Игры возле дома

Максим Макаров

Игры возле дома

До эпохи межгалактических перелетов космонавты Виатерры координировали путь корабля по известным космическим телам. Программа определяла расположение космических тел с учетом их периодических характеристик и выстраивала цифровую модель пространства, в которой намечали траекторию движения. Затем корабль воспроизводил эту траекторию. Поскольку звезды и планеты не могли резко менять своих орбит, перемещение внутри галактики было математически несложным. Принцип координации был также использован для полета к соседним галактикам, но чем дальше жители Виатерры уходили в Космос, тем труднее было искать точные периодические данные. И галактики подвержены движению, и целые галактические скопления. Управляемый аппарат или даже зонд могли лететь на очень большие расстояния, но обратный путь был совершенно неясен из-за огромной непредсказуемости. Объекты и сигналы от объектов насчитывали миллионы, миллиарды комбинаций – и какую же выбрать, чтобы передать свой сигнал? В течение долгого времени это было большой проблемой. На Виатерре знали об опыте дальних перелетов других цивилизаций, но не хотели никого копировать механически; кроме того, отдельным жителям Виатерры были доступны уникальные возможности в овладении пространством. Их, в отличие от научно-технологических школ, нельзя передать новым поколениям. Однако общий труд в сочетании с индивидуальным талантом и гением позволили создать оригинальную систему межзвездной навигации. Она основана на фиксации устойчивых сигналов. Сигналы могут иметь самое разное происхождение – от очень слабого фона до сильных волн. Важно описать спектр сигнала и его взаимодействие с другими сигналами, и чем их больше, тем полнее будет информационная модель. Фактически, программа изображает космос в виде пересечения сигналов, не учитывая реальной материи. Более того, программа воспринимает пересечения естественных информационных потоков как материальные объекты, как некие опорные точки. Она не создает модель пространства, она – показывает, как меняется пространство. В этом беспрерывном потоке изменений программа видит все необходимые точки и по ним ориентирует конечный курс, находя в пространстве свободные дороги. Сам путь может быть и запутанным, и почти прямым. На сверхскорости все пути кажутся прямыми, и это почти так, поскольку сверхскорость создает мощную аппроксимацию (сглаживание). Поэтому очень важно координировать корабль на сверхскорости. При небыстром движении опытные пилоты могут ориентироваться по физическим объектам напрямую, сложная программа им не требуется. Надо только иметь опыт.

Еще надо уметь решать математические задачи, которые до этого нужно сформулировать. Движение опорных информационных «узлов» настолько хитрое, что формулировку цели почти никогда не доверяют автоматической системе, даже если она летала по маршруту сотни раз. Задачу ставит обладатель настоящего ИВР (он может привлечь для этого искусственный интеллект, если тот надежен). Даже очень опытные виатеррианские пилоты предпочитают иметь несколько вычислительных систем на корабле, не считая своих голов. Рэй Всеволод привык всегда советоваться в этом с кем-нибудь из старых знакомых и всегда старался, чтобы для дальних перелетов у него в команде были старые знакомые. Конечно, сам он был по меркам Виатерры еще очень молодой, но считал, что один год тесного сотрудничества – это уже много. Он много рассказывал Виктору о работе принципа дальней координации и даже показал, как вносить данные в гигантскую программу. Кое-что надо просто напечатать, как при наборе текста. Но Рэй все вводил сам, или делал это вместе с Уолтером, который проверял надежность информационных опорных точек. Для этого тоже есть программа, и требуется знать специальные разделы физики.

- Я это уже начал читать, но еще не успел. Там одно только вступление на сто страниц, а всего их 720. Это если взять одну книгу, но ведь там целый стеллаж. Мистер Рэй, как бы мне торпедировать этот процесс?

- Вик, можешь не торопиться. На сверхскорости будет, по крайней мере, два дня внутреннего времени, чтоб лежать и читать без конца. Я понимаю, что за два дня… сколько-то книг прочитать можно, только требуется еще практика. Мы вместе с Уолтером неплохо разобрались. Мы полетим очень скоро.

- Да? – Виктор заулыбался и побежал к Гленну Хитроу, который вел рутинную работу программиста. Правда, не очень понятно, для какой задачи он старается.

На самой Базе все теперь работает идеально. База – большой многофункциональный комплекс, совмещающий функции НПО и НИИ, там также есть устройства для работы и приема воздушного транспорта. Все системы подчиняются Сандре, которая решила подождать с новым телом до возвращения на Виатерру. Виктор не очень понимал, зачем Сандра воспроизводит морфотип обычных девушек, ведь она бы могла сделать себе мощное устройство. Виктор ходил по Базе, по 1-му материку; но он давно осмотрел все-все окрестности и поэтому гулять было уже неинтересно. Если что-нибудь требовалось в работе Базы, он помогал незамедлительно. Время от времени он подходил к Чоди, не способному даже рот открыть, и проверял, как тот себя чувствует. Вокруг «бывшего профессора» постоянно действуют маленькие бойкие роботы, сообщая, если что-нибудь нужно. Чоди морщил лоб и думал без конца, но не выводил при этом свои мысли на экран, хотя мог бы; его ментальные блоки подключили к устройству, которое позволяет общаться через написанный текст. Виктор думал, что Чоди обиделся на них из-за событий последних месяцев. Ни Уолтер, ни Рэй, ни Сандра никогда не обращались к Чоди напрямую. Гленн преимущественно сидел в комнатах, и поэтому не видел Чоди чисто физически. Чернопалия прошла мимо. Ее звонкий голос напоминал Виктору о школе, о знакомых, с которыми Виктор очень дружил – но теперь они казались какими-то слишком несерьезными. Ведь они же не бегали под огнем, не стреляли по КОБам.

А Виктор стрелял.

На 3-м материке Тембестор сильно повредил структуру биоценозов, а некоторые земли он попросту сжег, в рамках тренировки КОБов или для развлечения. Но все же множество популяций пережили опасное время в горах, в далеких карстовых разломах, поросших сухими лесами, возле болот, куда альтерантам лень было лезть ради простой охоты. Сильней всего пострадали низинные тропические леса и сухие степи. На месте последних активно формируется пустыня, хотя и нельзя сказать, что песок заполнит всю прежнюю степь. Рэй видел много форм суккулентных растений, способных расти прямо на песке, при этом, как описано в литературе, их корни участвуют в формировании настоящей почвы. Если такие виды распространятся повсюду, они превратят песок обратно в степь, а затем, возможно, появится новый лес. Рэй долго думал, какие экологические меры стоит предпринять на 3-м континенте; в итоге он решил ничего не трогать, тем более что опыта такой работы у него не было. Уолтер участвовал в каких-то работах по восстановлению природы на других планетах, но Рэй решил не отвлекать Уолтера еще и этим. Уолтер вместе с Рэем выстроили несколько маршрутов для возвращения обратно. Они немного отличались от исходного. Старый маршрут пропал вместе с Головным кораблем. Им теоретически мог воспользоваться Мирволл… едва ли это на что-то повлияет, он повел корабль куда-то вглубь этой галактики, а совсем не к Виатерре. Рэй еще не летал до Виатерры именно с этой планеты, поэтому он для подстраховки выбрал более длинный маршрут с очень надежной опорной точкой. В той части космоса все туманности состоят преимущественно из фиолетовых оттенков.

- Мне приснился юный сад, полный вишен и сиреней. Вишни – тоже фиолетовые? Я-то их видел преимущественно белого, или розового цвета – если брать цветы. Но их плоды тоже не фиолетовые. Я понимаю, это метафора. Как там у него было? …Юный сад, полный вишен и сиреней, на свету они дрожат – и что-то делают. Без сравнений. Стихотворений. Уолтер, ты не помнишь, как там было?

- Этот поэт кажется мне излишне сентиментальным. С другой стороны, его пейзажные описания весьма сильные и выразительные. Но он всякий раз сводит смысл к перечислению своих личных страстей. А это никому не интересно.

Программа была уже практически написана и системы в очередной раз проверяли ее на предмет чисто технических ошибок, опечаток или неточностей. Гленн сказал, что будет следить за этими системами, но на самом деле они все делают сами. Проверяющие системы тоже могут ошибаться.

Рэй принялся вспоминать, какие еще были стихи у того поэта, и мог вспомнить произведения либо о природе (без активных событий), либо о переживаниях; приключения и другие динамичные процессы тот поэт не описывал. Его творчество не было слишком интересным ни для Рэя, ни для Уолтера, но почему-то Рэй вспомнил именно те строки. Вокруг его высокого дома были заросли, которые цвели почти круглый год, но это не сирени.

Вылет произошел в штатном режиме. Чернопалия вместе с Уолтером вошла в главную кабину, где на экранах висело подробное описание первой части маршрута. До этого Уолтер подробно говорил о нем, и теперь он вновь объяснял подруге частные детали и общий принцип. Чернопалия еще с первого раза все прекрасно помнила, просто в такой момент ей хотелось побыть вместе с Уолтером. Корабль быстро приближался к состоянию сверхскорости. Роботы-артиллеристы надежно закреплены в своих нишах (в их конструкцию Рэй внес некоторые изменения и очень хотел рассказать об этом в Военной Академии). Капсулу с Чоди тоже закрепили. Гленн полулежал на одном из диванов в большом зале и, в принципе, мог бы перенести сверхскорость даже в таком состоянии, у него уже есть опыт. Но он не хотел, чтобы это увидели Виктор или Чернопалия. По-деловому вздыхая, Гленн пошел в свой отсек.

Чернопалия легла и совершенно не ощущала внешнего движения. Ей даже показалось, что не корабль движется через космос, а наоборот, ткань космоса летит мимо корабля и остановится, когда наступит нужное время. В походной сумке сжимающее пространство прячет несколько пробирок, миниатюрные инструменты для биохимии, планшет, аккумулятор и заслуженный бластер. Все оставшиеся заряды Чернопалия передала Уолтеру, чтобы он их передал Рэю, а Рэй поместил их в спецконтейнер. Но она почти уверена, что часть зарядов Уолтер сохранил и отдаст ей, когда они прилетят. Чернопалия не знала, в кого она будет стрелять, и понадобится ли стрелять вообще. По ее просьбе Сандра проверила все цифровые архивы нового корабля и заверила, что «компромата» там нет. Это хорошо. По крайней мере, даже если кто-то проболтается – не будет четких доказательств, что Чернопалии приходилось быть среди альтерантов. «Тебя точно убьют» – говорил Тембестор, – «если будешь у них». Грациг называл номера законов, цитировал какие-то документы… желая напугать ее окончательно. Где теперь этот ничтожный тип! Его ИВР не сохранилось. Тембестор дрожит в сжатом состоянии и будет в нем вплоть до суда. Если его и выпустят, ему не дадут развернуться.

Он может дать некоторые показания. Он… знает имя Чернопалии. Но можно сказать, что это все обман, и к тому же нет официально задокументированных записей, где бы Чернопалия стреляла по коллегам. Если Чоди вспомнит о чем-то, это, скорей всего спишут на потрясение и ментальный сбой. Сандра так сказала. На минуту Чернопалия подумала: стоит ли этому Чоди жить вообще, сумеет ли он сделать что-нибудь хорошее? Она не собиралась его убивать, просто она не могла придумать, чем такой ИВР сможет заняться после выздоровления. Ей и Уолтеру Сандра сообщила кое-что по секрету. Информация после прочтения сразу исчезала, и Гленн совершенно не мог засечь содержание их разговоров. Перед гиперпрыжком Чернопалия еще раз подошла к Уолтеру.

Виктор собирался читать книги и даже отметил в них наиболее важные страницы. Стены стали синими, затем сиреневыми – так показалось Виктору. Подумав, что цвет не тот, Виктор хотел сообщить командиру. Для этого надо было идти в вязкой атмосфере. Виктор встал и сразу же сел; на сверхскорости пространство сделалось туманным, словно расплывающимся, и все стены, все покрытия полов были похожи на туман. Виктор подумал, что продавит пол насквозь, если пойдет. Он стал набирать текст, чтобы передать его по цифровой связи и постоянно нажимал не те буквы. Что-то он все же набрал и почувствовал, что не видит команды «отправить». Виктор наобум нажимал на значки функций, потом выключил планшет и лег на подушку. Одеял на Базе не делали, потому что Рэю это попросту не пришло в голову. Он думал, одеяла нужны лишь маленьким детям. Виктору было немного зябко, он ворочался на упругом синтетическом матрасе, стараясь выбрать более удачную позу. Он чувствовал, что не спит, но также ни о чем не думал. Пожалуй, лежать в таком положении целый день было бы скучно. В складских помещениях Базы Виктор нашел много портативных видеоигр – некоторым из них было очень много десятилетий, но они все работали, и что самое удивительное, общая суть игр не изменилась за все эти годы, даже дизайн остался почти тот же. Виктору доводилось играть в эти штучки прежде; там, где объект движется по разным локациям и дерется с врагами, там все было просто – с точки зрения восприятия логики игры. Управлять объектом зачастую совсем не просто. Надо добраться до финала, сокрушая всех врагов. Иногда приходится решать логические задачи. Некоторые игры целиком состоят из решения задач, это одновременно увлекает и утомляет. Виктор дважды проходил игру с боевым шаром и еще ни разу не довел до финала игру с зайчиком. Он очень похож на персонажа мультфильма, только Виктор забыл этот мультфильм. Он нажимал на кнопки – то быстрее, то медленнее; заяц приобретал стремительность и постоянно соскальзывал в пропасть. Виктор поставил игру на паузу. Все вокруг превратилось в туман. Виктор закрыл глаза и проснулся, когда корабль уже выходил из сверхскорости. Виктор огляделся. Не увидев вокруг никаких изменений, он снова стал играть.

Заяц скачет и не умирает; если у него кончилась линия жизни, он говорит «Эх! Не доехали!» или «Ой! Опять сначала?», или «Авентура!», или еще что-то. Фраза появляется на экране, как в комиксе. Виктор увлекся и очень хотел помочь зайчику. Может быть, в самом мультфильме у него не было таких больших приключений.

Впереди пропасть, которую ни перепрыгнуть, ни перелететь. На уровне крыльев не дали. Нужен мост; вероятно, где-то был вход на подуровень с логической задачей. Заяц и Виктор облазили все предыдущие места, прыгали везде, но потайная дверь не открывается. Может быть, там не дверь, а рычаг; еще бывает, что уровень меняется, если делать что-то много раз. А что делать много раз? Логически никак не удается найти ответ. Вероятно, заяц должен был взять нужный предмет на другом уровне, но не взял, и теперь мост не появляется. Уровней было очень много, и на каком из них искать? Опять с начала проходить?

Виктор нажал на паузу.

- Коллега, как дела? Ты нормально себя ощущаешь?

- Немного холодно, товарищ командир. Сейчас уже полегче. Мы меняем скорость?

- Да, гиперпрыжок сделан. Можно полюбоваться на фиолетовые туманности. Они как картины. Странно, холодно не должно быть, поскольку при гиперпрыжке все разогревается. Кроме того, у нас регуляторы температуры. Знаешь, после гиперпрыжка иногда испытывают слабость и тошноту. У тебя ничего такого?

- Вроде бы нет.

- Тогда все в порядке. Пойдем поглядим на космическую живопись.

Виктору не хотелось расставаться с зайцем, который застыл между пропастью и овальным врагом. Но он никогда не видел фиолетовых туманностей (до начала всей истории он видел только Виатерру и соседние с ней секторы космоса). В большом зале экраны отображали все, что окружает корабль. Фиолетовый цвет имел множество оттенков или полутонов, но везде он был фиолетовый, а не вишневый или пурпурный. Огромные газовые скопления изображали пейзаж, вдоль которого двигались исполинские птицы и драконы. По крайней мере, Виктор посчитал их драконами. Деревьев он не разглядел, зато гор и облаков было очень много; а под ними были волны океана. Фиолетовые цвета были везде, они перемещались, но не путались, поэтому картины можно было разглядывать подолгу. Во многих местах изображения испещрены мерцающими точками. Виктор думал, это редкие формы энергии. Но это были просто звезды. Они освещают простор бесконечности, не имея явной цели.

Мимо идут другие лучи, от дальних структур. Некоторые из них явно рукотворные. Рэй мельком определил, что те сигналы посланы несложной аппаратурой, следовательно, их хозяева также не слишком сложные. Эти сигналы время от времени появляются даже в удаленных частях космоса и большей частью они – безнадежно устаревшие послания. С другой стороны, это говорит о том, что разумных миров чрезвычайно много. Рэй слышал академические споры о том, можно ли долететь в другую Вселенную, но не задумывался всерьез об этом.

- Гораздо проще проходить в другие измерения – если они существуют. Вообще этот термин очень условный и в науке почти не используется. Так что ли, Уолтер?

- Насколько я помню, о других измерениях любят говорить представители массовой культуры.

- Да! Это тема для сериалов. У нас, правда, ограничения по ним, а в других мирах они идут потоком. Некоторые транслируются у нас и утверждают, что других измерений гораздо больше, чем реальных планет. Исходя из этого, теоретически можно допустить, что хотя бы часть из них расположена не в нашей Вселенной. Но как они наладили телепортацию в этих своих вселенных, непонятно. Ведь это очень дорогой процесс. У нас требуется огромный запас энергии и координации… Сигналы идут потоком. Некоторые как будто я слышал. Это что?

На одном из экранов Рэй увидел комбинацию, которую альтеранты использовали в прошлом. Этот шифр самый простой, поэтому от него отказались серьезные предводители. Рэй приблизил комбинацию, и она распалась на составляющие. Сигнал совсем недавний. Более того.

- Он опять вышел. И идет в нашу сторону. Коллеги, объявляю сбор. Уолт, позови… она здесь уже. Мисс Сандра! Вы фиксируете?

- Да, мистер Всеволод. Сигнал идет от искусственных объектов, расстояние до них – Сандра показала цифры и они по меркам корабля почти ничтожные. – Судя по спектрам, там неживой мир. Волн ИВР не отмечено.

- Все равно – КОБы или другие изделия банды могут навредить везде. Коллеги, я думаю, нам стоит обезвредить ту поверхность. Вики, сбегай к Гленну. Он не отвечает.

Виктор побежал в нужный отсек и застал Гленна сидящим на полу, поверх матраса, в окружении бумажек. Многие из них были испещрены тайнописью, которую Гленн придумал лично для себя. Один его кроссовок болтается на мысу. Другую ногу Гленн спрятал под себя и усиленно пишет.

- Мистер Гленн, это программа будет?

- Нет, это отчет… мы должны отчитываться о проделанной работе. У меня много информации, но я не могу выверить структуру.

- Командир позвал.

- Зачем? Мы не вышли к туманностям?

- Вышли, но там КОБы! Могут быть! – Вик ощутил приступ воодушевления.

- Час от часу не хуже! – Гленн заковылял вслед за Виком. Рэй вместе с Сандрой и Уолтером провел подробный анализ сигналов, полученных от структур, несущих знак альтерантов. Альтеранты не сидят на той поверхности, там только автоматические объекты, небольшие, но довольно многочисленные. Космических кораблей или станций нет. Связь малоактивна. По всей видимости, альтеранты создали там форпост, чтобы пережидать и прятаться; сигнал позволяет оценить общий тип объектов.

- Это КОБы. Я не вижу у них сигналов внешнего управления. Но они в боевом режиме, возможно, готовятся к вторжению.

- Куда тут вторгаться? Ты скажи!

- Надо думать не о том, что они собираются делать, а о том, что делать нам. В целом, все понятно. У нас мощный батальон.

- Кто?

- Роботы. – Рэй набрал команду, чтобы корабль вышел прямо к источнику сигналов. – Артиллеристы имеют большой опыт – кстати, благодаря нам. Не зря же мы брали столько лазерных зарядов. Мы оперативно решим здесь проблему.

- Еще зд-е-есь… - Гленн хотел заговорить скорбным тоном. Рэй его оборвал:

- Друг, замолкни. Мы уже сделали так много, что еще чуть-чуть нас не затруднит. Мы ведь умеем это делать. Под нашим управлением артиллеристы высадятся на поверхность и перестукают всех КОБов.

- А мы сами… не должны сходить?

- Если хочешь. У нас есть шаттл. Но я думал управлять с орбиты.

- С орбиты – будем не убиты – бормотал Гленн. – Идиотизм. Да нет, ничего, все прекрасно! Командир… А Уолтер чего?

- Хорошо, что напомнил. Коллега Уолт, когда приблизимся, проведи скрининг поверхности.

Но источник сигналов уже перед ними. Это – сильно измененная планета, похожая скорее на огромный кусок камня, который в некоторых местах отшлифовали и вырезали на нем рельеф. Он довольно грубый. По просьбе Рэй Уолтер оперативно провел корабль вокруг экватора планеты и над полюсами, одновременно фиксируя направления сигналов. Рядом с южным полюсом есть обширная равнина, от которой в одну сторону идут скопления скал с прямоугольными вершинами, с другой – стоят большие кубические структуры, вроде тех, что были на 5-м материке. КОБы есть во всех трех зонах. В северном полушарии сигналы не фиксируются. Однако Рэй решил произвести высадку батальона именно на южном полюсе, чтобы артиллеристам не пришлось тратить энергию на долгий марш. Рэй пытался понять, есть ли у КОБов фланги и тыл, или они распределены дисперсно. Он склонялся ко второму варианту. Пока Уолтер настраивал для спуска шаттл, Рэй вывел из гибернации капитана артиллеристов, первый взвод, и еще двоих лейтенантов.

- Капитан. Опять есть работенка. Вы будете работать на поверхности.

- Так точно!

- Надеюсь, там нет высокоточных орудий.

- Так точно.

Капитан слушал Рэя, но отвечал однотипно, также как и все остальные артиллеристы. Перед вылетом у них отключили все программы автономного действия. Рэй вызвал Сандру.

- Проверьте связь с ними. Мы будем управлять, как в компьютерной стратегии. Виктор, тебе же нравятся такие штуки! Гленн?

- Я не испытываю удовлетворения от передачи сигналов таким этим…

- Ты так и не научился. Будешь тогда следить за их состоянием в целом. Коллеги, у нас три направления. Самое трудное, пожалуй, управлять артиллеристами среди прямоугольных гор. Там везде могут быть ловушки, засады, а также укрепленные позиции.

- Я возьму это направление! – сказал Уолтер.

- Я тоже постреляю! – Чернопалия встала рядом с Уолтером.

- Тогда, Вики, управляй своими возле кубических холмов. Гленн, следи, если я начну ошибаться. Или если у артиллеристов возникнет программный сбой. Сандра, Вы тоже следите за программой и кораблем.

- Хорошо, командир.

Они находились на орбите и ловили простые ритмичные сигналы КОБов. Шаттл – который был еще на Головном корабле, который дождался нового корабля – оперативно доставил капитана и первый взвод на поверхность. Чтобы не перегружать борт, лазерное оружие отправили следующим рейсом. Затем отправили новый взвод с лейтенантами, затем доставили им оружие. Сенсоры капитана отмечали спорадические движения вдоль поверхности планеты; с активностью атмосферы это не связано. Живые объекты также отсутствуют. Коллеги видели причудливые клубы пыли, иногда – с выростами. Они перекатывались по камням и застывали. Когда капитан наступил на один из них, клубок рассыпался и ничего не произошло. Система ловила разрозненные сигналы КОБов. Коллеги повели артиллеристов одной колонной. Виктор (глазами лейтенанта) рассматривал небо с россыпью звезд. На той части планеты была ночь. Артиллеристы скоро достигли зоны, где сигналы КОБов резко усиливаются.

За невысоким рельефом распложены ровные поля, за ними у горизонта виден такой же рельеф. Группа Гленна остановилась за камнями, а Рэй вместе с Виктором повел других артиллеристов к кубическим массивам, при этом он видел все боевые группы. Вдалеке показались точки и стали смещаться. Это довольно медлительные конструкции. Однако Рэй велел не бросаться вперед. Он увидел, что в сторону Гленна выдвинулись КОБы с громоздкими очертаниями.

- Стрелять уже?

- Если хочешь.

- Их надо сразу уложить или выманить?

- Дай-ка мне! – Рэй постучал по клавишам и от артиллеристов полетел лазерный фронт. Он вскоре исчез, поскольку КОБы бежали назад. Многих из них задело, но, по всей видимости, у них недурная броня. КОБы спрятались за рельефом и стали перестреливаться с группой Гленна. Несколько раз КОБы выглядывали вперед и таких КОБов артиллеристы ликвидировали. Большая часть не идет вперед и предпочитает отсиживаться за естественными укрытиями. Камни крошатся. Ни у КОБов, ни у Рэя не было таких средств, чтоб разнести камни вдребезги единомоментно.

Виктор видел совсем других КОБов – полусферы на длинных спицах перемещались по поверхности и прыгали. Эти объекты напоминали тех, что использовал Грациг. Это даже не КОБы, а просто автоматические боевые установки. Их движения были очень однотипными, и вместе с тем – быстрыми. Виктор замечал снующие тени – в отличие от артиллеристов, которые не успевали так скоро поворачивать стволы лазеров. Объекты перемещаются в одиночку, в самых разных направлениях, атакуют только группой. Одному артиллеристу сбило сенсоры на правой части головы. Виктор велел ему лечь и стрелять. Артиллерист стал бить под углом 20 градусов. Часть объектов убежала, некоторые попали под огонь. Они старались обойти его слева и справа. Виктор заметил скользящий силуэт позади собрания из 12 глыб и дал туда залпы. Объекты распались. Но с другой стороны в атакующую группу прилетел удар с другой стороны. Объекты реагируют преимущественно на выстрелы, решил Виктор. Он выдвинул авангардную группу далеко от кубических глыб. Возникли новые камни, уже пирамидальные. Оттуда посыпались сферы. Виктор стремительно построил каре для обороны и был готов стрелять. Объекты опять исчезли. Внезапно, прямо за спиной роботов возникли 3 или 4 больших шара с манипуляторами и бомбами. Они не стреляли, только рубили. Виктор перевел четырех роботов полностью в режим ручного управления и стал бить врагов врукопашную; он нажимал на клавиши, стремительно подмечая все движения манипуляторов. Под его руководством роботы сбили один шар и отбросили бомбы. Другой шар сам убежал. Остальные два попытались прорваться к каре. Виктор заметил, как на бомбе загорелись едва различимые точки. Он велел каре рассыпаться. Роботы выполняли все приказы, но их движения были медленней мыслей Виктора, они попросту не успевали их выполнять. Один робот стал делать несколько сложных движений сразу и запутался, почти застыл. Виктор крикнул тихо.