Семьдесят третий

Я подошёл к самому краю капонира и глянул вниз. Зрелище было паршивым. Весь мой десяток гроздью болтался на цепи над каменистой кручей. Бугай дёрнулся, извивался всем своим огромным телом и ревел, пытаясь вырвать прикованную ногу.

Слева раздался сухой щелчок — резкий, короткий «твинг» тетивы арбалета. Один из разведчиков-инкубов на своём посту сделал точный выстрел. Стальной болт со свистом пробил голову крепыша точно над ухом. Вой мгновенно оборвался. Тяжёлая туша обмякла, превратившись в мёртвый груз.

— Шевелитесь, скоты! — гаркнул Ург, хватаясь за звенья у самого стопора.

Мы быстро составили цепочку из рабов других расчётов, прибежавших на шум, уцепились за натянутый металл и дружным рывком вытянули болтающееся мясо обратно на твёрдую землю. Рабы повалились на базальт, судорожно глотая воздух.