Квантовая зависимость

– Ты на себя-то посмотри, в кого превратился со своим писанием, – огорошил его откровением всезнающий Анатольевич. – А у Инки проблема – сожитель прознал про её «служебные отношения».

– Откуда? – удивился Ежов.

– Да дура набитая, сама и проболталась, теперь перед ней выбор: или работу менять, или сожителя. Хотя оба варианта никудышные, без последствий не останутся.

– А что, я заметно подсел? – уточнял Владимир Львович.

– Заметно… – отчего-то пожал плечами Сёмкин. – Всю ночь читал?

– Ну, не всю, но изрядно…

– Ну и как?

– Чисто пишет, одним словом – филолог. Но мысли нет, и не всё по лекалам Басова.

– Ты что, совсем не спал?

– Почему? – удивился Ежов. – Даже сон странный запомнился. Будто сидит человек безликий на стопке книг, вытаскивает из-под себя одну и машет ей, словно что-то объясняя мне. Жаль, обложки не рассмотрел.

– В сонник заглядывал? – буркнул из-за монитора Сёмкин.

– Не-е, я такими вещами не пользуюсь, – не отрывая взгляда от служебного текста на экране, отозвался Ежов.

– А зря, может и на какую стоящую мысль наведёт, – возразил ему Анатольевич.

Со стороны их диалог походил на общение геймеров в игре, когда оторваться от процесса не представлялось возможным. Вставка про сон слегка колыхнула Владимира, но не более. Дежавю…

Но тут Сёмкин снизошёл до того, что прочёл вслух сонник Ванги.

– Ну и что? – вопросил Ежов, когда Сёмкин смолк. – Всё обтекаемо и, в общем, никакой конкретики, как у Платона про Атлантиду, зато раздули…

– В общем, ты прав, – согласился Сёмкин. – Но мысли у тебя новые появиться должны. Пока шеф не прибыл, идём курнём…

«Здравствуйте, Александр.

Я рад, что ответили мне, огорчён, что категорично отказались читать обновлённый текст.

Вы в данном случае выступаете катализатором, я для себя не сумел бы найти столько аргументов «за» и «против», ибо интуитивно чувствую правоту, а в таком случае аргументы не нужны.

Итак, приступим к дискуссии.

[RE: 1. Ка к ни относиться к Басову (у нас не сложилось), его книга – азбука при написании сюжетного романа. Например, про диалоги гл.8 "Искусство аргументации".

Корепанов столько текстов не перелопатил.

[RE:2. У вас всё больше нарушается принцип жанровой чистоты. Первая версия была рыхлой, но явно НФ. Теперь – то ли любовный роман на фоне непонятной фантастики (и тогда половину персонажей можно выкидывать), то ли НФ с проблемой особого вида параллельной реальности (а это всё-таки ново). Определитесь, иначе начало 4-й главы Басова про вас.]

Никакого нарушения принципа жанровой чистоты нет. Это ваша точка зрения, и возникает она оттого, что вы очень сильно зациклились на Басове. А ведь это не учебник. Вы, как преподаватель, знаете, какие требования предъявляются к учебному пособию: чёткие формулировки и определения, жёсткие правила, если надо – цифры и примеры. У Басова всё размыто, кроме 10% интродукции, и оттого мы по-разному подходим к одним и тем же понятиям. Хотя, если бы он захотел сделать учебник, то включил бы в него такие понятия из НЛП, как репрезентативные системы, и с помощью языковых предикатов разделил бы чистоту жанров. Но он побоялся нырять глубоко и отделался поверхностно. На обывательском уровне это сойдёт, но вот мы с вами углубились, и пошли разногласия.

Теперь по поводу чистоты жанра.

Во-первых: жанр научной фантастики описывает технические развития общества ближайшего будущего и происходящие при этом процессы. Но текст романа наделён несколькими смысловыми пластами (уровнями). Первый – развлекательный, квестово-игровой (тот, который Вы только и видите! И под сюжет – подгоняете!!). Второй – нравственно-социальный, совесть на все времена – через сатиру на наше общество в квестах. Третий – психологическая область, сознанье и подсознанье. Откуда всё берётся, как перегружаются наши взгляды.

Во-вторых: любовный роман? Ну, это Джейн Эйр: ахи…вздохи… переживания… «сопли» и слёзы, бессонные ночи и частая смена настроения. Где это? Вот возьмём Лукьяненко, его «Дозоры…», там тоже, как и у меня, даже больше, есть любовь, но никому в голову не придёт назвать эти романы любовными или смешение жанров в них. Это фантастика «Жёсткого действия», как говорит сам Лукьяненко. Или вот ваше произведение (читал параллельно с Басовым), вы утверждаете, что это фантастика и триллер, но там также есть любовь и даже мистика. У Вас не библейский персонаж, хотя есть прототип и там, а из каббалы, а нам, русским, ближе «Роза мира» Даниила Андреева, там точно такой же, но это уже религиозно-духовное и мистическое учение. Но я-то вас понял и принял, потому как читал Андреевых и отца и сына, уважаю, особенно отца.

Так что из романа никого выкидывать не нужно, там всё логично и по делу.

Разберём «параллельную реальность», кстати, – это ваш термин. Вот здесь у меня ошибка. Теперь я окончательно понял, для каких целей издательства требуют авторский синопсис. Как в народе говорят: на базаре два дурака, один – продаёт, другой – покупает. Так и наши издательства – базар. Если автор неграмотно составит синопсис или по неопытности несерьёзно отнесётся к этому делу – редакторы глубоко копать не станут. Считай, автор текст похоронил! Не умеешь составить синопсис – что тогда о тексте говорить? Вот Вы меня больше и за синопсис бьёте, правильно делаете, но страдает текст. Мне нужно было «не мудрить», не блудить терминами, а как в детском саду воспитательница: «…это хорошо, а это плохо, посмотрите, пожалуйста, налево, а теперь направо…»

И вот мы подошли к главному – к определению, что такое конфликт и проблема (Басов-то так и побоялся рискнуть). Проблема – это противоречивая ситуация, это первопричина и алгоритм системно-организационной деятельности. Проблема решается привлечением со стороны. Конфликт – в психологии отсутствие согласия между сторонами и лицами. Проблема «больше», «глобальней» конфликта. (Это не мои определения, естественно).

[RE: Определитесь с проблемой, выпишите ее на листочке, перед этим – подводящий к ней конфликт, затем выстройте заново элементы романа.]

Это, извините, телега впереди лошади. Сначала возникает проблема, а потом рождается конфликт. (Сначала территориальная проблема, потом конфликт – война, а потом уже последствия конфликта – новые проблемы.) Но проблема – это глобальная ситуация, и она одномоментно возникнуть не может, а поэтому вход в её сферу не вдруг, а постепенно. У меня в романе молодёжь идёт снимать напряжение в карты, затем в киберпространство, почему, как и откуда возникает напряжение, также дано, но раз сняли, два сняли – и уже на «игле». Всё, там жить лучше, они уже с Арканом беседуют, для них он администратор, самим им не вырваться, а какие конфликты от этого возникают между ними… Тут и придумывать не нужно: переписку за любовь принимают (это в действительности) и наоборот (как у меня). Поэтому в игре друзей нет, там воюют за свой мир. Алёну и Агафонова тянет друг к другу, но они неправильно классифицируют влечение, а путает им «карты» Аркан… Кстати, здесь любовь и как индикатор выступает, увидели, значит, вылечились, недаром много ложных окончаний, пока не свёл Алёну и Агафонова в чистом реале.

[RE: Невнятно, и так же в тесте. Так особая реальность, или защитный механизм психики? Последний вариант хорошо разрабатывал Филип К.Дик, но в динамичном действии.

В обоих случаях отношения Алёны с Агафоновым служебные.]

Вот Вы весь здесь с бритвой «Оккама», целого не видите, только кусочки, а они не складываются в картину, отвечаю: и то, и другое, особая реальность у Вселенной, а у людей по Фрейду – защитный механизм психики.

[RE: 3. Пока у вас конфликт один, а проблема другая, и рассогласование только усилилось. Ср. у Эрнеста – конфликт души и тела, и сразу возникает проблема: что за мир такой?]

Вернёмся к Эрнесту, я уже писал: конфликт души и сознания, когда душа помнит свои воплощения, а мозг нет, душа против новой реальности, а мозг всё устраивает. Что у Эрнеста? Душа и сознание заодно (ново!), сознание против новой реальности, и они не конфликтуют между собой. Здесь конфликт двух сторон: старого мира и нового. Старый мир – душа и сознание (если Вы имеете в виду само тело, то оно как бы не есть сознанье, а просто одежда для сознанья, он же видит, и ему не нравится). Про новый мир ничего сказать не могу, дальше не читал. Так где проблема? Здесь просто поменялись стороны конфликта, душа обрела себе союзника. Если есть здесь проблема, то только господь бог её может решить, но что-то как-то за бога решать… неэтично, что ли…

[RE: В чем проблема? Пишите внесюжетные тексты (опять Басов, гл.4), может получится "Мастер и Маргарита". Если Басовым надоел – да, это добросовестная компиляция западных профессиональных текстов. А пока новую (вряд ли особенно) "Матрёшку" читать не буду. Определитесь с проблемой, выпишите ее на листочке, перед этим – подводящий к ней конфликт, затем выстройте заново элементы романа. Не забывайте – ставки не понижаются, к синичкам, а повышаются... Если будете работать в этом направлении - присылайте. Иначе мне неинтересно.]

«Мастер и Маргарита» – сюжетный текст, вот несюжетный текст Людмилы Улицкой «Искренне Ваш, Шурик», там просто обывательская жизнь, но истинный стиль романистики делает его читаемым и привлекательным, и за него премии дают. Потому с проблемой мне определяться не нужно, жизнь сама её преподнесла на блюдечке, не нужно её высасывать из пальца. И, как я уже говорил, не конфликт приводит к проблеме, а проблема рождает конфликты, большие и малые, если есть напряжение, достаточно чиркнуть спичкой – и взрыв, всё по цепочке: проблема – конфликт, новая проблема от конфликта – снова конфликт.

[RE: Я-то потом погляжу, но читателю важен текст.]

Александр! Но Вас же допустили до читателя, а Вы меня нет, пусть меня осудит и освищет читатель, роман-то совершенно новый, нестандартный, не клон по Басову… Дайте дорогу новому, пусть читатель и критики осудят, вам достаточно сказать: «… в качестве эксперимента…»

[RE: Удачи, Александр.]

Спасибо, вот удачи мне действительно не хватает. А вообще, у нас с Вами просто разные системы взглядов, вы придерживаетесь редукционизма, а мне ближе холизм, у вас части, а у меня целое.

А вообще, мы с Вами новый роман написали – в письмах.

С уважением, Владимир».

По окончании рабочего дня сухое пили вскладчину.

– Ты, понимаешь, что рубишь сук, на который только моститься начал? – спрашивал Ежова Сёмкин, разливая остатки вина по фужерам. Золотистым отливом играл хрусталь, словно призывая: не спешите пить – полюбуйтесь красотой, порадуйте глаз.

– Понимаю, – отвечал Владимир Львович, крутя за ножку фужер, – но поделать ничего с собой не могу, – и неожиданно скаламбурил: – не люблю ссученных.

– Может, тебе в церковь сходить? – поменял разговорный вектор Сёмкин, сделав вид, что не расслышал окончание фразы.

– Думал и об этом, и ходил, – сделал небольшой глоток Ежов. – Там всё не так просто, у них теперь, как в шоу-бизнесе, свои прибамбасы.

– В смысле? – уточнял Сёмкин.

– Ну, профессионалом нужно быть, чтобы молиться по правилам, – пояснил Ежов. – Вот и молюсь я больше дома, как любитель.

– Ну да, пост соблюдать, завести духовника, исповедоваться и так далее, – продолжил его мысль Анатольевич.

– И не думаю, что это всё мне помогло, даже наоборот.

– Но это ты хватанул…

– Я не о том, просто вдруг тот, кому буду исповедоваться, скажет: «Крест твой, терпи!», – перебил Сёмкина Ежов, но тут же смолк, делая неспешные глотки из фужера. – Сейчас хоть какая-то надежда есть – вдруг само пройдёт. Помучает меня, потреплет по редакциям и отпустит с миром.

– Я так понимаю, – придвинулся ближе к нему Сёмкин, – что если тебя признают и гонорар выплатят, то ты и работу бросишь, совсем с головой уйдёшь в творчество.

– Правильно понимаешь, – признался Владимир Львович.

– А вот я, глядя на тебя, совсем по-другому мыслить стал. Теперь точно никогда бумаги марать не буду, стану профессиональным читателем.

– Знакомый термин, встречал в интернете, – кивнул Ежов, допивая вино и ставя фужер на полированную поверхность рядом с клавиатурой.

Сёмкин одним глотком осушил свой фужер, но ставить не стал, произнеся: «Пошли сполоснём, а то совсем из женатых в холостяков превращаемся – посуду моем только перед едой».

Здесь возражать Ежов не стал и послушно двинулся за коллегой.

«Здравствуйте, Владимир.

[RE: Никакого нарушения принципа жанровой чистоты нет. Это ваша точка зрения, и возникает она оттого, что вы очень сильно зациклились на Басове. А ведь это не учебник. Вы, как преподаватель, знаете, какие требования предъявляются к учебному пособию: чёткие формулировки и определения, жёсткие правила, если надо – цифры и примеры. У Басова всё размыто, кроме 10% интродукции, и оттого мы по-разному подходим к одним и тем же понятиям. Хотя, если бы он захотел сделать учебник, то включил бы в него такие понятия из НЛП, как репрезентативные системы, и с помощью языковых предикатов разделил бы чистоту жанров. Но он побоялся нырять глубоко и отделался поверхностно. На обывательском уровне это сойдёт, но вот мы с вами углубились, и пошли разногласия.]

Да, сюжетный роман примитивен по построению. Главное, как наполнить схему: персонажи, повороты сюжета, стиль. В этом отличие мастера (скажем, Сименона) от бригады Поляковой.

[RE: Теперь по поводу чистоты жанра.

Во-первых: жанр научной фантастики описывает технические развития общества ближайшего будущего и происходящие при этом процессы. Но текст романа наделён несколькими смысловыми пластами (уровнями). Первый – развлекательный, квестово-игровой (тот, который Вы только и видите! И под сюжет – подгоняете!!). Второй – нравственно-социальный, совесть на все времена – через сатиру на наше общество в квестах. Третий – психологическая область, сознанье и подсознанье. Откуда всё берётся, как перегружаются наши взгляды.]

Читателю без разницы, сколько слоёв, было бы читабельно, а вот тут и надо подробнее...

[RE: Во-вторых: любовный роман?! Ну, это Джейн Эйр: ахи…вздохи… переживания… «сопли» и слёзы, бессонные ночи и частая смена настроения. Где это? Вот возьмём Лукьяненко, его «Дозоры…», там тоже, как и у меня, даже больше, есть любовь, но никому в голову не придёт назвать эти романы любовными или смешение жанров в них. Это фантастика «Жёсткого действия», как говорит сам Лукьяненко. Или вот ваше произведение (читал параллельно с Басовым), вы утверждаете, что это фантастика и триллер, но там также есть любовь и даже мистика. У Вас не библейский персонаж, хотя есть прототип и там, а из каббалы, а нам, русским, ближе «Роза мира» Даниила Андреева, там точно такой же, но это уже религиозно-духовное и мистическое учение. Но я-то вас понял и принял, потому как читал Андреевых и отца и сына, уважаю, особенно отца.]

Не занимает у Лукьяненко любовная линия много места. Я сам треть выбросил, а может, и мало. Заканчивать надо решением проблемы (хотя бы частичным, если продолжение следует), а не конфликтом героя и героини.

[RE: Разберём «параллельную реальность», кстати – это ваш термин. Вот здесь у меня ошибка. Теперь я окончательно понял – для каких целей издательства требуют авторский синопсис. Как в народе говорят: на базаре два дурака, один – продаёт, другой – покупают. Так и наши издательства – базар. Если автор неграмотно составит синопсис или по неопытности несерьёзно отнесётся к этому делу – редакторы глубоко копать не станут. Считай, автор текст похоронил! Не умеешь составить синопсис – что тогда о тексте говорить? Вот Вы меня больше и за синопсис бьёте, правильно делаете, но страдает – текст. Мне нужно было «не мудрить», не блудить терминами, а как в детском саду воспитательница: «…это хорошо, а это плохо, посмотрите, пожалуйста, налево, а теперь направо…»]

Володя, это реальные жизненные проблемы, но в сюжетном романе проблема должна быть не размыта, как в жизни, а дана проще – так сказать, репрезентативная выборка (использую ваш термин).

[RE: И вот мы подошли к главному: к определению, что такое конфликт и проблема (Басов-то так и побоялся рискнуть). Проблема – это противоречивая ситуация, это первопричина и алгоритм системно-организационной деятельности. Проблема решается привлечением со стороны. Конфликт – в психологии отсутствие согласия между сторонами и лицами. Проблема «больше», «глобальней» конфликта. (Это не мои определения естественно).]

Ну, всё так...

[RE: Определитесь с проблемой, выпишите ее на листочке, перед этим – подводящий к ней конфликт, затем выстройте заново элементы романа.

Это, извините, телега впереди лошади. Сначала возникает проблема, а потом рождается конфликт. (Сначала территориальная проблема, потом конфликт – война, а потом уже последствия конфликта – новые проблемы). Но проблема – это глобальная ситуация, и она одномоментно возникнуть не может, а поэтому вход в её сферу, не вдруг, а постепенно.]

Речь идет не о реальности, а об ее упрощенном аналоге – романе. Даже в "Мастере и Маргарите" вначале конфликт, хотя текст на грани сюжетного и внесюжетного романа.

[RE: У меня в романе молодёжь идёт снимать напряжение в карты, затем в киберпространство, почему, как и откуда возникает напряжение, также дано, но раз сняли, два сняли и уже на «игле». Всё, там жить лучше, они уже с Арканом беседуют, для них он администратор, самим им не вырваться, а какие конфликты от этого возникают между ними… Тут и придумывать не нужно: переписку за любовь принимают (это в действительности), и наоборот (как у меня). Поэтому в игре друзей нет, там воюют за свой мир. Алёну и Агафонова тянет друг к другу, но они неправильно классифицируют влечение, а путает им «карты» Аркан… Кстати, здесь любовь и как индикатор выступает, увидели, значит, вылечились, недаром много ложных окончаний, пока не свёл Алёну и Агафонова в чистом реале.]

Да, это проблема. Только в вашем тексте она неочевидна. Повторюсь, Ф.К.Дик мастер таких психологических построений. Только ваш текст другой. Матрёшка тогда при чём? Это же в название вынесено.

[RE: Вот вы весь здесь с бритвой «Оккама», целого не видите, только кусочки, а они не складываются в картину, отвечаю: и то, и другое, особая реальность у Вселенной, а у людей по Фрейду – защитный механизм психики.]

Из "бритвы Оккама почти вся европейская философия, да и сюжетный роман вырос. Можно и по-другому. Только читать мало будут. Хотя... Коэльо ведь читают.

[RE: Вернёмся к Эрнесту, я уже писал: конфликт души и сознания, когда душа помнит свои воплощения, а мозг нет, душа против новой реальности, а мозг всё устраивает. Что у Эрнеста? Душа и сознание заодно (ново!), сознание против новой реальности, и они не конфликтуют между собой. Здесь конфликт двух сторон: старого мира и нового. Старый мир – душа и сознание (если вы имеете в виду само тело, то оно как бы не есть сознанье, а просто одежда для сознанья, он же видит, и ему не нравится). Про новый мир ничего сказать не могу, дальше не читал. Так где проблема? Здесь просто поменялись стороны конфликта, душа обрела себе союзника. Если есть здесь проблема, то только господь бог её может решить, но что-то как-то за бога решать… неэтично, что ли…]

У Эрнеста ничего особо нового, вариация на тему Ф. Фармера. Вы усложняете, конфликт у него гораздо проще. И проблема простая: что за мир, и что с ним делать? Сюжетный роман по определению примитивен, главное – наполнение.

[RE: Мастер и Маргарита» – сюжетный текст.]

Не соглашусь, это игра на грани, только для мастера.

[RE: Вот внесюжетный текст Людмилы Улицкой «Искренне Ваш, Шурик», там просто обывательская жизнь, но истинный стиль романистики делает его читаемым и привлекательным, и за него премии дают. Потому с проблемой мне определяться не нужно, жизнь сама её преподнесла на блюдечке, не нужно её высасывать из пальца. И, как я уже говорил, не конфликт приводит к проблеме, а проблема рождает конфликты, большие и малые, если есть напряжение, достаточно чиркнуть спичкой – и взрыв, всё по цепочке: проблема – конфликт, новая проблема от конфликта, – снова конфликт.]

В жизни так, но почему-то читают романы, где начинается с конфликта. Ту же Полякову или Устинову...

[RE: Александр, но вас же допустили до читателя, а вы меня нет, пусть меня осудит и освищет читатель, роман-то совершенно новый, нестандартный, не клон по Басову… Дайте дорогу новому, пусть читатель и критики осудят, вам достаточно сказать: «… в качестве эксперимента…»]

Володя, в "Симпис" (я себя с ними уже не очень связываю) требования не ниже "бумажных" издательств. Я вас подталкиваю к сюжетному варианту потому, что он гораздо проще. Если считаете, что последний текст "Матрёшки" хорош, я прочту и буду рекомендовать нынешним редакторам. Или не буду. Но больше читать не стану. Для справки, кого считаю мастерами внесюжетного текста: Голдинг, Бах, Дюрренматт, Коэльо, Мураками, да хватит...