Узник Шамбалы

Гораздо спокойнее думать, что у всего в мире есть свои незримые причины. Шаманизм возник как необходимость объяснить людям, за что они страдают.

Ведь если это происходит просто так, то это вдвойне обидно!

Я думаю, что однажды, после засухи или наводнения, народ был глубоко подавлен, испуган и растерян. И тут появился какой-нибудь шизофреник, который начал обвинять злых духов в проблемах племени.

Он сказал, что духи недовольны из-за… не знаю, из-за чего. Скорее всего, если шаман был мужиком, то винил каких-нибудь красивых и популярных женщин за то, что они прогневили могущественные силы.

Ну и, конечно же, этот псих уверил всех, что только он, избранный, может общаться с духами. И он готов из милости к племени взять на себя такую непростую обязанность и стать посредником между племенем и могущественными силами.

Такими несложными действиями этот, наверняка, тщедушный человечек в одно мгновение стал даже более могущественным, чем самый сильный и смелый вожак племени.

Он получил и лучшие блюда, которые передавали через него духам, и лучших женщин. А также почет и уважение.

Но любому обману рано или поздно приходит конец. Никакие могущественные силы не смогли защитить шаманизм России от полного уничтожения. Где были их духи? Почему не предупредили? Почему не защитили? Уничтожение шаманизма и есть самое хорошее доказательство ложности этих верований.

Дмитрий еще много говорил в подобном духе. Когда он закончил свое выступление, то поклонился и сел на место. Директор тюрьмы чуть не аплодировал ему.

Я никогда не встречал живых шаманов. Но из рассказов о них я убедился, что шаманы были ценны для общества. Они почитались за целительские навыки, мудрые советы и различную помощь своему племени.

Не думаю, что люди способны долго почитать того, кто реально не приносит никакой пользы другим.

Следующим докладчиком был Николай. Тощий, высокий и бритый налысо молодой человек лет тридцати. Он напомнил мне одуванчик, который уже отцвел. Кажется, что сквозняк в учебном зале пошатывал его.

Николай рассказывал про даосских мастеров. По его словам, эти товарищи обещали людям пилюли бессмертия, а сами травили их ртутью и свинцом.

Он упоминал про разные физические и психические упражнения, которые обещали в результате дать долголетие и просветление. Но при этом сами эти учителя редко доживали до восьмидесяти лет.

Про даосизм я почти ничего не знал. Но лекция была скучна и безжизненна, как и сам лектор. Я уже изнывал от многочасового сидения на месте. А день прошел еще только наполовину. Если бы не необходимость в отдыхе для тела, я с радостью бы убежал работать в шахту, лишь бы не смотреть на весь этот балаган.

Следующим выступающим был Руслан — крепкий мужчина лет тридцати пяти. Он был коротко стрижен и носил соразмерную бороду, которая густо занимала большую часть лица.

Руслан выступал с критикой мусульманства. Он говорил о том, что священники обманули верующих. Они пообещали им Рай после смерти. И это обман, потому что настоящим праведникам нечего делать в таком Раю.

- Что говорят нам священники? - Продолжал Руслан. - Когда мы умрем, то в Раю каждого из нас ждут семьдесят две девственницы и бесконечный пир блаженств. Какой праведник будет мечтать о бесконечном барделе и неуемном обжорстве?

К тому же они говорят, что каждый новый день девушки, которых ты любил, снова будет становиться девственницами. А о женщинах кто-то вообще думал? Мало того, что толпой нужно обслуживать одного мужика, так и процесс дефлорации каждый раз - это не самое приятное занятие.

Руслан продолжал еще долго в таком духе.

Придумать большую пытку для моего мозга было сложно. Я не очень глубоко знаком с исламом, но уверен, что это чудесная традиция. И я слышал, что самая желанная награда для праведников - это непосредственное созерцание Аллаха. А истинная сущность даров непостижима людям до освобождения их духа из телесных оков.

Последним выступал Алексей Федорович. Это был пожилой человек на вид чуть старше семидесяти. Его черты лица напоминали еврея. На голове его была тонкая черная шапочка. Он имел лишний вес, но это явно было следствием его возраста. Его очки были настолько мощными, что, кажется, увеличивали глаза раз в сто. Судя по очкам, он был практически слепым. Тем не менее он без посторонней помощи ориентировался в окружающем пространстве.

Алексей Федорович признался на группу, что был увлечен поиском просветления. И эта химера и подвела его под трудовой лагерь.

Этот человек говорил медленно, спокойно и от всего сердца. После каждого предложения он оставлял паузу примерно в три секунды для того, чтобы слушающие могли прочувствовать его слова. Он был единственным, кого я слушал с невероятным вниманием.

И не смотря на то, что он выступал последним, а я к тому времени уже много часов мечтал, чтобы это все поскорее закончилось, как только он начал говорить, я ощутил желание слушать его хоть до завтрашнего утра.

Я не запомнил всех его слов. В них было что-то неуловимое. Когда он говорил, я понимал все без остатка, но как только он замолкал, то смысл его слов таял в уме как ночной сон после пробуждения.

Вот примерные его слова:

— Просветления нет…

Нет и просветленных…

Если человек считает, что он просветлен…

То он просто дурачит себя и других…

Если человек говорит о себе…

То он не свободен от себя…

Если он не свободен…

То он не просветлен…

Если человек говорит о своем просветлении…

Значит, он не свободен от мнения других…

Если он не свободен…

То он не просветлен…

Если человек желает исправить других…

Ведя их к просветлению…

Значит, он считает их хуже себя…

Не видеть совершенства других…

А себя превозносить…

Может лишь тот, кто не свободен от суждений…

А стало быть, он находится в неведении…

Просветления нет…

Просветленных нет…

Если ты свободен, то не будешь тревожиться этим…

Если ты свободен, то не будешь исправлять других…

Если ты свободен, то ты свободен…

Небо не кричит всем, что оно небо…

Небо не пытается изменить землю…

Небо просто есть…

Небо просто…

Небо…

После последнего выступления поднялся директор Штыркин.

— Ох, Алексей Федорович! — пафосно начал он свою речь. — Вам еще учиться и учиться твердой логической аргументации. Что это вообще такое было? Ну ладно уж, старый маразматик. Домашнее задание принимается.

«Цирк» закончился и директор раздал новые задания. Мне, как новичку, досталась тема про опровержение нетрадиционной медицины и всяческих целителей-шарлатанов.

Я попытался возразить, что ничего об этом не знаю, на что директор предложил мне поискать информацию в библиотеке. Это была явная издевка, потому что в тюремной библиотеке не может быть таких книг.

На этом наша пытка почти закончилась. Штыркин оставил Дмитрия отмывать портреты духовных Мастеров от наших харчков, а остальных отпустили готовиться ко сну.

Глава третья: Темная Сторона Шамбалы

Часть 1. Царство Морфея. (В тот же день)

Я нахожусь в «Шамбале» уже больше недели, но не записал за это время ни одного сна. Они просто перестали сниться. Думаю, сновидения пропали из-за того, что тело и психика сейчас адаптируются к невиданной ранее нагрузке.

Я слышал от ученых, что все видят сны, за исключением людей с врожденными или приобретенными травмами мозга. В том, что человек видит сны, можно убедиться, посмотрев на его глазные яблоки во время сна. Во время БДГ-фазы сна появляются яркие сновидения, и физически наши глаза начинают двигаться вслед за образами снов.

Для меня очень важно помнить сны, и на это есть много причин.

Ранее я проживал за одну ночь столько впечатлений, сколько сейчас проживаю за две недели жизни. Бывало даже, что благодаря большому количеству снов я просыпался и не понимал, где нахожусь и что мне нужно делать. Это как будто возвращаешься домой после двух недель путешествий и уже забываешь, что делал до этого. Кому что обещал, с кем о чем договаривался. Для остальных моих знакомых это было только вчера, а для меня уже полмесяца назад. Такая вот жизнь сновидящего: шестнадцать часов бодрствования, а потом две недели странствий за одну ночь. Это создавало неудобство, но оно того стоило!

Время во снах может течь быстрее, чем в жизни. Поэтому так и получается, что спишь восемь часов, а опыта получаешь несоразмерно больше.

Я еще в детстве осознал, что и мои родители, и я сам когда-нибудь умру. Это было неприятно, но я благодарен этому открытию. Когда прошли мои ужас, печаль и отрицание по поводу неминуемой смертности, я ощутил небывалую любовь к жизни.

Мне сейчас почти 25 лет, и для обычного человека это означает, что как минимум четверть песка из часов жизни уже успела безвозвратно утечь.

Но благодаря сновидениям за последние десять лет я прожил в четырнадцать раз больше опыта, чем люди, не развивающие память снов.

Если посчитать, то к этому моменту я прожил уже несколько полноценных жизней. Во снах действительно могут проходить полноценные жизни. Мне не хватает времени, чтобы реализовать все свои желания. Жизнь коротка, но сновидения дают мне и время, и безграничные возможности для того, чтобы воплощать любые мечты.

Сновидения позволили мне побыть музыкантом, играющим концерты с рок-группой. Я был и художником, пишущим картины маслом.

Однажды я прожил несколько дней за стилиста. Было интересно брать невзрачных на вид людей и помогать им создавать яркие, харизматичные и запоминающиеся образы. Я также был автогонщиком, участвовал в длительных экспедициях по дикой природе и опускался на дно Байкала в батискафе.

А однажды, после очередного разрыва с любовным партнером, мне было так плохо и одиноко, что я думал, что никогда не смогу быть в счастливых отношениях. И в ту же ночь мне приснился сон, где я прожил несколько дней в чудесном браке с стройной, нежной, заботливой и чувственной девушкой.

Каждое утро, просыпаясь, я ощущал, как становлюсь счастливым от осознания того, что она рядом и никуда не хочет уходить. Я знал, что она будет сражаться за меня, даже если я сам попытаюсь её прогнать. И я ценил её не меньше. Это было такое счастье, к которому я бессознательно стремился всю жизнь. Я, конечно, проснулся грустным от того, что все это было всего лишь сном. Но память о том, что я способен любить и быть любимым, никогда меня не оставит. А с ней и вера в такую любовь.

Во снах я не всегда был самим собой. Часто я был персонажем, совершенно отличающимся от себя бодрствующего.

За жизнь мне снилось много необычных снов. Случались сны, где я был ребенком, женщиной и даже животными. Такие сны иногда происходили без моего осознанного намерения.

Однажды я даже испытал то, что ощущает девушка во время занятий любовью. И это было приятнее, чем быть мужчиной. Тогда оргазм наполнил все мое тело сладостными ощущениями, которые постепенно нарастали, пока тело не начало извиваться от них в конвульсиях. Ух… даже сейчас вспомнил — и мурашки по телу.

Удалось мне пережить и опыт материнства. Я сделал это ненамеренно, но, тем не менее, сейчас могу сказать, что это было очень ценно. Такой любви, как у матери к своему ребенку, не знает, наверное, ни один мужчина. Мне кажется, мы просто не способны на такие переживания.

Я хочу записать все это в дневник, потому что в лагере я начал забывать о том, какие чудеса дарило мне Царство Морфея. Я чувствую, как адаптируюсь к новым условиям и постепенно восстанавливаюсь.

Сновидения дарят мне невероятное количество опыта, который я никогда бы не успел получить за одну жизнь! И самое интересное, что я, скорее всего, смогу применять полученный опыт из сновидений на практике.

Когда я в первый раз сел за руль автомобиля после своего сна про автогонки, я почувствовал, что все это уже мне знакомо. У меня с самого начала хорошо работала координация рук и внимания. Переключать сцепление, давить на газ, отслеживать обстановку вокруг по зеркалам оказалось привычным. Было ощущение, что я как будто всё это уже умел, но позабыл, и теперь быстро вспоминал заново.

Так же и с другими занятиями. Кажется, я быстро смог бы восстановить все эти полученные во сне навыки, если бы занялся ими снова.

Помимо дополнительного опыта жизни, сны — это еще и голос нашей души. Сновидения часто подобны письму из бессознательного на зашифрованном языке. Этот язык достаточно легко научиться разгадывать. И если научиться его понимать, то каждую ночь сны начнут сообщать нам важную информацию. Подсознание будет давать советы по жизни, предупреждать о возможных проблемах со здоровьем и иногда даже предсказывать будущее.

Но в последнее время я не помню никаких снов. Я ощущаю, будто очень важная часть моей жизни проходит мимо меня. Думаю, снова пришло время начать делать практики, которые позволят мне запоминать множество снов.

Для этого, во-первых, мне стоит создать намерение на запоминание. Мне кажется, наш мозг забывает сны потому, что мы считаем эту информацию не слишком важной. Твердое намерение запомнить сны повышает для нас важность снов, и тогда эту информацию уже не так просто стереть из нашей памяти.

Во-вторых, есть одна простая, но эффективная йогическая практика. Суть её в том, чтобы пять минут перед сном концентрировать внимание на точке в основании горла. Эта точка, кажется, называется яремная впадина. Нужно сосредоточиться на этой точке так, чтобы ярко ощущать её физически. Если не получается её почувствовать, то можно помогать себе легкими касаниями. Когда я жил дома, поначалу я использовал мягкую кисточку для рисования, чтобы нежно щекотать это место. Но сейчас мне это уже не требуется.

Чтобы эффект от практики был ещё сильнее, можно представлять, что ты вдыхаешь и выдыхаешь энергию в виде света через эту точку. Такая визуализация помогает лучше сосредоточиться на ощущениях. Но главное в этой практике — именно концентрация на физических ощущениях.

Практика даёт накопительный эффект, и обычно результаты заметны уже через несколько дней. Я намереваюсь уже завтра утром вспомнить и записать несколько снов.

Часть 2. Инициация. (Понедельник)

Практики и намерение сработали. Я проснулся с яркими ощущениями от сна. Чтобы запомнить сновидения, лучше всего не двигаться после пробуждения до тех пор, пока не перескажешь в уме весь сон. Если сделать так, запоминать сны становится проще.

И чем больше я вспоминал свой сегодняшний сон, тем сильнее билось моё сердце.

Я помню, что практически сразу после засыпания услышал знакомый голос Алексея Фёдоровича. Того самого почти слепого старика, который так понравился мне на воскресной пытке разума.

Я ощущал, что лежу на своей постели и вот-вот полностью засну. Но спокойный голос старика пробудил меня. Я сразу узнал его голос, несмотря на дремотное состояние.

Я удивился ему. Во-первых, мы проживали в разных камерах. Во-вторых, в нашей тюрьме не было принято общаться между собой без серьезной причины. Но тут я явно слышал, как Алексей Фёдорович обращается ко мне.

— Молодой человек, прошу прощения, что нарушаю ваш сладкий сон после тяжелого рабочего дня. Не могли бы вы уделить мне несколько минут вашего сновидения?

Я не совсем понимал смысл его слов, так как был сонным, но был рад возможности пообщаться. Даже если за это и последует наказание. К тому же, наверняка есть очень важная причина, по которой Алексей Фёдорович пришёл ко мне. Это слишком рискованно, чтобы быть пустяком.

Я сел на кровать и открыл глаза, но ничего не увидел. Видимо, глаза отказывались просыпаться. Я несколько раз попытался открыть их с большим усилием, но ничего не получалось.

— Не нужно так напрягаться, — проговорил старик. — Вы окончательно проснётесь, и нам не удастся поговорить. Не пытайтесь открыть глаза. Попробуйте ощутить моё присутствие. Скажите, как бы я выглядел, если бы вы могли меня видеть?

Как только я задался этим вопросом, очертания Алексея Фёдоровича и нашей комнаты начали проявляться. И тут я понял, что происходит. Я сейчас сплю.

Это был осознанный сон. Сон, в котором я понимаю, что сплю и нахожусь, как говорится, в ясном уме и твердой памяти.

Это меня обрадовало! Я потер руки и ощупал себя, чтобы усилить яркость своих ощущений. А после этого уже полноценно осмотрелся вокруг.

Передо мной стоял Алексей Фёдорович. На вид он выглядел моложе — возможно, ему было лет сорок или пятьдесят. Он был укутан в уютный домашний халат из махровой ткани, а на ногах у него красовались мягкие тапочки.

Я бы тоже с удовольствием снял тюремную форму и одел что-то более приятное.

Вокруг нас была тюрьма. Те же помещения, но облагороженные и комфортные. Наверное, так могло бы преобразиться это место, если продать его для капитального дизайнерского ремонта под пятизвездочный отель.

Мне явно нравилось то, что я видел!

Алексей Фёдорович дал мне минуту, чтобы осмотреться и прийти в себя, а потом заговорил со мной своим спокойным и нежным голосом.

— Молодой человек, мы с вами уже немного знакомы. Я очень опечален тем обстоятельством, в котором это произошло. Но так же я и рад, что мы встретились. Сейчас вы находитесь на сновиденном уровне трудового лагеря. Это пространство создано нами для отдыха и искреннего общения. Тут вам нечего бояться, и вы можете быть самим собой, говорить, о чем захотите, и спрашивать, что захотите.

Если будет на то ваше желание, то это пространство будет доступно для вас каждую ночь. Я и другие наши товарищи будем искренне рады вашей компании.

Я ответил, что это честь и большая радость для меня. Будь вы даже плодом моей фантазии, я все равно безмерно рад!

На это старик улыбнулся и ответил:

— Я уверен, что быть плодом вашей фантазии — не самый худший из возможных сценариев Бытия, но, с вашего позволения, я бы хотел остаться плодом своего собственного сознания.

— Мы сейчас находимся в совместном осознанном сновидении, — продолжал он. — Это одна из достаточно сложных йогических практик, основанная на природной эмпатии людей. Каждый иногда может ощущать чувства другого человека и даже порой чувствовать его мысли.

Во время сна нашему мозгу не нужно обрабатывать сигналы от пяти органов чувств, и все его вычислительные мощности могут быть направлены на усиление способности этой эмпатии. Так, несмотря на то, что каждый из нас сейчас спит в своей кровати, мы продолжаем общаться между собой.

Наверное, можно было бы назвать это телепатией во сне. Но телепатия — это слишком мистический термин. Мне он не нравится. Люди считают, что телепатия — это очень сложно. Эмпатия же доступна всем. Мне больше нравится считать, что совместные сны возможны благодаря усиленной в тысячи раз эмпатии.

Алексей Фёдорович закончил объяснение и дал мне время задать свои вопросы, которых должно было появиться немало. Но я никак не мог собраться с мыслями. Я, подобно пьяному человеку, совершенно не мог ясно думать.

Я пожаловался на это Алексею Фёдоровичу, и он посоветовал мне посчитать в уме от ста до нуля с интервалом в любую цифру. Например, с интервалом в восемь. Поначалу это казалось невозможным. Я потратил много усилий, чтобы вспомнить, что после ста будет девяносто два. Но потом счёт стал даваться всё проще и проще. Дойдя до конца этого упражнения, я обрел полную ясность мыслей.

Я обратился к старцу:

— Почему вы только сейчас пришли познакомиться со мной? Я уже более недели нахожусь здесь и отчаялся в том, что у меня будет возможность встретиться с местными Мастерами.

Алексей Фёдорович ответил:

— Мы наблюдали за вами с первого дня. Вначале вы выглядели растерянно и подавленно. Но постепенно нам удалось разглядеть в вас попытки превращать всё, что вы делаете, в практику осознанности. Когда осознанность присутствует во время работы человека, это всегда видно. На вашем фоне многие другие казались подобными прозрачным призракам. У вас же ощущалась некоторая внутренняя плотность. Эта плотность необходима для того, чтобы общаться во время совместных осознанных сновидений. Без нее вам бы не удалось удержаться в таком сне более нескольких секунд.

Я должен признаться, что это у нас с вами не первая встреча. До сегодняшней ночи у вас была серия снов, во время которых мы испытывали вас. Вы не помните этих снов. И не должны. Это делается специально. Если человек не проходит инициацию, то и не запомнит своего провала и нашу небольшую сновиденную тайну.

К сожалению, не все, кто попадает в лагерь, способны осознанно существовать на сновиденном уровне.

Но даже если бы мы могли открыть доступ к сновиденному храму всем, кто находится в тюрьме, это было бы небезопасно. Кто-то из проникнувших сюда рано или поздно начал бы хвастаться и выдал бы нас. А это могло бы погубить всех.

Часть 3. Настоящая Шамбала (В тот же день)

Алексей Фёдорович предложил мне небольшую экскурсию по общему сновиденному пространству, которое я назвал для себя Шамбалой.

Шамбала представляла из себя точную копию лагеря по планировке, но каждое помещение было полностью изменено в интерьере. В моей камере был только один небольшой диванчик, который находился в том же месте, где стояла моя кушетка в тюрьме. Диван был очень мягким и удобным, а его черная обивка, казалось, была из велюра. Остальные нары просто исчезли из камеры, хотя это место язык уже не поворачивался называть камерой.

Мебели было по минимуму, и вся обстановка в комнате создавала ощущение простора и легкости. Стены были отделаны деревом и покрашены в бежевый оттенок, а приглушенный теплый свет исходил из небольших ламп, стоящих на симметрично расставленных тумбочках возле стен.

В комнате стояло одно кожаное кресло, а перед ним находился стол. В стену был встроен шкаф с разными напитками и закусками.

Алексей Фёдорович сказал, что всё в этой комнате служит для того, чтобы эмоционально отдыхать, пока наше тело восстанавливается во сне.

Самым поразительным оказалось то, что в этой комнате было огромное панорамное окно. У окна стоял стул, чтобы любоваться видом.

Я раздвинул шторы и увидел ночное море.

Мне пояснили, что я могу выбрать любой вид, который захочу, и ночное море — это просто первая мысль, пришедшая мне в голову.

Не самая глупая, конечно, мысль. В свете полной луны и множества звёзд море выглядело прекрасно.

В помещении был даже запах благовоний. Кажется, пахло сандалом. Алексей Фёдорович сказал, что для того, чтобы удерживаться в этом пространстве, полезно ощущать его максимально внимательно всеми органами чувств. Поэтому даже вкусы и запахи будут помогать нам.

Мой проводник не торопил меня и позволял внимательно осмотреться. Когда же я закончил с нашей камерой, он повёл меня дальше.

Следующим помещением был склад. В реальности там просто настоящий завал. Проходя мимо, я пару раз краем глаза замечал, как в это помещение заходили работники тюрьмы. В сновиденном пространстве Шамбалы тут находилась настоящая сокровищница! Конечно, тут не было золота и бриллиантов, но было то, чему я обрадовался в тысячу раз больше!

Вместо склада располагалась настоящая библиотека! Тысячи прекрасных книг!

Алексей Фёдорович пояснил, что я вижу собрание общих прочитанных книг. Я не понял, что он имеет в виду, и он объяснил: все эти книги существуют как воспоминание тех, кто их прочитал. У каждого из посещающих Шамбалу есть свой стеллаж.

Старец предложил посмотреть на один из стеллажей. На нём располагались все знакомые мне книги. Некоторые из них выглядели плотными, а некоторые были полупрозрачными.

Мастер пояснил мне, что полупрозрачные книги — это те, которые я читал очень давно, и моя память не может достоверно и полностью восстановить весь текст.

— В сновидении нам доступны большие ресурсы памяти, чем в бодрствовании, — пояснил он. — Но и у этой памяти есть свои пределы. Существуют методы, которые позволяют восстановить целостность книги, но эти методы обычно применяются только к очень ценным экземплярам.

Я открыл одну из книг и пробежался по тексту глазами. Всё было так, как я это припоминаю. Мне понравилось, как страницы выглядели в приглушённом свете канделябров, освещающих это помещение. Казалось, что буквы в книге имеют своё внутреннее свечение, поэтому на них было очень легко сосредоточивать внимание, независимо от освещения.