Пятый осколок. Голос крови.

Рина Каз

Пятый осколок. Голос крови.

Пролог

Элиан лежал в глубокой канаве, где дождевая вода смешалась с кровью и черной землей. Липкая ледяная жижа медленно высасывала тепло из его пробитого доспеха. Вокруг бушевала война, но звуки битвы доносились до него глухо, словно из-под толщи воды. Крики умирающих и лязг стали потеряли свою остроту, отступили далеко и растворились в нарастающем гуле тишины.

Боль ушла, уступив место странному лёгкому покалыванию, которое разливалось по кончикам пальцев и освобождало сознание от страха. Победа или поражение? Теперь это не имело значения.

Серое небо нависало низко, и облака проплывали так медленно, словно они тоже устали от этого мира. Они размывались в его затуманенном взгляде в бесконечные пятна свинца и грязи. Темнота мягко наползала на края зрения, забирая цвета и формы, оставляя лишь смутное ощущение падения в теплый черный океан.

Когда ресницы наконец сомкнулись, готовые погрузить его в вечный сон, над ним склонилось какое-то движение. Размытые тени заслонили собой небо. Чьи-то руки коснулись его плеча. Чернота окончательно накрыла, оборвав последнюю нить.

Глава 1

Калеб.

Каменные стены замка хранили холод, проникающий даже сквозь толстые шерстяные одежды. Лорд Калеб шёл по коридору быстро и решительно. Его высокие сапоги из черной кожи гулко стучали по каменным плитам, и каждый шаг отдавался эхом, приближая час расплаты. Его темный плащ, тяжелый от влаги и дорожной пыли, волочился следом, шурша по камню. Широкие плечи были напряжены, будто он нес на них невидимую ношу. Ему было всего тридцать лет, но глубокие морщины прорезали лоб. Карие глаза горели лихорадочным огнём усталости и скрытого гнева. Рядом с ним, почти бегом пытаясь угнаться за широким шагом советника, семенил капитан гвардии

– Сколько наших? – спросил Калеб, не глядя на него.

Капитан запнулся. Его пальцы нервно забарабанили по рукояти меча. Он сглотнул, прежде чем ответить, словно слова застревали в горле.

– Триста убитых, милорд. И раненых еще больше. Ночь добьёт тех, кого не доставим в лазарет. – Голос капитана дрогнул. – Но дело не только в этом.

Советник короля остановился, слегка склонив голову в ожидании.

– Они стали умнее. Их когти острее. – Пальцы капитана снова забарабанили по рукояти меча. – Они действуют совсем иначе, словно в их головах поселился разум.

Калеб развернулся всем телом к капитану.

– Что ты имеешь в виду?

– То, мой лорд, что их становится все больше, и они совершенствуются. Скоро они нападут с новой силой. Тот, кто стоит за ними, набрался могущества и хочет уничтожить человеческий род.

– Похоже, в Черных Кузницах Ургота кто-то помогает, – мрачно произнес Калеб. – Древняя магия проснулась, Варик.

В этот момент из темного зева арки выскочил молодой стражник. Парня трясло так, что латные пластины на груди тихо позвякивали. Он не добежал двух шагов, рухнул на колени прямо перед сапогами советника, не смея поднять глаз.

– Милорд! – выдохнул он, и голос сорвался на хрип. Его пальцы впились в ткань камзола Калеба. – Элиан… Принц Элиан…

Калеб замер, уставившись на руку парня, вцепившуюся в его рукав.

– Повтори.

– Его нет нигде, милорд.

– Ты вообще понимаешь, что говоришь, парень? Тебе дали одно единственное задание, следить за наследником престола. И что теперь!

– Он твердил, что хочет биться. Отправиться с вами…

Калеб медленно повернул голову к Варику. Капитан побледнел так, что шрамы на лице стали белыми полосами.

– Варик, – произнес Калеб. Каждое слово давалось ему с трудом. – Скажи мне правду, перед лицом богов и людей. Ты видел его там?

Голос капитана дрогнул, стал глухим:

– Не видел, милорд. Клянусь. Если бы знал, что он туда сунется, если б допустил это… я б сам под мечи полез.

Калеб выпрямился.

– Поднимай всех, кто на ногах, – голос советника стал холодным и резким. – Каждого, кто еще дышит.

Капитан Варик побелевшими пальцами сжал рукоять меча.

– Милорд, но…

– Молчать! – Калеб шагнул вперед, и Варик инстинктивно опустил голову. – Вы упустили его – теперь ты его найдешь. Собери три десятка лучших. И пусть каждый знает: не найдете принца живым – лучше не возвращайтесь.

Молодой стражник, всё еще сидящий на полу, громко всхлипнул. Калеб рванул его за шиворот, поднимая на ноги одним движением.

– И ты собирайся. Пойдешь с ними.

Парень развернулся и бегом вылетел из комнаты. Калеб повернулся к капитану.

– Умнее, говоришь? Теперь им хватит ума прикончить наследника и прервать династию. Ты это понимаешь?

– Я найду его, милорд. Любой ценой.

– Цена уже заплачена. – Калеб отвернулся к окну, сжимая каменный подоконник руками. – Быстрее, время не ждет.

Когда шаги капитана стихли в коридоре, Калеб прижался лбом к холодной стене. Кулаки все глубже впивались в камень. Он понимал: если король узнает о пропаже сына, его больное сердце не выдержит. Королевство останется без правителя. Калеб поднял голову, вглядываясь в сумерки. В воздухе пахло кровью. Рука скользнула к поясу, к кинжалу. Древняя сталь холодила кожу, напоминая о клятве.

Он не мог бросить королевство. Без него власть рухнет, и тьма из Черных Кузниц получит шанс. Но мысль о том, что принц лежит где-то среди трупов, жгла душу.

– Боги, – прошептал он, не отводя взгляда от темноты за окном, – если я потеряю и его… королевство падет.

Элиан.

Тусклый свет от потрескивающей печи едва разгонял мрак лесной хижины. Тяжелые шкуры давили на ослабленное тело Элиана. Каждый вдох отдавался сухим кашлем и острой болью в ребрах. Повязка на груди, уже пропитавшаяся кровью, прилипла к коже, стягивая движения. Элиан попытался открыть глаза, но веки налились свинцом. Сквозь узкую щель видел лишь пляшущие тени от огня.

Он дернулся, пытаясь сесть, но острая боль пронзила бок, словно в него вогнали раскаленный прут. Комната поплыла перед глазами. Элиан издал хриплый стон, потерял равновесие и рухнул на холодный пол. Ладони судорожно царапали доски, пытаясь найти опору, но пальцы скользили. Боль залила сознание красным туманом. Он забился на полу, не то крича, не то хрипя – уже не понимая, где заканчивается физическая мука и начинается бессильная ярость.

Дверь хижины резко распахнулась, впуская внутрь порыв холодного ветра и брызги дождя. На пороге возникла высокая фигура в темном плаще. Капюшон скрывал лицо. Незнакомец шагнул внутрь и плотно закрыл дверь, отсекая шум бури.

– Не подходи! – просипел Элиан, пытаясь подняться на дрожащих руках. – Не смей...

Фигура приблизилась и медленно откинула капюшон. Огонь выхватил из темноты знакомые черты.

– Магистр Родрик? – выдохнул принц, не веря глазам. – Вы?

– Тише, тише, мальчик мой, – голос магистра Родрика звучал низко и успокаивающе. Маг опустился на колени, его сильные руки уверенно подхватили Элиана под мышки. – Зачем ты рвешься? Ты только что вскрыл свои раны.

Родрик легко уложил Элиана обратно на постель, тщательно укутывая его шкурами и поправляя повязку на груди.

– Где мы? – Элиан хватал ртом воздух, чувствуя, как боль медленно отступает, сменяясь тяжелой, ватной слабостью. – Что случилось? Почему я здесь?

Родрик вздохнул, провел ладонью по вспотевшему лбу юноши и сел на табурет у кровати. В его глазах читались усталость, облегчение и скрытый упрек.

– Мы в лесу, далеко от тракта. А случилось то, что ты совершил самую глупую ошибку в своей жизни, – сказал он ровно. – Зачем ты полез туда, Элиан? Твой стражник вовремя предупредил меня о твоих планах. – Родрик поднялся за кружкой с водой. – Хорошо, что он это сделал, иначе гнил бы ты сейчас в канаве среди других тел.

– Я должен был! Я сражался достойно… – возмутился принц, пытаясь подняться.

– Достойно, – мягко перебил его Родрик, – но безрассудно. Лезть в самое пекло, не сказав никому, было очень глупо. Твоя отвага достойна уважения, но не стоит жертвовать жизнью ради славы.

– Это было не ради славы! – голос Элиана сорвался. – Ради отца! Мне нужно в замок! Он должен знать, что я жив!

– Нет, – отрезал Родрик. – Тебе нельзя в замок.

– Что значит «нельзя»? – Элиан уставился на него с недоверием. – Почему? Я наследник престола! Я требую…

– Я расскажу тебе все, когда наберешься сил, – спокойно ответил Родрик.

– Но я должен... – Элиан затрясся, вырываясь из рук Родрика, который снова попытался удержать его на подушках. – Плевать на силы! – крикнул он, и голос предательски дрогнул от отчаяния. – Верните меня домой! Немедленно!

Родрик не стал спорить с принцем. Он просто положил свою широкую ладонь на лоб юноши.

– Спи, Элиан, – произнёс маг. Голос его прозвучал тихо, но властно, проникая прямо в сознание.

Теплая волна накрыла принца. Ярость исчезла, мышцы обмякли, стали бесполезными. Тяжелые веки сомкнулись сами собой, вопреки его воле. Элиан хотел ещё что-то сказать, крикнуть, потребовать, но язык отказался повиноваться. Тьма мягко, но неотвратимо поглотила его, утягивая в глубокий, бездонный сон.

Глава 2

Лиана.

Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь тяжелые бархатные шторы королевских покоев, рисуя на каменном полу бледные, дрожащие узоры. Лиана потянулась в постели, чувствуя, как затекли мышцы после беспокойной ночи. Сон не принес облегчения; даже во сне она слышала отдаленный гул битвы и крики, доносившиеся неизвестно откуда.

Служанка вошла бесшумно, словно тень, и помогла девушке умыться теплой водой из серебряного кувшина. Предложенное пышное платье из шелка Лиана отложила в сторону с презрительным фырканьем. Вместо него она выбрала то, в чем чувствовала себя собой: темные обтягивающие брюки из мягкой замши, удобную тунику с высоким воротником. Рыжие волосы, цвета осенней меди, собраны в тугой высокий хвост, чтобы не мешали, если придется хвататься за лук или меч. В семнадцать лет Лиана выглядела не как фарфоровая статуэтка для придворных приемов, а как хищница, загнанная в золотую клетку. Веснушки золотом горели на бледной коже лица.

– Миледи. Завтрак подан, – робко произнесла служанка, заглядывая во второй раз.

Лиана вздернула бровь, поправляя ремень с кинжалом на бедре.

– Передай, что спущусь, когда буду готова. И перестань стоять над душой, Мира. Когда ты так делаешь, я чувствую себя поднадзорной преступницей.

Девушка сидела за длинным дубовым столом в малой трапезной, болтая одной ногой под ним, а другой упираясь в перекладину стула. Завтрак в одиночестве был пыткой. Лиана механически отламывала куски хлеба, слушая, как за окном воет ветер. Ей хотелось выть вместе с ним, хотелось скакать на коне по лесу, пускать стрелы в мишени, чувствовать опасность, которая была понятнее этой гнетущей неизвестности. Ей хотелось выть вместе с ним, хотелось скакать на коне по лесу, пускать стрелы в мишени, чувствовать опасность, которая была понятнее этой гнетущей неизвестности. Дерзкая, живая, совсем не такая, какой ее хотели видеть при дворе. Острые скулы, чуть вздернутый нос, недовольно поджатые губы.

– Мира, скажи мне, на небе сегодня есть солнце, или наш добрый король приказал тучам висеть здесь вечно в знак траура по вчерашней битве? – спросила Лиана, лениво откусывая хлеб.

Служанка растерянно моргнула.

– Н-не знаю, миледи… Кажется, дождь собирается.

– Кажется, – фыркнула Лиана. – Иди.

Дверь скрипнула, нарушая тишину. Вошел Калеб. Его вид говорил больше любых слов: под глазами залегли глубокие тени, лицо осунулось, в каждой морщине читалась изможденность.

– Доброе утро, лорд Калеб, – произнесла она, и в ее голосе прозвучала легкая, почти неуловимая насмешка. Она кивнула слуге, чтобы тот налил вина.

– Доброе утро, миледи, – советник короля склонил голову. – Прекрасный день для охоты, не правда ли?

– О, весьма, – саркастично отозвалась Лиана. – Хотя дичь нынче труслива. Прячется от войны. Выглядите вы, советник, так, будто сами стали этой дичью. Надеюсь, битва прошла успешно? Или нам уже стоит готовить факелы и вилы?

– Война – не тема для светской беседы за завтраком, миледи.

– А что тогда? Погода? – фыркнула девушка, ставя кубок на стол с излишним шумом. – Говорят, сегодня особенно холодно. Прямо как в вашей душе, лорд Калеб.

Внезапно ее взгляд стал серьезным, насмешка исчезла, уступив место острой тревоге.

– Где Элиан? Почему его нет за столом? Он никогда не пропускает завтрак.

Калеб поморщился, словно от физической боли. Открыл рот, чтобы ответить, подобрать слова, которые не ранят ее сразу, но в этот момент дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену и отскочила назад.

На пороге возник капитан Варик. За его спиной, шатаясь и бледнея как полотно, стоял юный стражник. Лиана узнала его мгновенно. Тот самый мальчишка, что всегда крутился возле Элиана, его тень, его верный пес. Сейчас парень дрожал так, что зубы стучали.

– Милорд! – закричал Варик, не замечая никого вокруг. Голос сорвался на хрип. – Мы обыскали все! Все поле! Его там нет! Мы не нашли его среди мертвых!

Лиана вскочила так резко, что стул с грохотом опрокинулся. Внутри всё сжалось в тугой, болезненный комок.

– Кого не нашли? – ее голос прозвучал тихо, почти беззвучно. – О чем вы говорите, капитан Варик?

Капитан обернулся и только сейчас заметил девушку. Замер, переводя взгляд с нее на Калеба и обратно. В этом взгляде читалась такая обреченность, что у Лианы похолодели пальцы.

– Отвечай! – она шагнула к нему.

– Элиан… – выдавил капитан, и голос его дрогнул. – Принц Элиан пропал, миледи!

Калеб резко шагнул вперед, загораживая собой капитана, словно пытался заслонить Лиану от этой вести своим телом.

– Лиана, не нужно…

– Как пропал? – прошептала она. Каждое слово давалось с трудом, воздух застревал в легких.

– Что значит «пропал»? Он ранен? Где он?

– Мы не нашли его тела, миледи, – выдавил Варик, опуская глаза. – Ни живым, ни мертвым. Он исчез.

– Прочь с дороги! – она оттолкнула советника. Тот был вдвое шире её, но под напором ее ярости отступил. Лиана оказалась перед Вариком в два шага. – Что значит «пропал»? Что значит «среди мертвых»? О чем вы вообще говорите?!

– Миледи, принц самовольно отправился на поле боя, – Варик уже не пытался скрывать правду. – Мы искали его везде.

Лиана перевела взгляд на стражника. Тот стоял, вжав голову в плечи, мелкая дрожь била его тело.

– Ты, – она подошла вплотную. Парень был выше на голову, но сейчас казался маленьким, жалким. – Ты же должен был следить за ним. Где он?!

Стражник упал на колени, закрывая лицо руками.

– Простите, миледи! Простите! Я не смог... он ушел тайком... я не успел...

– Не успел?! – взвизгнула Лиана. Звук вышел резким, режущим уши. Рука сама метнулась к кинжалу на поясе. – Я отрублю тебе голову, щенок! Собственноручно! Где принц?!

– Она меня убьет! – взвыл парень, глядя на Варика расширенными от ужаса глазами. – Капитан, скажите ей! Она мне голову отрубит!

– Лиана! Успокойся! – резкий окрик Калеба заставил её обернуться.

Но она не успокоилась. Повернулась к капитану, и в ее карих глазах плескался такой дикий гнев, что старый воин инстинктивно отступил на шаг.

– А вы, капитан? Вы командовали войском! Вы должны были знать, где находится наследник! Я и вам отрублю голову! Обоим!

– Миледи, нельзя отрубать головы направо и налево, – устало произнес Калеб, подходя ближе и осторожно, но твердо перехватывая её запястье, сжимающее рукоять кинжала. – Это не решит проблемы, а только добавит нам хлопот с похоронами. Нам нужны ответы, а не трупы.

Лиана дрожащей свободной рукой схватила Калеба за рукав, впиваясь ногтями в ткань камзола.

– Скажи мне правду, Калеб. Ты знал? Ты отправил его туда?

– Нет, – твердо ответил он, глядя ей прямо в глаза. – Никто не знал. Кроме…

Он резко повернулся к стражнику, нависая над ним своей огромной тенью.

– Ты. Говори быстро. Кто-нибудь еще знал о планах принца?

Стражник замер. Губы его задрожали, он закусил их до крови, опуская глаза в пол.

– Отвечай! – рявкнул Калеб так, что даже Лиана вздрогнула.

– М-магистр Родрик! – выпалил парень и тут же сжался, словно ожидая удара. – Я… я сообщил ему. Потому что принц его ученик. Я думал… я думал, магистр сможет его отговорить или… или последит за ним…

Калеб запустил пятерню в свои черные волосы, с силой сжимая их у корней. На его скулах заходили желваки. Он закрыл глаза на мгновение, и по лицу прошла судорога ярости.

– Родрик... – прорычал он сквозь зубы. – Значит, он знал. И молчал. Магистру Родрику ты сообщил, а капитану королевской гвардии? А советнику короля? Тебе не пришло в голову сказать кому-то, кто может реально защитить мальчишку?

Стражник молчал, только плечи его тряслись все сильнее от беззвучных рыданий. Калеб резко выдохнул, беря себя в руки, и повернулся к Варику. Его лицо стало непроницаемой маской, за которой скрывалась буря.

– Капитан, – голос его звучал холодно. – Найдите магистра Родрика. Немедленно. Обыщите всю крепость, все башни, все лаборатории. Если потребуется – поднимите по тревоге всех, кто умеет держать меч. Родрик должен быть найден и доставлен ко мне. Живым.

– Слушаюсь, милорд! – Варик развернулся и бросился к выходу, увлекая за собой трясущегося стражника за шиворот.

Дверь за ними захлопнулась. В трапезной повисла тишина, нарушаемая только треском углей в камине и тяжелым, прерывистым дыханием Лианы. Она стояла, вцепившись руками в край стола, чтобы не упасть. Рыжие волосы рассыпались по плечам, выбившись из хвоста окончательно. Она смотрела на дверь, за которой скрылись капитан и стражник, и в ее глазах больше не было гнева. Там был страх. Холодный, липкий страх, который она пыталась спрятать за маской ярости, но теперь маска треснула.

– Калеб, – тихо позвала она, не оборачиваясь. Голос ее звучал слабо и неуверенно. – Он жив?

Советник молчал. Подошел к окну и уставился на серое, наливающееся дождем небо, сжимая ладони в кулаки. Сейчас он не мог смотреть на нее. Потому что знал: если увидит ее глаза, в которых плещется этот ужас, он сорвется. Сделает что-то недопустимое. Шагнет ближе, чем позволяют их положения. Или пообещает то, что не в силах выполнить.

– Я не знаю, – ответил он наконец, и в его голосе впервые за все утро прозвучала усталость, за которой не было ничего, кроме пустоты. – Я не знаю, Лиана.

Он произнес ее имя тише, чем следовало. Мягче, чем позволял этикет. И сам вздрогнул от того, как это прозвучало в тишине комнаты.

Лиана закрыла глаза, и по ее щеке скатилась одинокая слеза. Где-то вдалеке громыхнул первый раскат грома. Вот-вот начнется дождь, который должен смыть кровь с улиц, но не способный смыть страх из сердец.

Калеб.

Солнце так и не показалось. Небо затянуло свинцовой пеленой, и тяжелые тучи нависли над замком, готовые разразиться ливнем в любую минуту. Калеб нервно расхаживал по комнате, когда в дверь постучали.

– Войдите, – бросил он резко, не оборачиваясь.

Вошел капитан Варик. Его лицо было бледным.

– Не нашли? – спросил Калеб, хотя ответ он предчувствовал заранее.

– Милорд, – глухо сказал Варик. – Мы обыскали все. Башню магов, кельи, библиотеку, конюшни. Опросили стражу у ворот. Никто не видел магистра Родрика с самого вчерашнего утра. Он исчез. Будто растворился в воздухе.

Калеб сжал кулаки до хруста костяшек.

– Черт! Это не может быть совпадением. Вы считаете, он мог… похитить принца?

– Похоже на то, милорд, – Варик виновато опустил взгляд. – Я приказал обыскать все еще раз, но… у меня дурное предчувствие.

Калеб резко выдохнул и ударил кулаком по каменному подоконнику. Боль пронзила руку, но она была ничтожна по сравнению с яростью, кипевшей внутри.

– Проклятье! – прорычал он, снова и снова ударяя по камню. – Проклятье, проклятье!

Он заметался по комнате, запуская пальцы в волосы. Мысли лихорадочно сталкивались друг с другом.

– Родрик знал о планах Элиана. Родрик был его наставником. Родрик исчез в то же время, когда пропал принц. Слишком много совпадений для одного дня.

– Капитан, – Калеб остановился и посмотрел на Варика в упор. – Скажи честно, что ты думаешь? Он мог похитить мальчика? Или они сбежали вместе?

Варик нахмурился, обдумывая ответ. Пальцы привычно забарабанили по рукояти меча.

– Не знаю, милорд. Магистр всегда был предан короне. Но… – он замялся.

– Но?

– Но в последнее время он стал странным. Замкнутым. Все время проводил в своей башне, никого не пускал. А теперь…

– А теперь мы имеем пропавшего принца и исчезнувшего мага, – мрачно закончил Калеб. – Просто замечательно.

Он снова подошел к окну, глядя на серое небо. Где-то там, в лесу, возможно, лежит раненый мальчишка. Или сидит в клетке у предателя. Калеб отогнал страшную мысль.

– Собери совет, Варик. После полудня. Тронный зал. Всех, кто имеет хоть каплю власти в этом замке. Лорда Стефана, магистра Эдвина, леди Морган, коменданта стражи… всех. Пусть бросают свои дела. Это не терпит отлагательств.

– Слушаюсь, милорд, – Варик кивнул и вышел, плотно притворив дверь.

Калеб остался один. Он подошел к столу, провел пальцами по холодной, шероховатой поверхности дерева. Сквозь пелену усталости и глухой ярости вдруг всплыло неожиданное воспоминание. Лиана. Ее всклокоченные рыжие волосы, ярость в каждом движении, глаза, горящие вызовом. «Какая же она красивая, когда злится», – мелькнула предательская мысль. Калеб покачал головой, и уголки его губ дрогнули в слабой, почти незаметной улыбке. Глупо. До неприличия глупо думать об этом, когда королевство трещит по швам. Но эта короткая искра на мгновение согрела его изнутри, прогнав леденящий холод одиночества.

Зал встретил его гулом взволнованных голосов. Высокие своды тонули во мраке; факелы на стенах чадили, отбрасывая длинные, дергающиеся тени, которые плясали по камню, словно живые. В центре, на возвышении, пустовал трон короля Дорвена. Тяжелый, резной, обитый выцветшим бархатом, он казался огромной черной дырой, напоминающей о том, кого здесь критически не хватало. Справа, на меньшем возвышении, зияло пустотой кресло наследника. Калеб старался не смотреть в ту сторону, чувствуя, как сжимается желудок.

Вокруг длинного дубового стола уже собрались те, кого он призвал. Варик стоял чуть поодаль, у входа, готовый выполнить любой приказ. Калеб занял место во главе стола, обводя присутствующих тяжелым взглядом.

Лорд Стефан, казначей, сухой и сморщенный, словно осенний лист, сидел, поджав бескровные губы. Массивный перстень с изумрудом на его пальце поблескивал в тусклом свете, когда он нервно барабанил по столу. Его взгляд говорил сам за себя: любые предложения означают только одно – лишние траты.

Магистр Эдвин, глава Ордена Целителей, молчаливый и бледный в своей серой рясе, сложил руки на столе и смотрел в одну точку. Глубокие синие тени под его глазами кричали о бессонных ночах, проведенных у постелей умирающих.

Леди Морган, вдова, управляющая западными землями, женщина с острым умом и таким же языком, цепко ощупывала серыми глазами каждого присутствующего. Она не любила Калеба, он не любил ее, но в моменты кризиса они умели работать вместе, как два отточенных клинка.

Комендант стражи Бренн, грузный бывший наемник с лицом, изрезанным глубокими шрамами, хмуро тёр подбородок мозолистой ладонью, явно чувствуя себя чужим в этом гнезде знати.

Калеб кашлянул, привлекая внимание. Гул стих.

– Благодарю, что пришли так быстро. Ситуация критическая, и каждая минута промедления стоит нам жизней. Прошу прощения за резкость, но обстоятельства не позволили соблюсти этикет.

– Что стряслось, Калеб? – первой подала голос леди Морган, прищурившись и внимательно изучая его лицо. – Почему нас собрали в таком составе? Где его величество? Разве король не должен председательствовать на совете в столь важный час?

Калеб сжал челюсти. Произнести это вслух было всё равно что подписать приговор о собственном поражении.

– Король не может присутствовать, – ответил он тихо, но так, что каждое слово достигло самого дальнего угла зала. – Его состояние ухудшилось за ночь. Он без сознания. Лекари говорят, что любая попытка разбудить его сейчас может стать для него последней. Поэтому бремя принятия решений ложится на нас.

Лорд Стефан нервно заёрзал на стуле, пальцы забегали по холодному камню перстня.

– Без сознания? – просипел он. – Но... если король недееспособен. То есть, я хочу сказать... Надеюсь, речь не идет о введении чрезвычайных налогов? Казна и так трещит по швам после битвы...

– Молчи, Стефан, – резко оборвал его Калеб. – Речь идет не о монетах. Речь о том, что у нас больше нет наследника. Принц Элиан пропал.