Моя любимая неприятность

Настя О

Моя любимая неприятность

ПРОЛОГ

— Ах, дани Сквор, как вкусно от вас пахнет!

Токсикоман, что ли, ко мне прицепился? Вообще было до ужаса обидно оттого, что меня в темном углу академического коридора зажимал какой-то неоперившийся аристократ! Сначала делал знаки внимания, теперь вот, когда я не повелась, перехватил в малолюдном месте. Что ему от меня было нужно? Работала себе спокойно, ассистировала, починяла примус...

Но это уже было лирическим отступлением. Самым главным фактом в моей интересной новой жизни было то, что на меня распространялась защита самого короля! А Сириус Восьмой словами на ветер не бросался. Только вот у этой защиты был один большой минус: я не могла ни с кем расправиться сама! Королевская метка должна была охранять меня, отгоняя всех неугодных. Поэтому я и страдала сейчас от бессилия с этим — как его там? Армундом? Сигизмундом? Короче, студентом четвертого курса боевого факультета!

Да я даже пнуть его толком не могла! А все эта дурацкая защита от короля!

Молодой человек, надо признать, был весьма хорош собой. Светлые кудри обрамляли породистое лицо, синие глаза сверкали вожделенным блеском. Одет товарищ был с иголочки. Новейшие сапоги и брюки по фигуре. Пуговицы камзола, сверкающие почище любого золота – под стать глазам. А под камзолом находилась чистейшая белая рубашка. Только мне, почему-то, на ум приходили мысли исключительно о том, сколько таких рубашек в день это чудо меняет, чтобы выглядеть шикарно.

То ли дело — Родерик. На нем даже потертые брюки смотрелись так, как будто он сейчас пойдет в них покорять подиумы Лондона и Парижа…

Но это Родерик! А со мной находился совершенно другой человек! Помимо прекрасного возраста и состояния "в самом соку", он был еще и удивительно дерзок. И, скорее всего, любил ходить по лезвию ножа. Но кому в юном возрасте этого бы не хотелось, скажите мне? Одно было плохо — этот юнец решил играть с судьбой со мной в качестве теннисного мячика!

— Сигизмунд... — мягко увещевала я все больше прижимающегося ко мне молодого человека.

— Эрмунд... — поправил он меня, сверкая синими глазами.

— Именно это я и хотела сказать! — обрадовалась я внезапно выигранной передышке. — Может, как-нибудь по-другому решим вашу проблему?

— Моя проблема только в том, — пылко возразили мне, — что вы совершенно не обращаете на меня внимания, дани Сквор! А я так хотел пригласить вас на прогулку.

– Вы считаете, что приглашать женщину на прогулку таким…способом – это лучший вариант? – удивилась я, пытаясь играть роль испуганной лани.

Получалось откровенно плохо. Мне все больше хотелось позвать кого-нибудь на помощь, чтобы оттащили от меня болезного. Иначе я, скорее всего, подняла бы на него не только руку, но и ногу, и парню пришлось бы туго. А мне пришлось бы лишиться защиты, поскольку она работала только на безгрешных людях. С этим Сигизмундом я хотела совершить грех – и даже не один! Только не тот, после которого не всегда бывало стыдно, а иногда – даже приятно.

Ох, согрешила бы я с Родериком…впрочем, об этом даже думать не стоило, пусть и статус позволял.

Но – нет. Каким бы потрясающе красивым ни был этот угрюмый некромант.

Пока думала о своем непосредственном работодателе, ушлый студент четвертого курса совсем зажал меня в углу. И я начала думать, что не просто так этот смельчак тянет ко мне свои загребущие клешни.

– Я считаю, дани Сквор, что нам с вами давно стоило познакомиться поближе!

– А я считаю, дан Рейтингер, что за подобные намеки благопристойной женщине вам стоит пять суток заниматься чисткой туалетов, – прогремел сбоку от нас ледяной голос, от которого у меня побежали мурашки по коже. – Можете приступать прямо сейчас.

Неловкости я не испытывала. В конце концов, не я зажимала студента в углу коридора! Но что-то в тоне внезапно появившегося Родерика заставило меня проглотить вязкую слюну.

Лицо Сигизмунда вмиг преобразилось. От слащавого юнца не осталось ни единого намека, лоб прорезала острая вертикальная складка, кончики клыков оголились настолько, что я подумала, не стану ли десертом для этого дерзкого мага. Но нет, он развернулся лицом к Родерику и процедил сквозь зубы:

– Дани Сквор не была против. Мы вели милую беседу вдали от посторонних глаз.

– Вдали от посторонних глаз, дан Рейтингер, вы можете вести дани Сквор только к бесчестью, – невозмутимо парировал мой настоящий защитник. – Посему — еще пять суток за то, что говорили неправду. Советую не задерживаться, чтобы не усугубить и без того нелегкую ситуацию с вашей отработкой, дан Рейтингер.

– Слушаюсь, – зло буркнул Сигизмунд и, не оборачиваясь на меня, вылетел из темного угла.

Родерик медленно приблизился ко мне:

– С вами все в порядке?

Весь такой высокий, красивый…и недоступный. И темный плащ поверх рубашки с жилетом и брюк ему удивительно шел. Несмотря на наше с ним небольшое обстоятельство, о котором мы предпочитали не распространяться, чтобы не испортить репутации Родерика, я все равно не могла быть с ним рядом. И вроде бы я с этим согласилась…но иногда меня брала от этого плохо скрываемая злость. А сейчас Родерик стоял совсем близко и сверкал на меня своими красивыми зелеными глазами, и злость отчего-то становилась только ярче. А еще – очень хотелось дотронуться до его резко очерченных губ. В последнее время я частенько ловила себя на том, что рука непроизвольно тянется к противному некроманту.

Но до чего же красивым он оказался мужчиной! Один Бог знал, каких усилий мне стоило держать оборону. Половина академии и десятой долей моего терпения не обладала.

Впрочем, пасовать перед Родериком я не собиралась. Он, может, и самый сильный маг империи – и голубая кровь в каком-то там поколении. Только и я не пальцем делана.

Выпрямив плечи и нацепив на лицо безмятежную улыбку, я поправила примятое Сигизмундом платье. «Вот же бестолочь», — с досадой подумала я. Опять придется идти к коменданту и просить разгладить все складки бытовой магией. Ну почему мне не повезло оказаться в этом мире без единой крупицы силы? Я бы размазала этого четверокурсника и без королевской защиты!

Сила, конечно, во мне была. Но я не могла ей пользоваться самостоятельно. Только если нужно было служить батарейкой для какого-нибудь мага. Родерик на эту роль подходил лучше всего. К тому же, я была совершенно не против того, чтобы Родерик пользовался моим резервом. Тем более – учитывая осторожность, с которой он это делал.

Смирившись со своей незавидной судьбой, я подняла на него глаза и вежливо произнесла:

– Очень мило с вашей стороны было появиться и спасти меня от этого прекрасного юноши. Право слово, никогда бы не смогла понять причин, побудивших его на этот поступок. Одного только не пойму: с какой стати вы интересуетесь моим самочувствием?

Признаюсь, скрипящие зубы Родерика пролились бальзамом на мою душу. Что-что, а умением доводить его сладкими речами я овладела виртуозно. Он бесился, я испытывала удовлетворение, которое не могла получить нормальным способом. Поэтому, наверное, смысл слов некроманта и не дошел до меня сразу.

– Может быть, из-за того, что вы пока еще являетесь моей женой? И я обязан защищать вас от подобного вида посягательств?

Родерик говорил спокойно и с расстановкой – в противовес сверкающим в зеленых глазах молниям. А я, раз за разом, прокручивала в голове только что произнесенные им слова.

Затем что-то с грохотом упало на пол.

Кажется, это была моя изумленная челюсть.

Родерик, поняв, что допустил оплошность, решил поспешно ретироваться с поля боя:

– Жду вас дома, Лера. Там и поговорим.

И смылся еще быстрее, чем до этого Сигизмунд. А я продолжила стоять, как громом пораженная.

Такого раньше никогда не случалось.

Родерик впервые назвал меня своей женой.

До этого была и «дани попаданка», и «…неприятность», и «кара небесная», и все это произносилось с таким видом, будто ему на язык попался горький огурец. Какие только определения он ни придумывал мне, лишь бы не называть по имени. Фамилию рода Сквор, кстати, вместо Скворцовой тоже придумал мне он! Мелочный и противный некромант, к которому меня безумно тянуло.

Вредный маг смерти, который никак не мог смириться с тем, что случайно вступил в брак со мной.

А я – попаданка с Земли, которая тоже не горела желанием оказаться в переделке.

Впрочем, давайте начнем по порядку.

С того момента, как все и началось.

ГЛАВА 1

— Эй, Лерка, аккуратнее на поворотах! — дружелюбно отозвался Стас, наш системный администратор, когда я пролетала мимо него по направлению к кабинету начальства.

Я радостно помахала ему рукой и отправилась дальше. У меня пела душа — сегодня был день, когда меня должны были повысить! И веселая вирусная песня, совсем недавно заполнившая просторы интернета, звучала в наушниках в унисон с биением сердца.

Кабинет Рената, нашего начальника, находился на двадцатом этаже здания. И весь этаж снимали мы — консалтинговая фирма в сфере информационных технологий. Моя команда недавно полностью закончила проект одного из ведущих банков, и Ренат был на седьмом небе от счастья после их откровенно положительных отзывов. И денежной компенсации, конечно.

Все мы получили внеочередную премию к зарплате, а мне по секрету еще и намекнули на повышение. Проект приказа, подписанный Ренатом, мне даже по хорошей дружбе прислала Ниночка, бессменный секретарь нашего многоуважаемого босса. Ну как — многоуважаемого? Просто, кроме Ниночки, никто не выдерживал молодецкого задора этого сорокалетнего креативщика. Идеи сыпались из Рената, как из рога изобилия. Недаром его голова была совершенно свободной от волос — для них просто не оставалось места, поскольку все пространство занимали мысли! Ну а мы, верная и преданная команда, должны были эти мысли претворять в жизнь.

Чего у Рената было не отнять, так это способности делать деньги практически из воздуха. Он анализировал возможности и запросы рынка так, что любой искусственный интеллект давно бы умер от разрыва механического сердца. Или мозга! На основе своих умозаключений Ренат строил теории и проекты, которые затем предлагал потребителю.

Не могу сказать, что была в восторге от всех проектов, но итог каждого — материальная компенсация — сводил на нет любые мои возражения. И я была уверена в завтрашнем дне, как никогда. Конкретно завтра я, например, из ведущего аналитика должна была превратиться в начальника группы!

Ренат в обед прислал сообщение, что ждет меня у себя к трем часам. И вот я шла к нему по длинному офисному коридору, с одной стороны которого располагались окна во всю стену, а с другой — маленькие кабинеты наших сотрудников. Почти везде были двери нараспашку, а работа кипела. И я улыбалась всем, кого встречала на пути.

Да и чего было бы не улыбнуться? За окном светило солнце, мне светило повышение…

С лестницы рядом с кабинетом Рената отсвечивала потрясающе красивая змеюка Галочка.

Змеюкой я ее называла из-за того, что она норовила сунуть свой нос во все, что творилось в фирме. То ли профессия рекламщика обязывала, то ли стойкое желание подсидеть всех и вся. Зачем Ренат держал ее на должности, лично для меня до сих пор оставалось тайной. Шефу нашему она по креативности явно уступала. Если только внешностью вышла: красивые и эффектные брюнетки с необычным оттенком зеленых глаз просто так на дороге не валялись. И хотя я подозревала использование линз изумрудного цвета, в сочетании со строгим темным костюмом все это смотрелось действительно потрясающе. Я, натуральная зеленоглазая блондинка с медовым оттенком волос, проигрывала ей подчистую, хоть и не считала себя дурнушкой. Зато я брала интеллектом. Ну и гнильцы во мне тоже не было. За это меня и ценили здесь. Правда, Галочку увольнять тоже не собирались, несмотря на доподлинно известные факты ее плохого отношения к коллегам. Стукачество Ренату, если уж говорить совсем прямо. Я пыталась несколько раз заводить разговор об этом, но все время натыкалась на глухую стену. Ренат как будто не слышал ни одного моего довода, хотя по всем другим вопросам я получала молниеносный отклик.

— Посмотри ее продажи, — неизменно отвечал начальник, когда речь заходила о Галочке.

Я смотрела. И не видела ничего сверхъестественного. Впрочем, вряд ли у Рената был мужской интерес. Он был верно и преданно женат. А вот из соображений прекрасного я бы Галочку тоже держала.

Хотя сейчас, с моим хорошим настроением, даже она не могла испортить мне планов.

— Ой, Лера, ты тоже к Ренату? А он куда-то запропастился, представляешь? Никак не могу его найти.

— У меня назначена встреча на три, — неохотно ответила я.

Завернув рукав пиджака, одетого поверх блузки в сочетании с джинсами, я посмотрела на часы. Без четверти три. Ренат мог подняться на крышу здания и размышлять в одиночестве. Стоило подождать его здесь. Я на всякий случай потрогала ручку кабинета и обнаружила его закрытым. Странно. Ниночки тоже не было на месте.

— Ты не знаешь, где бы он мог быть сейчас? — Галя растянула безупречные губы в приветливой улыбке.

Еще один предмет для зависти. Она точно не пользовалась ни уколами красоты, ни услугами пластических хирургов. Натуральное произведение искусства снаружи. И не очень хорошее содержимое внутри. Слава Богу, что мы с Галочкой почти не пересекались. А уж Ренат сам пусть разбирается, насколько ему позволяет совесть держать таких сотрудников.

Ну, вылитая кобра перед броском. У меня даже возникла идея, что она избрала меня своей следующей жертвой. Живой не дамся, тут же пришла на ум шутливая мысль.

Никто сегодня не мог испортить моего настроения!

— Посмотри на крыше, — отозвалась я. — Он может там думать.

— Спасибо, — поблагодарила Галочка и снова отправилась на лестницу.

И как-то сразу в коридоре стало светлее. И теплее, что ли. Мне было лень идти обратно, и я решила подождать Рената прямо у кабинета. Времени оставалось не так уж и много. Однако, к моему большому удивлению, ни начальника, ни Нины в три часа не показалось. Я отправила Ренату сообщение с вопросом, не отменяется ли встреча. А в ответ получила короткое: “Поднимайся на крышу. Скоро буду”.

Пожав плечами, я отправилась по той же лестнице, по которой недавно ушла Галочка. По дороге наткнулась на золотой браслет с изумрудами, который точно видела на запястье змеюшеньки. Надо будет отдать при встрече. Или после совещания с Ренатом занести ей в отдел.

Точно, так и сделаю.

На последнем этаже имелась дверь, ведущая на крышу. Часть крыши была оборудована под подобие смотровой площадки, и многие сотрудники со всех этажей любили ходить туда, чтобы поразмышлять. Вид открывался действительно потрясающий. Яркое голубое небо и офисные высотки вокруг. Не знаю, как остальные, а я очень ценила комфорт и удобства. У нас всего этого было с лихвой. Поэтому у меня никогда бы не возникло желания самолично написать заявление об увольнении.

Да ни за что в жизни!

Я умела работать и умела держаться за работу. Самое главное — не боялась трудностей. И очень хотелось бы верить, что мои заслуги будут оценены.

Выйдя на смотровую площадку, я огляделась. Рената нигде не было видно. Я обошла вокруг козырька с дверью, убедившись, что и за ним начальник на крыше тоже не спрятался. Вообще такое поведение ему было несвойственно. Может быть, они с Ниночкой убежали на обед и не успевали вернуться? Хотя обычно опоздания за ними не водились. В любом случае, паниковать не было смысла. Если Ренат сказал ждать, значит, буду ждать. Тем более погода хорошая. Летнее солнце грело кожу лица, и от этого еще больше хотелось улыбаться!

Я подошла к перилам и осторожно выглянула вниз. Нет, я не искала там Рената. Но высоты боялась с детства. Как-то мы с сестрой ездили на велосипеде, меня усадили на багажник и стали не очень аккуратно катать. Сестра была безбашенной и решила, что с грузом за спиной сможет перепрыгнуть через небольшой овраг, ведущий к реке. Не вышло. И если сама она отделалась легким испугом, то я кубарем свалилась с высоты и летела, перекатываясь, почти до самой воды. Травм не получила никаких, кроме ссадин. А вот страх остался на всю жизнь. Поэтому, возможно, я и не жаловала такие места, как наша крыша.

Ладонь внезапно обожгло. Чертыхнувшись, я разжала ее и обнаружила, что браслет Галочки как-то умудрился поцарапать кожу. Не стоило вообще брать его в руки! Но теперь уже никуда не денешься, придется отдавать.

Пока стирала выступившие капли крови, зазвонил мобильник в кармане. Номер принадлежал, как это ни странно, Ренату. Я приняла вызов и ответила:

— Слушаю, Ренат.

— Где тебя носит, душа моя? Я тебя жду-жду, а ты все не идешь и не идешь!

Голос начальника не выглядел раздраженным. Скорее — удивленным. Как и он сам, я никогда не опаздывала. Пунктуальность была впитана с молоком матери. Шутка шуткой, но даже мужчины, с которыми я периодически встречалась, иногда ставили мне это в вину. Видите ли, женщина должна быть немного женщиной и уметь опаздывать хотя бы на пять минут.

Стоило ли говорить, что отношения с подобными субъектами ограничивались единственным свиданием?

Никогда не считала, что женщина должна вести себя как-то по-особенному. Что же, теперь подстраиваться под всех, кто считал меня ненормальной? Вот еще. Я не страдала заниженной самооценкой, чтобы вестись на дешевые провокации. И на работе это ценили.

Жаль, конечно, что только на работе. Но пока приходилось выбирать меньшее из двух зол.

— Получила от тебя сообщение и жду на крыше, возвращаясь в настоящее, — ответила я боссу.

— Какое сообщение, Лера? — в голосе Рената послышалось неподдельное удивление. — Я жду тебя в кабинете уже минут двадцать. Думал, ты придешь пораньше, и все обсудим до конца обеда.

— Я примерно так и пришла. Но дверь была закрыта, а потом я получила смс.

— Чертовщина какая-то, Лер! – воскликнул начальник в своей излюбленной манере. — Давай-ка возвращайся, поговорим с глазу на глаз, пока не хлынул поток клиентов. У меня на половину четвертого уже запланирована встреча.

— Бегу, Ринат.

Прервав разговор, я убрала телефон в задний карман джинсов и выдохнула через нос, поджав губы. Действительно какая-то чертовщина случилась. Не доверять Ренату у меня оснований не было. Еще раз убеждаться в том, что сообщение действительно пришло с его номера, — тоже. Но стоило поторопиться: часы показывали начало четвертого, а долго ждать босс не любил.

Только подумав об этом, я почти сразу ощутила, что не могу ступить и шага. Браслет в ладони начал нагреваться, а меня неожиданно потянуло к парапету. Не в силах противиться желанию, я дошла почти до самой границы, когда увидела это.

Но я просто не могла этого видеть!

За перилами творилось невообразимое. В воздухе на уровне моих ног раскинулась воронка из облаков темно-зеленого оттенка, очень похожая на изображение черной дыры из фантастических фильмов. Она извивалась и закручивалась к центру, а по ее краям, то и дело, пробегали черные молнии. Я поняла, что смотрю на эту картину расширившимися от ужаса глазами. Нужно было срочно бежать от этой галлюцинации!

Только вот моим планам не суждено было сбыться. Я не знаю, кто это сделал и какой физической силой мог обладать человек, чтобы сотворить такое… Но меня внезапно подхватили сзади и столкнули прямиком в воронку. Браслет Галочки как будто прожег на ладони дыру. Я закричала, что было силы, и полетела прямиком в самое сердце стихии.

***

Посреди каменного зала стояли двое мужчин. Король Сириус Восьмой — умудренный годами маг из древнейшей семьи — и его верный друг и товарищ Родерик, герцог Риверстоун, обладающий самым сильным даром в королевстве. Чтобы провести ритуал призыва мага из другого мира, они закрылись в подземелье, где раньше находились королевские казематы, от которых сейчас осталось одно лишь воспоминание. Последний серьезный бунт, подавленный Родериком, надолго отбил у разбойников и других нарушителей закона охоту идти против короны. Впрочем, ни король, ни Родерик этим не хвастались. Деревня мертвых до сих пор являлась им обоим в кошмарах.

— Родерик, ты уверен, что мы все делаем правильно?

Сириус Восьмой, высокий и мощный мужчина, облаченный в королевскую мантию благородного винного оттенка, с сомнением смотрел на то, как друг рисует в воздухе символы призыва.

— Как и то, что я все еще являюсь вашим придворным некромантом, милорд.

Сириус Восьмой знал, что товарищ ненавидит подобные вопросы, однако вслух никогда не выскажет неодобрения. Всему виной было врожденное чувство такта герцога Риверстоуна, о котором раньше ходили легенды.

Все изменилось после того, как в деревне Эсфот кто-то превратил всех жителей в умертвия. Когда Родерик решил эту проблему, его стали по-настоящему бояться. А деревня стала называться Мертвой.

Это был тяжелый выбор, но Риверстоун сделал его, чтобы не увеличилось количество жертв. Недавно воскрешенные умертвия могли наделать множество бед, если бы Родерик вовремя от них не избавился.

— Мне не нравится магический фон воронки, Родерик, — дипломатично заявил король.

— Желаете остановить ритуал, когда мы так близко к цели? — осведомился некромант, не отрываясь от своего занятия.

— Ты все время переворачиваешь мои слова с ног на голову! – пожаловался король. — А я всего лишь пытался сказать тебе, что переживаю за тебя.

— Не переживайте, — ровным голосом отозвался Родерик. — Больше энергии, чем есть у меня, этот портал все равно не заберет.

— А что прикажешь делать мне, если это случится? — взвыл король. — И кто будет бороться с последствиями, если мой лучший маг потратит все свои силы?

— Разрешите ничего вам не приказывать, Ваше Величество, — ничуть не смутился Риверстоун. — Позвольте лучше не отвлекаться от ритуала.

Он как раз закончил начертание нужных знаков и принялся произносить заклинание, которое могло открыть портал между мирами. Знаки ограждали портал от того, чтобы он не расширился и не поглотил собой все имеющееся пространство. Родерик слишком хорошо знал, какой могла быть цена ошибки.

Между пылающими изумрудными символами появилась небольшая темно-зеленая воронка. Затем она начала расширяться, пока, наконец, в диаметре не достигла человеческого роста. По краям закручивающегося портала стали вспыхивать молнии — верный признак того, что нужный пассажир зашел в портал. Значит, браслет Эбигейл скоро будет у них.

Риверстоун сосредоточился: чтобы получить пассажира, требовались собранность и отличная концентрация. Один раз беглец уже ускользнул из его рук. Точнее, беглянка…второго раза допустить было нельзя.

Воронка поднялась над полом. Молнии стали сверкать чаще. Затем Родерик и Сириус Восьмой услышали приближающийся человеческий крик. Женский. А потом Сириус Восьмой с удивлением воззрился на выпавшую из портала незнакомую девушку.

— Родерик, ты уверен, что мы доставили нужного человека? — с сомнением спросил он.

— Теперь — не очень… — признался Родерик, разглядывая девушку.

То, что перед ними без сознания лежала женщина, не вызывало вопросов. Длинные и волнистые светлые волосы разметались по темному мраморному полу, открывая миловидное лицо. Все нужные изгибы и мягкости тоже наличествовали.

Одета только девушка была странно: в обтягивающие синие штаны и странного вида короткие сапоги. Под непривычно коротким сюртуком угадывалось подобие рубашки. А еще — красивая фигура, на которую Родерик тоже успел обратить внимание.

— Надо бы вернуть ее обратно, — ворвался в его мысли голос Сириуса Восьмого.

В тот момент Родерик и понял, что этого сделать не получится. В раскрытой ладони девушки лежал расплавленный браслет Эбигейл.

***

Мне было плохо. Очень плохо. Тошнило, морозило — и вообще. Вдобавок ко всему, голова просто раскалывалась. И я лежала на чем-то холодном!

Стон вырвался сам собой, и, не открывая глаз, я услышала чей-то незнакомый голос:

— Родерик, слава богам, она очнулась!

Глаза я открывала с трудом. Не знаю, как вообще осталась живой после того, как меня сбросили с крыши офисной многоэтажки. Узнаю, кто это сделал — ух, кому-то не поздоровится! А вот того, кто меня спас, нужно будет обязательно поблагодарить…

Их оказалось двое. То ли у меня еще не пришло в норму сознание, то ли это все был обман зрения, но мужчины смотрели на меня, а над ними кружили какие-то светящиеся зеленые каракули. Цирк, да и только. Или театральное представление. Скорее всего, второе, поскольку одеты мужчины были весьма странно.

К сожалению, в истории я была несильна, но одежда моих спутников явно относилась к прошлым векам. На том, что старше и опытнее, с проседью в темных волосах и любопытными темными глазами, была надета красная мантия, под которой угадывался то ли пиджак, то ли плотная рубаха на пуговицах. Что было ниже, я не рассматривала, поскольку моим вниманием целиком и полностью завладел второй субъект.