Урок. Часть I. Падение

Мильва Илиас была молодой вдовой. Отец выдал её замуж, когда ей не было и семнадцати, за сорокапятилетнего Ирая Илиаса. Спустя пятнадцать лет супруг умер от сердечного приступа и оставил молодой вдове приличное содержание.

По первой Мильва растерялась, так как не привыкла распоряжаться состоянием, но молодая женщина быстро освоилась и начала жить в своё удовольствие. Перво-наперво она сделала в доме ремонт: серая выдержанность, строгость и холодность за пятнадцать лет утомили, а посему комнаты приобрели яркие синие, кремовые и зелёные тона. Мильва не удержалась от соблазна порезвиться и одну комнату оформила в красных тонах. Бурый красный, который задавал геометрию пространства, она умело соединила с мягким алым, который придавал веселость и на котором, для разнообразия цвета, проступали белые цветы.

Удовлетворив потребность в необходимости ярких перемен, Мильва переключилась на наряды. Скучные, сдержанные и однообразные платья она заменила модными нарядами с необычными вставками, рюшами, лентами и прочими украшениями.

Ну, и напоследок, Мильва занялась внешним видом. Почему, казалось бы, главные перемены женщина оставила напоследок, она долго не могла объяснить, но потом поняла: она так срослась с образом серой гусыни, что долго не могла из него вылезти, и, только когда окружение стало контрастировать с внешностью, сообразила, от чего забыла избавиться.

Мильва перекрасила русые волнистые волосы хной, чтобы они стали более яркими, и уложила их в высокую объёмную причёску, потом с помощью красок подчеркнула круглые брови и выделила коричнево-жёлтыми тонами и без того заметные глубоко посаженные глаза цвета глубокой воды и, наконец, выделила алым чувственный рот. Образ вышел немного пошлым, но женщину это не разозлило, а позабавило. В Шаи так скучно, что немного сплетен ей не повредит.

Создав окончательный образ, Мильва долго сидела перед зеркалом и любовалась результатом. Её овальному, слегка пухлому лицу, перемены пошли на пользу. Из серой массы удалось вытащить на свет суть и истинные желания.

Дальше Мильва долго думала, чем себя занять. И женщина не нашла ничего лучшего, чем увлечься противоположным полом. Так хотелось изучить неведомое, ранее недоступное и непонятное.

Было решено перейти к организации вечерних досугов, естественно с культурным подтекстом, с привлечением мужской половины населения. Чтение книг, газет, обсуждение спектаклей в единственном камерном театре города, пикники с весёлыми и озорными играми, состязания в мастерстве игры на музыкальных инструментах, — вот примерный перечень развлечений, который подготовила вдова скорее для себя, нежели для гостей.

Играя роль благородной вдовы, обустраивающей культурное развитие молодого поколения, Мильва быстро вошла во вкус. Вскоре она и представить не могла себя мирно сидящей дома за раскладыванием пасьянса или нудным цитированием научной статьи.

Мильва открыла в себе дар просвещение молодых людей в искусстве общения с женщинами и, так как с лёгкостью овладела необходимыми навыками и умениями, с удовольствием делилась полученными знаниями.

Вскоре за Мильвой Илиас закрепилась определенная репутация, которая её, несмотря на временами возникающие конфликты, ничуть не смущала.

Внешний лоск и благородство, которые она унаследовала от мужа и которые позволяли ей посещать лучшие дома Шаи, женщина отлично совмещала с незаурядным поведением. Одним словом, Мильва Илиас жила в своё удовольствие.

Мильва встретила Елайя в магазине миссис Парри, где женщина выбирала себе перчатки.

— Синий — не ваш цвет, — услышала она приятный, молодой, незнакомый голос и поспешно обернулась. — Ваша желтоватая кожа проигрывает холодной цветовой гамме. Может, лучше выбрать тёплые тона? — он посмотрел на другой прилавок.

— Мужчина разбирается в цветах и оттенках? Вот это да! — искренне изумилась женщина, повертела рукой в перчатке и так, и сяк, быстро сняла ту и отложила в сторону. — Однако… Вы правы.

Мильва с нескрываемым интересом посмотрела на незнакомца. Сложен он был хорошо и пропорционально. При плавности черт, были в его внешности настораживающие детали: чётко очерченный овал лица, почти прямые брови и проницательный поглощающий взгляд.

«Этот взгляд подобен непреодолимой пропасти, из которой, если по неосторожности туда попасть, не выбраться вовеки. И дело тут не в романтическом описании глаз, а в преграде, которая незримо присутствует. Он дотошно изучает собеседника, но никому не позволяет анализировать себя. Это хитрость или осторожность?» — пока Мильва думала, неотрывно смотрела на посетителя. Он осматривал витрину с часами и на пристальный взгляд не обращал внимания.

— Чёрный мне надоел, коричневых пар так много, что не счесть, думала разбавить коллекцию синими тонами, но… Что вы посоветуете?

— Вишнёвый, песочный, изумрудный, салатовый, золотистый.

— Тритти, ты его слышала? — не переставая изумляться, женщина забылась и перешла на более свободное общение с подругой, хотя обычно при посетителях они старались держаться строго и отчуждённо.

Из подсобного помещения вышла миссис Парри — хозяйка магазина, высокая костлявая женщина с необычными угловатыми чертами лица, которые её не портили, а делали индивидуальной. Одежду она предпочитала аккуратную и сдержанную.

— Посетитель прав. Вам следует быть аккуратней в выборе. Не всегда наши желания совпадают с возможностями. — Тритти как бы невзначай напомнила подруге о манерах.

— Вы в Шае проездом? — делая вид, что изучает соседний прилавок, как бы невзначай уточнила Мильва у незнакомца.

— Ну, это смотря с какой стороны посмотреть, — пространно ответит тот. — Вообще-то я живу в Шае, но все мы…

— Вы живёте в Шае?! Этого не может быть! В нашем городе, я даже муравьев знаю по именам, — пошутила женщина.

— Зато теперь мы наверняка знаем, что я не насекомое, — улыбнулся незнакомец.

— Да, тут уместней ассоциация с животным миром. Может, тигр?

— Мильва! — тихо отдёрнула её подруга.

— Не слишком ли он чужд для этой местности? — поинтересовался собеседник, не выказав раздражения из-за сравнения.

— Тогда, медведь?

Молодой мужчина покачал головой и дал короткую характеристику хищнику:

— Массивен, часто медлителен и слегка отчуждён.

— Волк? — непроизвольно вырвалось у миссис Парри.

— Точно!

— Не знал, что в Шае людей сравнивают со зверьми, птицами и насекомыми, — пошутил посетитель и при этом осёк дальнейшие сравнения.

— Какой товар вас интересует? — тут же сориентировалась миссис Парри.

Когда незнакомец вышел, женщины переглянулись: Мильва громко рассмеялась, потому что глупо себя вела, а Тритти задумалась.

— Этот мальчик возбуждает во мне интерес, — в глазах Мильвы заиграл азарт.

— Советую с ним не связываться, — порекомендовала сдержанная в проявлении чувств подруга. — Он не из тех, с кем можно шутить и забавляться без последствий.

— Ты стала слишком чопорной.

— А ты — дерзкой.

— Ну всё, ничья! Разузнаю, что за зверь, расскажу, — после этих слов женщина весело и игриво улыбнулась.

Мильва накинула и застегнула пальто, подхватила покупки и направилась домой. Тритти поджала губы и неодобрительно покачала головой: при таком поведении рано или поздно подруга нарвётся на неприятности.

Несмотря на обширные связи, Мильва отыскала незнакомца не сразу. Опрос среди кавалеров ничего не дал. Одни пожимали плечами, так как незнакомец их мало интересовал, другие обиженно супились, так как считали себя лучше. Местная знать была занята собой и на вопросы о чужаке реагировала вяло и без азарта: мало ли кто оказался в городе проездом. Но когда Мильва говорила, что хочет разузнать о новом жителе, они удивленно вскидывали брови и недоуменно качали головой. Никому и голову не приходило вспомнить о владельце Юлиада. И только случай помог вычислить адрес чужака.

Мильва заметила его гуляющим по набережной и, забыв о делах (она собиралась порадовать одного из своих воздыхателей), пошла следом.

Молодой мужчина, словно нарочно, шёл не просто медленно, а нарочито лениво, останавливаясь чуть ли не у каждого дерева. Он замирал, долго смотрел вдаль, в ясное, но холодное небо, вглядывался в стремительно бегущую к горизонту рябь, изучал фасады домов, наряды прохожих, булыжники под ногами и проржавевшую листву, — в общем, наслаждался прогулкой. Но Мильва, которая вынуждена была то и дело искать укрытие, чтобы он не заметил слежку, извелась. Ну что за ценитель пейзажей?! Уж лучше бы он поспешил домой.

Мильва не рассчитывала на длительную прогулку, оттого замерзла и съежилась. Пока незнакомец осматривал очередную достопримечательность, женщина подозвала извозчика и с удовольствием забралась в крытую коляску, хоть какое-то укрытие от ветра.

Наконец, незнакомец, тоже уселся в коляску, и та повезла его к особняку.

Когда Мильва увидела на горизонте Юлиад, она попросила извозчика остановиться и о чём-то надолго задумалась, потом отправилась домой.

С этого дня Мильва Илиас начала охоту на новичка: он был бы отличным трофеем в коллекции её воздыхателей. Она намерено никому о нём не рассказала. Когда незнакомец попадёт в ловко расставленные сети, она тут же оповестит город о своём триумфе.

Перво-наперво, она узнала имя владельца особняка.

Далее она прислала ему приглашение на один из своих громких вечеров, где царили веселье и активность. Но получила сухой отказ. Мильва, привыкшая к вниманию, комплементам и почитанию, испытала чувство досады и раздражения.

Тогда она попросила слуг проследить за мужчиной и выяснить его вкусы, приоритеты и увлечения. Но слуги возвращались ни с чем. Кроме пары походов в библиотеку, нескольких прогулок по городу и незначительной болтовни с торговцами, рассказывать было нечего.

Была одна деталь, которая напрягла Мильву. Ей доложили, что в библиотеке мужчина столкнулся с Идиллией Вои. Эта девица была хороша собой и умна, поэтому Мильва насторожилась, но так как после этой встречи сближения молодых людей не последовало, она расслабилась. Куда несмышлёной в сердечных делах девочке тягаться со зрелой, внимательной и обаятельной женщиной!

Следующими шагами, которые предприняла Мильва, чтобы сблизится с мужчиной, были внезапные столкновения в магазинах, в парке, в ресторанчике «Изобиль», на набережной. Но мужчина вёл себя так выдержанно, что женщина никак не могла придумать повода для сближения.

Постепенно лёгкое негодование и раздражение превратились в гнев. Бессилие и непонимание, как можно её игнорировать, — вот что выводило из себя.

Неожиданно Мильва узнала, что в гости к Елайю Лорса приходила Изида Гресс. Женщина взорвалась: глупышка Изида рядом с ней никто! Средний класс! И внешность заурядная! Низенькая, смуглая и щупленькая, как цыплёнок. Что вообще в ней можно найти?!

Невезучей Изиде сначала изрядно досталось от родных за визит к чужаку в одиночку, а потом от горожан, которые с превеликим удовольствием обложили бедняжку едкими сплетнями.

Изида клялась и божилась, что в её визите не было ничего предосудительного, что она зашла полюбоваться оранжереей и речкой, что хозяин лишь угостил её чаем и сладостями.

— Мистер Елай спросил меня: «Вы уверены, что хотите войти?», — и я ответила — да. Ведь я не намеревалась проходить в дом, я только хотела увидеть речку.

Но что значат слова девушки против общественного мнения?

Выслушав все пересуды и наговоры, Мильва Илиас ухватилась за идею с осмотром достопримечательностей Юлиада, его особенностей в виде речки и огромной оранжереи.

Женщина дождалась глубокого вечера, надела лучшее платье, уложила волосы, подкрасилась так чтобы было заметно, но не броско, и пустилась в путь, который занял приблизительно час. Но несмотря на дальность прогулки, Мильва не взяла извозчика: пока она не положит начало отношениям, никто не должен знать об этой встрече.

Мильва думала, что когда она подойдёт к Юлиаду, ей навстречу обязательно выйдет прислуга, но возле дома никого не было. Пришлось самой постучать в дверь.

Прошло несколько томительных минут, прежде чем на пороге появился высокий подтянутый мужчина со строгим узким лицом, дымчато-зелёными глазами и собранными в хвост русыми волосами.

— Я бы хотела увидеть хозяина, — не дав мужчине раскрыть рот, объявила гостья.

— Вам назначено? — сухо осведомился дворецкий, у которого был низкий мягкий голос.

— Нет. Но не думаю, что мистер Лорса откажет мне в визите, — самоуверенно заявила женщина.

— Я узнаю, сможет ли мистер Лорса вас принять.

Дверь захлопнулась перед любопытным носом Мильвы.

— Могли хотя бы на порог пустить! — недовольно поджала губы гостья.

Некоторое время спустя дверь открылась.

— Обождите здесь.

Слуга впустил гостью, сам же вышел и закрыл за собой дверь.

— Что за причуды? — недоумевала Мильва.

Помещение, в которое она попала на вестибюль не то что не походило, а его вовсе не напоминало. Это скорее была большая крытая оранжерея или сад под стеклянным небом. Вместо пола — земля, разбитая гравиевыми тропинками на участки. Слева и справа росли деревья, кустарники и цветы. То тут, то там, в ещё густой листве, прятались высокие и приземистые фонари.

Мильва прошла вперёд и остановилась, так как дорогу ей преградила река. Женщина слышала, что Елай Лорса завёл реку в дом, но одно дело слышать, а другое — видеть.

— Зачем столько причуд? — спросила она тишину. — Вышел из дома и наслаждайся.

— Миссис Илиас? Чем обязан? — Елай сошёл с крыльца и остановился.

— Вы знаете кто я? — спросила женщина, а сама внутренне обрадовалась данному обстоятельству.

— Шая — небольшой город, — напомнил собеседник. — Тут все муравьи наперечёт.

Мильва не уловила иронии.

— Я пришла полюбоваться рекой, — чтобы собеседник услышал её, говорить приходилось довольно громко.

Елай показал, что она может исполнить задуманное, ведь реку никто не прятал.

Мильва прошла сначала в одну сторону, потом в другую и тут осознала: чтобы попасть к дому, ей необходимо пересечь реку.

— Не слишком ли вы боитесь визитёров? И неужели каждый раз, чтобы попасть в дом, вы переплываете Узу? — усмехнулась гостья и вновь встала напротив хозяина.

Елай Лорса ничего не ответил. Тогда женщина продолжила:

— Я могу войти в дом и осмотреть его?

— Вы хотите осмотреть дом? — зачем-то переспросил хозяин, и в его тоне проскользнуло сомнение.

— О Юлиаде ходит много сплетен, а я не могу побороть любопытство.

— Тот, кто хоть раз войдёт в Юлиад, из него не выйдет, — предупредил Елай незваную гостью.

«Может, он ждёт от меня неординарного поступка? — пытливый и игривый ум Мильвы искал выход или скорее лазейку из сложившейся ситуации. — Что ж, я не из пугливых!». Женщина смело вошла в реку.

В начале октября вода в реке оказалась неприятно холодной. В голове пронеслась здравая мысль: стоит ли рисковать здоровьем, чтобы раскрыть тайну особняка и его хозяина? С другой стороны, к чему сомненья, когда цель близка? Запал и возбуждение будоражили кровь. «Не рискуя, не добудешь», — вспомнила женщина пословицу, посмотрела на Елайя и продолжила путь.

Мильва никак не могла понять, чем ей приглянулся хозяин Юлиада. Возможно, её, как и всех, влекла тайна? К тому же мужчина был хорош собой и от него исходила привлекательная или скорее притягательная энергетика. Его взгляд настораживал, но это только усиливало эффект обаяния.

Не давал покоя вопрос, зачем в доме река? Какая аналогия стояла за причудой? Возможно, секрет таился в названии реки и намекал на образовавшееся родство хозяина с тем, кто осмелился пересечь преграду? Что-то вроде «и пленили их узы».

Как только вода покрыла плечи, пульс участился, дыхание сбилось, появилась тревога, а потом и цепкий неясный страх. Хоть внешней опасности не было, страх рос. Реку можно было перейти вброд, но Мильва предпочла самое глубокое место проплыть. Гребок и ещё один. Тело плохо слушалось. Пришлось встать на ноги и идти. Быстро идти, так как двигаться было всё трудней.

Елай Лорса не мешал, но и не помогал гостье. Он неподвижно наблюдал за её действиями.

Когда Мильва вышла, ей стало жарко, голова просветлела и казалась совершенно пустой, похожей на чистый лист, и только мокрое платье напоминало о об опрометчивости.

— Вам следует переодеться и согреться. — Елай указал в недра особняка.

— Вы составите мне компанию? — спросила Мильва, проходя мимо и заигрывая с мужчиной.

— Разве хозяин вправе проигнорировать гостя? — вопросом ответил тот.

Удовлетворённая ответом, Мильва быстро миновала коридор и вошла в довольно просторную комнату. Большой камин, в котором пылал огонь, был выполнен из тёмного камня. Тёмные стеновые панели, обрамлённые изящной резьбой, создавали уют и интимность. Коричневые шторы плотно закрывали окна и не позволяли увидеть ни местности, ни времени. Мебели почти не было. Перед камином одиноко стояла оттоманка, пара стульев притаились в тени у стены, между окон к стене крепилось зеркало, под которым виднелась консоль. На оттоманке лежало чистое и сухое платье.

— Вы — аскет? — не удержалась от едкого комментария Мильва, так как в её воображении приём важной гостьи, не говоря о близости, должен проходить в более располагающей обстановке.

Но вопрос повис в разряженном прохладном воздухе. Хозяина рядом не было.

— Какой учтивый, — хмыкнула Мильва и прошла к оттоманке, чтобы переодеться.

В этот момент из-за шторы, которую женщина посчитала простым украшением, вышла горничная и сказала:

— Горячая ванна готова.

— Весьма предусмотрительно. — Женщина подхватила платье и, опередив горничную, быстро прошла в указанном направлении.

Мильва Илиас и не предполагала, что ванная комната может быть столь шикарной. Аскетизм предыдущего помещения резко контрастировал с уютом и теплом этого.

Бело-жёлтая мраморная аркада опоясывала довольно просторную комнату. За ней располагались ниши, оформленные в тёмных-синих и голубых тонах. Углубления притягивали взор и создавали ощущение отделённости и уединенности, в которую, при необходимости, можно было провалиться. В дальней, самой большой нище, которая отгораживалась шторами, находилась ванная. Ёмкость, наполненная горячей водой, утопала в полу и больше походила на небольшой бассейн. В остальных нишах стояли вазоны и зеркала или каменные лавочки, над которыми располагались розетки в виде цветов.

Предвкушая приятную процедуру, Мильва расстегнула несколько пуговиц, но тут за спиной услышала голос горничной:

— Простите, но вы вошли не в ту дверь. — Девушка показала на соседнее помещение.

Требую вразумительных объяснений, Мильва нахмурилась и напряжённо посмотрела на прислугу.

— Это ванная комната хозяина, а гостевая рядом, — пояснила горничная.

Мильва недовольно хмыкнула, её ожидания в очередной раз обманули.

Соседнее помещение сильно уступало предыдущему. Те же цвета и узоры, но убранство значительно скромнее. Но делать нечего. Это лучше, чем ничего.

Мильва наконец-то стянула с себя мокрое платье и с наслаждением погрузилась в горячую воду — по телу пробежали мурашки: приятный дурман от наслаждения.

В это время в гостиной Елай ждал горничную Молли с докладом. Когда та вошла, он лишь поднял голову и посмотрел на служанку:

— Гостья принимает ванну.

Елай удовлетворённо кивнул.

— Как она отреагировала на просьбу пройти в гостевую ванную?

— Была раздражена, но вслух недовольство не высказала, — доложила девушка. — Вам что-нибудь нужно? — на всякий случай уточнила она.

— Да, Молли, сделай мне кофе. Ночь, по всей видимости, будет долгой, — с иронией проговорил Елай и перелистнул страницу читаемой им книги.

Горничная кивнула и вышла.

Мильва дала себе время остыть, потом подозвала прислугу и уточнила, где она может найти хозяина особняка. Теперь-то для тесного общения она готова.

Комната, в которую попала Мильва оказалась практически пустой: в ней находились только два кресла, стоящих друг против друга.

«Он издевается?» — возмутилась женщина в начале, но чуть погодя задумка показалась ей привлекательной. Приватная беседа с безмолвным противостоянием. Кто в нём победит?

Елай вошёл и сел в одно из кресел, Мильва опустилась в другое.

— Мы будем пить чай? — издевательски заметила женщина, вспомнив историю, рассказанную Изидой Гресс, и указывая на пустую комнату.

На её лице отразилась нервозность, терзающая воображение и теребящая неудовлетворенное расходящееся желание.

— Вы пришли пить чай?

От совершенно простой на первый взгляд фразы женщина возбудилась.

— Странное место для… общения, — менее агрессивно заметила она.

— Я перейду на вашу половину при одном условии, если вам удастся спровоцировать меня, — без предисловий заявил хозяин особняка.

Это условие насмешило женщину. Раз плюнуть! Она смутила и обаяла стольких молодых людей, что не счесть. Вряд ли очередной мальчик устоит перед её способностями. Если он хочет немного поиграться, она не против. Так даже интересней: удовольствие растянется.

«Против чего не может устоять ни один нормальный мужчина? Конечно, против обнажённого женского тела, — рассуждала Мильва, пока соображала, какую сцену разыграть. — Я правильно сделала, что не надела корсет. Одежда для соблазна и искушения, увы, неудобная, но когда помехи мешали мне действовать. Было бы здесь красное платье…». Но платья не было, потому пришлось выкручиваться.

В одной интересной книжке, которую женщина случайно нашла в библиотеке мужа, давали грамотный совет по поведению в подобных ситуациях. Мильва хорошо его помнила. Совет гласил: «Выберите откровенное, но не провокационное платье, оставьте место для воображения, уложите волосы слегка беспорядочно, но красиво, снимите с себя все запреты и действуйте. Если у вас есть сомнения по поводу внешнего вида или поведения, это мгновенно отразится на лице, что помешает планам. Это недопустимо. Убедитесь, что вы контролируете эмоции и только после начинайте действовать».

Итак, сомнения прочь, ведь Мильва хорошо знала, зачем пришла. Она встала и уверенно пошла навстречу Елайю. Тот покачал головой и жестом показал, что приближаться и переходить на его сторону нельзя. Это обстоятельство слегка сбило Мильву с настроя, она вернулась на место и обошла кресло, перебирая пальцами деревянный витиеватый узор спинки. Женщина взбодрилась, расправила плечи, высоко подняла голову, подала вперёд грудь, сделав её более заметной и желанной, и положила одну руку на бедро, а другой приспустила платье с плеча. Мильва слегка приоткрыла рот, чтобы подчеркнуть чувственность и, как она считала, женственность.

Елай отрицательно покачал головой. Эти стандартизированные жесты выглядели нелепо и только смешили.

Чем больше раздевалась Мильва, тем холодней и отрешённей становился взгляд мужчины, хоть это и противоречило здравому смыслу. Женщина резко выдохнула и усмехнулась. Она зашла за кресло и скинула с себя платье, потом изобразила танец рук, по очереди показала ноги.

Елай отрицательно покачал головой.

«Упрямый какой!» — Мильва решила действовать более решительно, вышла из укрытия, неторопливо обошла стул и прячась за ним, жестом позвала за собой.

Елай не тронулся с места.

«Он издевается?! — разозлилась Мильва. — Такой откровенный выход не мог не тронуть».

Женщина исполнила танец, поиграла бедрами, погладить себя руками, покружилась, демонстрируя плавные изгибы стройного тела, но и это не сработало. На лице мужчины отразилась такая скука, что Мильва смешалась. Она спряталась за кресло и, следуя странному чутью, стала воспроизводить всё в обратом порядке.

Она надела один чулок, второй…

Брови мужчины удивлённо дёрнулись и тут же вернулись на место.

«Наконец хоть какая-то реакция!» — обрадовалась Мильва и продолжила одеваться. Она накинула сорочку, платье, одну перчатку, другую… При этом она продолжала выглядывать из укрытия и воспроизводить плавные игривые движения.

Когда женщина полностью оделась и вышла из укрытия, Елай Лорса поднялся и открыл дверь.

— Это единственное, что тронуло меня сегодня. Вторая часть танца вам удалась. Реакция была живей и человечней. Миссис Илиас покидает нас, — сказал он уже подошедшей прислуге, указал гостье на выход и, не дожидаясь реакции, вышел.

— У вас железные нервы, — заметил Глей, когда раздражённая до нельзя Мильва выскочила из особняка.

— Пошлость меня не возбуждает.

— Мебель вернуть на место?

— Разумеется.

— Но зачем вы попросили её вынести? — из любопытства спросил Глей.

— В привычной обстановке Мильва Илиас чувствовала бы себя чересчур вольготно и непринуждённо. Пришлось ограничить полёт её фантазии.

— Теперь эта женщина, учитывая её состояние, распустит по городу дурные слухи, — заметил Глей.

— Нет. Люди с удовольствием и азартом рассказывают о своих удачах, но редко хвастаются поражениями.