Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис

— Что же ты такое говоришь, — в голосе лорда Саймиша звучало недоумение.

— Ты продал меня. — Я смотрела на него без злости. — Ты знаешь этого мужчину? Кто он? Каково его личное имя? Он будет ласков со мной? Будет обо мне заботиться? Зачем я ему, лорд Саймиш?

Повисшую тишину разбил голос снежного мага:

— Мое имя…

— Меня абсолютно не интересует, господин, — четко проговорила я. — Поверьте, вы попросите меня о разводе.

В глазах снежного мага промелькнула тень. Он чем-то недоволен? Ждал чего-то другого? Впрочем, со мной на курсе учился с десяток пустоголовых дурочек, которым был нужен богатый муж. А лорд Торланд…

Я окинула его взглядом, оценила качество одежды, артефактов и… Хах, конечно же, кто-то владеет скрытым оружием. Что ж, на такую маленькую шалость у меня сил и сейчас хватит.

Короткий, незаметный жест рукой, и клинок снежного мага со звоном выпадает из пространственного кармана.

— Планируете наказать меня за дерзость? — тут же спросила я, понимая, что оправдаться ему будет трудно. — Вспышки ярости сбивают тонкие настройки пространственных чар… Вот кому вы продали последнюю райн-Рейвис, лорд Саймиш.

Говоря все это, я смотрела только на снежного. Ну, что ты сделаешь? Ты же не мог не почувствовать укол моей силы…

Синие глаза лорда Торланда потемнели, на скулах вздулись желваки, но он быстро взял себя в руки и издевательски мягко проговорил:

— Это от счастья, госпожа моя.

Набросив на плечи свою шаль, я спрятала горечь в ее теплых объятиях.

— Мне нужны мои вещи. — Я посмотрела вглубь часовни.

Зрение подвело, и разглядеть продажного жреца я не смогла. Ничего, придет время, и он поплатится за свои поступки. Мне даже не нужно для этого ничего делать, лишь вознести богам дары и попросить их о справедливом возмездии.

— Я все соберу, — суетливо проговорила леди Саймиш.

— От моей матери осталось не так много. — Я все так же смотрела в пустоту. — И после таких сборов останется меньше.

— Все будет доставлено в целости и сохранности, — холодно и спокойно проговорил лорд Торланд.

— Все, без исключений. — Я провернула на пальце кольцо и вытащила из пространственного кармана свой старый ежедневник.

Выдернула из него три листа и протянула лорду.

— У семьи Саймиш липкие руки. Мне было пятнадцать, когда я поняла, что единственный способ что-то сохранить – это знать, чем ты владеешь.

Мачеха выступила вперед и попыталась было что-то сказать, но лорд Саймиш впервые в жизни заткнул ее до того, как она успеет полностью опозориться.

— И я попрошу вас более со мной не связываться, — бросила я им. — Даже если вы настаиваете на том, что вы отец, то дочь – это отрезанный ломоть, поданный к столу жениха. Не так ли вы шутили, леди Саймиш?

— Ох, ты такая ранимая, — всплеснула руками та, — милые семейные шутки заставили тебя слишком остро реагировать. Мы так любим тебя!

— Довольно, — холодно проговорил лорд Торланд. — Нам пора.

Он подал мне руку, и я была вынуждена ее принять. Мне нужен развод, но я не собираюсь портить свою репутацию. Никаких истерик, слез и глупых пафосных тирад. Все это я оставлю леди Саймиш и тем, кто от нее ничем не отличается.

— Внутри семьи нет титулов, — зачем-то повторил снежный маг. — Прошу в карету.

И, только увидев на дверцах герб Вейарны, я вспомнила, что Торланд, в общем-то, герцог. Что ж, возможно, получить развод будет сложней.

С другой стороны, он не может оставить род без наследников, верно?

«Я обуздала собственную стихию, подчинила ее своей воле и переплавила в лучшие магические щиты, поразившие всю Эрандарскую Академию Магии».

Но при этом каждый шаг до кареты давался с болью. А ведь до аптечки я сегодня не доберусь…

За все время пути никто из нас не проронил ни слова. Не знаю, почему молчал снежный маг, я же боролась за право оставаться в сознании. Остатки яда все еще плескались в крови, колдовской очаг то вспыхивал, то затухал, а ноги… Карета герцога Вейарны была хороша, но все равно покачивалась, и ожоги на каждое движение отвечали мучительной болью.

Вечер, который должен был закончиться моим триумфом, превратился в ночь, которая разрушила мою жизнь.

— Вам нужен целитель, — сухо проинформировал меня снежный маг.

— Мне нужен развод, — резко произнесла я.

Он склонил голову к плечу, окинул меня долгим цепким взглядом, после чего произнес:

— Госпожа моя, райн-Торланды не разводятся.

Криво усмехнувшись, я успокоила его:

— Вы будете первым, господин.

Не знаю, что он мог на это ответить, но карета остановилась. Да уж, как и ожидалось, особняк герцога Вейарны находится в первой линии. Лорд Саймиш, к примеру, жил на границе Золотого Кольца и Ремесленного.

Слуги распахнули дверцу кареты, и снежный маг легко выскользнул в ночь. Я же не торопилась. Во рту было сухо, голова кружилась, а мир… Мир так и норовил погаснуть.

«Я не покажу ему свою слабость», – пообещала я сама себе.

Подобрав юбку, я встала и опустила ногу на первую ступеньку. Лорд райн-Торланд, как и положено, протянул мне руку. И да, будь вокруг чуть больше людей, я бы приняла его помощь, как и положено благовоспитанной и разумной леди. Но рядом было лишь несколько слуг, так что пусть мой будущий бывший муж знает, как я к нему отношусь.

В моих мечтах я легко соскальзывала на землю и, окинув снежного презрительным взглядом, горделиво расправляла плечи.

В реальности мои колени резко ослабли – и мне пришлось схватиться за дверцу кареты, лишь бы не рухнуть на колени. Райн-Торланд все так же стоял передо мной, его рука все еще была протянута, но…

Но я справлюсь сама. Всю жизнь справлялась. Бывало и хуже. Хотя его изучающий любопытный взгляд не делал ситуацию проще.

Соскользнув на землю, я на секунду прикрыла глаза: от волны боли меня едва не вырвало.

— Ферран, проводи мою госпожу до ее покоев, — сухо проговорил снежный маг.

После чего развернулся и ушел в ярко освещенный особняк.

— Следуйте за мной, леди, — прошелестел один из слуг.

Судя по недовольно поджатым губам, этот Ферран страшно недоволен моим поведением. Да-да, этот осуждающий взгляд я узнаю из тысячи — дворецкий лорда Саймиша всегда так смотрел на меня.

И стоит мне издать лишь один звук, хотя бы вздох, как слуга тут же начнет разговор. Все это было пройдено не раз и не два.

— Ваши покои, леди, — проронил Ферран, распахнув передо мной двустворчатые двери.

Я выразительно посмотрела на двух слуг, что стояли по двум сторонам, но вслух проронила лишь равнодушное:

— Благодарю.

И, уже находясь внутри, я услышала раздраженное:

— Разве такая жена нужна нашему лорду?! Змеища…

Что еще хотел сказать Ферран, осталось тайной: двери плотно закрылись, и я осталась одна. Окинув взглядом богато обставленную комнату, прошла ее насквозь и оказалась в спальне. Затененной, с магическими огоньками, что роились в балдахине. Они тут же закружились вокруг меня, но я разогнала их по стеклянным колбам.

Осветив комнату, я тут же обнаружила три двери. За одной скрывалась гардеробная, за второй просторная купальня, а за третьей… За третьей был темный узкий коридор. Полагаю, на той стороне найдется вторая спальня.

Хорошо бы наложить качественный щит, да только сил совсем не осталось!

Сбросив туфли, я села на кровать и, глубоко вдохнув, приподняла полы юбки. Обожженные щиколотки выглядели настолько же отвратительно, насколько сильно они болели.

Радости не добавляли и плотные чулки, что частично сгорели, а…

Тихий скрип заставил меня вскинуть голову.

На пороге стоял лорд райн-Торланд. Вот только пришел он не со стороны тайной двери, а с той же, через которую прошла и я.

— Что вам нужно? — Я быстро укутала ноги юбкой.

Хотелось бы мне, чтобы в голосе были лед и равнодушие, но звучал в нем страх. Искренний страх перед мужчиной, которого никто не осудит…

— Не мне, — спокойно ответил лорд райн-Торланд.

Подойдя ко мне вплотную, он медленно опустился на колени и подхватил подол моей юбки. Мой будущий бывший муж не спешил, он словно бы смаковал момент. А затем, что-то решив для себя, одним движением закинул ткань мне на бедра!

Гневно зашипев, я попыталась отползти, но сил уже ни на что не осталось. Что ж, надеюсь, что вид моих щиколоток погасит все его…

— Вам нужен целитель, госпожа моя, — в голосе снежного мага проскользнула укоризна. — Но мастер Острави сейчас вне особняка.

— Мне нужны мои вещи, — сухо сообщила я ему. — Там есть аптечка. Этого будет более чем достаточно.

Как будто это мои первые ожоги. Смешно. Я маг огня, а эта стихия не прощает слабых.

— Чулки или колготки?

— Ч-что? — я начала заикаться.

Но его наглые руки уже скользнули по моему правому бедру и, нащупав ленты, распустили банты.

— Я не целитель. — Он отбросил в сторону чулок и коснулся второй ноги.

— Так и держали бы руки при себе, господин, — прошипела я.

«Почему у снежного мага такие горячие ладони?» – пронеслась в голове заполошная мысль.

— Но смогу усмирить боль и снять отек. Мастер Острави уже спешит в Эрандар, утром он сможет залечить ваши раны.

Лорд райн-Торланд аккуратно, почти нежно снял второй чулок. А затем вокруг его ладони засияло голубое пламя.

— Я очищу рану от грязи, — проговорил он. — Затем уберу боль и прикрою травмы холодом. Это не щит как таковой, а потому не навредит. Вы сможете принять ванну и подготовиться к завтрашнему дню.

— Завтра особый день? — без особого интереса спросила я.

— Герцог Вейарны не может тайно жениться. — Он закончил колдовать и встал. — Я представлю вас на третьем королевском балу. Их Величества будут охвачены любопытством.

— И какую же ложь вы хотите им скормить, господин?

В глазах снежного на мгновение мелькнула растерянность. Неужели он хоть что-то не продумал? К сожалению, мне бесполезно искать справедливости и защиты у королевы: она и сама вышла замуж примерно таким же способом.

Да и в целом суды выступают далеко не на стороне женщин. Это если бы герцог меня обидел, тогда можно было бы рассчитывать на малую денежную компенсацию. А тут замуж взял – облагодетельствовал, получается.

В дверь спальни постучали.

Прикрыв ноги юбкой, я громко проговорила:

— Кто меня беспокоит?

— Ваши вещи доставлены.

Вот тут я, конечно, была ошеломлена. Не прошло и пары часов! Хотя… Толковый маг тратит на сборы меньше трех минут — заклинание сортировки, уменьшения объема и веса, а также левитация предметов в чемодан.

«Очевидно, леди Саймиш не осмелилась спорить со слугами герцога Вейарны», – хмыкнула я про себя.

— Входите, — приказала я. — Пусть сундуки поставят в гардеробной. Кроме того, который отмечен алой краской.

Там аптечка, бинты и превосходное снотворное.

Слуги споро перетаскали чемоданы в гардеробную. Все это время за лакеями наблюдали две женщины. Одна постарше, с суровым, словно высеченным из камня лицом. И вторая помладше – она выглядывала из-за плеча первой и сверкала любопытными глазами.

— Мое имя Милдред, госпожа. Я старшая служанка. Это Элиза, она будет помогать вам.

— Ты можешь обращаться ко мне леди райн-Рейвис, Милдред, — спокойно проговорила я. — Хорошо, пока что Элиза может мне помогать, но личную служанку я выберу сама. Это не то, что можно доверить чужому человеку.

— Как скажете, леди райн-Рейвис. — Плечи Милдред задеревенели. — Ужин будет доставлен через несколько минут.

— Благодарю, но мне не хочется.

— Это приказ господина, — сухо ответила Милдред.

— Тогда пусть поставят у двери. Элиза, открой сундук и достань мои писчие принадлежности.

Я хотела узнать, будет ли тетушка Лукреция на завтрашнем балу. Будет неправильно, если о моей свадьбе она узнает из чужих уст.

— И приготовь ванну, — добавила я.

Прежде чем отдать Элизе письмо, я добавила в него крошечное проклятьице. Тот, кто прочитает больше двух строк, будет весь следующий день непрерывно чихать. И, держу пари, это будет Милдред.

Быстро приняв ванну, я проигнорировала ужин и забралась в постель. Флакон со снотворным уже ждал меня под подушкой, так что утро настанет быстро.

— С ней так нельзя, — прошептала Элиза, гася свечи, — она служила еще предыдущему герцогу.

— Со мной, милая, тоже так нельзя, — ровно ответила я.

Спальня погрузилась во мрак. Вытащив из-под подушки флакон, я сделала небольшой глоток, тщательно завинтила крышку и легла. К утру мой магический резерв восстановится больше чем наполовину, так что жить станет чуть проще. Мне. За других не ручаюсь!

Глава 2

Вздрогнув, я вырвалась из сна.

Что меня разбудило?

Первым делом я проверила уровень магии и удовлетворенно улыбнулась: больше половины, а значит, я уже не беззащитна.

Поморщившись от запаха постельного белья — слишком много лаванды и совсем нет мяты, — я медленно села. По колбам, в которых дремали обесцвеченные огоньки, скользнул багровый отсвет.

Стоп. Багровый?

— Открывайте!

— Сию же минуту!

— Иначе я сожгу эту ледяную хибару!

Подлетев к окну, я увидела около сотни огненных птиц, что выкрикивали угрозы голосом моей тетушки.

— Я, Лукреция райн-Рейвис, отреченная Тавиш, требую пропустить меня к моей леди!

Огненные маги страшны в гневе. Когда наша сила поет в жилах, мы способны выступить против кого угодно и как угодно. Не думая о последствиях. Это истинное проклятье пламенных.

А потому я бросилась вниз. Босиком. В ночной рубашке и с распущенными волосами. Если герцог посмеет… Если…

Вылетев на улицу, я остановилась на крыльце. Вскинула руку, и надо мной вспыхнул герб райн-Рейвисов. Его чистое золотое сияние окутало меня, и тетушка, почти утонувшая в гневе своего пламени, смогла сфокусировать на мне свой взгляд.

А я, найдя внутри себя драгоценную точку спокойствия, мягко проговорила:

— Лукреция, отпусти птиц.

Она подчинилась. Ее яростная магия растворилась в воздухе, и в ту же секунду она бросилась ко мне:

— Моя девочка, моя малышка.

Тетушка обняла меня так, что захрустели кости.

— Прости меня, прости. Это моя вина. Я поверила старому мерзавцу, а он… Он даже подтвердил, я ведь получила твое письмо. Ночью никто не спал. Он хохотал!

Она говорила и говорила, а я все это время смотрела на райн-Торланда. Он несколькими жестами отправил слуг и стражников по своим местам, после чего устало замер. В его неподвижной фигуре было что-то странное, что-то подозрительное.

Разве не должен он разразиться гневной отповедью? Разве ему не следует сказать хоть что-нибудь? На его дом напали, багровые птицы Рейвисов – это реальное боевое заклинание. По большому счету, райн-Торланд имеет право вызвать городскую стражу и отправить мою тетушку в тюрьму!

Увы, мы, огненные маги, пылкие и безрассудные, а потому скучно не живем. Из-за этого, когда один тонет в яростном пламени, другой должен оставаться на плаву. И сейчас моя очередь быть собранной и спокойной.

Начну я с извинений.

— Ты назвала особняк герцога хибарой, тетушка, — проговорила я, отстраняя ее от себя. — Это строение заслуживает многих живописных слов, но внутри семьи должно царить уважение, если верить словам лорда райн-Торланда. Не так ли, господин?

Он не ответил. Рассвет только зачинался, и его лицо показалось мне слишком бледным. А вот усмешка, расцветшая на губах… Что ж, он хоть как-то на нас реагирует.

«Что, если мы, огненные, пылаем от гнева, а они, снежные, застывают?» – задумалась я. Вслух, впрочем, было произнесено иное:

— Поэтому нам следует извиниться.

Тетушка же никак не могла успокоиться:

— Моя вина. Моя. Моя драгоценная девочка… Я должна была быть рядом.

— Тогда бы тебя убрали каким-нибудь другим, более травматичным способом, — тихо, но чётко сказала я.— Всё обошлось, милая моя тётушка. Меня всего лишь отравили и притащили к алтарю. Если бы к этому добавилась твоя смерть…

Я посмотрела в глаза снежному магу и жестко продолжила:

— Мне бы оставалось лишь применить Последний Выдох. Ты ведь знаешь, мы, райн-Рейвисы, мстим безоглядно.

Лорд райн-Торланд все так же не проронил ни слова. Только устало прикрыл глаза. А в следующую секунду я увидела кровь, что скопилась в уголках его рта.

Поймав мой взгляд, он поднял подрагивающую ладонь и закрыл губы. Вот только на это ушли все его силы, и райн-Торланд, качнувшись, упал на одно колено.

— Позовите мастера Острави! — выкрикнул появившийся из ниоткуда Ферран. — По милорду ударил откат от дезактивации щитов. Скорее!

Дворецкий бросил на нас с тетушкой яростный взгляд, и я даже на секунду ощутила вину. Ведь если райн-Торланд и правда прикрыл тетушку от стационарной защиты особняка, то это должно было сильно по нему ударить. Очень сильно.

Но…

Если бы райн-Торланд не притащил меня сюда, то и от щитов бы ему страдать не пришлось.

Хотя легкий червячок сомнений закрался в мою душу. Если он и правда относительно приличный маг, то зачем он все это устроил?

«С другой стороны, один благородный поступок не отменяет череды отвратительных, – решила я про себя. – Брачный ритуал показал, что ему нужна моя магия. Или мои знания. И все это он мог получить честным путем — договор, стряпчий и клятва сотрудничества!»

В холле к нам бросилась Элиза, прижимавшая к груди пару меховых тапок.

— Леди, обуйтесь!

— Благодарю, — кивнула я. — Доложи на кухню, что за завтраком будет присутствовать моя тетушка, леди Лукреция райн-Рейвис.

Элиза на мгновение растерялась, но я не дала вступить в диалог. Просто потянула тетушку за собой.

В моих покоях я усадила Лукрецию на смятую постель и достала из-под подушки флакон со снотворным. При таком буйстве стихии оно сработает как лучшее успокоительное.

— Сколько лет ты сдерживала свое пламя? — тихо спросила я, вкладывая зелье в ее ладонь.

— Когда погиб мой муж, гнев был так силен. — Она прикрыла глаза. — Я испугалась своего пламени и заперла его.

Я лишь вздохнула. Сотня багровых птиц — рекорд для Рейвисов. Моя мать могла призвать около шестидесяти, а мне… Мне откликалось пятьдесят три птицы. И каждая новая вырастала из крови и боли, из многочасовых тренировок и долгих, утомительных медитаций.

— Про герцога Вейарны не говорил только ленивый, — хрипло продолжила тетушка. — Его отца вызвали в Совет Магов, потому что пошли слухи, что старый герцог райн-Торланд проводит эксперименты на людях и тварях. Но живым он до Эрандара не доехал.

— Боги, — выдохнула я. — Неужели они не послали комиссию в замок райн-Торландов?

— Послали, — хмыкнула Лукреция, — в твоих сундуках все можно найти? А если это целый замок? Там божественные артефакты Элентиаля спрятать можно, не то что собственные запретные наработки.

Допив зелье, тетушка внимательно посмотрела на меня:

— Каков наш план, старшая?

— Не говори так, — смутилась я.

— Ты взяла мое пламя под контроль. — Тетушка ласково коснулась моей щеки. — У магов огня главенствует не возраст, Элиша. И ты это знаешь.

Верно. Для нас, пламенных, старший тот, кто может удержать на краю бездны. Я — могу. Пусть мой огонь делает меня порывистой и импульсивной, мне все равно удается удержаться в сознании.

Тетушку держала моя мама. Затем — возлюбленный муж. А после она заперла свою огненную суть на замок, отчего пострадал герцог Вейарны.

— Он все равно не стоит извинений, — хмуро проговорила Лукреция.

— Но мы их принесем, — улыбнулась я. — Мы умеем, верно?

Тетушка не успела ответить, ее перебил звонкий голосок Элизы:

— Мастер Острави к леди райн-Рейвис!

Мы с тетушкой переглянулись, и та поспешила выйти из комнаты, потеснив в дверях любопытную служанку.

Я, подобрав подол ночной рубашки, быстро подошла к двери и прижалась к ней ухом. Тяжелая поступь и дробный перестук — целитель с тростью?

— Леди Тавиш, — сухой, безэмоциональный голос заставил меня поежиться, — вы внесли дивное разнообразие в нашу утреннюю рутину. Могу ли я быть уверен, что более этого не повторится?

— Целитель Острави, странно видеть вас в Эрандаре, — колко ответила моя тетушка, — вы, помнится, предпочитали общаться с тварями-из-за-грани. Они перестали отвечать вам взаимностью?

— Многолетнее затворничество не лучшим образом сказалось на вашем характере, — отозвался целитель. — Хотя, если я правильно помню, вы всегда отличались некоторой скудостью самоконтроля.

Я недоуменно нахмурилась. Эти двое что, знакомы? Обмен оскорблениями больше похож на странный флирт!

— Зато от скудоумия не страдала. Вы, мастер, своих детей не имеете, а потому и меня понять не сможете. Моя девочка была отравлена, принуждена к браку, обожженная и замерзшая привезена в чужой дом…

Тетушка сделала паузу.

— Мой лорд не имеет ни малейшего отношения к отравлению, — вспылил мастер.

— Правда? — ахнула тетушка. — Бедняжку тоже силой к алтарю притащили? Твой лорд, Анхель, взрослый мужчина. И уж он-то должен был понимать, что Саймиши ни перед чем не остановятся.

— А ты, Лукреция, могла бы подумать, прежде чем…

Я открыла дверь и с интересом спросила:

— Вы целоваться будете?

На скулах тетушки расцвели красные пятна, а мастер Острави поперхнулся воздухом.

— Значит, не будете, — хмыкнула я. — Тогда позвольте вмешаться в ваш разговор.

— Подозреваю, что помешать вам не сможет никто, — задумчиво проговорил целитель.

— Почему вы здесь? — Я посмотрела ему в глаза. — Разве не у постели лорда райн-Торланда вы должны находиться?

— Его состояние стабилизировано, — в серых глазах целителя зажегся любопытный огонек, — беспокоились?

В этот момент догадливая Элиза подала мне теплый халат, и я, набросив его на плечи, равнодушно проговорила:

— Лорд райн-Торланд пожинает плоды своего поспешного и необдуманного решения. Во время церемонии мне стало предельно ясно, что ему нужна моя магия. Стихия или мои защитные чары — пока не знаю.

Кряжистый старик задумчиво хмыкнул, после чего уселся на диван. Трость свою он поставил между широко расставленных ног — неприлично, но практично, учитывая, что на его правом колене был артефактный ортез.

— Зачем жениться ради магии? — оторопела тетушка. — У райн-Торландов деньги кончились? Так в банке можно займ взять.

Я села в кресло и, посмотрев в глаза мастеру Острави, спокойно проговорила:

— Лорду райн-Торланду придется договариваться, господин целитель. Я неприятный противник.

— Испортите свою репутацию? — заинтересовался старик. — Люди не любят тех, кто идет против правил.

Я криво усмехнулась. О да, наше общество не прощает женщин, что смеют протестовать против навязанных браков. Вот только…

— Да кто же вам сказал, что я не буду уважать и почитать своего супруга, — мягко рассмеялась я. — Вы даже не представляете, какой заботливой женушкой я буду. Люди будут завидовать лорду райн-Торланду.

— Те же, кто поумнее, — сочувствовать, — хмыкнула тетушка. — Девочка моя, напомни, как зовут твоего навязанного? Кастор его отец, а он сам…

— Не знаю, — я пожала плечами, — и не особо стремлюсь узнать. К тому же он хочет, что его величали господином.

Мастер Острави покачал головой:

— Вы несправедливы к нему, леди райн-Рейвис. Хайлен – хороший человек…

— Знаете, как называют хорошего человека, который принимает плохие решения? — Я подалась вперед. — Лицемером в лучшем случае и преступником в худшем. У меня была своя жизнь, но ваш старший ее разрушил.

— У него был…

Я взмахнула рукой:

— Только у него? Думаете, больше ни у кого нет трудностей?

— Вижу, что сейчас вы слишком пылаете. — Мастер с трудом поднялся. — Позвольте исцелить ваши щиколотки, леди райн-Рейвис. Нас вот-вот пригласят к завтраку.

Поднявшись на ноги, я несколько минут смотрела на старика. Что дороже — гордость или здоровье? Вышвырнуть его прочь из комнаты и навеки запретить прикасаться ко мне или же пусть лечит? Навредить он не может, на его руках горит вязь истинного целителя. Он приносил клятвы богам, так что…

— Благодарю, мастер, но мои щиколотки не стоят вашего беспокойства. Я маг огня, ожоги мне привычны. Эти — не первые и не последние. — Я указала ему на дверь. — Было приятно познакомиться.

Для мага огня гордость дороже здоровья. Я сожгу сама себя, если подчинюсь… Хорошо, наверное, живется водной стихии, мягкой и податливой. Недаром девиц с таким даром замуж расхватывают в день первого совершеннолетия.

— Хотел бы я удивиться такому решению, — криво усмехнулся мастер, — да только не получится. Вопрос лишь в том, кто главный — вы или ваше пламя.

Он вышел, а я, посмотрев на тетушку, выразительно вскинула бровь.

— Не смотри так, — буркнула она.

— И все же.

— Я выбрала своего мужа, — тетушка поджала губы, — Острави уехал в Вейарну. Мы хорошо общались, он ухаживал за мной, но слишком уж давил. Я задыхалась и гасла рядом с ним. Мой муж был как глоток свежего воздуха, как масло, выплеснутое в костер.