Наследие Ноксхолда

— Ты бы не смог, — с насмешкой кинул Тронус.

— Ещё бы как смог, — Корвиус развернулся обратно. — Хотя, возможно, русалки спасли бы и тебя. Из вежливости.

Он пожал плечами и пошёл дальше.

Позади раздались звуки галопа и громкий плач.

— Малыш, ты чего? Он просто идиот.

— Я не хочу, чтобы у нас были жеребята!

Корвиус еле сдержал смех, услышав это.

— У нас не будет жеребят, милая.

— А кто будет?

— Эммм.... Я не знаю.

Корвиус уже подходил к лестнице, когда вновь услышал громкий плач. Эти звуки порадовали его.

Глава 6. Письмо.

Прошлое. 579 год.

— Нокс, милый, иди сюда! Кха-кха... — хриплый голос с кашлем доносился из спальни.

— Да, мам, — Нокс приоткрыл дверь в родительскую комнату. С тех пор как забрали отца, здесь жила только мама. — Тебе что-то принести?

Он подошёл к кровати и взял маму за руку.

— Нет, солнышко. Мне нужно, чтобы ты отправил это письмо.

Аргана Солитус взяла конверт с тумбочки и протянула сыну.

— Но ты же мне не разрешаешь выходить из дома в город.

— Да, но я хочу, чтобы ты тоже отвёз это письмо. Кха-кха...

Аргана заболела после того, как её мужа, отца Нокса, забрали. Это случилось два года назад. Врачи продлевали её жизнь как могли, но с приходом болезни силы покидали её всё быстрее. После первых месяцев она полностью потеряла способность превращаться в дракона. Врачи говорили, что утрата способности ускорит распространение болезни, потому что иммунитет станет как у обычного человека.

Как бы сильно это ни огорчало Аргану, она понимала, что не может быть слабой перед сыном — он не должен потерять и её. Но никто не давал ей гарантий выздоровления, а через полтора года она и сама почувствовала, что выздоровление ей не светит. Она не хотела пугать этим сына, но видела в его глазах, что он понимает, к чему всё идёт.

После известия о том, что Аврелий всё-таки выполнил своё предназначение, Нокс несколько дней не выходил из своей комнаты, ни с кем не разговаривал и лишь смотрел в окно. Пока однажды его отец, Аллерто Солитус, не зашёл к нему.

— Сынок, не хочешь прогуляться?

— Ты тоже умрёшь?

— Что?

— Бабушка сказала, что если дедушка исполнит своё предназначение и война не закончится, то после него пойдёшь ты. Война не закончилась, значит, теперь пойдёшь ты.

Аллерто подошёл к сыну и обнял его.

— Он очень любил тебя.

— Тогда зачем он умер?

— Ради всех нас. Ради тебя, Нокс.

— Но война не закончена. Он умер напрасно, а теперь и ты уйдёшь. Я тоже должен буду когда-нибудь умереть?

— Это наша участь, сынок.

— Тогда я не хочу быть драконом. Я лучше буду обычным человеком, как бабушка, и буду вязать.

— Но только наш дар может сделать так, чтобы мир жил в мире и согласии.

— Я этого не вижу. Я не хочу, чтобы ты умирал. И хочу, чтобы дедушка вернулся. Почему мы должны умирать за короля? Почему?

Аллерто обнял сына, из глаз которого потекли слёзы, и Нокс начал всхлипывать. Они просидели так несколько часов, прежде чем Нокс успокоился.

— И когда ты уходишь? — спросил Нокс, вытерев щёку ладонью.

— На следующей неделе... — виновато произнёс отец. Ему было трудно смотреть на сына.

— Я буду по тебе очень скучать. Не обещай мне, что вернёшься. Я не хочу тебя ждать.

Нокс резко набросился на отца.

— Я люблю тебя.

— И я тебя, сынок.

Аллерто, как и просил сын, не пообещал ему возвращения. Но Нокс всё равно ждал его каждый день.

И когда он услышал, что король снова спасён, а война закончена, на улицах появились плакаты с лицом папы, Нокс принял это со всей мужественностью, что у него была. Он был горд своим дедом и отцом, благодаря которым закончилась война. Но внутри он очень тосковал по ним.

Каждую ночь он разговаривал со звёздами и представлял, что там есть они. Пока одной ночью при разговоре с небом Ноксу кто-то не ответил. Он решил, что ему показалось, пока не увидел своего деда.

— Дедушка, это правда ты?

— Да, комочек.

— Но как это возможно?

— Видимо, твои способности просыпаются. Ты можешь разговаривать с миром духов.

— Я так по тебе скучаю. А где папа?

— И я по тебе, комочек. Ты должен подумать о папе, чтобы он тут появился.

Нокс закрыл глаза и начал вспоминать своего отца.

— Привет, сынок.

— Папа!

В тот вечер Нокс открыл у себя способность разговаривать с духами. Он старался общаться с отцом и дедом каждый день. Однажды он рассказал об этом маме, но ей было очень плохо, и она не особо понимала, о чём он говорит, поэтому Нокс решил не делать ей хуже.

А когда он рассказал это бабушке, она очень удивилась:

— Это очень рано для твоего возраста.

Когда Нокс предложил ей тоже поговорить с дедушкой и папой, она согласилась лишь на один раз. Она тогда с ними попрощалась и расплакалась.

— Почему ты больше не хочешь с ними связываться, бабуль?

— Не хочу давать себе надежду, что эти разговоры вернут их ко мне.

Общение с дедушкой и папой отвлекало Нокса, но у него не всегда получалось с ними связываться. Как сказал Аврелий: «Твой разум и состояние должны быть в гармонии и спокойствии». А из-за взросления в Ноксе бушевало много эмоций и чувств, и ему всё тяжелее было входить в гармонию.

Когда заболела мама, Нокс и вовсе потерял какое-либо спокойствие. Он чувствовал, как внутри потихоньку всё теряется, видя, как все вокруг покидают его. И из-за этого он всё больше и больше зарывал свои чувства подальше. Ему было проще отгонять любые чувства и эмоции, чем давать своим мыслям завладеть разумом. Он не мог ни с кем поделиться тем, что у него происходит внутри, потому что сам не понимал, что там происходит.

Доктора, которые ухаживали за мамой, также говорили, что Нокс слишком глубоко переживает её болезнь, и что его переживания за неё стоят выше него самого. Это было правдой. Он не мог нормально заниматься своими делами, пока не будет уверен, что с мамой всё в порядке и она наконец заснула, потому что со сном у неё были проблемы. Поэтому Нокс подолгу сидел возле её кровати, разговаривал с ней, хотя она часто ему не отвечала. Но она говорила, что слушать его рассказы очень её успокаивает, и поэтому Нокс рассказывал ей разные вещи. А когда она засыпала, он шёл к бабушке, и они проводили много часов в лесу, в тишине слушая природу или читая книги.

Но однажды мама позвала Нокса со странной просьбой — отправить письмо. Ему можно было выходить гулять возле поместья, но в город она запрещала. А в этот день мама сама отправляла его туда.

— Скажи нашему Шворти Тронту, чтобы он взял тебя с собой отправить это письмо.

— Ты точно уверена, мам?

— Да, сынок. — Мама взяла сына за руку и потянула на себя, чтобы он её обнял. — Ты самый сильный и умный мальчик, которого я знаю. В тебе большая сила, и ты точно сделаешь что-то великое. Мы все тобой гордимся и любим тебя.

Аргана поцеловала сына в щёку и отпустила. Нокс увидел, как по щеке матери потекла слеза.

— Ты плачешь?

— Да.

— Почему?

— Я просто очень сильно тебя люблю и хочу, чтобы ты был счастлив.

— Но я и так счастлив и тоже тебя люблю.

— Я знаю. Ну всё, давай иди.

Аргана улыбнулась. И где-то очень глубоко внутри Нокс понял то, что может разбить ему сердце. Но он не дал этой мысли проникнуть в голову.

— Я буду по тебе скучать, мам.

Он резко обнял её и почувствовал, как по его щеке потекла слеза.

Он отлип от неё, и она убрала с его лица слезу. Нокс развернулся и вышел из комнаты.

Он чувствовал, как внутри у него всё рушится. Как хочется просто встать тут и разреветься, никуда не идти, просто исчезнуть, чтобы всё вокруг шло само собой без него, чтобы никто не знал про него и никому он был не нужен. Но это невозможно.

Дед и отец не поступили так. И он так не может. Ему нужно идти и выполнять свой долг.

Поэтому, сдержав все слёзы и крик внутри, он спустился вниз, нашёл Шворти и передал все наставления матери. Переодевшись в походную одежду, он вышел во двор. Там, возле клумбы, стояла его бабушка и рассматривала что-то на земле. Он подошёл к ней.

— Помнишь, как когда-то в детстве ты похоронил здесь стрекозу? — спросила она.

— Да.

— Ты тогда ещё очень расстроился, потому что её убила твоя любимая кошка. Ты так на неё ругался, но потом всё-таки простил, потому что слишком её любил. Но ты никак не мог поверить, что она так поступила с невинным насекомым.

— Я ведь ей объяснял, что так нельзя.

— Да, я так тобой восхищалась, что у тебя такое доброе сердце. — Она повернулась к Ноксу. — Я и сейчас тобой восхищаюсь. Ты удивляешь меня каждый день, и я верю, что ты всегда будешь оставаться таким добрым, мудрым и рассудительным мальчиком.

Она положила руку ему на плечо, а потом обняла.

— Я присмотрю за ней, а ты езжай. Тебя ждут великие дела.

— Спасибо, бабуль. Ты только мне пиши. Я буду тебя навещать.

— Обязательно. Ничего не бойся. Нет ничего такого, с чем бы ты не справился. Всегда можно найти выход.

— Спасибо.

Они обнялись, и Нокс пошёл к карете, в которой его уже ждал Шворти. Повернувшись к дому, он помахал бабушке, и она помахала в ответ, отправив ему воздушный поцелуй. Нокс улыбнулся ей и, развернувшись, отправился в путь.

Гл