Пасюк, завоевавший мир, или Историческая фантасмагория

Покрепче вцепившись в деревянные перекладины, Колизмат со страхом опустился и вдруг увидел, как моряка, что охранял трюм, подхватила огромная волна и, словно чья-то рука, стукнув об борт, унесла с собой в море. Другие члены корабля в панике бегали по палубе и не знали, что делать. Но в тот момент, когда стойкий капитан появился наверху и раздал всем команды, моряки успокоились, и каждый занялся своим делом: кто-то спускал паруса, кто-то крутил штурвал, кто-то вычерпывал воду, заливавшую корабль. И только наш герой, глядя на то, какое воздействие оказывают слова капитана на его подчинённых, сидел и пытался справиться с новым ощущением — желанием обладать такими же способностями.

Слаженные действия моряков помогали справляться с бушующим морем, но ненадолго; волны продолжали качать хрупкое судно из стороны в сторону, грозя каждую секунду затянуть в глубокие морские пучины. Вода всё прибывала и пожирала одного за другим тщетно цеплявшихся за борта моряков. Обезумевшая стихия поглощала всё на своём пути. Надежды на спасение становилось всё меньше, даже счастливая звезда Безфамильного, уже зажжённая над ним, не могла помочь. Оставалось лишь одно — став на колени, моряки начали молиться, надеясь на чудо.

Тихие голоса десятков продрогших до костей моряков, прорвавшись сквозь плотные занавеси туч, единой песней пронеслись над бушующим морем и оказались кем-то услышаны. Неизвестно откуда в пугающей темноте появился белый голубь, который, покружив над кораблем, через несколько секунд быстро улетел, словно его и не было. Спустя пару минут после исчезновения божественной птицы море резко успокоилось, тучи уползли с неба, обнажив яркую лазурь и лучистое солнце.

Обезумевшие от радости моряки, ликуя от такой благосклонности небес, прыгали и, восхваляя Всевышнего, выкрикивали слова благодарности. И лишь Колизмат, находясь у правого борта, был мрачнее тучи, только что скрывшейся за горизонтом. Промокший и голодный, он едва ли радовался спасению — спасению, которое было ему непонятно. Всё это казалось нелепостью, ведь, будучи знакомым с законами Божьими через лекции брата Павла и проповеди аббата Превона, он никогда в них не верил. И вот сейчас в его уже практически сложившееся представление о мире вторглось нечто чуждое, непонятное и неконтролируемое. И этому не было места в его жизни.

Удручённый невеселыми мыслями, он решил хоть чем-то себя порадовать. Воспользовавшись суматохой и тем, что на него никто не обращал внимания, наш герой пробрался на склад со съестными продуктами и не без удовольствия сделал так, что из припасов исчезли кусок уже начавшего плесневеть мяса, несколько овощей и фруктов. Утащив всё к месту своего проживания, он в одну минуту проглотил эти припасы и даже не поделился с крысами, прибежавшими на запах еды. Эти грызуны были чем-то похожи на нашего героя — когда они были голодны, их ничто не могло остановить, даже присутствие человека. Раскидав ненасытных крыс, Колизмат доел последний фрукт и, отрыгнув, завалился спать.

Неизвестно сколько проспал наш герой, но когда очнулся, кругом царила глухая тишина. Поднявшись на верхнюю палубу, он увидел, что корабль находится не посреди моря, а пришвартован к берегу, и моряки загружают какие-то ящики. Движимый любопытством, Безфамильный собрался спуститься и осмотреть город, но капитан, заметив нашего героя, остановил его.

— Тебе нельзя покидать корабль. Ты можешь распугать всех торговцев, — хохотнув над собственной шуткой, капитан стал дальше отдавать команды подчинённым.

Обиженный Колизмат отошел от трапа и уже хотел вернуться в трюм, но по пути передумал и повернул к другому краю борта, чтобы хотя бы издалека полюбоваться новыми землями. Поначалу многого увидеть не удалось — борта судна были слишком высоки для него, и даже когда он пытался встать на задние конечности, это не помогало увидеть город целиком. Только верхушки домов были доступны его взгляду.

Невозможность лицезреть город сильно раздосадовала героя, но это чувство ускорило мыслительный процесс и помогло понять, как можно выполнить желание. Колизмат вспомнил, что, когда корабль спасался от бури, моряки залезали на столбы, державшие паруса, и сейчас это показалось хорошей идеей.

Улучив момент, когда на него никто не смотрел, он начал карабкаться на деревянный столб. Спустя несколько минут оказалось, что это совсем не так просто, как представлял себе Колизмат, — он исцарапал ладони и ступни, затратил много сил, но всё же добрался до верхушки мачты. Вцепившись в скользкую поверхность, он с трудом держался за мачту, но отступать не хотел. Покрепче уцепившись за ствол, он поднял голову, чтобы взглянуть на город, но от красоты, представшей перед ним, чуть было не сполз обратно.

Всё же удержавшись, он с жадностью впился взглядом в открывшуюся панораму. И было на что смотреть! Крошечные разноцветные домики, тесно переплетаясь, создавали причудливый узор, делая город похожим на разбитую на куски мозаику. Между ними сновали маленькие фигурки людей — они что-то несли, о чём-то переговаривались и оживляли эту картину новыми красками. А над всем этим сияло огромное солнце, растянувшееся на небе ярким, расплавленным блюдцем.

От увиденной картины внутри Колизмата снова что-то дрогнуло, и он получил неописуемое удовольствие, от которого по телу пробежала приятная дрожь. Он вдруг почувствовал, как сильно хочет, чтобы весь город вместе с людьми принадлежал ему, чтобы слепящее солнце лишь по его желанию появлялось на небе и по его прихоти дарило людям тепло.

Видения, в которых Безфамильный одним щелчком пальцев включал небесное светило, уже родились в голове, и он мог бы продолжать фантазировать дальше, но законы ещё тогда неизвестной ему физики действовали быстрее. Не успев даже вскрикнуть, он со скоростью ветра, обычно надувающего паруса, слетел вниз и со всей силы брякнулся о палубу. Потирая ушибленные бока, Колизмат всё ещё был полон грёз и собрался было в трюм, чтобы спокойно переварить увиденное, но не успел — голос капитана грубо вернул его с небес на землю.

— Эй, как тебя там, иди сюда. Спускай товар в трюм.

— ?

— Эй, я говорю, спускай товар в трюм. Как тебя зовут?

— Что?

— Зовут тебя как?

— Зовут? Куда зовут? — не понял Колизмат, всё ещё находясь под впечатлением от недавно увиденной красоты.

— Бестолочь, тяни ящики, — для убедительности капитан дал ему тумака.

Колизмату пришлось впрягаться в работу — тащить тяжёлые тюки. Он ухватился за верёвку, но руки у него были слабые, и каждый шаг давался с трудом. Страдали от этого и товары: они переворачивались, царапались, падали с лестниц, и поэтому вскоре его отстранили от этого занятия... пинками. Не очень вежливо, надо сказать.

Колизмату ничего не оставалось, как отправиться к своим крысам, что он и сделал.

Вскоре корабль снова отправился в дальнейшее плавание.

Некоторое время плавание проходило спокойно — погода благоприятствовала, но, к сожалению, на следующий день снова начались трудности. Откуда ни возьмись поднялся сильный ветер и понёс корабль в другую сторону. Как ни старались гребцы одолеть стихию, сражаясь с огромными волнами и налегая на вёсла, у них ничего не вышло. Судно продолжало метаться по бушующему морю; ветер швырял его из стороны в сторону, не давая повернуть в нужном направлении.

Вскоре измождённые моряки, устав бороться со стихией, уснули. Лишь капитан, всё ещё надеясь на чудо, упорно вглядывался в небеса, пытаясь найти ответ: куда же их занесло? К сожалению для заблудившихся путешественников, небо было затянуто серыми тучами, и свет познания остался недоступен.

Опять же неизвестно, сколько корабль мотало по бескрайнему морю — а может, это был уже океан, — но постепенно припасов еды, а самое главное, пресной воды становилось всё меньше. Надежда в глазах людей таяла с каждым часом, и даже Безфамильного, который мало понимал, что означает это чувство, изнутри грызло нехорошее предчувствие.

Когда отчаяние почти затмило разум, тонкий вскрик «Земля!», получившийся таким из-за пересохшего горла смотрящего, вернул людям радость. И наступила короткая эйфория.

Моряки прыгали и скакали словно опьянённые, пели любимые песни и даже пытались танцевать. Правда, веселье длилось недолго. Тот же смотрящий осипшим голосом возвестил, что на берегу острова кто-то стоит.

— Кто это? — спросил капитан, пытаясь рассмотреть неизвестных через подзорную трубу. — О, кажется, это женщины.

Возгласы безумной радости снова раздались на корабле. Моряки прильнули к борту, пытаясь лучше рассмотреть хозяек острова. (Колизмат тоже пытался подпрыгнуть, но людей было слишком много, и у него ничего не получилось.) Но чем ближе судно подплывало к желанной земле, тем озабоченнее становились лица моряков, и наконец самый зоркий из них с омерзением вскрикнул:

— Они же с птичьими лапами!

Страх отразился на лицах остальных моряков. А странные женщины, увидев плывущий к ним корабль, стали хищно улыбаться и подзывать к себе заблудившихся моряков.

— Это ведьмы! Быстрее поворачивайте, пока они нас не заманили! — крикнул капитан.

Судно на всех парусах понеслось прочь от странных существ. Первая попытка найти пристанище оказалась неудачной, и отчаяние снова закралось в сердца людей. И лишь один Безфамильный чувствовал удивление и некоторую радость — ведь он впервые увидел существ, которые так же, как и он, были непохожи на остальных.

Но долго поразмышлять над этим не удалось — ситуация на судне становилась всё более тяжелой. Напряжение нарастало. Капитану приходилось решать сразу несколько проблем: пропитание, которое быстро заканчивалось благодаря, в том числе, усилиям нашего героя; питьё, которого уже практически не осталось; а также проблему выбора направления путешествия. Ведь куда бы они ни плыли, их всюду окружала лишь солёная вода. Ветер уже стих, а солнце нещадно палило, не давая возможности двигаться вперёд. Гребцы давно оставили все силы среди волн. Корабль застрял посреди нескончаемого водного пространства.

Будущее представлялось безрадостным — если оно вообще могло быть. И снова, как-то неожиданно, в этой пустыне страха пророс стебелёк надежды. Когда прошла ещё одна беззвёздная ночь и выяснилось, что опять несколько моряков не проснулись, перед ними откуда ни возьмись возникли скалы. Обогнув их, моряки увидели небольшой остров, покрытый густой зеленью. Опасаясь встретить таких же необычных и страшных существ, как на первом острове, капитан решил отправить на разведку нашего героя.

Исследовать неизвестную землю он отправился с любопытством. Природный нюх, предупреждающий об опасности, молчал — его заглушало чувство голода, но Колизмат этого не знал, поэтому без всякой опаски ступил на землю. Оказавшись на горячем песке, он, не раздумывая, кинулся в лесную чащу, покрывавшую большую часть острова. За свою смелость Колизмат получил кокосом по голове — плод, созрев, подчинился закону притяжения. Не став расстраиваться, наш герой, чувствуя приятный запах, исходивший от волосатого «камня», попытался его открыть. Провозившись с ним несколько минут, он так и не смог этого сделать, но поскольку процесс слюноотделения уже запустился, кинулся дальше — искать что-нибудь съестное.

И наконец, спустя несколько минут, судьба ему улыбнулась. Проползя ещё метров пятьдесят, он очутился на поляне, где раскинулся сад из фруктовых деревьев с наливными плодами, висевшими очень низко — словно специально для нашего героя. Кинувшись к деревьям, как путник в пустыне к воде, он нарвал сочных плодов и жадно принялся уплетать их за обе щеки. Наевшись, подполз к ручью с чистой прозрачной водой, что журчал тут же, и с удовольствием напился. А затем разлёгся на пушистой траве, чтобы послушать удивительные голоса птиц, распевавших на деревьях.

Наслаждаясь эстетической стороной жизни, Колизмат забыл о своей миссии разведчика, а вот на корабле об этом не забыли. Нервное напряжение, царившее на судне, могло бы подзарядить электростанцию в наши дни — все недоумевали, куда так надолго мог пропасть крысолов. Наконец, не выдержав ожидания, сам капитан решил спуститься на землю и найти Колизмата. Он быстро обнаружил нашего героя спящим посреди огромной поляны с набитым животом, торчавшим из-под изношенной одежды. Разбирался капитан с Безфамильным недолго: пинок привел его в сознание быстрее, чем слова.

Вскоре сочными и свежими плодами с фруктовых деревьев наслаждались все оставшиеся члены команды корабля. Они снова радовались, как дети, но вели себя как взрослые. Прозрачная вода из ручья пьянила их словно вино. Они гоготали, ползая по земле — в этот момент были похожи на нашего героя, — а птицы, певшие им песни, напоминали морякам прекрасных женщин.

И лишь наш герой был недоволен — его отдых грубо нарушили. К тому же остальные моряки, не желая делиться с ним найденными съестными богатствами, выгнали его с места, которое он первым нашёл. Раздосадованный и разозлённый, Колизмат решил покинуть этот остров и отправиться в одиночное плавание. Он сплавал на корабль, захватил оттуда бутылки, незаметно наполнил их водой из журчащих источников, набрал фруктов, сколько смог унести, и вернулся на судно. Но как он ни пытался отправить корабль в путь — крутил руль во все стороны, спускался на нижнюю палубу и брался за вёсла, — всё было тщетно: судно продолжало стоять на месте.

В этой ситуации Колизмату ничего не оставалось, как вернуться на остров и попытаться уговорить моряков отправиться в дальнейшее путешествие. К нашему герою вернулся природный нюх — он чувствовал какую-то надвигающуюся опасность и потому хотел покинуть этот завораживающий остров как можно быстрее. Сделать это оказалось не так-то просто. Вернувшись, он застал моряков опьяневшими, едва способными связать пару слов, — никто из них не собирался никуда плыть. Даже здравомыслящий капитан утратил на этом острове всякое благоразумие. Он, как и остальные члены команды, наслаждался сочными плодами и, лёжа на спине, разглядывал невиданных птиц.

— Капитан, мы должны уплыть отсюда, — уговаривал Колизмат. Ему с каждой минутой становилось все тревожнее.

— Отстань, — отмахивался капитан.

— Ваш товар может испортиться.

— Потом, позже.

Слова не помогали. Тогда Колизмат решил действовать по-другому. Схватив лежавший рядом кокос, он, прицелившись, кинул его в сторону капитана. Снаряд точно достиг цели. Выдернутый из дремоты сильным ударом в лоб, капитан подскочил и с обезумевшим взглядом кинулся на нашего героя. Не миновать бы Колизмату расправы, но в этот момент произошло нечто странное: длинные зеленые растения, до этого спокойно лежавшие на земле, пришли в движение и стали обвивать моряков.

Проснувшись оттого, что их что-то сжимало, моряки попытались вырваться, но тщетно — листья только туже обвивались вокруг тел. Увидев это, капитан выхватил саблю и принялся рубить растения, хотя сражаться с ними оказалось непросто. Откуда ни возьмись налетели птицы — те самые, что ещё недавно пели морякам прекрасные песни, — и принялись клевать капитана, мешая спасать команду. Кое-как ему удалось высвободить нескольких, остальные же навеки остались в хищных зелёных оковах.

Освободившиеся моряки со всех ног бросились к кораблю и, подняв паруса, уплыли от ещё одного кровожадного острова — и снова ни с чем, если не считать припасов нашего героя. Но когда Колизмат украдкой пробрался к припасённым фруктам, вместо сладких и крупных плодов он обнаружил сморщенные и съёжившиеся кусочки, лишь издалека напоминавшие фрукты, а вкусная вода в бутылках превратилась в болотную жижу.

Глава восьмая. Скитания продолжаются

Путешествие продолжалось. Вскоре потерявшемуся кораблю немного повезло: на вторую ночь после отплытия небо очистилось, и звёзды зажглись на бесконечном полотнище. По их расположению капитан сумел рассчитать, что судно движется на запад вместо юго-запада. Преодолев высокие волны, корабль повернул и лёг на нужный курс. Но прежде чем команде удалось вновь увидеть землю, ей пришлось провести в море без еды и пресной воды ещё три дня. За это время скончались ещё двое.

Ступив на горячий песок, моряки первым делом кинулись к местным жителям, которые стояли на берегу и ловили рыбу, с криками «Пить!»

Измученная голодом, жаждой и долгим путешествием команда не сразу заметила, что местные жители их не понимают, и только с помощью жестов морякам удалось получить то, что было нужно. Среди получивших глоток, если сказать честно, не самой чистой воды был и Колизмат, но в отличие от других он утолял жажду с большой опаской.

Люди, которые встретили их на берегу, были черны словно ночь, а их зубы, наоборот, были белы, как его кожа. При этом они говорили на странном языке, которого не понимал ни Колизмат, ни кто-либо из команды. Вскоре опасение отошло на второй план, потому что голод, терзавший нашего героя, всё пересилил. Протянув руку к одной из корзин с сырой рыбой, он постарался достать её, но в следующее мгновение получил сильный удар тонкой палкой по голове от одного из местных жителей. (Почему-то Колизмата всегда били именно по голове, но, к счастью, это совсем не отражалось на его умственных способностях.)

Как только жажда была утолена, у моряков появились вопросы. Они хотели знать, как очутились в этой части света. Но ответа на этот вопрос не было. Жители, которые прежде находились под впечатлением от появления белых людей, закутанных в рваные тряпки, пришли в себя. Незнакомцы стали вызывать у них страх, и лишь грязное существо, передвигавшееся на четырех конечностях, вызывало смех.

Не зная, что делать, капитан принял самое логичное решение — команда отправится в дальнейшее путешествие. Но прежде чем снова пуститься в плавание, морякам необходимо было запастись едой и пресной водой. Капитан снова попытался с помощью жестов добиться желаемого: он и моряки показывали на рыбу, открывали рот, изображали жевание, но и это не помогало. Чёрные люди качали головами и прятали свои корзины за спины.

Хорошо, что среди команды были и сообразительные люди. Посовещавшись, моряки решили обменять еду на часть своего товара. С корабля были принесены уже слегка подпорченные вещи: разбившиеся глиняные тарелки, отсыревшие и заплесневевшие ткани. Эти подарки жители выжженной земли приняли с радостью, а взамен отдали потрёпанным морем людям корзины с рыбой. Но местные жители оказались не так глупы, как хотелось бы морякам — за фрукты капитану пришлось отдать свою саблю.

Сначала моряки предложили взамен сочных фруктов нашего героя, но даже несмотря на то, что аборигены и рыбаки не понимали друг друга, на это предложение первые ответили категорическим отказом.

К счастью для Колизмата, он так и не узнал о чуть было не свершившейся сделке — подстрекаемый любопытством, он успел отправиться на исследование земли. Правда, роскошных пейзажей здесь не нашлось. К тому же с самого начала его что-то насторожило — природный нюх не дремал. Осматривая редкие деревья, он вдруг заметил среди высоких кустов ярко разукрашенные лица. При виде их кровь застыла в жилах. Эти лица дышали опасностью: глаза горели кровожадно, ноздри, проколотые костяными палочками, хищно раздувались, а на губах застыл оскал.

Будь на месте нашего героя кто-то другой, ему бы вряд ли удалось унести ноги, но у Колизмата было четыре конечности. Развернувшись к берегу, он кинулся прочь, едва не сбив по пути местных рыбаков. И как раз вовремя. Моряки уже загрузили припасы и готовились отплывать. Безфамильный, не обращая внимания на воду, в мгновение ока доплыл до судна и неведомым образом взобрался на борт без всякого трапа.

В тот момент, когда наш герой ступил на корабль, на берегу началась кровавая драма. Люди с ярко разукрашенными лицами напали на рыбаков и разорвали их в несколько секунд. На корабле за всем наблюдали молча, и только когда последний рыбак упал на горячий песок, капитан сказал:

— Жаль, но мы ничего не можем сделать.

Судно, развив паруса, двинулось дальше. Но и на этот раз путешествие проходило не по плану. Море, словно сговорившись с ветром, гнало корабль в другом направлении. Морякам оставалось лишь смириться. Постепенно дела снова стали ухудшаться: товар портился, еда заканчивалась, запасы пресной воды истощались, и капитану вновь пришлось считать тела погибших членов команды. Число умерших росло ещё быстрее, чем прежде.

Вскоре на членов команды свалилось ещё одно несчастье — неизвестная болезнь поселилась на корабле. У большинства моряков начала желтеть кожа и выпадать зубы. И только нашему герою всё было нипочём. В отличие от остальных людей он обладал некой странной способностью: он мог не пить много дней, и это никак не сказывалось на нём; он мог находиться среди больных, но не заразиться; он был сыт, когда другие голодали.

И вот однажды его исключительность заметили. На корабле начался бунт. Моряки, видя, что болезнь обошла нашего героя стороной, посчитали, как всегда бывает в таких случаях, что во всех бедах виноват он. Они были готовы съесть его заживо — так сильна была их агрессия, но рассудительный капитан, уже практически растративший эту рассудительность, решил по-другому. Под дружное улюлюканье членов команды Колизмата выбросили за борт. Даже не обернувшись на его отчаянные крики о помощи, они отплыли.

Что дальше стало с этим кораблём, автору неизвестно — история об этом умалчивает, зато история нашего героя должна была продолжаться.

***

Безбрежное синее море, колыхаясь в такт движениям ветра, безмятежно искрилось в сиянии бледной луны. Где-то в морских пучинах барахтался наш герой. Сопротивляясь смерти, он пытался плыть, глотая солёную воду, иногда погружался в её пучины, потом снова появлялся на поверхности, и в какие-то моменты казалось, что это будет его последний день.

Вдруг откуда ни возьмись рядом с ним оказалось толстое бревно, за которое он тут же ухватился, потратив оставшиеся силы. Повиснув на нём, он закрыл глаза и отдался на милость судьбе. Подгоняемые волнами, бревно и Безфамильный двинулись вперёд.

Неизвестно сколько нашего героя носило по морям, а может уже по океану (а он всё оставался жив!), когда наконец уставшего, в изодранной одежде его выбросило на долгожданный берег. Из последних сил вскарабкавшись на маленький холм, показавшийся ему высокой горой, и доползя до ближайшего дерева, он обессиленный рухнул на землю и погрузился во владения Морфея.

Пока он спал, в мире многое успело произойти: где-то совершился государственный переворот, где-то началась война, где-то она закончилась, в одной глухой деревне мудрец открыл тайну печати, а на другом конце земли женщина родила будущего гения, создавшего множество величайших творений. К сожалению, Колизмат всё это пропустил. Время бежало, и неизвестно сколько бы ещё он мог проспать, если бы сон не нарушило большое насекомое, которое, приметив бездыханное человеческое тело, принялось высасывать из него кровь.

Его маленький хоботок уже вовсю выкачивал красную жидкость из нашего героя, когда, вскрикнув от боли, Колизмат очнулся и одним резким движением попытался убить насекомое. Но от кровожадного создания не так-то легко было избавиться — пришлось Колизмату промотать несколько километров по густому полю, прежде чем он понял, что рядом с ним уже никто не жужжит.

Наш герой остановился и увидел, что стоит посреди высоких и ужасающе красивых растений. Безфамильный, который, несмотря на свой необычный внешний вид, всё же принадлежал к Homo sapiens, поэтому почувствовал страх. Кругом царила тишина, нарушаемая лишь стуком сердца. И вдруг к стуку прибавился шорох из кустов, рядом с которыми он стоял.

Сначала Колизмат никого не увидел, но в следующую секунду оттуда показались большие глаза и хищный оскал, а в следующее мгновение сверху что-то чёрное с крыльями прыгнуло на него и вцепилось в голову. От испуга он не стал разбираться, что или кто напал на него, стряхнул с себя чудище и что есть силы кинулся бежать. А что ещё оставалось слабому, несчастному и безоружному существу?!

Бежал наш герой долго, не чувствуя усталости и боли от ран, которые наносили растения. На его счастье лес вскоре закончился, и он очутился на возвышенности, с которой открывался прекрасный вид на большой город.

Он уже сделал шаг по направлению к нему, желая быстрее спрятаться от лесных зверей, но тут его изодранная одежда, уже висевшая на последних ниточках, окончательно разорвалась, и к ногам скатилась его главная ценность. Не знаем, у кого что, но для Колизмата главным богатством был кубок царя Мидаса — тот самый, что так неожиданно исчез из монастыря. Всё это время он хранил кубок под одеждой (остальные припрятанные драгоценности были давно утеряны в пути), и из-за его физического положения никто так и не увидел реликвию. Теперь же спрятать единственную оставшуюся золотую чашу было некуда.