Говори со мной через рот

На секунду мелькнула мысль вернуться и накрыть её. Но кто он такой?

Он вернулся на кухню, заварил кофе и смотрел на беготню Марины от одной баночки к другой.

«Шесть лет. Общая жизнь. Сотни обещаний. Как я могу положить этому конец? Она не сделала ничего плохого. Просто я так долго… её не люблю. И, кажется, никогда не любил».

– Малыш, ты о чём задумался?

«Как я могу её прогнать? Хотя сколько раз она говорила, как ненавидит это место. Где-нибудь в другом месте ей будет хорошо».

– Ты как будто дыру во мне хочешь прожечь, – смеясь, Марина опустилась на колени рядом. – Как прошёл ужин? Надо бы к ней заглянуть и извиниться. Нехорошо получилось.

«Почему мне потребовалось так мало времени, чтобы возненавидеть тебя?»

– Не нужно. Её вымотала работа. Потом зайдёшь.

– Ты какой-то странный. Всё в порядке?

– Я хочу…– «…расстаться» – тебя.

Фен резко развернул девушку на себе и грубо поцеловал.

Он был груб. Мстил той, кто ничего не сделал, за собственную слабость. В какой-то момент Марина умоляла остановиться, но он становился только жёстче. В затуманенной яростью голове вертелось: «Я терпел – и ты терпи». Он остановился, только когда Марина укусила его, вернув в реальность.

– Да что с тобой не так? Ты обезумел?!

Марина отвесила пощёчину, закрылась в ванной и заплакала.

– Блядь… – тихо выругался Фен.

Он не мог ответить ни на один её вопрос. Никогда таким не был. Он почти изнасиловал собственную девушку.

«Что я, блять, творю?»

Фен оделся, подошёл к двери ванной, откуда доносились всхлипывания. Упёрся лбом в дверь и бессвязно забормотал:

– Прости… Я уйду. Выходи. Просто прости.

Фен ушёл к реке.

«Я знатно проебался».

Глава 11. Освобождение

Жизнь Иды вошла в череду повторений. Утром – рынок, потом работа, обед, пробежка, ужин, книга или сериал. День за днём. Завтра будет так же, как вчера. Кажется, она никогда не чувствовала себя такой отдохнувшей.

Иногда по вечерам она мысленно возвращалась к знакомому балкону. Но огонька давно не было. Две недели – ни одного столкновения ни с Феном, ни с Мариной. Свет в окнах иногда горел, но казалось, что там нет жизни.

Она не обманывала себя в том, что немного соскучилась. Ей нравилась его компания: тихая, безмятежная. Марина нравилась меньше – её было слишком много. Но не все люди вокруг нравятся. С каждым годом заводить друзей всё сложнее.

У неё скоро день рождения. Можно пригласить их. Прошлый был как в тумане. Вроде там был клуб. Но как пригласить? Просто постучаться?

Праздновать в одиночестве очень не хотелось. Все её близкие друзья были разбросаны по миру, и их редкие встречи ограничивались видеозвонками, которые заканчивались, когда дети уже не выдерживали ревности к отвлёкшимся от них родителям. Ничего страшного не случится, если она просто постучит? Он сам показал свой балкон.

Вечером Ида дождалась, когда в нужных окнах зажёгся свет. Взяла вишнёвый пирог – неприлично приходить с пустыми руками. Проблема возникла у подъезда: она не знала код. Она уже развернулась уйти, поругав себя за нахальство, но дверь открылась, и она инстинктивно её придержала.

Поднялась на третий этаж, пересчитала окна и постучала.

Открыл Фен. По запаху она поняла – выпито много, но стоял он ровно. Казалось, он не понимает, кто перед ним.

Ида не могла начать первой. Ситуация казалась странной и опасной. Она чувствовала это кожей.

Фен долго её осматривал, провёл пальцами по руке с пирогом и безразлично спросил:

– Этот пирог для меня?

– Да. Точнее нет… ну то есть да. Для вас. Я хотела…

– Зайдёшь?

Ида сделала шаг, но тут же отступила назад, чем вызвала ухмылку Фена.

– Я не уверена. Всё нормально?

– Этот пирог для меня?

– Ты пьян?

– Да. А ты?

– Нет.

– А хочешь?

– Нет.

– А пирог хочешь?

– Что?

– Ты держишь в руках пирог.

– Эм… да. Я принесла для вас с Мариной. У меня день рождения, я хотела пригласить вас… и испекла пирог вместо приглашения, – Ида нервно тараторила.

– Нет Марины.

– Ну, когда придёт… съедите вместе. А я лучше в другой раз зайду.

– Не съедим.

– Я не понимаю.

– Ты.

– Я?

– Да, ты.

Всё внутри Иды кричало: «Бежать!»

– Я зайду в другой раз.

– Останься.

Ида попятилась, но Фен перехватил её и затащил в квартиру. Пирог упал в прихожей.

– Мне страшно, – сказала она.

Фен отрезвел и резко отскочил.

– Прости. Я не хотел. Просто после всего… и ты на моём пороге…

– После чего?

Ида встала рядом с дверью, заранее планируя побег.

– Я бросил Марину.

– Мне жаль.

– Разве?

– Ты пьян. Тебе лучше успокоиться и прилечь. – Ида пятилась к двери.

Атмосфера душила её, выбивая воздух из лёгких.

– Успокоиться? Мне? – Фен с силой надавил пальцами на внутренние углы глазниц – Ты перевернула мою жизнь. И хочешь, чтобы я был спокоен? Скажи честно, ты ведь просто издеваешься и все помнишь?

– Я правда не понимаю. Я пойду.

Она развернулась, чтобы убежать, но Фен прижал её к двери и упёрся лбом в её затылок.

Запах табака окутавший ее, выбивал последние остатки сознания. На ногах Иду держал только адреналин.

– Ты… – Фен перешёл на шёпот – Ты носишь мою худи. Я второе лето смотрю, как ты носишь мою худи. Обнимаешь её. И каждое лето в ней же исчезаешь.

Ида замерла. Паника исчезла. Странное спокойствие.

– Ты читаешь в ней книги. Дрочишь в ней. И хочешь, чтобы я успокоился? – Фен даже не понял в какой момент начал покачиваться – Ты праздновала прошлый день рождения со мной. Твои тридцать лет ты отпраздновала, отсасывая мне в туалете, пока Марина танцевала. Я до сих пор помню вкус того торта. И ты приглашаешь меня отпраздновать тридцать первый в тот же клуб. Тебе не кажется, что я был спокоен достаточно долго?

Ида заплакала. Как она могла быть так наивна?

Фен сделал два шага назад.

– Я больше не держу тебя.

Она вышла. Не оборачиваясь. Бежала до дома. И только там дала панической атаке войти в себя.

Рухнула на пол, не в силах отдышаться. Металась по дому, пока тело не сдалось. Дыхание замедлялось, пульс выравнивался. Тишина леса убаюкивала.

Ида лежала на полу, натянула худи на нос в поисках запаха, которого уже не было.

«Всё это время это был он».

Глава 12. Домой

Рабочий общий чат. Ида, 16:11:: Коллеги, я сильно заболела. Я завтра офф, выпадаю на время. Подлечусь и вернусь.

Бухгалтер Лена, 16:13: Леночек, я приболела, давай, чтобы не напрягаться с больничным, зачтём мне эти дни в осенний отпуск.

Шаболда проектная, 16:17: Элис, привет! Я что-то подхватила. Совсем без сил. Отдай, плиз, последний проект Максу. Мои заготовки на серваке уже лежат. Я пока не понимаю, как быстро оклемаюсь.

Сестрёнка, 16:25: Дорогая, позвони мне, как будет удобно. Ты мне нужна. Я в жопе.

Мама, 16:38: Не спишь?

Ублюдок, 17:11: Встретимс… Встрет… Встре… Встр…

Ида стирала медленно, букву за буквой. Телефон в руках завибрировал. Мама…

– Какой «не спишь» в пять вечера? Ты чего? – спросила мама, и Ида услышала на фоне шум посуды. – Погоди, включу громкую.

– Да я просто так. Давно не звонила. Что делаешь?

– Готовлю. В два часа закончилась служба. Вернее, в два часа я уже дома была. Меня сосед привёз.

– Который тебя всегда подвозит?

– Да. Ну, у меня там ещё один… у нас в храме есть ещё один парень, который по Волгоградке едет на МКАД. Домой когда. И я говорю: «Серёж, подбросите меня, если что». Он говорит: «Да». А потом образовался Володя, и я говорю: «Ой, спасибо большое, меня он прямо практически к дому подвёз».

– А из какой он квартиры? Что-то я не помню.

– Да нет, я просто к нему когда-то ходила на массаж. Он живёт на соседней улице, поэтому я его называю соседом. Ну, короче, я так и называю – сосед и сосед, всё. Долго объяснять. Да вы знаете, там вот, сосед, всё. Поэтому он меня и привёз. Да, в два часа я уже была дома, поела, легла, ну и где-то в три я заснула.

– Пост закончился? Расскажи, что вкусного съела сразу? – Ида откинулась на диване на кухне и закрыла глаза, слушая родной голос.

Мама обрадовалась возможности поделиться:

– Ой, ну я приготовила себе курицу с грибами в сливочном соусе. Да… голяшки купила. Сегодня я их разобрала, убрала косточки, оставила только мясо. Короче, у меня курица в сливочном соусе, я рис приготовила себе, хотя у меня ещё макарошки есть. Потом у меня есть ещё, ну, овощи – это овощи просто. А так я позже ещё бастурму попробую, которую мне клиентка приносила, очень вкусная вроде. Я её достала из морозилки, в холодильник положила. Очень вкусное мяско. А ещё я купила себе тортик «Птичье молоко». Короче, да. Потом мне ещё клиентка подарила макарони, классные какие-то макаронки. Вот, короче, я их засунула в морозилку.

– А их можно замораживать? – спросила Ида, сама не зная, зачем ей это.

– Ты знаешь, я залезла, посмотрела, потому что так как я забыла и купила торт, я думаю: блин, что же мне делать? Я залезла, погуглила – можно ли замораживать макаронки. И одна девочка пишет: «Ой, можно, я очень люблю их замораживать. Я их потом даже люблю замороженными грызть. То есть как мороженки». И я быстренько бросила их туда, потому что они там натуральные, там, знаешь, какие-то натуральные бананы, ягоды.

– Любопытно. Я думала, что из-за миндальной муки нельзя. Прикольно.

– Я, правда, не знаю, какие они будут. Я тебе потом скажу, если они разморозятся. Но мне кажется, они как были, так и будут. Потому что практически все торты, которые я замораживала в морозилке, они вообще не менялись. Миндальные торты, вспомни, они все замороженные продаются. Мы же с тобой покупали в Икее. Они вкуснейшие – как были, так и остаются. Короче, да, всё, я это заморозила. Чё-то я ещё… ну, как всегда жадность… я ещё себе купила эти сырнички, значит, тоже заморозила.

– Ты Альф с семью желудками, – улыбнулась Ида.

– Не, ну я всё заморозила. Я ем-то порциями, они небольшие. Просто у меня глаза завидущие – это да. Но видишь, я зато потом всё морожу и потом долго-долго-долго это всё ем. Вот. И, слушай, я как-то видела эти… я тебе говорила… вот эти на хлебушке делаются такие, как ленивые роллы. Они делаются не на рисе, а на хлебушке. Когда ты смешиваешь и разбираешь на полоски крабовые палки, потом туда кубиком резаные помидорки мелко, потом сыра чуть-чуть натёртого и чуть-чуть там икра такая в банке, как икорное масло, и чуть-чуть этого масла. Короче, всё это смешивается, выкладывается на тонкий-тонкий кусочек багета и убирается в духовку, и потом достаётся, когда они поджарятся, и терияки соусом полить. Хотя можно и так, если соуса нет, но я и соус купила. Всё купила, короче. Вот это ещё потом сделаю, и вот эти хрустяшки на хлебушке. Это как ленивые тосты. Получаются как роллы, короче. Вот такая штука – красота. Ну я ещё не пробовала всё это. Я ничего просто не вскрываю пока. Я не съем всё это сразу. А ты что делаешь?

– Я только встала недавно. Я вчера… – Ида запнулась. – Я вчера, когда ложилась, случайно разлила воду на постель. Забрала сухие подушки и спала на диване. Накрылась пледиком. Тут тепло. Я хорошо поспала.

– На диване у тебя, наверное, не вытянешь ноги.

– Да мне это не важно. Я лежу калачиком. И с моим ростом мне не так сильно их надо подгибать. Я же коротыш. Проснулась где-то часик как.

– Слушай, а мне кажется, что я заболеваю. Помнишь, как тебя неделю мучило? Всё, я заболеваю, мне как в детстве. Ну, короче, у меня есть витаминка С, и я достала, и думаю – попью я чуть-чуть витамин С, – перебила Иду мать, даже не заметив.

– Витаминку С надо пить заранее.

– Ну, я считаю, что я ещё не заболела, и я заранее вот и начинаю. Самое главное – быть хитрожопой.

– Есть логика.

– Короче, вот, да. Ладно, давай балдей там. Я завтра тоже ещё выходная, поэтому мне так радостно, что я завтра выходная. Потому что думаю: я буду валяться, я буду чай пить с малинкой, я буду есть всё, я буду витаминку С пить, я себе тостики сделаю завтра. Думаю, мне так хочется это – поваляться ещё завтра, а уже потом пойду работать.

– А я сегодня убираться думала. У меня сейчас просто хлам. Инструменты разбросаны, всё вот это. Я хотела тут задержаться, но…

– А, слушай, ну наведи порядки. А в саду ещё надо. У тебя там ужас.

– Да, но что-то сил нет. Поэтому я думаю, что сегодня я позволю себе ещё побалдеть…

– Да, посмотришь по настроению. Иногда просто бывает так. Да-да. Побалдеть, побалдеть, а потом хренак – и убрать всю квартиру за час.

– У нас это где-то в генах.

– За час у меня не получается. Я если разбираю, то уже конкретно всё разбираю, всё делаю. Подольше. Но в любом случае, да, уже берёшься так… Просто настроение вдруг, когда выспишься, отоспишься, и вдруг за какое-то дело зацепишься – опаньки – и поехала.

– Мне приготовить что-то надо, у меня пустой холодильник.

– Надо подъесть, да, а потом остальным заниматься.

– Ну, я думаю, я приготовлю просто себе супчик…

– А, супчик хорошо. Куриный?

– Да, потому что что-то…

– Ой, взять курочку и такой наваристый супчик сделать. Вкусненький, вкусненький.

– Мне что-то нехорошо немного…

– Надо взять три бёдрышка и сварить супчик вкусненький.

– Да, да, да, да, да… – Ида уже не слушала. Она смотрела в потолок и кивала.

– Понятненько. Да. Ладно, балдей давай. Давай, целую, пока.

– Целую, – ответила Ида уже в пустоту.

Она закрыла глаза и провалилась в сон.

Глава 13. Эхо

Фен смотрел на убегающую спину Иды. Заслужил. Смотрел на зеркало на двери – на нём застыли слёзы и след его ладони. История повторяется. Они обе плакали. Но почему только сейчас ему больно?

Разрыв с Мариной вышел громким.

За три дня до того пирога он пришёл с работы – собранный как никогда. Посадил Марину за стол, сел напротив.

– Я хочу, чтобы ты ушла. Я хочу расстаться. Собери, что посчитаешь нужным. Остальное выброшу.

Повисла тишина.

Осознав услышанное, Марина засыпала его вопросами. Искала причину в плохом дне, работе, настроении. Человек напротив был непробиваем. Он и на человека не был похож, скорее на плохую анимацию.

– Я хочу, чтобы тебя тут не было.

Марина плакала, умоляла, обещала исправиться. Но правда в том, что ей не нужно было становиться лучше. Она не была плохой. Она просто была ненужной.

Фен облокотил голову на стену и молча ждал. Скоро будет гнев.

И действительно его безразличие вызвало волну ярости. Марина пинала его, пощёчины летели одна за другой.

Фен просто ждал тишины.

Через полтора часа, поняв, что собираться она не думает, он обулся, ловя спиной проклятия.

– Я вернусь через два дня. Забери всё, что захочешь. Остальное сожгу.

Он вышел. Двинулся по инерции. Набрал отца Марины:

– Я бросил Марину. Она разбита. Приезжайте.

И отключил телефон.

Доехал до соседнего городка. Гулял, рассматривал тарелки, перебирал футболки, поел чизбургер. Нашёл автоматы с игрушками – убил там остаток вечера.

Выйдя на улицу, сел на бордюр. Утром на работу. Где спать?

Через час его привлёк запах шаурмечной за спиной. Взял одну и холодный чай.

Включил телефон – тот взорвался уведомлениями. Смахнул всё. Набрал дядю.

– Могу приехать на пару дней?

– Конечно. Через сколько?

– Час.

– Давай, встречу.

Фен вызвал такси. Написал начальнику и в третий раз похоронил дедушку, который не дожил до его рождения.

Договорились перенести отпуск на пораньше. Теперь у него были две недели.

У дяди он отрубился в гостевой комнате. В двух словах описал ситуацию и попросил не трогать.