C.Т.И.К.С. Темный ангел. Кузница жизни

Ну что же, будем применять шантаж? Почему бы и нет.

Пила была хоть и встревожена, но не сильно удивлена вызовом главы стаба к себе в администрацию для беседы с представителем ордена. Она ожидала этого давно, и поначалу недоумевала почему ее никто не беспокоит. Неужели тот монах не предупредил своих двух коллег, которые прибыли вместе с ним Гору, о том куда пойдет с Бабником? Слухи о том, что они выспрашивают об одном из своих братьев, поползли по городу сразу после первых же их визитах и вопросах в окрестных барах, поэтому о составе их группы в городе были прекрасно осведомлены.

Если это так, то связать непосредственно с Пилой его исчезновение, так же, как и исчезновение Монаха, будет затруднительно. Бомба уверил ее, что того вакуумного заряда, что он успел сгенерить вполне достаточно что бы разорвать в клочья прыгуна, а то и бегуна. Мало вероятно, что Дальнобойщик был настолько крепок телом как эта категория зараженных, но даже если случилось чудо, и ему не оторвало голову, то выжить без моментальной медицинской помощи, и хорошей дозы спека высокого качества было невозможно. А так как умер он где-то вдали от их базы, благодаря созданному телепорту, то с них и взятки гладки.

Оставалось, правда, одно слабое звено, благодаря которому все и случилось, и которое в свете последних событий, становилось крайне опасным свидетелем. Бабник. Который еще и про Монаха обязательно наплетет, хотя Пила и не была причастна к его смерти.

Как ей не хотелось прибить этого мудака прямо на месте, пришлось, наоборот, не только оставить его в живых, но и принять все меры, чтобы сделать того счастливым. Самым действенным способом был бы секс, но от одной мысли, что она будет им заниматься с этим выродком, ее начинало подташнивать.

Пришлось вспомнить все уроки с Гайкой, а Бабника временно запереть в комнатушке, которую до этого занимал Бомба в ее небольшом офисе на базе. И на протяжении двух дней, чуть ли не каждый час наведываться к нему и постепенно внушать безмерную любовь к ней, и желание принести для нее добычу из ближайшего кластера под названием Веселый.

И ей это удалось! Самым сложенным оказалось заставить его скрывать от всех и вся, кто его истинная любовь, ради которой он готов совершить, как она надеялась и рассчитывала, свой последний подвиг. А что бы ее надежды точно оправдались, на груди у Бабника висел кулон, который она подарила ему на память, осчастливив поцелуем в щечку перед тем как он покинул ее штаб-квартиру, отправляясь в дальний путь. Кулон, над которым до этого поколдовал Бомба, припомнив опыт давних лет, и зарядив его микроскопическим концентрированным зарядом вакуумной бомбы.

Вот уж кто остался доволен встречей с представителем ордена, несмотря на все предыдущие страхи. Пока Пила лихорадочно размышляла как избежать последствий нежданного визита, он сидел на диване словно стукнутый по голове, не обращая внимание на окружающих, и все генерил, и тут же распускал сгусток энергии в виде крошечного шарика, сначала в воздухе над ладонью, а затем перед лицом, как будто никак не мог налюбоваться этим явлением. Пока Пила не прикрикнула на него, и не потребовала стереть с лица идиотскую улыбку, а заодно рассказать сколько шансов у Дальнобойщика выжить.

И вот когда Пила почти забыла о тех злосчастных событиях, и успокоилась, вдруг ее хочет видеть кто-то из братии. С чего бы это? Если сразу не заявились и не вызвали, что изменилось сейчас? Бабника нет, Дальнобойщика нет. Те из его коллег, что были тогда в Горе, на долго в ней не задержались, значит были оповещены о смерти своего собрата. Может что-то другое? Например, связанное с отрядом Сухаря? Их когда-то видели вместе в кабаке «Парась Бульба» много людей, и она тогда по пьянке, с дуру, проболталась про сделку и жемчуг. Может в этом дело?

Такие мысли крутились у нее в голове, пока она ехала к мэрии, получив по рации от Пузыря указание прибыть на встречу. Никаких подробностей он ей не рассказал, пробурчав, что сам не в курсе.

Она нашла нужный кабинет на первом этаже здания, и без стука вошла в него, прикрыв за собой дверь.

В небольшой комнате, за столом, расположенным у противоположенной от входа стены с окном, человек в серой униформе читал какую-то книгу. Помимо стола в комнате разместилось лишь три стула, выстроившиеся в ряд по левую сторону, и небольшой стеллаж с закрытыми нижними тумбами, занимающий правую стену, напротив стульев.

При звуке закрывающейся двери человек поднял голову.

- Черт! – сказала Пила.

- Значит узнала? – спросил Дальнобойщик, криво улыбнувшись, и кивнул на стулья, рядом со столом. – Присаживайся.

- Значит ты не окочурился тогда? – задала риторический вопрос Пилотка, усаживаясь на стул, который стоял по середине.

- Как видишь, - развел руками Даль, - а тебе этого бы хотелось?

- Нет конечно, - фыркнула Пила. – Но ничего и не случилось бы, не реши ты тогда применить свой аркан, и не свяжись с Бабником.

Как ни странно, но вид уцелевшего, и совершенно здорового монаха, пожалуй, больше порадовал ее, чем огорчил. Все-таки убивать человека, не сделавшего ей или ее знакомым ничего плохого, не входило в ее привычки. Хотя теперь ситуация складывалась совсем не в ее пользу. Покушение на представителя Ордена, если он даст ход этому делу, может иметь самые пагубные последствия. И тут бесполезны разговоры про самооборону. За последний месяц Пила постаралась накопать информацию про эту организацию, и надеяться на какое-либо разбирательство, или справедливый суд, не приходилось.

- Я не собираюсь устраивать разбор того случая, - словно подслушав мысли, решил успокоить ее Даль. – Хотя слышал, что Бабник куда-то пропал. Не расскажешь, что с ним?

- Сама не знаю, - грустно вздохнула Пила, захлопав ресницами, - говорят решил вспомнить молодость, и прогуляться до Веселого, поохотиться, споранов раздобыть. А я ведь беспокоилась за него, можно сказать устраивала спонсорскую помощь, несмотря на некоторые разногласия между нами. Вот теперь скучаю даже немного по нему.

- Я наслышан о том шоу, что ты периодически здесь устраивала, - усмехнулся Даль. – Это довольно жестоко.

- Ты пригласил меня сюда обсудить мои моральные принципы? – подняла бровь Пила.

- Я пригласил тебя, чтобы прояснить до конца тот вопрос, с которым я приходил к тебе в прошлый раз. Помнишь его?

- Вроде что-то про какого-то вашего монаха шла речь. Которого кто-то убил что ли? Уверяю тебя, что о нем я знаю еще меньше чем о тебе.

- Но ты в прошлый раз назвала его ковбоем, значит что-то все же про него знаешь?

Даль и сам бы не мог сказать, почему он запомнил эту случайно брошенную ей тогда фразу.

- Я знаю про него только то, что, когда сидела в ресторане, видела с Бабником какого-то незнакомого типа, вырядившегося как самый настоящий ковбой. А из вашей он братии или нет, понятия не имею. Просто в тот раз сделала такое предположение.

В отличие от Дальнобойщика, Пила выпотрошила из Бабника всю информацию о том вечере и их встрече с Монахом. В том числе и о том, что Бабник не успел ничего рассказать Дальнобойщику, рассчитывая получить от него власть над Пилой, и тогда уже допросить ее по-настоящему, со всем присущим ему извращением и пристрастием. Почему он решил, что вновь прибывшему представителю ордена это может понравиться, Пила не поняла. Бабник что-то бормотал о своем крестном, пропагандирующем насилие, и его пристрастии к подобным методам, но постигнуть его логику, равняющую под одну гребенку всех, кто служил в Ордене, она так и не сумела.

Даль задумчиво разглядывал девушку, постукивая подушечками пальцев по обложке закрытой книжки, которую он вытащил из составленных в ряд брошюр на одной из полок стеллажа в этом же кабинете. Ему нравилось, как держится Пила. Помниться эта ее черта характера, то ли самоуверенность, то ли наглость, еще в прошлый визит импонировала ему. Может быть и правда, ничего про Монаха не знает, а Бабник лишь достигал своих целей, ошибочно полагая, что та встреча поможет ему раскрыть свой дар арканщика? С другой стороны, не зря же он готовил план А. Он, правда, был единственный, но попробовать стоит.

- У Монаха, помимо Бабника, были еще помощники, - произнес он многозначительно, при этом пристально глядя в глаза Пилы. – Помимо этого, кое у кого имеется очень интересный дар.

Это была чистой воды импровизация, придуманная им в преддверии встречи. Капуста рассказал ему, что обычно Монах в своих поездках, всегда прихватывал с собою тайных помощников, о которых он никогда не афишировал, но игумен давно знал своего подчиненного, и достаточно хорошо изучил его привычки, чтобы быть уверенным в том, что и в тот раз он не изменил своим правилам.

Выгорит из этого что-то или нет, он не знал, поэтому, заодно, решил сделать заход и с другого бока, упомянув ее возможности, о которых она, явно, не распространялась. И кажется попал в точку. Взгляд девушки дрогнул.

Пила вспомнила иммунного со странным именем Отвертка, которое ее позабавило при их встрече, а заодно и второго помощника Монаха, молчаливой тенью, следовавшего за ним. Эти-то в отличие от Бабника выжили, и куда подевались она не знала. Но почему всплыли только сейчас? Да потому что следователь – вот он, перед ней. И, похоже, не зря где-то пропадал столько времени, сумев отыскать свидетелей.

- Ну и что эти помощники рассказывают? – скривив губы в подобии усмешки, откидываясь на спинку стула, и закидывая ногу на ногу, спросила она.

Сдаваться просто так с наскока она не собиралась.

- Много интересного, - Даль понял, что потянул за правильную ниточку, и нужно было придумать как дальше разматывать клубок, по факту, не имея на руках никаких улик и аргументов. – Что у тебя за дар?

- Вообще-то о таком не принято спрашивать. Можно и по морде схлопотать за такие вопросы.

- Это в интересах следствия, тем более, что я испытал его на себе.

- Если испытал на себе, то чего спрашиваешь?

- Хочу узнать, как он работает.

- Ага, а я хочу узнать, как работает твой аркан. Расскажешь?

Даль тяжело посмотрел на нее. Это была запретная тема. Для любого из Ордена. Но, понятно, что делиться с кем бы то ни было подробностями такого запрета он не собирался. Впрочем, ее слова были справедливы. Можно было знать, что у человека за дар, но никто не станет раскрывать всех его деталей.

- Хорошо, не хочешь рассказывать не рассказывай, но ты ведь понимаешь, что в своем отчете я могу как упомянуть про него, так и не делать этого?

Пила понимала, что в убийстве Монаха ее никто обвинить не сможет, так как этого и не было, но подпортить ей жизнь можно запросто. И все же в силу своей натуры не удержалась:

- Говорить ты можешь что угодно. А что на самом деле напишешь, только тебе и известно.

Нет, оставаться спокойным, и разговаривать с этой девчонкой было крайне трудно. Ведя разговор, Даль лихорадочно придумывал как дальше вести диалог, чтобы выйти на Монаха. Что если они все же встречались, и она тоже применила на нем свое умение? Монах был много опытнее Даля. Как же она с ним справилась? Тем более, что все-таки кто-то из помощников у Монаха был, раз Пила так отреагировала на его предположение. Да плюс еще Бабник. Да как она вообще могла совладать одна с такой компанией? А одна ли?

- Хорошо, я даю тебе слово, что не упомяну о твоем даре, если ты расскажешь в подробностях. И обо всех.

Пила сощурила глаза. Обо всех? На что он намекает? На помощь Гайки и Сухаря, с их странной кошкой и амбалом? Подручные Монаха, в той драке, могли видеть лишь Гайку. Но ее не трудно связать с остальной компанией.

- О ком это обо всех? – подозрительно спросила она.

Даль почувствовал замешательство Пилы, и понял, что и тут попал где-то рядом. Нужно было срочно развивать успех. Главное не облажаться с остальными вопросами, и задавать их правильно.

- О тех, кто помогал тебе.

Ход был рискованным, но тут либо прокатит, либо он получит от ворот поворот.

А Пила уверилась, что Дальнобойщику известны подробности той драки, раз он спрашивает не про то как она проходила, а про ее участников. Она на мгновение задумалась, что можно рассказать, и ответила:

- Сухарь с Гайкой возвращались к себе в гостиницу, увидели, что несколько человек пристают к незнакомой девушке, и решили помочь. Ну мы и навешали все вместе пиз@юлей этому твоему Монаху. А заодно его прихвостням вместе с Бабником. Вот и вся история.

Даль еле сдержался, чтобы не подпрыгнуть на стуле, когда услышал имя Сухаря. Вот те раз! Он слабо рассчитывал, что, хотя бы одного зайца настигнет, а тут сразу два попалось! И услышать о втором он никак не ожидал. То, что команда Сухаря заезжала в Гору он уже навёл справки, а вот то, что они ещё и Пиле помогли, стало для него открытием. Он прочистил горло, и усиленно забарабанил пальцами по книжке.

- Ну вот, а говорила, что ничего не знаешь про смерть Монаха, - решил он подлить еще масла в огонь, вдруг что еще выгорит.

- А я про его смерть ничего и не знаю, - вот тут Пила была полностью уверена, что никаких свидетелей быть не могло.

Сухарь в подробностях ей рассказал об обстоятельствах гибели Монаха, так как она все равно узнала бы об этом от Пизы, в чьей квартире это и произошло, и дал четкие инструкции как себя вести, в случае, если кто-то начнет задавать вопросы об ее связах с их компанией. Он предположил, что такое может случиться, ведь в поселении их не раз видели вместе. Могли оказаться и случайные свидетели как их драки (всех окон в доме не проверишь), так и явления Монаха на квартиру к Пизе. И если в первом случае их потасовка была всего лишь одним из рядовых явлений в стабе, тем более что в ней никто не пострадал, то над вторым случаем Сухарь тщательно поработал, заметая следы появления Монаха.

Всех подробностей он ей не рассказал, упомянул лишь, что Гайка прошлась по парадной, и прилегающим к дому окрестностям, и убедилась или убедила, что никто никого в сером плаще из местных не видел. По поводу тела, закопанного втихаря от всех у нее на базе, Сухарь уверил ее, что там такой запеченный фарш из костей и мяса, что ни одна собака не поймет, что это раньше было человеком. К тому же о месте захоронения знала лишь Пила, да и за прошедшее время там должно было всё уже перегнить.

Они беседовали еще с пол часа, в течение которых Далю не удалось узнать ничего нового. В том числе и про подробности их драки с Монахом, кроме того, что тот, как и сам Дальнобойщик, поддался на уговоры Бабника подчинить себе Пилу, а потом ретировался куда-то со скоростью пули. Может и убился по дороге, об какое-нибудь препятствие.

Даль прекрасно знал, что бегунки, тем более опытные, не могут принести себе вреда во время «забега». К тому же Капуста назвал примерное время обрыва связи с Монахом, и это было утро следующего дня. А расспрашивать подробности боя, с учетом того, что он пообещал Пиле не касаться ее умений, и в теории должен был сам знать все детали от свидетелей, было неразумно.

Получалось, что к Пиле особых вопросов и не было. Куда не плюнь везде подгадил Бабник.

«Может он и Сухарю успел какую свинью подложить», - со смехом подумал он, и спросил у Пилы:

- А что, Сухарь с Бабником случайно не пересекался?

- При мне нет. А ты знаешь Сухаря?

- Я его ищу, - увидев вмиг сощурившиеся глаза Пилы, он тут же пояснил: - не по этому делу. Договорился с его другом разыскать их отряд и послать весточку.

«Хотя, когда найду, то непременно поинтересуюсь той встречей с Монахом», - подумал про себя Даль.

- Что-то случилось? – встревожилась Пила.

- Да нет, - Даль не видел смысла скрывать цель своего дальнейшего путешествия, - там в команде у Сухаря двое близнецов, а я как раз у их отца отлеживался после встречи с вами, вот и решил отблагодарить.

О том, что и Капуста дал ему указание пуститься на поиски отряда Сухаря, он, естественно, не стал упоминать. Дело служебное. Ему и самому было интересно, чем эта команда Сухаря заинтересовала Игумена. Тот не стал разъяснять, лишь упомянул, что больно уж интересный состав у нее. Учитывая, что глава Крымского отделения Ордена не проявлял нетерпения и спешки, Даль сделал вывод, что ничего негативного этот поиск в себе не несет. А осознавая какой подарок ему самому преподнес Склифосовский, был почти уверен, что Игумена интересует не состав отряда, а их умения, которые, скорее всего, питерский знахарь им и развивал.

- Хмм, - Пила ненадолго задумалась, а затем выдала такое, от чего Даль немного опешил: – А давай я с тобой поеду?

Пилу еще в прошлый раз, при расставании с отрядом Сухаря, подмывало желание отправиться в путешествие с ними, но тогда было не до этого, так как на у нее на руках оставался Бомба, за которым нужен был глаз да глаз. Сейчас же Бомба полностью очухался, правда о том, что он перестал наркоманить, знало только несколько самых верных людей. Очередная охота закончилась буквально на днях, и ждать следующей теперь нужно будет еще около месяца. Так что, по большому счету, ей в Горе делать было нечего. Со всеми насущными делами ее команда прекрасно может справится самостоятельно, тем более, что теперь можно было положиться и на Бомбу. Другая ее компания подружек-татушек, давно ведет бизнес без ее участия, отчисляя ей лишь дивиденды, собираясь вместе только для развлечения. Почему бы и не устроить себе небольшую встряску?

- Как это со мной? – не нашелся сразу что ответить Даль.

Но при этом подумал, что был бы не прочь провести время в дороге с такой симпатичной и несколько экстравагантной особой. Заодно можно было бы поподробнее выведать детали той потасовки, и что она знает про отряд Сухаря, раз уж их цели будут одинаковы.

- Да вот так, взять и отправиться в дорогу вместе! Что тут непонятного? У меня тоже есть кое-какой интерес найти их.

Честно говоря, Пила сама не понимала зачем это делает, и никому не смогла бы объяснить причин своего поступка. Но, предлагая составить компанию Дальнобойщику, она, вдруг осознала, что самостоятельно не решилась бы отправиться в путь. Ее команде это не интересно, а Бабник ни за какие коврижки сейчас на запад не поедет, А еще, у нее, вдруг, возникло тоскливое чувство, что если она это не сделает сейчас, то уже больше никогда не увидит сухарцев. Вроде как общались всего ничего, лишь пару дней, но почему-то эти ребята запали ей в душу.

Даль в задумчивости перебрал страницы книги, делая вид, что обдумывает ее предложение, хотя уже и принял решение. Его маленький обман, внезапно, принес пользу, натолкнув на одну мысль.

- Ну если пообещаешь мне, что мы с тобой потренируемся в виртуальных поединках, - сказал он, намекая на их первое и единственное противостояние, - то я, пожалуй, буду не против совместного путешествия.

Пила подумала, что ей и самой будет полезно отточить свой навык, который было крайне тяжело скрытно применять на других иммунных. А в открытую уж тем более.

- Согласна! – кивнула она, вставая с места, и протягивая руку.

Они обменялись рукопожатием, и договорившись, что Дальнобойщик через Пузыря оповестит ее позже о времени своего отбытия.

Глава 3

Стратег покосился на Адольфа, который наводил связь с Москвой-Сити. Сеансы проводились с периодичностью раз в один-два месяца, когда Тактик, это было второе имя Адольфа, присвоенное ему уже здесь в Москве, получал сигнал от своего крестного, что тот желает пообщаться.

За те пятьдесят с небольшим лет, прошедшие с момента, когда Адольф сменил предыдущего Тактика, Стратег так и не сумел сдружиться с ним. Они не ссорились, совместно поддерживали порядок в Москве и жемчужной зоне, выполняли поручения Древних или Высших, как сами себя именовали хозяева Москвы-Сити, но тех доверительных отношений, что когда-то были у него с предыдущим, бесследно исчезнувшим Тактиком, и в помине не было.

Когда Адольфа приходилось называть Тактиком, а это случалось либо в присутствии Древних, либо, по их же указанию, на любых официальных мероприятиях, Стратег всегда про себя добавлял цифру два. Тактик-два. Был еще Тактик-минус-один. А Тактик-один, или просто Тактик, для него всегда оставался все тем же другом, Тактиком, с которым он съел не один пуд соли, и на протяжении четырехсот лет выстраивал инфраструктуру Жемчужного и Мирного края.

Тактика-минс-один, он так и не успел узнать толком, хоть и общался с ним на протяжении тридцати лет, пока тот не пропал схожим способом, как и его друг. Не узнал, потому что в то время города в Жемчужной области только закладывались, и им не часто доводилось видеться, разрываясь между стройками различных крепостей, "китайских стен", фортов, и прочих укреплений, преобразуя стабы в цитадели и бастионы.

При этом первые два года Стратег провел под бдительным, но сугубо деловым руководством Тактика-минус-один, перенимая у него опыт управления, и привнося свои идеи о фортификации зоны Жемчужного края. За что, в общем-то, и получил от своей новой крестной из Древних новое же имя - Стратег. Своего старого он уже и не помнил. Сварог вроде? Да, точно, на его Земле тогда еще было язычество, и его умение вызвать огонь, при попадании в Улей, определило и его имя.

А с новым Тактиком, который и стал впоследствии его другом, они как-то сразу начали действовать в паре, не разбегаясь друг от друга по разным поселениям. Им было комфортно работать вместе. Вот только свой уход Тактик почему-то не согласовал со Стратегом.

За неделю до этого, после принятия очередной белки для переправки в Москву-Сити золотой жемчужины, он все ходил какой-то беспокойный и возбужденный, пока не признался, что его дар телепортера перерос на новый уровень. Он чувствует, что может перемещать теперь в центр Пекла, за черноту Москва-Сити, не только предметы, но и себя. Стратег сразу предостерег его от необдуманных и поспешных действий. И отобрал ключи от сейфа, где хранились белки, без которых, насколько знал Стратег, Тактик все равно не сумел бы активировать это свое умение.