До Земли и обратно. Открытие

Да, как же. Очевидно, что он боится. Вдруг я опять что-нибудь ляпну, объясняясь. И в последнее время здесь действительно имеется нехорошая тенденция. Но я, конечно, не влюбилась. Симпатия есть, что скрывать, но это все. Вообще среди моих друзей нет марсиан, тем более мне никогда даже в голову не приходило начать встречаться с одним из них. Что за человек этот Рид, если так поменял мое отношение? Пока мы шли, я размышляла и косилась на гида, который упорно избегал смотреть на меня, хотя я точно знала, что он исподволь следит. Его работа – моя безопасность в путешествии. Я уже лучше ориентируюсь в лесной зоне, но еще есть над чем поработать. Когда я, например, спотыкалась о корни или зацеплялась волосами за ветки, гид останавливался и спрашивал, все ли в порядке и, услышав положительный ответ, продолжал идти вперед.

Глава 7

– Источник был тут, почему его нет, – вслух сказал Рид и тут же покосился на меня – как отреагирую.

Мы шли уже полчаса, и я почти жалела, что не осталась в лагере. Марсианин крутился в радиусе трех метров и, наконец, радостно воскликнул. Источник завалило упавшим деревом, поэтому мы поднялись немного выше по течению этого ручья. Поток был недостаточно сильный, набирали воду долго. Глядя на напряженное лицо проводника, мне стало не по себе. Да уж, вода в получасе ходьбы, да еще так трудно наполнять резервуар. Однако вода в ручье была настолько чистая, что даже не потребовалось использовать фильтр, без которого обычно не обойтись на Земле, и мы, выпив немного, почувствовали прилив сил и освежились. Намочив открытые участки тела, мы вообще словно заново родились. Улыбнулись друг другу, поняв, что мысли у нас сейчас совпадают, но Рид быстро вернулся к отстраненности. Эта досада могла меня надолго захватить, но было некогда: старалась не зацепляться за корни и не падать.

Мы вернулись в лагерь, и Рид тут же исчез за деревьями, бросив, что нужно найти еду. Видимо, я его сильно торможу, раз он так испугался, что опять навяжусь с ним. Правда, я и не собиралась, то есть не была еще в силах. И ведь столько тренировок за моими плечами! Восхищаюсь выносливостью марсианина и его сноровкой. Я развлекала себя размышлениями еще около получаса. Когда наконец вернулся гид, запыхавшийся, но довольный, в руках у него были овальные камушки. А, значит, будем жарить яйца.

– Рид, поражаюсь, как ты это делаешь? – искренне восхитилась я, подходя к нему.

Он перестал улыбаться и пожал плечами:

– Ничего особенного. Просто надо найти гнездо.

– Но ведь гнезда высоко на деревьях.

– Не обязательно.

– Ты не устал? Может, я попробую развести костер?

– Нет, не стоит, – мужчина выглядел смущенным.

Он аккуратно положил наш будущий обед в траву и принялся оборудовать место для костра. Я очень внимательно наблюдала за гидом, и в конце концов он не выдержал, повернулся и спросил, скрывая раздражение:

– Что?

– Ничего. Просто хочу научиться разводить костер.

– Это полезное умение, – кивнул он и, к моему удивлению, начал объяснять, довольно подробно и отвечая на мои, скорее всего, глупые вопросы.

– Кажется, теперь я лучше понимаю. Наблюдения было недостаточно, спасибо, что объяснил. Хочу попробовать в следующий раз сама. Под твоим присмотром.

– Да, неплохая идея. Тебе нужно уметь это, если меня не будет рядом.

Его голос прозвучал довольно обыденно, но я проникла в суть фразы, и меня бросило в дрожь.

– Вообще-то я просто хочу тоже быть полезной. Да и овладеть новым навыком всегда хорошо.

– Ага, тем более тем, от которого может зависеть выживание, – все так же спокойно констатировал гид.

– Рид, мы оба вернемся на Марс.

Внезапно он уставлся на меня и захлопал глазами.

– Видимо, я неправильно выразился. Но все же, Астра, на сто процентов мы не можем быть уверенными в этом.

Он что, забыл мои приступы паники? Сердце уже застучало не в норме.

– Но ты знаешь, что я сделаю все возможное и даже больше, чтобы ты вернулась.

– Давай ты лучше сделаешь все возможное, чтобы вернулись мы оба.

– Кодекс гида этого не предусматривает, – с улыбкой спокойно сказал Рид.

– А кодекс друга? – спросила я с вызовом, хотя во взгляде читалась скорее мольба.

– Кодекс друга – тем более, – уже без улыбки ответил марсианин.

– Ну здесь я не согласна. Тогда я сделаю все возможное, чтобы вернулись мы оба.

– Упрямая, – снова улыбнулся марсианин, – тогда, боюсь, наши действия могут противоречить друг другу.

Гид рассмеялся, и я невольно залюбовалась.

– Тогда давай вместе постараемся сделать так, чтобы мы оба вернулись.

– Не могу обещать такое, но буду учитывать.

При этих словах гид смотрел мне в глаза и уже принял более-менее серьезный вид, а договорив, снова стал отстраненным, словно между нами выросла стена. Не самое приятное, но все же лучше, чем ссориться.

Наконец, с едой было покончено. Как же было вкусно! От души поблагодарила Рида, он рассмеялся. Недоумение заставило меня обратиться к размышлению, и я, к своему стыду, обнаружила, что почти никогда не благодарила своего гида. Будто он был должен все это делать или вроде того. Наверное, я действительно многого не замечала в своем поведении, а еще удивлялась, почему он видит наши отношения иначе. Да...

Костер должен был давно догореть, но гид подбрасывал ветки и поленья, обучая меня, как поддерживать огонь. Иногда он помешивал угли и поправлял поленья, и тогда в небо поднимались искры.

– Смотри, чтобы искры не попали на волосы, одежду, деревья и палатку, – пояснял он.

Думаю, ему было приятно делиться опытом, да и смотреть на огонь нравилось нам обоим. Это стало ярким позитивным моментом, воспоминания о котором я решила хранить, ведь оно могло поддержать в трудные моменты, которых, разумеется, не удастся избежать совсем. Не знаю, стало ли оно таковым для Рида, но мне хотелось верить, глядя на его счастливое расслабленное лицо, что так оно и было.

– Костер догорает. Нужно поставить отпугиватель и ложиться спать.

– Угу. Какие планы на завтра, что нужно сделать?

– Ты умница, Астра, быстро адаптировалась, – произнес Рид, глядя на тлеющие угли.

Хорошо, что он не видит, как я покраснела. Мне кажется, или он никогда меня не хвалил прежде? Зато ругал постоянно. И шутил, да.

– Нужно идти на разведку. Может, найдем источник поближе. Также следует внимательно осмотреть следы, чтобы не столкнуться с хищником, обитающим в здешних местах.

– Хорошо.

Я подумала о том, как много усилий мне предстоит, чтобы не тормозить и не создавать проблемы. Еще свежо было воспоминание о поиске источника сегодня. Ладно, после сна у меня явно будет больше сил, и последствия от удара головой уже минимизируются. Мы еще какое-то время сидели в тишине, только пение птиц и шум листьев при легком ветерке раздавались во сгущающимся сумраке.

– Надо идти спать, – сказала я, поднимаясь.

– Да, иди, я еще посижу немного.

Сбегала за «специально отведенный куст» и юркнула в палатку. Молния легко закрылась, и я не без удовольствия наблюдала, как мошкара не может попасть ко мне. Зарывшись в спальник, никак не могла уснуть и все вертелась. Постоянно всплывал в памяти момент, когда я осознала, что произошла авария. Хорошо, было воспоминание о костре, оно отвлекало. В очередной раз повернувшись на другой бок, прислушалась: шагов не слышно. Интересно, когда придет Рид? Уже было совсем темно, даже Луна не светила, а моего проводника все не было видно. Случится ничего не могло, ведь было тихо... Я засомневалась. Приподнявшись, позвала гида по имени – тишина. Я выскочила из палатки с гораздо более громким «Рид!» Он все так же сидел у тлеющих углей, немного шебурша их палкой. В темноте было сложно разобрать, но силуэт его угадывался.

– Ты чего не идешь? – тупо спросила я.

– Скоро приду.

Он не пришел через пять минут, через десять. Я уже снова занервничала и хотела опять вылезти из палатки, чтобы убедиться, что он там, у костровища. И тут меня пронзила мысль: он просто ждет, когда я усну. Наверное, боится, что я буду задавать как всегда дурацкие вопросы и беспокоиться. Или вообще, что я буду к нему приставать. Мало ли что он себе нафантазировал после моих некоторых фраз. Но, впрочем, может быть и то, что он просто хочет побыть один. Надо все же уснуть.

Утром я проснулась от того, что палатка нагрелась на солнце и стало душно. Для меня было полной неожиданностью обнаружить гида, лежащего на спине в своем спальнике и смотрящего в потолок палатки.

– Доброе утро, – бесцветно произнес он, краем глаза посмотрев на меня.

– Доброе... Что с тобой?

– А? Ничего, шея затекла.

– Вчера поздно уснул?

– Да, много размышлял. Не все тебе этим заниматься.

– Это дело хорошее. Только не на ночь глядя, – без тени сарказма ответила я.

Рид, кряхтя, выбрался из палатки и принялся разминать шею, потом и все тело.

– Не хочешь присоединиться к зарядке?

– Нет, – отчеканила я, щурясь от яркого солнца и доставая эмульсию.

Везет ему, он может позволить себе пренебречь средством защиты от солнечных лучей, да и очки почти не носит.

– Зря. Тебе лучше быть в форме. Тем более в нашем положении...

Но я не стала присоединяться. Мне показалось, что сделай я разминку Рида, о разведпоходах уже можно забыть – устану. Зато наблюдать за ним было здорово. Его мускулы уже совсем не казались мне такими неприятными.

– Ты собралась всю эмульсию истратить? – спросил Рид, указав на флакон в моих руках. Кажется, увлеклась, пока смотрела разминку, смешная. Я поспешно убрала эмульсию и принялась пить воду и есть соломку.

– Что, земного завтрака ждать не будешь?

Я широко улыбнулась и тут же положила соломку на место.

– Значит, зарядку делать отказываешься, а завтрак тебе подавай, – покачал головой немного запыхавшийся марсианин, но, увидев мою растерянность, быстро добавил: – Шутка, Астра.

Вау. Это реально прогресс.

На завтрак снова были яйца. Очевидно, добывать их пришлось где-то в вышине, потому что Рид пришел весь поцарапанный. Антисептик и восстанавливающую капсулу он отверг, сказав, что надо беречь лекарства и не тратить на такие пустяки. Кстати, мы оба забыли, что я собиралась сама развести костер, и вспомнили, только когда мужчина попросил принести пластину для жарки.

– Не грусти, у нас еще костров столько будет... – начал было Рид и осекся.

Да, мы старались не думать о нашем положении и поддерживать боевой дух, поэтому в моменты, подобные такому, скорее переключали тему.

– А кто научил тебя разводить костер? Отец?

– Нет. Это одна из вещей, которым научил меня Стикс – наш самый старый гид. Когда он был уже в преклонном возрасте и обладал приличным состоянием, часто организовывал исследовательские высадки, но поучаствовать в них удавалось далеко не каждому. Мой отец был на хорошем счету, да и статистика его оставалась долгое время желтой. На сленге гидов – это когда твои подопечные туристы в большинстве возвращались вовремя целыми и невредимыми за исключением пары-тройки случаев легких ранений. Когда он сказал Стиксу, что полетит только со мной, это стало проблемой. Нужно было заказывать трехместную капсулу, что существенно дороже. Да и вообще, брать с собой ребенка никто не хотел. За это обычно брали огромные деньги, и только единицы среди гидов отваживались на такое. Но Стикс в итоге воспринял это как личный вызов и взял нас с отцом. Любопытно, что в итоге он ни разу не пожалел. Со мной не нужно было обращаться как с ребенком, я уже был опытным путешественником и бывал дважды на Земле.

– Сколько тебе было лет? – не выдержав перебила я.

– Десять.

– ...Что было дальше?

– В общем, проблем я не доставлял, все впитывал как губка. К тому же, у Стикса был сын... Он умер в возрасте восьми лет, и в тот год ему исполнилось бы столько же, сколько мне... Вот его и пробрало. Он многое рассказал мне и научил тому, что опытным путем осваивают лишь с годами. Позже я понял, что отец на это и рассчитывал. Но тот проводник в итоге тоже остался доволен, так что хитрость отца – не такой уж грех.

– Здорово. У гидов целый отдельный мир.

– Ну да. Потому что гид – это не профессия, как бы пафосно ни прозвучало, а призвание, образ жизни и мыслей. Не знаю, что больше на меня повлияло: пример отца, собственное стремление, вера в меня Стикса или особое отношение к гидам в обществе... Наверное, все эти факторы в какой-то мере влияли на меня в разные периоды в большей или меньшей степени.

– Думаю, я все же твой друг, если ты рассказал мне такую историю, – просияла я.

– Ничего особенного. Это знают все знакомые и даже некоторые незнакомые гиды.

– Фи, – скривилась я понарошку.

– И вообще, что-то я не слышу от тебя личных историй. Сомнительная дружба получается, – с улыбкой произнес мой гид.

Это было сказано в нашем шутливом диалоге, но в каждой шутке...

– Что бы ты хотел узнать?

Рид замахал руками и даже сбил пролетающую мимо муху.

– Что ты, это не обязательно. Я же пошутил.

Судя по его выражению лица, он в самом деле ничего такого не имел в виду. А ведь мне правда хотелось рассказать что-то личное. Ну ладно.

– Так, пора собираться на разведку.

Мне действительно стало лучше после сна, и я шла по лесу довольно сносно. Рид старался не слишком быстро передвигаться, поддерживая мой темп, и мне это безумно нравилось. Мы видели зайцев и разных птиц на достаточном расстоянии от нас, таких пугливых и осторожных. Мой гид сказал, что можно попробовать поставить силки на зайца – такую ловушку. Мне не по душе была идея есть такое милое, живое и более разумное, чем рыба, существо. А как его сделать пригодным для еды – это вообще вызывало предобморочное состояние. Рыбу готовил Рид, вспарывая брюхо и удаляя внутренности, иногда чистил чешую. Тоже приятного мало, но заяц...

– А ты когда-нибудь готовил зайца?

– Нет. Но получил подробную инструкции от коллег.

Я покосилась на него: он был белый, как полотно.

– Ты...

– Если будет необходимость, то смогу, – перебил меня марсианин.

Его лицо приобрело жесткие черты на какое-то время, потом снова стало расслабленное. Ну как расслабленное, скорее внимательное, но в целом позитивное. Хоть бы все зайцы ушли из округи. Вряд ли, конечно, возникнет острая необходимость в таких вещах, как убийство зайца, ведь есть ягоды, яйца, рыба, соломка еще не закончилась. Вспомнилось событие десятилетней давности.

Мне уже тогда хотелось путешествовать на Землю, и когда в новостях показали один сюжет, у меня надолго остался осадок и сомнения. Рассказали о некоем гиде, который был коренным жителем Титана. Его опыт высадок был достаточно большим, он имел высокий рейтинг у туристов и часто участвовал в экспедициях с другими гидами. Вообще среди жителей Титана очень мало проводников, а такого уровня – тем более, поэтому тот мужчина был даже знаменитостью в какой-то мере. В общем, он захотел поесть. Но не нашу, а земную пищу. В тот период отменили на три месяца все высадки на планете предков из-за сейсмической активности. К сожалению, пришлось о ней узнать только после смерти туристов. Построив график и сделав расчеты, специалисты по исследованию и наблюдению за Землей, или, проще, «гео», выяснили, что лучше переждать пару месяцев. Так что тот гид не мог попасть на Землю. Не знаю, что у него было в голове, видимо, совсем не здоровые мысли, потому что в итоге он был задержан при поглощении убитой лани. Конечно, у нас их осталось всего ничего, и они под охраной в специальных парках. Как-то гид смог пробраться, убить лань, содрать с нее кожу и разделить на части. Уму непостижимо! После этого я долго обдумывала, стоит ли все же путешествовать на Землю и как выбирать проводника. Конечно, в истории планеты предков убийства – чуть ли не основная часть. Люди убивали друг друга, всех животных без разбора. Ну, конечно, это не все люди. И не всех животных, ладно. Но все равно цифры страшные и сложные для осознания, особенно теперь. Тогда люди выращивали животных специально для этого, и мне дурно от одной мысли об этом. Мне казалось, какая бы вкусная ни была лань, я не стала бы ее есть. И все бы ничего, но рыба и яйца теперь не воспринимались мной как что-то совсем ужасное и неприемлемое. А ведь это жизнь.

Я еще долго пребывала в размышлениях и не заметила невысокие кустики с красными ягодами, как будто состоящими из маленьких шариков. Рид шел на расстоянии от меня и рассматривал свою сторону, но успел увидеть то, что было не замечено мной.

– Астра! – возмутился он, указывая на ягоды.

– Извини, я задумалась.

– Интересно, что еще ты пропустила, – беззлобно произнес тот.

Мы принялись собирать ягоды – малину. Тут я заметила, что Рид выглядит уставшим. Надо же, а я-то думала, только я уже выдохлась. Мы наслаждались сладким душистым лакомством и заодно отдыхали. Рид протянул мне ладонь, полную ягод.

– Возьми, я еще соберу.

– Спасибо.

Приняв от него угощение, я еще больше воспряла духом. Все же тот гид из новостей был просто сумасшедшим. Скоро мы продолжили путь и обнаружили источник с более сильным потоком.

– Отлично! Это как раз то, что нужно!

– Да, источник хороший, но он очень далеко от лагеря, – заметила я.

– Что? Нет, конечно, нет. Наоборот.

Я завертелась: неужели мы шли по большому кругу? А лагерь – центр этой окружности?

– Да... Впрочем, этот навык не из тех, который дается легко. Я бы использовал компас – устройство, стрелка которого всегда указывает на север, или, проще, – на Южный полюс Земли, но с полюсами и магнитным полем в нынешнем состоянии он будет работать иначе. А раньше компас широко применялся.

– Так как же ты ориентируешься?

– По солнцу, деревьям... Не думаю, что ты сейчас сможешь понять. Только не обижайся, – ответил Рид, в конце фразы заметно занервничав.

– Ну, ты можешь попробовать объяснить.

В итоге мы потратили минут пятнадцать, но я поняла только пару моментов. Было такое ощущение, что Рид действует скорее интуитивно, только немного применяя известные ему методы.

– Мох на севере... – еще раз повторила я, – но эти два дерева рядом, у них мох растет не с одного и того же бока..

– Но ты посмотри: это тоньше и трухлявое с одной стороны, вот и пошло отклонение...

– Как это понять? Как это рассчитывается?

Мозг мой отказывался включать такое количество переменных в то, что должно было быть определенной формулой. В конечном итоге марсианин расмеялся, а я надулась на несколько мгновений, а потом тоже начала хохотать. Мы пришли к нашему лагерю уставшие, но довольные.

– Так, Астра. Мы завтра пойдем купаться, – распорядился Рид, утирая пот.

– Поддерживаю. Только почему не сегодня?

Марсианин задумался на секунду и выдал:

– На сегодня есть еще дела, развлечения оставим на завтра.

Я удивленно подняла брови, но ничего не сказала.

– Раз уж мы перекусили ягодами, на обед можно обойтись парочкой протеиновых палочек.

Расправившись с такой нехитрой трапезой, гид тут же дал указание – собрать хворост.

– Что?

– Ну, ветки и поленья для костра. И много.

– Мы будем делать большой костер?

– Нет. Я сделаю навес, и мы создадим запас дров, пока сухо и есть силы.

– А...

За час я очень утомилась, но хотела выполнить поручение гида на совесть. Он в это время прикрепил ветки с листьями веревкой к нескольким длинным палкам. Мне было интересно, делал ли он уже что-то подобное, уж больно ловко на мой взгляд получилось, но я воздержалась от вопросов. Увидев, сколько я собрала хвороста, проводник сдержанно кивнул и принялся складывать их аккуратной горкой. Видимо, не так много я смогла собрать.

– Так, отлично. Теперь отдых. Нужно около полутора часов, чтобы мы восстановили силы. Да, думаю, будет достаточно.

Я ничего не имела против отдыха, но, зная, что потом, по-видимому, надо будет опять усердно трудиться, он воспринимался скорее как обязанность. Мы залезли в палатку и завалились сверху на свои спальники. Мое тело буквально ликовало. Я посмотрела на Рида: он лег на бок лицом ко мне и, закрыв глаза, успокаивал дыхание. Через минуту он почувствовал мой взгляд (да, засмотрелась немного), открыл глаза и спросил:

– Что?

– Просто задумалась, – отозвалась я.

– О-о-о, – простонал марсианин, – отдыхай. Спи.

После этого он развернулся, как обычно, к стенке палатки.

Мне приснилось, что мы с Ридом целуемся, я проснулась и рывком села на спальнике. Конечно, это не кошмар, но я была так смущена и возмущена этим своим сном, что поневоле так среагировала. Сердце стучало. Мужчина, конечно, проснулся от шума и испугался, увидев меня такой взбудораженной. Он сел возле меня и участливо спросил:

– Кошмар приснился, да?

И еще взял за руку. Меня тут же бросило в жар. Все больше себе удивляясь, я заверила Рида, что все хорошо и, высвободив свою руку, легла спиной к нему.

– Ладно, – не слишком уверенно сказал марсианин, и я почувствовала, как он едва коснулся моего плеча и отдернул руку. Было похоже, что он хотел проявить заботу, но побоялся быть не так понятым и передумал. Или просто вспомнил, как я назвала его красивым, и решил не искушать судьбу? Все больше мне было досадно. Создавалось впечатление, что Рид осторожничает и побаивается, что я еще больше осложню наши отношения. Ему было бы гораздо комфортнее, если бы они оставались в рамках «гид – турист». Но это уже невозможно. Хотя бы потому, что мы потерпели крушение и теперь выживающие, команда. Но главная причина все же во мне. Ну что я могу теперь с собой поделать? Хотя можно попытаться...

На этот раз мне приснилось, что я в школе и решаю задачу с частицами Майорана. Мне они всегда тяжело давались, а во сне я еще никак не могла сохранить ответ на электронной доске. Кстати, Этторе Майорана – любопытнейшая персона. В далеком 1937 году им уже была предположена и доказана с помощью формул «частица ангела». Этот гениальный физик был очень нелюдим и ценил способности ограниченного количества коллег. Он также не публиковал свои исследования, чем очень огорчал небольшой круг друзей-физиков, и порой они публиковали его идеи в соавторстве, чтобы они не пропали. Майорана считал, что ему незачем объяснять элементарные, на его взгляд, вещи кому бы то ни было. Так он упустил множество возможностей, в том числе не получил Нобелевскую премию. Однако, когда все же он решался написать статью, это было блестяще, и о нем действительно говорили как о великом физике. И вот он с помощью формул доказал существование частиц, которые сами для себя являются противоположностью. Они не имеют электрического заряда и совмещают в себе свойства материи и антиматерии. Доказать это с помощью экспериментов в то время было невозможно, и это удалось сделать только в 2025 году. Благодаря чему человечество сделало большой шаг вперед, создав квантовый компьютер и испытав его в условиях космоса. Но мне хочется напомнить о загадочной судьбе Майорана. Для него была создана новая должность профессора теоретической физики при университете, он читал лекции несколько месяцев, потом внезапно отправился в другой город, послав сначала телеграмму, а потом и письмо директору института со странным содержанием: физик написал, что возвращается, но преподаванием больше заниматься не намерен. Он сел на корабль, а потом... Исчез. На свой родной берег не вышел, и никто его не видел. Друзья-физики говорили, что он наверняка готовил свое исчезновение уже давно и все продумал, так что его не найдут, если он сам этого не захочет. И он не захотел. Спустя двадцать лет появился человек, который видел Этторе Майорану, и даже был представлен снимок, подлинность которого была установлена и признали, что на нем именно Этторе. Это все, что известно о таком гениальном физике, к сожалению. Правда, когда я решала немыслимые задачи с частицами Маорана, мне было не до всех этих тайн. Хотелось просто окунуть голову в воду – так кипели мозги.

Глава 8

Проснулась от своих снов я в дурацком настроении, плюс еще эта духота. Выскочила из палатки и налила себе воды. Немного успокоившись, нанесла эмульсию, огляделась: Рида не было в палатке, рядом тоже не видно. И тут он появился со стороны нашего «специального куста».

– О, проснулась. Ну как, силы восстановила?

– Вроде да, – неопределенно ответила я, прислушиваясь к ощущениям в своем теле. – А что, нам опять куда-то идти?

– Нет. Напрягать будем не мускулы.

При последнем слове я автоматически устремила взгляд на его бицепсы. Интересно, какой вес он может поднять? Или, например, сколько подтянется? Бицепсы не такие большие, но по титанским меркам почти огромные.

– Так вот, нужны будут не физические усилия, – сказал Рид, принявшись ходить и подбрасывать и ловить шишку ели.

Подумать только, куда делись его дерзость и шутки теперь.

– Ты меня слушаешь, Астра?