Предгорье. Выбор

– Мы рады приветствовать гостей Предгорья, – начал гитарист, и я невольно заслушалась его мягким низким голосом. – Надеюсь, вам понравится музыка, несколько композиций мы написали специально для сегодняшнего вечера.

Он оглянулся на музыкантов, показав длинные волосы собранные в низкий хвост, кивнул, и группа заиграла что-то совершенно диковинное, но такое же ритмичное, как уже слышанные мной мелодии при входе в зал.

На потолке медленно поворачивались подвешенные к потолку серебристые шары, отбрасывавшие блики на стены, пол, танцующих людей. Арий повернулся ко мне и подал руку.

– Кажется, пришло время свадебного танца? – улыбнулся он,

– Да, очень давно пришло, а то у нас как-то все не в том порядке, – рассмеялась я, радуясь, что зал погрузился в темноту.

– Что ж, молодожены, пойду на разведку, – сказал Сирен и действительно скрылся в толпе гостей, аккуратно пробираясь мимо танцующих пар.

Я потеряла его из виду, но абсолютно не волновалась. Сирен умел постоять за себя. Правда, я не знала, сможет ли он выстоять против женского обаяния…

– Как тебе праздник? – спросил Арий, наклонившись к самому моему уху и еще крепче прижимая к себе.

– Вкусный и нервный. Ты заметил, как Крон говорил про помощь богов, хотя не верит в них? – я понизила голос, хотя Крон был в другом конце зала да и не смог бы услышать нас из-за грохота музыки.

– Это политический ход. Ему нужно собрать сторонников объединения. Видимо, верующих в Предгорье много и они сильны, а значит, нужно лестью склонить их на свою сторону. Он произнес хорошую речь! Интересно, насколько сильно на него повлиял покойный отец, как много вложил в него. Или у Крона с рождения такие способности к правлению…

– Как ты думаешь, что делает твой отец? – я знала, что Арию еще пока тяжело, и знала также, что нужно проговаривать тяжести на душе – этому научила меня мама. Воспоминание о маме встало комом в горле, поэтому я сосредоточила внимание на Арии.

– Я даже смею думать, что он меня простил и не злится, но это, конечно ,

мечты. Не знаю, что думать. Скорее, пытаюсь не думать об этом.

Композиция закончилась, и пока музыканты о чем-то переговаривались, Арий предложил:

– Нам нужно заводить знакомства, как рекомендовал Крон. Не против пройтись по залу и пообщаться?

– Да, это хорошая идея, – согласилась я, собираясь с силами отпустить руку Ария.

Нам даже не пришлось никуда идти: к нам подошел министр, кажется, финансов, если я правильно запомнила.

– Разрешите познакомиться с вами, Арий и Пава, – радушно улыбнулся он и повернулся к молодой девушке, сопровождавшей его. – Это моя младшая дочь, Мирта, она очень хотела бы с вам, познакомиться.

Ари вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула.

– Позвольте пригласить на танец, – предложил Арий, подавая руку. Мирта застенчиво улыбнулась, поклонилась мне и встала в позицию для танца. Ревность снова попыталась обхватить меня внутри, когда я увидела руки своего мужа на талии совершенно незнакомой девушки, но я знала, что могу доверять любимому.

– Позвольте потанцевать с вами, Пава, – пригласил меня министр, – в Предгорье танец – это способ вести переговоры, так могу я с вами поговорить?

Я кивнула, и мы влились в поток танцующих пар. Пары двигались по кругу, и я поняла, что все выписывают какие-то танцевальные фигуры.

– Это традиционный танец Предгорья – лимбд. Движения очень простые, доверьтесь мне. В этом танце может вести как женщина, так и мужчина, можно вообще обойтись без ролей. Кстати, меня зовут Хиран, – представился он, поворачивая меня вокруг руки и снова беря за руки. – Вы еще не освоились в Предгорье?

– Я его еще толком и не видела, Но надеюсь, что скоро смогу оценить красоту этого края…

– Я бы назвал эту красоту... суровой, местность все-таки гористая, – Хиран засмеялся, и его смех напомнил мне шелест сухой опавшей листвы. – В Предгорье ведь тоже есть министерства?

Я задумалась, стоит ли рассказывать о том, как устроено наше государство, но решила, что тайн в этом быть никаких не может.

– Да, но у нас не министры, а советники. Например, отец моего мужа – Советник. И еще отличие в том, что каждый советник выполняет не одну функцию, а несколько, то есть вы бы в Предлесье заведовали не только финансами, но еще, например, образованием. Я не очень сильно и интересуюсь управлением и политикой. Моя мама владеет магазином, и это дело я бы хотела продолжить.

– Кажется, вы почти по адресу. Вам бы еще, с министром торговли поговорить, но и министерство финансов немало внимания уделяет бизнесу и предпринимательству.

– Простите, чему? – кажется, я покраснела от стыда, но таких слов я еще не слышала, а продолжать разговор, не понимая, о чем идет речь, мне не хотелось. Сколько себя помню, я никогда не стеснялась не знать и поднимала руку, чтобы спросить, однако раньше это случалось в школе, на уроке, и в крайнем случае, меня могли подразнить мои одноклассники, а теперь я танцевала на приеме с министром финансов и задавала глупые вопросы… Удивительно, но смутился и Хиран.

– Прошу меня простить, я выразился, используя термины Предгорья. Торговля в магазинах – это и есть бизнес. Предприниматель – это торговец, если упростить. Ваша мама управляет лавкой сама?

– Да, она учит меня, чтобы я стала ее преемницей. Вы, может быть, знаете, Предлесье черпает магию природы, – Хиран кивнул и слегка нахмурился, будто упоминание магии ему было неприятно. – В лавке моей мамы мы делаем и продаем мази, ароматы, амулеты, заключающие в себе природную магию. Я очень хорошо разбираюсь в травах, а еще хочу стать мастером по камню и расширить магазин, – сама удивилась, откуда во мне взялось желание похвастаться.

– Ваши знания могут пригодиться здесь, только вот магию в травах вы вряд ли найдете, но кто сказал, что нет ничего невозможного, – улыбнулся Хиран, уводя меня на заключительный поворот в танце. – С вами приятно было поговорить, и я надеюсь, что нам еще удастся встретиться, – поклонился мне Хиран.

– Надеюсь, при приятных обстоятельствах, когда я открою здесь свой… бизнес, – с запинкой произнесла я новое слово.

Хиран увел дочь к дальнему столу у входа в зал, где можно было попробовать закуски, если хотелось отвлечься от танцев, а Арий подошел ко мне.

– Хорошо потанцевала? – спросил он, обнимая меня за талию.

– А ты? – вышло немного обиженно, хотя я была спокойна.

– О, ревность? Что-то новое, – Арий рассмеялся. – Мирта рассказывала мне больше о жизни министров. Как оказалось, они не все свое время проводят на таких вечерах.

Музыка резко сменила настроение. Казалось, в ней больше нет ритма, остался только ощущаемый ногами пульс. Я заметила, что собравшиеся расступались: Крон приближался к нам с Арием, оправляя черный атласный пиджак. Несколько молодых девушек смотрели на Крона с желанием. Именно с желанием, но так я не успела проанализировать, с каким, потому что Крон уже приблизился.

– Арий, позволь пригласить Паву на танец в знак моей поддержки, – попросил он Ария, уважительно склонив голову.

– Я не могу отказать правителю Предгорья, осталось спросить Паву.

Арий улыбнулся мне и кивнул.

– Я согласна потанцевать с вами, Крон.

Я поклонилась ему так, как учили девушек в Предлесье: по пояс, приложив правую руку к сердцу. Я старалась сохранять спокойное выражение лица, но слышала, как стучит сердце. Почему я так волновалась? Я не боялась танцевать, тем более я только что кружилась по залу с министром.

Я приблизилась к Крону, стараясь понять свои чувства. Крон молод, моего возраста, он красив и вежлив.

Музыка стала громче, и под первый удар барабана Крон положил руку мне на талию, притянув к себе. Он был примерно одного роста с Арием, и мне не приходилось слишком сильно поднимать голову. Мне было спокойно и приятно. Некстати возникла мысль, что Крон сделал комплимент моему наряду и назвал красавицей, а Арий даже не сказал, что я красива.

Лесной же черт, я начала сравнивать Ария и Крона.

Арий – моя первая любовь, мой первый мужчина. Я никого не знала, кроме него. Не знала других рук на моем теле, других губ на моих губах. Я не мыслила себя рядом с другим мужчиной, и вот теперь я даже закрыла глаза, вдыхая легкий цветочный аромат, исходивший от Крона. Ни один мужчина знакомый мне мужчина так не пах.

Я не помню, как я двигалась, доверившись тому, как вел Крон. Все мое внимание сконцентрировалось на моей талии, согреваемой рукой Крона, на правом ухе, соприкасавшемся с его щекой.

В одну минуту я успевала почувствовать ворох эмоций. Смущение, восторг, особенно на поворотах, когда мои волосы развевались и падали обратно на плечи, свободу, – и стыд. Жгучий стыд все усиливался, и я боялась, что он не позволит мне закончить танец. Я решила отвлечься на сам танец, обратить внимание на фигуры, в которые Крон уверенно вел нашу пару.

В этом медленном танце сочетались повороты и даже короткие поддержки, когда партнер приподнимал партнершу за талию. Всего на секунду, но я уже чувствовала невесомость. Всего на секунду, но веки Крона оказывались на уровне моей груди, и он смотрел снизу вверх. Я не могла понять, что вижу в его взгляде. Боялась даже допустить догадку, что я ему нравлюсь. Откуда у меня вообще возникли такие мысли?

Мне нужно было срочно к Арию, и я даже вздохнула, стряхивая наваждение, когда танец подошел к концу. Поклонившись Крону и поблагодарив за танец, я подбежала к Арию, обняла его, постаравшись вложить в объятия все мои чувства.

– Скучала, душа моя, – ласково обратился ко мне Арий.

– Знал бы ты, как. Хочу что-то поесть.

– Это Крон тебя так утомил? – спросил подошедший к нам Сирен, и я чуть не закашлялась от вопроса.

– Танцы и внимание – вот что меня утомило, – твердо ответила я. – А ты выглядишь довольным, Сирен. Что, танец был хороший? – перевела я тему, пока не поздно.

– Скорее, партнерша, – подмигнул Сирен и первым направился к столу к закусками.

Маленькие бутерброды с сыром, какая-то красная рыба, запеченная с травами, мелкие мясные рулеты, свежие яблоки, сливы, клубника… Мне хотелось попробовать все. Я и не думала, что во время танца с Кроном переживу такой стресс.

Вечер закрутил нас, мы забыли о времени. Остались только ритмичные удары барабанов, танцы, сладкие морсы, разговоры и знакомства.

Поблагодарив гостей за прием, Крон повернулся к нам.

– Как видите, Предгорье радуется вам. Я хотел бы дать вам отдых на несколько дней. Погуляйте по городу, посмотрите, как живут люди. После этого я бы хотел встретиться с каждым из вас на личный разговор. Наедине.

Глава 8

В такую тишину был погружен второй этаж отеля, когда мы только заехали, что я даже допустила мысль, что нас оставили в абсолютном одиночестве. Но на лестнице вечером мы встретили несколько мужчин, они спускались, держа в руках небольшие чемоданчики. Я оглянулась и посмотрела на ресепшн сверху-вниз – несколько женщин в темно-зеленых строгих костюмах что-то писали на бланках, пока девушка за стойкой выдавала ключи.

Отель не пустовал. Важные чиновники приезжали в столицу.

Крон постоянно проводил встречи? Или эти чиновники приезжали к министрам?

Никогда раньше меня не интересовала политическая жизнь, и вот посмотрите, меня распирает любопытство.

Пока мы вчера веселились на приеме, кто-то заново заправил кровати, почистил ковер, положил новые полотенца и заставил кафель и зеркало сиять так, будто мы и не входили в наш номер.

На прямоугольном столе под зеркалом в комнате появилась белоснежная скатерть, такая же, как и в конференц-зале. Я решила проверить внезапную догадку, подошла к столу и подумала о ярко-красных яблоках. Таких же, как росли у соседей в Предлесье. И точно – на скатерти возникло блюдо с красными и круглыми яблочками с блестящими бочками.

– О еде можно не думать, – восхитился Арий. – Но эта технология работает вопреки всем законам. Даже магическим.

– Может быть, завтра узнаем чуть больше об этой магии, – я хмыкнула, расстегивая платье. – Ты, кстати, совсем ничего не сказал о том, как я выглядела.

– Ты очень красивая, а это платье подчеркнуло твою прекрасную фигуру. Тебе очень идет такой цвет.

Почему он сам не может говорить комплименты, без напоминания, если они получаются у него краше, чем море незабудок в лесу?

Только теперь я осознала, что ноги чуть тянет от проведенного на каблуках вечера, немного болела голова, но я знала, что она пройдет, как только я лягу спать. Арий тоже потянулся, будто у него затекла спина.

Мы уснули мгновенно, едва успев обняться. Последней мыслью, коснувшейся моего сознания, стали слова Крона. Нам предстояло встретиться через несколько дней, и я не знала, о чем пойдет разговор.

***

Как оказалось, Дворец и отель находились за несколько километров от центра города. Создавалось ощущение, что кто-то попытался соблюсти баланс уединенности и близости к шуму городских площадей.

Утром, когда мы одевались, – я в летящую юбку с приталенной льняной рубашкой, Арий в темно-зеленый льняной брючный костюм – раздался тот же резкий звон, который мы слышали у Линты. Черный аппарат над столом подал голос. Сняв трубку, Арий внимательно прислушался. По его лицу нельзя было сказать, что ему сообщают, но он кивал и одобрительно хмыкал.

Положив трубку, Арий направился к кровати и провел рукой у стены.

– Нам доступна поисковая система, чтобы находить информацию, если у нас возникает вопрос, – пояснил Арий, когда на стене возник световой квадрат, напоминавший солнечный луч, только слишком яркий. – Как доехать до центральной площади Железогорска? – Арий задал вопрос, четко выговаривая слова. Произнесенный вопрос тут же превратился в текст, а затем испарился. На его месте возник ответ.

Вы можете дойти пешком до центральной площади Железогорска. Маршрут построен. Если вы хотите доехать до пункта назначения, наберите номер вызова городского перевозчика.

Номер был приведен чуть ниже, а сбоку появилась карта с нарисованной зеленой линией – маршрут до центра. Всего два километра, а если виды будут живописные, то тем более стоит прогуляться. Ощутить ногами новую землю.

– Может быть, нам еще спросить этот чудо-луч о том, где нам деньги взять? – спохватилась я. Вчера мы совсем забыли спросить Крона о том, на какие средства нам существовать.

– Каков курс лин Предгорья и мзе Предлесья?

1 лина Предгорья = 3 мзе Предлесья.

– До встречи с Кроном нам хватит, а потом мы попросим дать нам работу. Или сами найдем, – вздохнул Арий, проводя рукой, чтобы светящийся квадрат исчез.

Еще раз проверив, что мы взяли с собой деньги, мы вышли в коридор, ожидая увидеть Сирена, но его в коридоре не оказалось. Я заметила друга первой возле стойки ресепшн, он о чем-то разговаривал с девушкой. Не той, что встречала нас в первый раз.

– Прошу меня простить, друзья зовут, – откланялся Сирен, когда Арий потянул его за рукав.

– Вы собираетесь пойти пешком? – заинтересовалась девушка.

– Да, хотим посмотреть на Предгорье. А что в этом удивительного?

– Совсем ничего, просто наши гости обычно ездят на служебных машинах. Нет времени на прогулки, но вам очень понравится. Дорога к главной площади идет через квадратные поля.

Девушка посмотрела на нас так, будто предвкушает наше удивление. Мы вежливо поклонились и вышли на улицу. Я гадала, что за квадратное поле такое, а Арий уже подшучивал над Сиреном.

– Что-то ты, друг, распутничаешь. Вчера танцуешь с одними, сегодня уже разговариваешь с другой…

– Ох, Арий, еще ни одного разговора я не провел здесь без тайной цели… – прозвучало загадочно, я бы выпытала скорее, на что Сирен намекал, но отвлеклась. Все вопросы пропали из головы, ведь я увидела те самые квадратные поля.

Главная дорога, выложенная светло-бежевым утоптанным песком, начиналась от входа во Дворец и шла прямо, будто прочерченная линейкой. По бокам от дороги росли цветы.

В Предлесье никто не контролировал растения, они росли в садах и городских рощах так, как им вздумается, щедро делясь с жителями своей энергией для создания магии. Здесь же ковер цветов складывался в одинаковые квадраты. Они чередовались и, наверное, сверху напомнили бы лоскутные одеяла, которые мы когда-то учились шить в школе. Красный, синий, зеленый, желтый – яркие до боли в глазах, свежие, пышущие жизнью бутоны сливались в полотно. Я узнала незабудки, маки, тюльпаны. Через три квадрата я решилась прикоснуться к бутонам и вдохнуть их аромат. Один из незнакомых светло-фиолетовых цветков привлек меня запахом, напоминавшим тот самый, что я почувствовала вчера, танцуя с Кроном. Я невольно задержалась у этого цветка, но постепенно радость от встречи с живым растением сменилась тяжелым давящим чувством: в цветке не было энергии, магия не шла по его стеблю, не переливалась в листья и бутон, не просилась в руки, чтобы затем быть направленной на полезное дело.

Просто цветок, просто услада глаз. Мне стало жаль Предгорье.

Квадратные поля упирались в нависающую над дорогой арку из белого кирпича. Черные кованые ворота были гостеприимно раскрыты, приглашая присоединиться к гуляющим покупателям.

Главная площадь начиналась парком. Я снова прислушалась к кустам и деревьям – снова магическая тишина. Ровно подстриженные кусты формировали лабиринты, узоры квадратов и линий. Перепады высот подчинялись замыслу. Ни листочка не выбивалось из рисунка.

Так тихо было среди квадратных полей – и так оглушающе навалилась площадь: запахи корицы, лаванды, острота перца и каких-то еще приправ, цветочные духи. Быстрый говорок продавцов и тихие ответы покупателей. Мелькание узоров на тканях платьев. Многие торговцы носили атласные халаты поверх свободного кроя рубах и брюк. Материал слегка поблескивал на солнце, сливаясь с блеском украшений, посуды, обложек книг на прилавках.

В Предлесье были такие же ярмарки, но не такие шумные, не такие многолюдные. Я потянула друзей к шатру с платьями, приметив по соседству и лавку с посудой.

– Э, Пава, – засмеялся Сирен, – не всем же одежду смотреть.

Арий рассмеялся, а сам поглядывал на лавку с деревянными оберегами по соседству.

– Я отлучусь ненадолго, – лукаво предложил Сирен. – Мне пока платьев не нужно, надеюсь, и не понадобятся. Держись, друг, – он похлопал Ария по спине и скрылся из виду.

Сирен повел себя странно и не сказал, куда идет. Вернемся в отель – выпытаю у друга то, что он от нас скрывает.

***

Сирен

Я давно хотел остаться в одиночестве хотя бы на несколько часов. Мои друзья – это главное богатство, наверное, единственное, что есть и будет у меня в жизни, но мне нужно было ответить на один вопрос. И сделать это я должен был один.

Толпа людей на площади сомкнулась за моей спиной. Я отправился в противоположную от центра города сторону, туда, откуда нас привезли во Дворец. Я запомнил, как мы ехали. Мне всегда удавалось легко запоминать образами, так что каждый поворот отпечатался в моей памяти.

В Предгорье следили за дорогами. По обеим сторонам широких улиц были сделаны удобные тротуары, иногда встречались клумбы, и я был уверен, что разбиты они были самими жителями соседних домов, желающими сделать край еще краше. Ветер слегка обдувал лицо, а кроны деревьев скрывали от жаркого солнца. Изредка встречались прохожие, которые почему-то мне кланялись. Может быть, так здесь было принято.

Наконец, я вышел на то самое поле, где стоял красный кирпичный дом. Кажется, на поле скосили траву, будто земля попросила остричь волосы как можно короче.

Под солнцем дом выглядел дружелюбнее. Я даже проникся жалостью к дому, ведь вокруг него совсем никого нет. Кажется, я стал сентиментальным, это не к добру. Мне нужен был ясный ум, здоровый юмор, чтобы выдержать то, ради чего я пришел.

Линта открыла мне сразу, за рукава рубахи буквально втаскивая меня в дом.

– Ты все-таки пришел, Сирен…

– Да, передать мне записку под носом у стражи все-таки было очень рискованно!

Гл