Кельвейр. Книга 1- Та, что отдана короне

— У вас были деньги?

— Нет.

Он замер:

— Что значит нет?

Я довольно улыбнулась:

— Я сторговалась.

— На что?!

— На вашу серебряную пуговицу.

Он медленно посмотрел вниз на свой камзол:

— Леди Альтея!

А я, закинув орешек в рот, только хитро хихикнула.

— Знаю, что герцогине не пристало так себя вести, но делать нечего. Раз папенька не дал мне денег в дорогу, придётся выкручиваться как могу.

Визирь посмотрел на меня так, словно только что услышал нечто ужасное.

— Так делать нельзя, леди Альтея.

Он нахмурился и скрестил руки на груди.

— В следующий раз просто попросите у меня денег.

— Простите.

Он тяжело вздохнул, а затем лишь устало махнул рукой.

***

Через несколько дней дороги за окнами кареты начали меняться. Небольшие деревни встречались всё реже, поля уступали место каменным дорогам, а людей становилось всё больше. Мимо нас проезжали торговые повозки, всадники и целые семьи, которые, заметив королевские знамёна, сразу отходили в сторону и низко склоняли головы.

Я приподняла шторку и выглянула наружу. Сначала мне показалось, что вдали появились горы, но нет. Это были башни. Огромные.

Светлый камень сиял под лучами заходящего солнца, а острые шпили поднимались так высоко, что, казалось, цепляли облака. Над ними развевались тёмно-синие знамёна с золотым львом, прижавшим лапой извивающуюся змею.

Сердце почему-то пропустило удар.

— Это...

Я не договорила. Визирь слегка улыбнулся, даже не поднимая взгляда от бумаг:

— Столица.

Чем ближе мы подъезжали, тем сильнее я понимала, насколько маленьким было моё поместье.

Вокруг главных ворот уже толпились люди: торговцы громко зазывали покупателей, где-то кричали дети, пахло свежим хлебом, цветами и дымом от жаровен. А сами ворота... я никогда не видела ничего настолько огромного. Два золотых льва возвышались по обе стороны, словно сторожили вход в другой мир.

Я медленно сглотнула. Ещё несколько дней назад была Альтеей из поместья Ривель, а сейчас ехала туда, где уже ждали как Кельвейру.

Почему-то от этой мысли стало страшнее, чем в тот момент, когда я покидала дом.

Глава 4.

Карета неожиданно свернула в сторону от главного замка. Я нахмурилась и сильнее приподняла шторку. Огромные башни остались чуть дальше, а вместо них перед глазами постепенно появилось другое здание. Белое, с высокими окнами, длинными балконами и тонкими башенками по углам. Вокруг него росли деревья и белые цветы, а дорожки выложены светлым камнем.

Я медленно сглотнула:

— Подождите...

В голове внезапно пронеслась совершенно нелепая мысль.

Я резко повернулась к визирю:

— А это точно не скотобойня?

Мужчина несколько секунд просто смотрел на меня. Потом тяжело вздохнул и покачал головой.

— Эх, молодёжь...Нет, леди Альтея. Это Дом Кельвейров.

Я вновь посмотрела в окно. У входа уже стояли девушки: кто-то держал чемоданы, кто-то тихо разговаривал, а кто-то нервно оглядывался по сторонам так же, как и я.

— Здесь каждая из вас будет обучаться своему призванию.

— Понятно...

Хотя на самом деле мне вообще ничего не было понятно. Потому что ещё вчера я была Альтеей Ривель, а сегодня ехала в неизвестное место, где какие-то незнакомые люди собирались рассказать мне, кем должна стать.

Карета медленно остановилась возле широкой мраморной лестницы, уходящей высоко вверх к главным дверям Дома Кельвейров. Ступени были настолько светлыми, что на солнце почти слепили глаза. Наверху уже стояли девушки. Много девушек. Кто-то поправлял волосы, кто-то держал чемодан обеими руками, а кто-то разговаривал между собой так спокойно, будто находился здесь уже не первый день. Дверца открылась.

Я гордо выпрямилась, собралась выйти, поставила ногу на ступеньку... В следующую секунду запуталась в собственном платье. Мир резко наклонился.

Я едва успела пискнуть, прежде чем буквально вывалилась наружу, как мешок картошки. Вокруг раздались смешки.

Замечательно. Просто великолепно.

Я медленно поднялась, стараясь сделать вид, будто именно так и планировала выходить из карет всю свою жизнь. Отряхнув платье, я подняла голову и посмотрела на девушек. Ну ведь они такие же, как и я. Не принцессы. Не королевы. Почему тогда смеются?

Кучер тем временем уже достал мой чемодан, всучил его в руки, быстро поклонился и поспешил обратно к карете, словно боялся задержаться здесь лишнюю минуту.

— Ещё одна.

Голос прозвучал откуда-то из толпы. Он слышался язвительно, почти лениво. Быстро осмотрев девушек, хозяйку голоса найти так и не смогла. Слава святым. Я крепче сжала ручку чемодана и отвела взгляд. Контактировать с ними сейчас точно не стоит. Лишнее внимание — плохо. Я приехала сюда не дружить, а помочь своему дому... и короне...Хотя последняя мысль всё еще не давала мне покоя.

Я машинально начала пересчитывать девушек. Одиннадцать... четырнадцать... семнадцать... Вместе со мной нас оказалось восемнадцать. Я нахмурилась. Почему-то цифра сразу показалась странной. Слишком ровной... специально подобранной. Возможно, для короны она что-то значила, а может, я уже просто начинала искать тайны там, где их не было.

Прошло несколько минут. Потом ещё. Внутрь нас так и не пустили.

Возле массивных дверей стояла охрана в серебристых мундирах с золотыми львами на груди. Они выглядели так, будто их вообще невозможно было смутить.

— Тут жарко! Да как вы смеете?!

Из толпы резко вышла девушка с короткими рыжими волосами. Она возмущённо всплеснула руками и недовольно посмотрела на стражников.

— Мы уже стоим здесь целую вечность!

Один из охранников заметно занервничал.

— Простите, леди, но вас должно быть девятнадцать.

— Да почему?!

— У каждой своя комната...

Стражник виновато почесал затылок.

— И всё уже подготовлено.

Я медленно моргнула. Девятнадцать? Я снова пересчитала девушек. Восемнадцать. Значит, кого-то не хватало. Почему-то именно в этот момент по спине пробежал холодок.

Я уже хотела спросить, кого именно не хватает, как вдруг где-то далеко послышался шум копыт. Все девушки почти одновременно повернули головы. По дороге, ведущей к Дому Кельвейр, неслась ещё одна карета. Нет. Карета выглядела бы слишком скромно для этого чудовища.

Чёрная, с серебряными узорами по краям и гербом на дверце, она неслась прямо к лестнице, не собираясь останавливаться заранее.

— С ума сошёл?! — вскрикнула одна из девушек.

Карета резко остановилась прямо у ступеней. Лошади громко фыркнули. Наступила тишина. Дверца открылась. Но никто не выходил.

Прошла секунда. Потом ещё одна. Изнутри раздался раздражённый голос:

— Ну и кто из вас придумал сделать столько ступенек?!

Первым из кареты вышел визирь. Я даже моргнула: он чем-то удивительно напоминал моего - такой же грузный, важный и серьёзный мужчина с выражением лица, будто весь мир вокруг регулярно доставляет ему неудобства. Он поправил камзол, оглядел лестницу, а затем неожиданно протянул руки внутрь кареты. Все притихли. И в следующую секунду оттуда осторожно показалась девушка. Точнее... крошечная девушка.

По толпе словно пробежал невидимый шёпот. Она была совсем маленького роста — едва доставала взрослому человеку до пояса. Серые, почти серебристые волосы развевались на ветру, а большие глаза удивительного синего оттенка казались слишком яркими на фоне бледной кожи.

Мне даже на мгновение показалось, будто внутри них плясал огонь. Визирь осторожно поднял девушку на руки, словно фарфоровую куклу, и поставил на землю.

Она слегка покачнулась, выровнялась и деловито поправила складки своего платья, а потом совершенно спокойно пошла вдоль девушек, маленькими неуклюжими шагами, внимательно рассматривая каждую.

Тишина стала какой-то неловкой. Все смотрели на неё. Она — на нас. Внезапно остановилась прямо передо мной, подняла голову, прищурилась. И хрюкнула:

— Ты упала с кареты? Во смешная!

Мне стало так неловко, что я даже не сразу поняла, что вообще должна ответить.

Я смотрела на неё сверху вниз, а она — на меня снизу вверх, совершенно спокойно, будто только что не сказала ничего странного. По началу я вообще потеряла дар речи.

— Что молчишь? Платье отряхни, хрюшка.

Я возмущённо открыла рот. Хрюшка?! Девушка вдруг обошла меня, встала позади и маленькими ладонями начала осторожно отряхивать подол платья. Движения были быстрыми, почти деловитыми. Она стряхнула пыль, расправила складки ткани, отошла на шаг и внимательно осмотрела результат.

— Так лучше.

Её серьёзные синие глаза скользнули по платью.

— А то больно красивое.

Я растерянно моргнула: меня сейчас оскорбили или похвалили? Как на неё реагировать?

Девочка остановилась прямо передо мной и неожиданно протянула маленькую ладонь.

— Лида я. Лида Аманда де фон Крюфель. Но можешь просто Лида.

Она произнесла это с таким важным видом, будто представляла не себя, а как минимум половину королевства. Я несколько секунд смотрела на её руку. Почему-то стало страшно. Не потому, что она пугала меня. Наоборот. Она казалась такой маленькой, что мне вдруг показалось: возьму сильнее — и случайно сломаю ей пальцы. Я осторожно протянула руку в ответ:

— Я Альтея.

Лида тут же крепко сжала мою ладонь. Очень крепко. Я даже удивлённо подняла брови.

— Ого.

Она хитро прищурилась.

— Ага. Все сначала так смотрят.

Я наклонила голову.

— Как?

— Будто я маленькая фарфоровая куколка.

Лида скрестила руки на груди.

— А потом оказывается, что я кусаюсь.

Я медленно убрала руку.

— Что?

— Шучу. Наверное.

Я улыбнулась ей какой-то кривой, неловкой улыбкой.

— Да... наверное, шутишь, ха-ха...

Смех получился настолько неубедительным, что даже я сама себе не поверила.

Лида прищурилась и несколько секунд внимательно смотрела на меня, будто пыталась понять, действительно ли я смеюсь или у меня просто лицо так странно дёргается.

— Ты сейчас выглядела так, будто я сказала, что по ночам ем людей.

Я резко моргнула.

— Что?!

— Да шучу я.

Она довольно улыбнулась, а затем ткнула меня маленьким пальцем в бок.

— Ой, Альтея, с тобой будет весело.

Глава 5.

Когда стражники наконец пересчитали всех девушек и, кажется, остались довольны получившимся числом, та самая рыжая девушка громко всплеснула руками:

— Ну наконец-то! Если бы не эта гномиха, мы бы уже давно вошли внутрь.

Несколько девушек тихо засмеялись. Я нахмурилась и посмотрела на Лиду. Но, к моему удивлению, она даже глазом не повела.

Лида медленно повернула голову в сторону рыжей, подняла бровь и сложила руки на груди.

— Эта гномиха может допрыгнуть до твоего носа и оторвать его с корнем.

Наступила тишина. Рыжая несколько секунд просто смотрела на неё, переваривая информацию. Потом прыснула.

— Допрыгнуть?

Лида сделала шаг вперёд.

— Да.

Ещё шаг.

— А если очень постараюсь — и до колена доберусь.

Я не выдержала и тихо фыркнула. Следом засмеялась ещё одна девушка. Потом ещё одна. И почему-то впервые за всё время возле Дома Кельвейров смех перестал казаться неприятным.

Стражники распахнули перед нами массивные двери и дали знак проходить внутрь. И начался хаос.

Девушки моментально рванули вперёд, будто в здании прямо сейчас раздавали короны. Кто-то толкал чемоданы, кто-то пытался пролезть первым, а кто-то уже спорил о том, кому достанется лучшая комната.

Неужели они всерьёз успели превратить знакомство с новым домом в битву? На пороге все резко остановились.

Прямо перед нами стоял юноша лет восемнадцати или девятнадцати. Невысокий, примерно сто шестьдесят пять ростом, с мягкими пепельными кудрями, пухлыми щеками и удивительно добрым лицом. Он выглядел так, будто случайно заблудился по дороге на праздник и оказался здесь. Он широко улыбнулся и слегка поклонился.

— Девушки, здравствуйте! Меня зовут Финни. Я ваш наставник и куратор Дома Кельвейров. Я буду следить за вашим обучением, расписанием и помогать вам не потеряться, не поджечь случайно дом и не устроить государственный переворот.

Несколько девушек тихо засмеялись.

— Помимо меня у вас будет ещё один наставник — Альфред. Сейчас он помогает Её Величеству подготовить зал во дворце к вашему приезду, поэтому меня временно оставили за старшего.

Позади меня одна из девушек мечтательно выдохнула:

— Какой хорошенький...

Я медленно повернула голову. Она смотрела на Финни так, будто уже мысленно выбирала свадебное платье. Финни даже не растерялся, будто слышал эти слова много-много раз. Он спокойно поднял руку в чёрной кожаной перчатке.

— Дамы. Очень приятно, но предупрежу сразу — романтика между наставниками и Кельвейрами строго запрещена.

Наступила драматичная пауза, и именно в неё Лида решила открыть рот:

— Колокольчик не звенит...

На мгновение по залу прокатился девичий смех.

— Дамы... — Финни устало потёр переносицу и поправил кудряшку, упавшую на лоб. — Это уже перебор. Давайте лучше проследуем в гостиную, пока я не пожалел о своём существовании.

Лида довольно улыбнулась, будто только что выполнила важнейшую жизненную миссию. Мы наконец двинулись вперёд. Стоило переступить проем между коридором и гостиной, как я невольно замедлила шаг.

Внутри Дом Кельвейров оказался совершенно не таким, каким я его представляла : высокие сводчатые потолки поднимались над нами почти до самого неба, а стены из светлого камня украшали тёмные деревянные панели с резными узорами виноградных лоз и лилий. Вдоль стен стояли тяжёлые подсвечники, в которых уже горели десятки свечей, несмотря на дневной свет. Огромные окна пропускали внутрь золотистые лучи, и от них на полу растекались длинные полосы света.

Под ногами лежали ковры глубокого винного цвета, а по углам располагались мягкие диваны и кресла с бархатной обивкой. Воздух пах свежими цветами, воском и чем-то сладким, будто совсем недавно здесь пекли выпечку. Но больше всего взгляд притягивал центр гостиной. Там, над камином из белого мрамора, висел огромный портрет королевы.

Она сидела на троне в тёмном платье, расшитом серебряными нитями. Длинные волосы мягкими волнами спадали на плечи, а на голове покоилась тонкая корона с белыми камнями. Её лицо нельзя было назвать суровым, но глаза...

Глаза смотрели так спокойно, что становилось не по себе. Будто она знала о тебе что-то раньше тебя самой. Я сама не заметила, как остановилась.

— Она красивая... — тихо выдохнула одна из девушек.

Лида рядом со мной прищурилась.

— А мне кажется, будто она сейчас моргнёт.

Дама на портрете казалась мне до жути знакомой. Хотя, возможно, это было неудивительно — она ведь королева. Её лицо знало всё королевство, но дело было не в этом.

Каштановые волосы, в которых уже пробивались серебристые пряди, почему-то больно напомнили мне маменьку. Даже взгляд был похож: спокойный, тёплый и будто бы уставший от чего-то, о чём знают только взрослые. От этой мысли внутри вдруг неприятно защемило. Я скучала по дому.

Мысли пришлось прервать, потому что нас подвели к длинному столу из тёмного дерева. Все девятнадцать девушек остановились возле него и молча уставились на Финни.

Молчание продлилось недолго. Некоторые девушки, явно уставшие после дороги, без раздумий начали занимать места. Финни несколько секунд наблюдал за этим, а затем неожиданно улыбнулся.

— Первое правило Кельвейровского этикета: никогда не садиться за стол, пока вас не пригласят. Дамы, которые сели первыми, получат свои комнаты последними.

Несколько девушек резко вскочили. Одна даже тихо пискнула. Я невольно перевела взгляд на Лиду. Она стояла рядом со мной со скучающим видом, будто происходящее вообще не являлось новостью.

Почувствовав мой взгляд, девушка повернула голову. Серебристые пряди волос блеснули в свете свечей.

— Альтея, это же база. Тебе об этом не говорили?

Я пожала плечами.

— Мне папенька запрещал садиться раньше него, поэтому... я просто не садилась.

Лида несколько секунд смотрела на меня. Потом очень серьёзно кивнула:

— Поздравляю.

— С чем?

— Ты случайно оказалась воспитаннее половины комнаты.

Я невольно улыбнулась словам Лиды. Девушка хоть и была маленькой, но иногда говорила так, будто успела прожить уже две жизни и теперь просто наблюдает за всеми остальными с высоты своего опыта.

Финни тем временем хлопнул в ладоши и наконец пригласил нас за стол. Затем он начал быстро раздавать указания, кому и где следует сидеть. Девушки тут же засуетились, но теперь уже гораздо осторожнее, словно после истории с комнатами никто не хотел случайно снова попасть в ловушку.

Мы с Лидой оказались ближе к концу стола, слева от Финни, так, чтобы его было хорошо видно. Меня место вполне устроило, а вот Лида, кажется, вообще не переживала из-за подобных вещей. Наоборот. Она забралась на стул, устроилась поудобнее, стянула туфельки и совершенно спокойно поджала под себя ноги.

Я медленно повернула голову.

— Лида...

— Что?

— Так вообще можно?

Она пожала плечами.

— Пока не сказали, что нельзя — можно.

Логика железная. Я тихо вздохнула и только хотела отвернуться, как заметила рыжую девушку. Та снова смотрела на Лиду с каким-то странным выражением лица. Лида тоже это заметила. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом девчуля совершенно спокойно высунула язык. Рыжая моргнула, а вот та уже сидела как ни в чём не бывало и рассматривала потолок.

Глава 6.

— Итак, дамы, раз вы теперь живёте в Доме Кельвейров, начнём с основ. Потому как очень неловко получится, если одна из вас на королевском ужине попытается съесть рыбу десертной ложкой. Несколько девушек тихо хихикнули.

Финни остановился во главе стола и взял в руки сложенную светлую салфетку.

— Правило первое: за столом вы сидите прямо. Не как умирающий лебедь, не как мешок картошки и не как человек, которому внезапно стало очень скучно.

Он многозначительно посмотрел на Лиду. Лида медленно убрала ноги со стула и насупилась.

— Я слежу за вами, — отпарировал Финни. Он положил салфетку на колени. — Правило второе: салфетка кладётся сюда. Не за шиворот, не на голову и не привязывается к поясу. Столовые приборы используются от дальних к ближним. Сначала внешние, затем те, что лежат ближе к тарелке. Если перед вами несколько ножей и вилок — не паникуйте. Никто не собирается заставлять вас сражаться.

Он взял нож.

— Нож держат в правой руке.

Потом вилку.

— Вилку в левой.

Он медленно показал движения:

— И ради всех святых не размахивайте ими во время разговора.

Я внимательно смотрела на каждое его движение. Папенька заставлял меня соблюдать правила дома, но сейчас всё выглядело гораздо сложнее. Обычно я ела, как собака: руками, лицом, и даже не похоже было, что моё сердце принадлежит дворянскому роду. Рядом Лида внезапно подняла руку.

— Да?

— А если я маленькая и до половины приборов не дотягиваюсь?

Финни повернулся в её сторону:

— В таком случае специально для вас мы подготовим несколько перьевых подушек.

Но Лида, как обычно, даже не задумалась над ответом:

— Значит, я буду чихать, чесаться, страдать, но продолжать ковыряться в этих железках? Нет уж, увольте.

На несколько секунд за столом повисла тишина. Я медленно повернула голову сначала к Лиде, потом к Финни.

Финни прикрыл глаза и двумя пальцами устало помассировал переносицу. Кажется, за этот вечер он делал это уже не впервые, и у меня начинало складываться ощущение, что большую часть его будущих морщин обеспечит именно Лида.

Самое удивительное было даже не в её словах, а в том, что произносила она их с абсолютно серьёзным видом, будто обсуждала важнейший государственный вопрос.

— Лида...

Голос Финни прозвучал слишком спокойно. Подозрительно спокойно.

— Да?

— Прошу вас... хотя бы сегодня не испытывайте границы моего терпения.

Она задумчиво наклонила голову.

— А я их и не испытываю.

На секунду Лида замолчала, а затем невинно добавила:

— Я пока только нашла их.

Я быстро опустила взгляд в тарелку, делая вид, что меня очень заинтересовали столовые приборы, потому что смех уже подступал к горлу.

Тем временем остальные девушки старательно повторяли движения Финни. Кто-то неловко держал нож, кто-то путался в приборах, а несколько особенно разговорчивых дам уже вовсю шептались между собой, словно сидели не на занятии, а на чаепитии.

— Дамы. Во время обучения разговаривать разрешается, но превращаться в стаю сорок всё же не стоит.

Девушки сразу выпрямились.

А Лида слегка наклонилась ко мне и очень тихо прошептала:

— Смотри... он нас приручает.

Я довольно хихикнула. И ведь правда... чем больше я смотрела на Финни, тем сильнее начинала подозревать, что он не просто учит нас есть и держать вилки. Он будто постепенно перестраивал нас под что-то большее. Под дворец. Под встречи. Под людей, которых мы ещё даже не видели. Но мои мысли оборвал звук резко распахнувшихся дверей.

Тяжёлые створки ударились о стены. Разговоры тут же стихли. На пороге стоял юноша. Высокий. Намного выше Финни.

Тёмные волосы мягкими прядями спадали на лоб, а несколько непослушных локонов едва касались глаз. На нём был тёмный камзол с серебряной вышивкой, подчёркивающий широкие плечи и тонкую фигуру. Свет из высоких окон падал на его лицо, выделяя острые черты — прямой нос, слегка напряжённую линию губ и взгляд...

Странный взгляд. Спокойный. Но какой-то далёкий.

Будто он вошёл сюда телом, а мысли его всё ещё были где-то в другом месте. Несколько девушек рядом со мной шумно втянули воздух. Одна даже поправила волосы. Рыжая быстро выпрямилась. А я просто смотрела, потому что почему-то не могла не смотреть.

Финни резко выпрямился.

— Дамы, поднимаемся!

Стулья одновременно заскрипели по полу, незнакомец медленно перевёл взгляд в нашу сторону. И на долю секунды мне показалось, что он смотрит прямо на меня. Увы, я ошиблась.

Парень медленно обвёл взглядом весь стол, никуда не торопясь, словно не просто смотрел на нас, а изучал каждую по отдельности. И его взгляд скользил по девушкам спокойно и внимательно, иногда задерживаясь на лицах чуть дольше, прежде чем перейти дальше.

А затем он заговорил.

И голос оказался неожиданно мягким, с лёгкой хрипотцой и спокойным звучанием, похожим на журчание ручья среди камней.

— Доброго дня, дамы.

И он слегка склонил голову в знак приветствия.

— Меня зовут Кирсен де Вальтер. Но для вас будет достаточно обращения «Ваше Высочество Кир». И я искренне надеюсь, что вы не разочаруете меня так же, как разочаровали прошлые претендентки на роль Кельвейров.

И улыбка, только что мелькнувшая на его лице, исчезла так быстро, будто её вовсе не было.

Я слегка нахмурилась.

Потому что почему-то именно в этот момент у меня появилась очень странная мысль:

А мы вообще обязаны ему нравиться?..

Он вышел так же спокойно, как и появился, а мы ещё несколько секунд продолжали стоять в полном ступоре, будто нас одновременно окатили холодной водой. И только когда двери окончательно закрылись, по комнате словно снова вернулся воздух.

Финни тяжело выдохнул.

— Да... вот такой у нас принц Кирсен.

И он провёл ладонью по волосам, стараясь пригладить слегка растрепавшиеся пряди. Кажется, даже он немного занервничал после неожиданного визита.

— Девочки, запомните ещё одно правило. Когда в помещение входит человек более высокого статуса, вы обязаны подняться, поклониться и не произносить ни слова, пока вам не разрешат говорить. И желательно не смотреть на них так, будто вы только что увидели спустившееся с небес чудо.

Несколько девушек виновато опустили глаза.

А за столом снова повисла тишина.

Но ненадолго.

Потому что спустя пару секунд со всех сторон поползли шёпоты.

— Какой красивый...

— А глаза видела?

— И голос...

— А рост...

Я молча слушала их, делая вид, что меня всё это совершенно не интересует.

Как по мне — обычный парень.

Ну да, ухоженный.

Ну да, высокий.

Ну да, лучезарный.

Ну да, красивый...

Я вдруг резко нахмурилась.

Да о чём я вообще думаю?

Я здесь для того, чтобы служить короне, а не рассматривать наследных принцев.

Глава 7.

После ужина Финни повёл нас дальше знакомиться с Домом Кельвейров. И оказалось, он был намного больше, чем выглядел в начале. Мы проходили длинные коридоры со светлыми стенами, мимо высоких окон, между которыми висели картины и старые портреты людей, имена которых я даже не успевала запоминать.