Лилия для Шута

Джейми улыбнулся, стараясь всеми силами не смотреть на королеву.

— Буду рад помочь. Ищите что-то касаемо брачного договора?

— Да, — ответил Кристиан, потирая глаза, — пока безуспешно, за двадцать лет собралось слишком много документов и соглашений, а мы не знаем, когда именно помолвку заверили официально.

Джейми не удержался и взглянул на Амалию. Та, оторвавшись от бумаг, занималась тем, чтобы распустить свою прическу и вытащить из волос корону.

— Чёрт, — едва слышно ругалась она под нос. — Как же неудобно

Никто из мужчин не вызвался помочь. Даже Джейми, который любил помогать девушкам застёгивать платья и поправлять волосы. Слишком близко — думал он.

И тут Амалия посмотрела на него. Джейми взмолился Богам.

— Помоги. — Весьма чётко и грозно произнесла она. Не просьба, а приказ.

Шут двинулся к королеве. Он встал сзади неё и запустил пальцы в чужие волосы. Руки не слушались, Джейми делал всё медленно, хотя вытащить пару шпилек и выпутать корону из прядей было легче лёгкого. Тут его пальцы задели её горячую шею и парень тут же одёрнулся. Несколько прядей потянулись за ним. Амалия вздрогнула.

— Эй! — Она боком повернулась к нему. — Аккуратнее!

— Простите, — Джейми собрался и быстро выпутал оставшиеся пряди. Корону Амалия сняла сама и вздохнула.

Шут заметил, что советник и лорд тактично делают вид, что заняты работой.

Амалия вернулась к свитку, который читала. Она тут же отбросила его.

— Опять не то. Нужно сузить круг.

— А если то, что мы ищем не в документах? — Предложил Джейми, включая голову. Он провёл рукой по книгам. — Может, поищем в письмах? Наверняка про помолвку разговаривали.

— Хорошая идея, — подхватил лорд Рид. — Искать по перепискам с королевствами проще. Но мне нужна помощь, один я их не унесу.

Джейми пошёл за лордом. Писем оказалось еще больше, чем документов, а работа действительно утомительной и нудной. Разгребать бумаги, читать, складывать их обратно, чтобы сохранить порядок — все эти действия через пару часов начали надоедать и Джейми зазевался.

— Сидячая работа не твой конёк, да? — усмехнулся лорд, замечая усталость Шута.

— Я уже не понимаю, что читаю, — признался Джейми.

— А пришёл ты на несколько часов позже нас, — подметил Кристиан, который медленнее всех делал свою работу.

Шут закатил глаза и посмотрел на Амалию. Та что-то вовлеченно читала и хмурилась.

— Нашли что-то? — спросил Джейми, подойдя ближе и рассматривая конверт.

— Не знаю, но это не похоже на древний альтаирский. Здесь их много.

— Потому что это старокаледорский, — Джейми протянул руку и королева подала ему одно из писем. — Я видел этот почерк, когда читал языковую книгу восьми королевств.

Шут заметил недовольный взгляд Амалии и попытался объяснится.

— Совсем мельком, король Элиан показывал. Я не учил все языки, поэтому прочитать не смогу.

— Могу принести словарь, — спохватился лорд Рид и отправился на поиски книги.

Джейми поставил стул к королеве.

— Посмотрите на эти завитки внизу у букв, они круглые, а сверху острые. Как и Каледоры, мягкие, но жёсткие.

Амалия повернулась к нему и смотрела прямо в глаза, будто пыталась прочитать мысли. Джейми нервно сглотнул. В «гляделки» играть с ней он научился ещё в детстве, когда маленькая принцесса злобно таранила его своими янтарными глазами. И зачастую выигрывал он, а девушка отводила взгляд. Но в этот раз Джейми чувствовал, что готов проиграть.

— Я даже не удивлена, — королева провела рукой по волосам. — Отец всегда говорил, что прежде чем брать эту книгу в руки я должна выучить язык предков до разговорной речи.

Джейми удивлённо похлопал глазами. Языком предков называли тот, на котором говорили племена, населявшие Альтарию ещё задолго до того, как она стала так называться. Сохранились письмена на дощечках, их речь изучали долгие столетия и, кажется, изучают до сих пор.

— Но это устаревший язык, без постоянной практики это практически невозможно. Даже молитвы сейчас читают на древнем Альтаирском.

Амалия скрестила руки и уверенно произнесла:

— Эларин вирташ, шаэлон виркаэш. Шаэлон ве эларин — веташ каэш.

Джейми пораженно открыл рот.

— И что это значит?

— Зависть — это тихое недовольство чужим успехом, а ненависть — яркое и активное. Вот почему зависть нередко превращается в ненависть.

Шут вспомнил, как пылко Амалия стучала по его груди кулаками и говорила, что ненавидит. Так она ему завидовала? Джейми заметил, что Кристиан также удалился для помощи Риду.

— Вы были принцессой, которая получала всё по одному движению руки. Сейчас Вы королева, под ногами которой вся страна. Как в таком положении можно завидовать простому шуту? Это неразумно.

Если всё это время дело было в зависти Да бред! Джейми никогда не был свободным, ему завидовать могут только столичные слуги придворных дам и лордов — и то у тех достаточно благ и возможностей, чтобы не жаловаться на свою судьбу.

— Ты забыл, что не всегда был придворным шутом. Ты — Флиман, был тем желанным сыном, о котором они мечтали. И я тебя уверяю, если бы не кровь, текущая в твоих жилах — они бы сделали всё, чтобы ты стал принцем, их наследием. И если бы не их отношение к тебе, если бы не эта вседозволенность, ты был бы сейчас среди остальных артистов, которые скитаются по дорогам, спят под открытым небом и играют за кусок хлеба. Ты же живёшь во дворце, сыт, одет и имеешь доступ туда, куда им путь закрыт.

— Значит по этому Вы бросали меня в колодец и запирали в комнатах? Из-за того, что мне «повезло» быть подобранным Вашими родителями?

— Не только. Ты постоянно выставлял меня никчёмной, опускал шуточки и совсем не ценил то, что тебе давалось Богами. Мой отец не просто так сделал из тебя инструмент для управления страной. Ты всегда оправдывал его ожидания: в учёбе, в сражениях, в выступлениях и советах. Я же навсегда осталась для отца капризной, ни на что не годной принцессой.

Амалия вернулась к бумагам, разбирая их.

— Я завидовала твоей свободе — той самой свободе, которой, как ты думаешь, у тебя нет. Ты можешь говорить правду под видом шутки. Ты можешь видеть то, что скрыто от глаз королей и королев. И ты можешь быть собой, не неся тяжести короны.

Джейми молча смотрел на неё, пытаясь осмыслить услышанное. В голове крутились обрывки воспоминаний, намёки, недосказанные фразы — всё складывалось в единую картину.

— Значит, всё это время мы оба завидовали друг другу? — тихо спросил он.

Королева улыбнулась, искренне, по-настоящему. От этого сердце Джейми заколотилось, как будто он рысцой пробежал от дворца до столичных врат.

— Похоже на то, Джейми Флиман. Похоже на то.

Шут не знал, что было бы дальше, если бы лорд Рид не бросил тяжёлый фолиант перед ними на стол. Амалия даже вздрогнула.

Следующие несколько часов они расшифровывали письма. Работа оказалась не из лёгких, учитывая, что почерк писавшего был торопливым и неаккуратным.

Отвлечься их заставило солнце, поднимающееся сквозь башни и бросавшее свои лучи в витражные окна библиотеки. Пыль сверкала в свете, а уставшие лица собравшихся стало видно намного лучше. Кристиан уже спал, сидя на стуле с пером в руке. Лорд Рид, обгонявший всех по скорости, замедлился и стеклянным взглядом смотрел то на словарь, то на письмо в руке. Джейми боялся, что рухнет на пол сразу же, стоит ему только подняться с деревянного стула. Королева среди них выглядела живее всех: она продолжала переписывать перевод на новый лист, правда на её лбу появилось чёрное пятно – видимо она потирала голову рукой в чернилах.

— Кажется, это последнее, — Джейми положил на стол последний лист, подавляя зевок. Амалия бросила перо и потянулась — её грудная клетка хрустнула, а глаза заслезились от усталости.

— У меня уже глаза замылились, — пожаловалась она, — лорд Рид, будьте добры, прочтите все письма.

Прежде чем начать читать, лорд пнул под столом Кристиана. Старик напугался, но быстро вспомнил, где находится и попытался состроить вдумчивое лицо.

Оказалось, что это чья-то переписка. Некто спрашивал в письмах о происходящем во дворце, о самочувствии принцессы, о новостях из Совета, о происходящем в столице и в остальных частях страны. Каждое письмо имело почти одни и те же вопросы. Джейми уже успел разочароваться в потерянных часах сна, но тут лорд прочитал новую строку:

— Твой сын всё хуже, у него уже видно рёбра, представляешь? Не забывай, что чем прекраснее с каждым годом Альтария — тем хуже с каждым годом мы кормим его. Мы ждём твоего знака.

Лорд остановился.

— Это последнее письмо.

Амалия положила руку на подбородок.

— Значит, засланец был во дворце ещё при родителях.

— И он был уверен в себе настолько, что оставил эти письма в архиве. — Заключил Кристиан. — Наверное, даже писал их прямо здесь.

— Не исключено, что писем было больше, — лорд прикусил губу, — судя по состоянию краски — эти были написаны давно.

Амалия поднялась, взяла корону со стола и водрузила на голову.

— Пока никому не говорим о том, что нашли. Никаких слухов про шпионов в замке. Если услышу от служанок или кого ещё – прикажу отрезать всем вам языки и разбираться, кто пустил слух, не буду. Отдыхаем два часа, после собираемся на совете. На повестке дня война с Лурнами на Северо-Западе.

— В-война?! — Лорд Рид запаниковал.

— Лурны? У нас же был мирный договор, — Джейми едва сдержался, чтобы не откусить ноготь указательного пальца.

— Только на словах, — Амалия прошла к выходу из архива. — Не переживайте, я обо всём расскажу на собрании.

На этих словах королева удалилась. Мужчины переглянулись.

— Это невовремя, — заключил Кристиан. — Стефан запрыгает от счастья.

— Нашей королеве необходим король. Ей не на кого опираться, а без опоры она недолго продержится.

— Как и Стефан, — добавил Джейми. — Я слышал, что он прибыл без дамы.

— Верно, — кивнул Кристиан и вдруг что-то вспомнив, добавил: — А ведь Её Величество не пошла спать. У неё тренировка с Чэнь Минем.

Джейми посмотрел на пустой коридор и поморщился. Кто из них жил в золотой клетке? Оба? Или ноша шута действительно не была так тяжела, как ему казалось? На Амалию свалилось столько всего, что Джейми не знал, за что бы схватился первым на её месте. Внутри почему-то было отчаянное желание освободить её от этого.

О, Элиан, о, Мэрилл, если бы Вы только знали, какой сильной становится Ваша дочь.