Научи меня любить

ГЛАВА 9

Ранее утро в мегаполисе не лучшее время для прогулок, но другого варианта у Игоря нет. На улице свежо и ясно. От бордюра отъезжает иномарка, и он смотрит вслед серебристому кроссоверу.

Машину жаль, впрочем, хозяйку иномарки тоже, ведь ее ждет не самый удачный день. Не то, чтобы споры позволяют заглядывать в будущее или предсказывают события, нет, но определенный налет обреченности они чувствуют и транслируют безошибочно.

- Можно пройти?

Игорь оборачивается и неосознанно делает шаг назад, пропуская вперед молодую женщину с двумя детьми. Споры на руках чешутся, и он знает, что их тревожит. Молодая кровь, юные носители, тела которых принимают ассимиляцию лучше взрослых и живут в симбиозе не в пример дольше.

Он засовывает руки в карманы джинс и сжимает в кулаки. Смотрит в спину удаляющейся троице, понимая, что не может не подчиниться воле спор, но упрямо продолжая борьбу. Пищит калитка домофона, и только когда потенциальные носители скрываются из вида, Игоря отпускает. Нехотя, медленно, но споры дают ему сделать вдох и расслабить мышцы, из-за которых руки похожи на перетянутые леской колбасы.

Мимо с метелкой в руках проходит дворник. Сухопарый мужчина с длинными крепкими руками и суровым, гладко выбритым лицом. В посадке головы и движении плеч - офицерская стать, и Игорь останавливается, рассматривая его и неосознанно узнавая подробности сложной, но интересной жизни. Сытые споры почти не доставляют дискомфорта. Они не светятся, не чешутся и для стороннего наблюдателя выглядят как не совсем удачные татуировки.

Удивительно, но дворнику нравится его работа. И семья у него замечательная, правильная в какой-то степени. Воспитанная на благодатной почве равенства и взаимопомощи, прошедшая проверку перестройкой и лихими девяностыми. Ему носителем никогда не стать. Умрет раньше, чем ассимилируется, потому что слишком сильный, непоколебимый в своих убеждениях.