скалу, после чего кивком разрешил медикам накрыть труп простыней. Те связались с диспетчером и стали ждать прибытия судмедэксперта. Хирано отвел Джексона и Адама в сторону, чтобы по очереди их опросить.
Адам Патель, двадцать один год, все время держал ладони на затылке. Иногда он поглядывал на простыню, закрывающую труп. В глазах у парня блестели слезы, а голос дрожал, пока он рассказывал помощнику шерифа все, что знал.
Затем Хирано побеседовал с руководителем туристической группы Джексоном Джонсом. Двадцатитрехлетний парень постоянно потирал подбородок и моргал, однако на вопросы отвечал уверенно и спокойно.
Погибшую звали Анна Шоу. Семнадцать лет, родом из Сиэтла. Выполняла обязанности вожатой в походе, организованном детским центром «Санни дейз», который представляет собой некоммерческую общественную организацию. Рано утром группа покинула Сиэтл на арендованном автобусе. Водитель довез их до парка Спэрроу-Сонг и высадил на стоянке. Оттуда они пошли по тропе, неся снаряжение к месту для пикника.
– Анна – одна из наших вожатых. Рассчитывала однажды стать инструктором. Обычно группу замыкает кто-то из взрослых, но мы решили, что можно доверить это Анне, – пояснил Джексон. – В общем, она вышла из автобуса последней и немного задержалась там, – он указал на скалу, – чтобы сделать селфи, а потом упала.
– Откуда вы знаете, как все было? – поинтересовался Хирано.
– Нам рассказала Кэти. Она прибежала за помощью.
– Кэти?
– Кэти Хармон. Ей девять.
– В тот момент с Анной была только она?
– Думаю, да.
– Стало быть, Кэти последняя, кто видел погибшую?
– Да.
Глава третья
Сиэтл, штат Вашингтон
– Запеканка «Три сыра» с ветчиной, картофельные оладьи, сосиска и тост из белого хлеба… – Примерно в то же время, когда Анна Шоу разбилась насмерть, Сара Хармон передавала шеф-повару заказы через окно выдачи в закусочной «Джет-таун». – Еще один омлет с беконом, оладьи и пшеничный тост. А потом, Мел, мне понадобятся два комбо с БЛТ[1] на вынос. Спасибо!
Под звон посуды, гул посетителей, звуки и ароматы варящегося кофе и шипящих во фритюрницах бекона, картошки фри и лука Сара вернулась к работе в своей секции.
Сегодня она поднялась еще до рассвета, помня, что Кэти ночует у Анны, с которой они в то утро собирались отправиться на автобусе в увлекательную вылазку на природу. Сердце внезапно сжалось от тревоги: Кэти была для матери всем. «Будь осторожна», – мысленно молила дочку Сара, но потом сказала себе, что девочке ничего не угрожает, ведь с ней ее няня Анна.
В то утро, в одиночестве собираясь на работу, Сара заметила на новой рабочей обуви красные пятна от соуса для спагетти, которым испачкалась в конце вчерашней смены, о чем совсем забыла.
Тьфу. Похоже на кровь.
Отмыв пятна, Сара отправилась на очередную смену, которая начиналась в шесть утра.
Рабочий день был в самом разгаре. Взглянув на новые туфли, Сара мысленно порадовалась тому, что от соуса не осталось и следа. А мягкость подошвы, которую обеспечивала дополнительная амортизация, радовала еще больше.
Сегодня в заведении царил ажиотаж. Сара сосредоточилась на посетителях, прибывающих сплошным потоком. Закусочная «Джет-таун» располагалась в микрорайоне Нортгейт, недалеко от съезда на I–5, одну из самых оживленных магистралей штата, и пользовалась огромной популярностью у жителей Сиэтла. Бо́льшую часть клиентов составлял рабочий класс, но из-за близости к автостраде сюда нередко заглядывали проезжающие мимо жители пригородов, туристы и те, кто работал по сменному графику. Словом, все, кто любил вкусно поесть за скромные деньги.
Кого только не встретишь, работая в закусочной. Заявится какой-нибудь придира средь бела дня – и давай инспектировать стакан без единого пятнышка и надраивать салфеткой и без того чистую ложку, недовольно ворча: «Видел места и почище. И что я вообще здесь забыл?» Или попадется капризная блондинка, которой вечно всё не так: «Слишком холодное, слишком горячее, унесите».
Бывали у них и шутники, и любители телесного контакта: то за талию схватят, то шлепнут по попе. Наглые придурки. Прочтут ее имя на бейдже и начинается: «Ты можешь оказать мне и другие услуги, Сара».
Бывали родители с юными непоседами и те, кто пришел отпраздновать день рождения, очередную годовщину или другое событие. Бывали парочки на первом свидании и парочки, решившие расстаться. Требовательные клиенты, от которых комплимента не жди, и тихони, которые никогда ни на что не жаловались, зато оставляли на чай огромные суммы и приятные записки в духе: «Вы потрясающая». И конечно, завсегдатаи, живущие неподалеку, куда же без них. Семьи, чьи дети росли на глазах у Сары.
Благодаря этому опыту она стала кем-то вроде эксперта по работе с голодными людьми, научившись держать себя в руках в любой ситуации, расставлять приоритеты и выкладываться на все сто, каждый раз делая чуть больше, чем от нее требовалось.
Переходя из одной кабинки в другую, подливая кофе и выполняя просьбы клиентов, Сара заметила мужчину, который сидел один за столиком на двоих в углу.
Сгорбившись над тарелкой, он дожевывал остатки комбо «Завтрак лесоруба» – крупный заказ. Длинные светлые с проседью волосы еще не высохли – видимо, клиент только что принял душ и аккуратно зачесал их назад в попытке выглядеть презентабельно. Выцветшая джинсовая рубашка пестрела застарелыми пятнами. Под ней виднелась футболка с длинными рукавами. На ногах – брюки карго цвета хаки и поношенные походные ботинки с порванными шнурками, завязанными узлом. Мужчина смотрел в окно на край парковки, где солнце поблескивало на металлической тележке для покупок, заваленной пакетами и наполовину скрытой кустами.
Сара увидела, как мужчина взглянул на счет, затем полез в карман, извлек пару монет и положил их на стол вместе с одним скомканным долларом, хотя должен был оставить гораздо больше.
Подлив ему кофе, Сара улыбнулась.
– Принести что-нибудь еще, Лонни?
В его лохматой бороде застряли хлебные крошки и кусочки яйца. От него пахло мылом для рук вперемешку с потом и перегаром.
Лонни наведывался в закусочную два раза в месяц. Сара знала, что ему шестой десяток и что несколько лет назад он потерял жену и детей, а потом работу и дом. Ночлежек избегал и обычно спал под мостом или в парках.
– Хочешь чего-нибудь еще? – Когда бездомный покачал головой, она положила руку ему на плечо: – Не переживай. За мой счет. Заплатишь в следующий раз, ладно?
Несколько минут спустя Сара обменялась теплыми взглядами с коллегами, которых звали Полли и Бет. Но сначала проследила, как Лонни проковылял на парковку к своей тележке с пожитками.
Его бесприютность разбивала ей сердце.
Пока утро шло своим чередом, Сара задумалась о своей жизни. Тридцать один год. Мать-одиночка. Дочери девять, зовут Кэти, и она центр вселенной Сары.
Сара и сама многое потеряла за последние годы: сначала умер муж, потом отец. Мать доживала последние дни в доме престарелых.
«Хватит ныть, – строго сказала себе Сара. – Ты не одна такая. У каждого свое бремя».
Разнося заказы, она поглядывала на серо-белые цветы, изображенные на внутренней стороне ее запястья и предплечья. Вот оно, ее бремя. Татуировка символизировала для Сары то, кем она была раньше и о чем вспоминала каждый день.
Ничего уже не исправить.
Но прошло уже столько лет, а то, чего она боялась, так и не случилось. Пусть тьма останется в прошлом. Сара была уверена, что у них с дочерью все будет хорошо.
А вот с финансами дела обстояли хуже. Часики тикали, и Сара знала, что скоро придется как-то решать проблему.
Она устроилась в «Джет-таун» в старших классах и встретила там Натаниэля, самого доброго, милого и красивого парня на свете. У него была собственная мастерская по ремонту мотоциклов в Салеме, штат Орегон, и друзья в Британской Колумбии. Как-то раз, поехав к ним в гости, Натаниэль по пути заглянул в «Джет-таун». С тех пор он заезжал туда постоянно и даже заранее звонил, чтобы предупредить о визите и убедиться, что Сара сегодня на смене: очень уж ему хотелось увидеть новую знакомую. Ей он тоже нравился. Выйдя за Натаниэля замуж, Сара переехала в Салем, где у нее родилась Кэти. Когда муж неожиданно скончался, весь ее мир рухнул. Их брак был чудесным, ведь и сам Натаниэль был чудесным. Любящим. Сильным духом.
После смерти мужа Сара вернулась домой и снова устроилась в «Джет-таун» на полный рабочий день, чтобы свести концы с концами.
Даже Натаниэль не знал ее тайны, не знал, почему Сара не сразу согласилась завести ребенка. Но у него было доброе сердце, и он мечтал стать отцом, а она очень любила мужа. Он подарил ей надежду… И у них родилась Кэти.
Ну почему, почему ты умер раньше меня, Натаниэль?
Впрочем, та жизнь осталась в прошлом. Сара даже радовалась, что вернулась в закусочную: это помогло залечить душевные раны. Со временем годы слились в сплошную размытую череду, и теперь Сара работала в «Джет-тауне» дольше любой другой официантки, которых она за это время повидала немало.
«Ты у нас ветеран, детка», – частенько подтрунивал над ней Мел Карвер, владелец и шеф-повар заведения.
«Ты столп нашего кафе», – уверяла Полли.
«Ты никогда не уволишься», – то и дело повторяла Бет.
Даже Бет и Полли, каждая из которых отдала закусочной три года своей жизни – гораздо больше, чем остальные сотрудники, – собирались вскоре уходить: Полли обручилась с пилотом и планировала переезд в Австралию, а у Бет сестра стала совладелицей нового мотеля неподалеку от Лас-Вегаса и предложила родственнице вакантную должность.
А вот у Сары все было не так радужно. В последнее время она больше тратила, чем зарабатывала, и это ее пугало, вынуждая постоянно анализировать свою жизнь. Очень хотелось последовать совету двух приятельниц, сотрудниц агентства недвижимости. Те часто захаживали в «Джет-таун» и приводили туда клиентов, чтобы обсудить сделку за чашкой кофе. Обе хорошо знали Сару и уговаривали ее получить лицензию на торговлю недвижимостью.
– Ты хорошо ладишь с людьми, – заметила одна из них. – И сможешь неплохо заработать. Подумай о будущем. Придется оплачивать дочке учебу в колледже, а себе откладывать на пенсию. Мы всему тебя научим.
Женщины заверили, что помогут Саре с учебой и подготовкой к экзамену, а также похлопочут о том, чтобы ее взяли в хорошее агентство. И чем больше Сара думала, тем больше ей нравилась эта идея.
Во время перерыва, усевшись в раздевалке для персонала, набитой коробками с провизией, она достала смартфон. Открыла браузер, пробежала глазами руководство по оформлению лицензии и закусила нижнюю губу, представив, какой будет ее новая жизнь. Телефон завибрировал. Пришло сообщение от Конни Аткинсон, одной из сотрудниц детского центра.
Оно начиналось так: «Случилось ужасное…»
Дочитав, Сара бросилась к Мелу на кухню.
– Прости, это срочно! – Она уже снимала фартук. – У Кэти беда! Мне надо бежать!
– Почему? Что?.. – развернулся к ней шеф, держа в руке лопатку. – Куда ты?
Сара схватила лежавшую в раздевалке сумочку, выскочила на улицу и, добежав до машины, выудила ключи. Сердце у нее бешено стучало.
Глава четвертая
Окрестности города Норт-Бенд,
штат Вашингтон
Помощник шерифа Роб Хирано поднимался с берега.
Двигаясь вместе с коллегами по тропе, он мысленно пробежался по списку текущих задач.
Надо действовать строго по инструкции.
Слишком рано присваивать делу статус несчастного случая или самоубийства, равно как и любой другой. Но следует позаботиться о том, чтобы на территорию не проникли посторонние: перекрыть доступ к берегу и вершине скалы, выставить охрану из патрульных.
По словам Джексона Джонса и Адама Пателя, больше никто не пострадал. На всякий случай Хирано попросил медиков осмотреть обоих мужчин, затем – Кэти Хармон и остальных участников похода.
Медики нам еще понадобятся, когда мы уведомим о случившемся семью Анны Шоу. Ведь ее родственники обязательно сюда приедут. Сколько ни запрещай, они будут здесь.
Хирано вздохнул с облегчением, когда тело девушки накрыли простыней: к тому времени, как полицейские закончили опрашивать взрослых и дошли до лагеря, в небе показался первый вертолет службы новостей Сиэтла. Помощник шерифа знал, что журналисты отслеживают радиосигналы полиции и действуют быстро.
Дети сидели на траве небольшими группками. Некоторые плакали и обнимались. Три мальчика отошли в сторону и с мрачным видом пинали мяч, остальные устроились за столами для пикника, говорили по телефону или переписывались в мессенджерах.
Треск раций возвестил о прибытии полицейских. К ним сразу подошли несколько детей постарше с серьезными, напряженными лицами.
– Анна умерла? – спросил один из мальчишек.
– Можно посмотреть? – осмелился другой. – И покататься на вертолете.
– Что вообще происходит? – потребовала ответа девочка.
Хирано поднял ладони.
– Я помощник шерифа Роб Хирано. Случилось несчастье, и нам нужна ваша помощь, – сказал он. – Мы побеседуем с каждым. Прошу, проявите терпение. Это вам не шутки. Мои коллеги скоро начнут опрос.
Когда полицейские приступили к сбору показаний, Роб сверился с блокнотом, затем окинул взглядом группу.
– Конни Аткинсон здесь?
Сидя с Кэти под деревом, молодая женщина была почти незаметна. Но, услышав вопрос, поднялась и, отряхиваясь, направилась к Хирано. Он делал пометки, пока Конни пересказывала ему события сегодняшнего утра.
