Время на кону. Игры вне границ

— Я предупреждал тебя, — шепнул Конор, убирая списки со стола заклинанием, и я предположил, что он пытался оставить Реджа все это время.

У нас никогда не было споров из-за девиц. Наши интересы практически не пересекались. В те редкие случае, когда это случалось — мы находили компромисс, который устраивал обоих. В данном случае я не ищу компромиссов или одобрения. И не абсолютно плевать, с кем у меня пересекутся интересы. Свое я получу.

— Настолько? Уилл, «фейка» зацепила настолько? — Редж изобразил в воздухе золотистым заклинанием песков времени ердцу и картинно прилжил его к груди, после чего она рассеялось в воздухе.

Я молча смотрел на него, проигнорировав его выходно, и по моему взгляду Редж все понял. Я заметил это по грусти, которая отчетливо стала читаться на его лице и только тогда ответил:

— Настолько. И свиток —это…

— Подарок дежурного. Можешь не объяснять. Я все понял, не дурак. Давай, отнесу «фейке». — Редж встал из-за стола и подошел ко мне.

— Вперед. — я вручил ему свиток. — Редж, без самодеятельности.

Он кивнул и спешно ушел. Пока он отсутствовал нескорое время, Грейс и Конор вели себя слишком сдержано. Редж не посмел бы встать у меня на пути. Тем более, когда я говорил так, он прекрасно понимал, что это значит.

— Как-то глупо. Редж, уйди с дороги, но Редж, отнеси подарок. — Грейс попыталась это сказать таким образом, будто это было адресовано Конору, игнорируя мое писуствие.

Не оценил ни я, ни Конор.

— Грейс, дежурит не Редж. Ты хоть не веди себя как второкурсница.

После слов Конора Грейс не проронила ни слова до возвращения Реджа. Он вернутся и сразу доложил об успешном вручении свертка. Сказал, что при этом присутствовал Тео, который теперь очевидно поселился у Кэсседи в комнате и еще Лиз. Вторую девочку звали так. Смешанная Терм’амсэр. Прекрасное соседство. Редж сказал, что Кэсседи отнеслась к подарку с опаской, но, лишь благодаря Тео, приняла его.

— Потому что знала, что дежуришь не ты, придурок! — Грейс толкнула Реджа локтем, когда он уселся возле нее на диван и приобнял.

Новенькую и события этого вечер еще долго обсуждали. Я же остаток вечера и ночи провел в одиночестве, как и хотел. Со своими мыслями и фолиантом. Узнал много интересного о Фонхонеллах. Правда, это ничуть не помогло. Тогда понял, что искать следует информацию про драконьи пары. И пока утром собирался на обход, столкнулся с Конором, который озадачил меня еще больше тем, что созвездие в моей татуировке снова светится. Звезды блестят. Вот это довольно трудно объяснить. Особенно, если будут проверять метку. Хотя, чего бояться? Сама руна не светится, я всегда ее контролирую.

С этими мыслями блуждал по академии, вылавливая нарушителей. Еще пол дня и мое дежурство будет окончено. Сразу же после него, все мы оставим академию и будем далеко за пределами Умбры. Две недели. Зато потом, еще каких-то три дня, и можно будет передохнуть. Правда, чем это поможет мне?

Иллюзии, отпугивающие студентов, работали безупречно, но пока я не знал, что дальше делать с Кэсседи. Ясное дело, никуда она не денется из академии. Но теперь надо сблизиться и перевести наше общение в… О, так даже проще будет.

«И что ты делаешь в коридоре во время занятий?»

Нарушительница. Поймал.

Заметив, как Кэсседи испугалась моей иллюзии, я остановился недалеко от нее и принялся наблюдать. Осознав, что моя копия ненастоящая, она расслабилась и принялась вести себя совершенно иначе. Настоящая. Сейчас Кэсседи вела себя так, как если бы ее не сдерживали никакие рамки. После извинений и формальных объяснений, она сделалась совершенно бесстрашной.

— Так ты не настоящий! Запугиваешь прогульщиков и нарушителей порядка, а сам где-то далеко. Хитро. Но со мной это не сработает. Ты всего лишь сгусток энергии.

Она встала на носки, и довольно уверенно шепнула заклинание:

— Чтобы не пугал других. Мы вольны передвигаться по Тероне свободно. «Растворись»!

Моя иллюзия исчезла. Просто растворилась в воздухе. Довольно неплохо для второкурсницы. Слишком просто это оказалось для нее. Многие и на старших курсах не сразу понимают, где иллюзия и попадают на баллы. Но Кэсседи справилась. И она явна горда собой, даже слишком, и идет в мою сторону. Я замер на лестнице, чтобы проверить ее и, разумеется, глупышка попалась. Да и я слегка поднапрягся, спешно использовав заклинание маскировки.

— Глядите-ка, да ты решил понаставить иллюзий, чтобы тебя все боялись. О да, ты весьма предприимчив. Но только не в этот раз. У тебя ничего не получится.

Оно подошла слишком близко и принялась крутиться вокруг меня. Забавно тебе? Веселишься? Что же будет дальше?

— Все потому, что и тебя я развею, пока твой хозяин далеко. А говорили, что вы страшные и опасные. К вам нельзя подходить даже и близко, не то что смотреть. Боюсь-боюсь. Страшно, теперь даже не знаю, мне упасть в обморок от страха или бросится тебе на шею, умоляя обратить внимание на себя?

Какая самоуверенность, но она быстро закончилась, когда Кэсседи захотела резко крутануться и поскользнулась. Она закричала, а я успел поймать ее.

Удивлена, что не исчез, судя по тому, как водишь руками по моей груди? Я ухмыльнулся, положив руки ей на талию. Такая хрупкая. И почему я чувствую всю твою силу? Ощущаю не только мысли, эмоции и чувства, я ощущаю тебя всю. Застыл как придурок, но быстро справился:

— Так что ты выберешь? Броситься на шею?

Был уверен, что сработает. С любой бы сработало безотказно, но девочка из-под купола растерялась. Точно, из-под купола.

— Не иллюзия? — спросила Кэсседи.

— Нет.

— Тогда упаду в обморок от страха.

— Уже не получилось.

И тогда на мои вопросы она ответила правду, почему она здесь и за что Гром выставил ее вон из аудитории, не поставив ей руну. А когда Кэсседи подняла свои глаза на меня, я как придурок встал всматриваться в них. Серые. Глаза плачущего неба. Все как во всех временных линиях.

«И сейчас ты так близко, что я слишком хорошо могу вновь рассмотреть тебя. Это точно была ты, даже в том видении, где линия теперь закрыта. Это был твой силуэт.»

Почувствовал эмоции Кэсседи вновь, среди которых появилось любопытство и некая симпатия. Разумеется, так неловко водить руками по груди, пытаясь высвободиться… О, так ты тоже рассматриваешь, снова? Теперь это взаимно? И пока я не решил, что с тобой делать, пусть будет так: я поправил ей воротничок и ловко практически незаметно коснулся ее нашивки ловчих, на которой после мысленного прочтения заклинания появилась руна сокрытия.

«Теперь ты расплывчатая картинка для всех. Практически безликая.»

Но Кэсседи снова стала бояться меня, и тогда я напугал ее штрафом и правилами академии. Она опросила отпустить ее, пообещав, что не попадется мне больше на глаза. Теперь это вряд ли. Слова Кэсседи, которые она крикнула мне в ответ, заставили задуматься.

Это меня рассмешило. Теперь это практически невозможно.

— Ведь если ты соврала, то я узнаю и оштрафую на все добытые тобой вчера баллы. Напомни, сколько их было?

— Даже холодно стало от твоих слов!

Холодно? Я уже второй раз слышу от нее эту фразу. И кажется, для Кэсседи имеет свое особое значение. Над этим тоже надо подумать и узнать, что это значит.

Я смотрел ей вслед: она скрылась за проемом и поспешила в библиотеку. Мое одиночество нарушил Конор.

— Ловко она убрала твои иллюзии.

— Вполне.

— Руна сокрытия была в качестве наказания, или в качестве того, что ты объявил на нее охоту, застолбив свое право?

— Понимай, как знаешь.

— Избавился от конкурентов.

— В каком-то смысле да. Пока нас не будет, руна будет работать безупречно.

— Ловко сбросил всех со счетов. Значит, все-таки она? Поверил в иллюзию?

— И да, и нет. Знаешь же, как я к этому отношусь.

— А Уайли?

— Да причем здесь она?

— Да так. Мысли вслух. Линии смотрел?

— Нет.

— А зря. Сегодня аномалии как никогда нестабильны.

— Конор, я же не любопытная девица, которой снесло голову.

— Мне казалось так делают не только любопытные девицы. Иначе тогда не приложу ума, зачем ты отогнал от нее Реджа.

— Справедливо. Займусь этим, когда избавлюсь от дежурства.

Остаток дежурства прошел довольно быстро и уныло. Желания ловить и штрафовать нарушителей не было. Азарт совсем пропал. А мысли о Кэсседи прочно засели в моей голове. После того, как она попала ко мне в руки, я даже представить не мог, что собой представляет сила Фонхонеллов. А от того, насколько близко она находилась, мне даже показалось, что вся ее сила подвластна мне. Я будто чувствую ее предел и могу забрать всю ее и сжечь в одночасье, или наполнить ее своей, не дав угаснуть.

Странные мысли. Особенно, после прочтения фолианта. Но Кэсседи меня боится. Она пытается сбежать и держать дистанцию. Эти ее эмоции и чувства меня злят.

Под конец дежурства поймал третьекурсника с нашего факультета, который принес мне книжку про драконьи пары, за это подарил ему десять баллов. Надо же как-то поднимать рейтинг факультета, пока Лонгбейн, нарушая правила, штрафует Реджа и позволяет Воз делать тоже самое.

Дежурство должно было закончится вот-вот. Я сидел на тренировочном полигоне так, что был практически незаметен для большинства студентов, но слишком хорошо видел каждого из них. Я ждал Реджа. Как только значок дежурного исчезнет, мы оставим Теону немедленно.

Редж опаздывал. Книга была слишком занудной, я спотыкался на каждом предложении и то и дела возвращался, чтобы перечитывать рифмованные четверостишия на древнем наречии. Я с трудом его разобрал. Терпеть его не мог. Но мать уделяла этим знаниям особое значение. Язык древних и два вида наречия, за исключением алиотского, она заставила меня выучить довольно неплохо.

Захлопнув книгу, заклинанием уменьшения спрятал ее в поясную сумку. Главное, не забыть, а то потеряю. А третьекурсника, который принес мне ее, оштрафует еще и Линда Роуз. Она хуже была хуже любого дракона и следила, чтобы книги у нее с полок всегда возвращались на место. Типичная змея. Да, всегда забываю, что в каком-то роде она была родственницей Змея. Кузина или тетка. Смысл не меняется. Та еще стерва. Ловчих она ненавидела и не скрывала этого. Зато чаротворцы и стихиеведы были ее своеобразной отдушиной.

Стихиеведы. Нам к завтрашнему утру следует быть в Меридиане. На Северо-восточной границе с Алиотом, а стихиеведы устроили здесь показательные пляски. Ладно третий курс, но выпускной? Показательные тренировки, чтобы потешить девиц? Нет, мы сами, конечно, такое устраивали, но определенно нет перед долгим походом.

Я надменно стал рассматривать пляски Алистера и его дружков. А затем поднял голову на трибуну, и мой взгляд застыл на самой верхней из них.

Прийти сюда под предлогом чтива? Кэсседи, что ты тут делаешь? С книгами сюда девицы явно не ходят. А куда устремлен твой взгляд? Мм… Ловчих высматриваешь. Удивительно, но несмотря на то, что она была довольно далеко от меня, я почувствовал ее эмоции и снова стал тревожится.

Меня хотела увидеть? Расстроилась. Не нашла. А и именно поэтому ты так активно пялишься на Алистера? Значит, впечатлил. А ты его нет. Тебя никто из них не видит.

Увлекся, что чуть было не потерял равновесие на перилах, когда ко мне подошел Редж и хлопнул по спине.

— Ты засиделся. Пойдем. Твой знак дежурного пропал. В академии останется Николас. Лучше не придумаешь.

Я кивнул.

— А чего ты такой суровый? Взял бы показал девицам, как ловчие могут, утер бы нос Алистеру.

— Редж, я не в настроении.

— Да, я все понимаю. Твоя невеста не оценит.

Редж получил хороший пинок и едва не упал от магического заклинания. Из-за чего он, прошипев ругательство, поплелся вслед за мной.

Кэсседи он не заметил, когда разглядывал девиц на трибунах. Руна работает безупречно.

Когда последние приготовления были сделаны и до похода оставались считанные часы, я все-таки решил последовать совету Конора. Глупец. Вот именно перед походом надо было это делать.

Я открыл временные линии. Их стало значительно больше. Три? Четыре? Но все они будто размыты. Если в прошлый раз вырисовывались очевидные две, то сейчас я увидел хорошо различимую одну. Она же была заперта для меня. Попробую еще раз.

На удивление, пусть и не с первого раза, но линия мне подчинилась. Снова увидел девицу. Теперь ее силуэт был слишком различим.

— Кэсседи. — Я позвал ее в надежде, убедиться, что она ответит мне. — Повернись ко мне. Дай мне на тебя посмотреть.

И она повернулась. Держа на руках ребенка, она повернулась и удивленно посмотрела на меня.

— Уилл?

В этот момент я точно не понял было ли это адресовано мне, или моей копии из будущего, который оказался возле меня. Он снова вышиб меня из линии.

В этот раз это было не так затратно и болезненно. Но второй раз открыть линию я не смог. Снова было заперто. Он намеренно это сделал. Вспылил. Не думаю, что моя копия из будущего умнее меня из настоящего, или какая-то временная аномалия сможет меня одурачить. Решил меня не пускать? Я не настолько глуп, чтобы тратить силу попусту. Но это уже было делом принципа.

Свою линию я смотреть и не собирался, а вот временную линию Кэсседи… Придется сосредоточится и не ошибиться. Среди прочих линий ловко поймал ее временную линию. Оказалось, проще просто. Я даже смог открыть ее.

Оказался на том же месте. Слишком хорошо запомнил его. Но что-то не смог закрепить временную петлю, поэтому пришлось поблуждать по ее жизни. Узнал много занятного о ней. Девочка из-под купола. Выбор Верховного лорда. Все поведение Арракиса, направленное в ее сторону, вызвало стойкое неприязненное чувство к происходящему. Разозлился и смог открыть снова нужный момент, и даже создать петлю времени практически с первого раза.

Все тоже самое. Она здесь в пустыни и рядом…

— А я и забыл, каким упертым могу быть, — раздался голос за моей спиной.

Я повернулся и увидел его. Вернее себя, из будущего.

— Что ты забыл в ее временной линии? Тебе нечем заняться? Прочь отсюда. Иначе на практике будешь на пределе. Не стой как болван, проваливай!

Щелчок.

Еще одна временная линия для меня недоступна. Можно ли злиться на этого придурка, то есть на себя, и что-то ему придъявлять? Пожалуй, что нет. Чувствую себя идиотом.

Зато теперь я точно знаю одно. Кэсседи моя. Мое предназначение. Она должна была принадлежать мне. А Арракис хотел ее присвоить. Ту, что была предначертана мне. Да что за чушь? Это звучит так будто я совсем сошел с ума.

Так, ладно, Кэсседи, ничего с тобой не сучится в академии. Второй курс, что там сложного? Ты дождешься меня, даже не успев соскучится, и когда я вернусь, я плотно займусь нашим слишком тесным общением.

Я был так горд своими планами, что совершенно забыл о том, какое количество силы потратил, и совершенно не предполагал, что вляпаюсь с головой в такие неприятности, что с трудом вернусь с практики, и то лишь для того, что уйти снова, ведь мы не были готовы к первым серьезным потерям.

В Меридиане мы оказались к полудню. Погода портилась. Ветра были слишком сильными для ранней осени. Тучи сгущались, собираясь излить на нас свое недовольство проливным дождем. Прекрасно, две неделе в этой грязи в распоряжении самого отбитого командира. Он будет бросать нас в самые опасные зоны несмотря на то, что мы еще студенты. И никто об этом не узнает, ведь Змей поощряет подобный подход к практике. Стоит ли уточнять, что это младший сын той самой Линды Роуз?

Командир Леонард Роуз — родственничек Змея и его особый повод для гордости. Выпустила из Тероны пару лет назад и успел как следует выслужиться перед самим Арракисом, Змей сильно подсобил ему в этом. И Леонард сделал это, будучи на нашей стороне границы. Он частенько отправлял ловчих в такие места, что они исчезали и погибали при слишком неоднозначных обстоятельствах. Но сам всегда был не при делах.

И я почти уверен, что с нами он поступит также: а там, в близи алиотских оспариваемых территорий, слишком велика вероятность зацепить не только стражей Драгонерри и ту всю нечисть, которая им служит. Это не пляски с ведьмами на болотах и не погони за колдунами и прочими нарушителями покоя Умбры.

Обидно только за то, что сюда не пригнали стихиеведов. Где они будут оттачивать свои боевые навыки? В горах? Кому они там нужны? Их даже и близко не подпустят к оскверненным территориям. Особенно Алистера, иначе Тинеллы не переживут этого. А я бы посмотрел на его пляски с гидрами. Сам бы скормил его одной из них.

Чаротворцы. Они тоже ловко миновали эту участь. Сэмми может не переживать и спать спокойно со своими феями. И пусть практика общая для всех, но сюда что их, что чаротворцев запихнут только на последние несколько дней и то мы буде прикрывать их. И за каждый наш просчет Леонард лично спросит с каждого ловчего. Да-а, как и Линда, не особо нас жалует.

Я не видел, конечно, во всем этом особой сложности, но ситуация меня раздражала. Впервые подумал, что мне нужно обратно в академию.

Командир встретил нас у центрального поселения и сразу же распределил по отрядам. Более того, разместил в весьма сносных лачугах. Так он счел. На деле же, моя мать собак не держала в таких будках, поскольку сочла, что даже для них это унизительно, и отец охотно согласился с ней. Теперь ощущаю себя хуже дворовой псины. Если бы не знал, что мы на практике — подумал бы что Змей решил избавиться от нас таким весьма изощренным способом. И что из этого неправда?

За прошлый год только у двух ловчих загорелась метка у статуи дракона, и их стразу же оттащили к Змею. У одного смешанного на прошлой практике. Больше желающих продемонстрировать свою силу не было. Мы все гасили свои руны. Похоже Змей догадывался об этом, и из-за Лонгейна решил расправится с нами иначе.

Метки здесь могут загореться только от одного вида командиров Драгонерри. Но сейчас они не кажутся мне такими свирепыми. Ведь Элтанин теперь пытается удержать свою власть в замке. На границы ему наплевать. Во всяком случае пока он не закрепит свою власть. Так что у нас есть время отдышаться.

Слышал, что у него большие проблемы. Его не признают сторонники Арракиса, и это отягчает его восхождение на трон всего Гелеата. Более того, от него сбежала Кэсседи. Пусть он и переиграл все. Но теперь, самое важное для меня, что обратно он ее не вернет. Моя.

Получив писок заданий, я изучил пергамент и понял, что меня с Конором, Реем и Реджем отправили в самую гущу. О, по особому распоряжению Змея. Удивительно. «Слишком зарекомендовали себя…» Формулировка что надо. Полагаю, нам будет непросто. Две недели обещают быть напряженными.

— Только не крути линии и так весь помятый, — заявил Конор. — Иначе сведения на северный аванпост сами себя не доставят.

Я хмыкнул и недовольно обошел густые заросли, которые образовались у когтей весьма массивных деревьев.

— Когтистый лес — самое гиблое место. Почему мы должны как слабоумные глупцы идти пешком? — Рей выругался и хотел было заклинанием проредить заросли, но Редж остановил его.

— Рей, нас Конор сейчас уничтожит, посмотри на его жуткое лицо.

— Потому что мы не оставляем следов, чтобы не привлекать Драгонерри. Тебе напомнить о мерах осторожности? Или забег следопытов был для тебя шуткой?

Конор запутал наши следы, а затем и вовсе руной ловчих замаскировал их. Теперь все выглядит так, будто здесь бродила стая волков, или других хищников в поисках добычи.

— О нет, все было очень серьезно и по-взрослому. Я оценил этот курс по достоинству, ведь это основы безопасности ловчих в дали от дома. Но, сейчас мы ведем себя так, потому что мы идиоты, — Редж толкнул Реяя, и она засмеялись.

Я осмотрел следы, которые Конор не успел скрыть:

— Если нас поймают на нейтральной части леса, то точно решат, что мы рыскаем в поисках чего-то или кого-то. И тогда вряд ли мы избежим бойни.

— Выследить нас по телепортационным прыжкам намного проще, не мне тебе объяснять. Тем более, не нравится мне все это. — Конор перечитал свитки еще раз. — Самое нелогичное деление на группы.

— Переживаешь за Грейс и остальных? — Редж состроил гримасу придурка.

— Слишком много смешанных для остальных двух групп, сопровождающих припасы к западной восточной заставе. Могут не отбиться.

— Значит, подсобим, если справимся раньше.

Я почти был в этом уверен, а от долгой ходьбы по зарослям стал раздражаться.

— Только лес похоже не горит желанием нас выпускать.

— Рей, мы не ходим кругами. — Редж указал на следы. — Оставь детские страшилки для Грейс и Амели. Следы нам не принадлежат. Иначе бы у Конора случилась истерика, что мы натоптали.

Рей уселся на камень и проговорил какую-то ответную чушь Реджу. Они снова стали раздражать Конора. По сути, они вели себя так всю дорогу.

— Тогда почему тот дуб я уже вижу второй раз? — Вдруг сделавшись серьезным, проговорил Редж.

— Уверен? — Конор подошел к дереву и осмотрел его.

— Конор, детка, только не трогай ничего руками, вдруг из дупла выскочит чудище и откусит тебе руку. Не хочу тащить тебя к чаротворцам.

Мы с Реем подавили смешок.

— Идиоты. — Конор снял иллюзию руной очищения. — Я очень надеюсь, что если в дупле есть чудовище оно откусит тебе Редж башку.

Редж выругался.

— А так мы, по-твоему, совсем не оставляем следов? — я напрягся, указав на остатки магии времени.

Обычно магия времени слишком легко сливалась с реальностью Гелеата, но сейчас она была слишком различима, как иллюзия, которую поставил неопытный второкурсник.

— Нет, следим, даже слишком. Но хотя бы знаем, что на верном пути. Это — не тот дуб. Но мы здесь не одни. Конор осмотрелся.

Тихо.

— Разумеется. До нейтральной части осталось не так много. Там могут ждать не только Драгонерри, но и любые твари.

— Посмотрим? — Рей создал временные линии.

Он был проводником. Из той ветки рода Терм’амсэр, которая неплохо чувствовала и ощущала происходящее. Он мог устанавливать временные нити и через них улавливать все, видеть и прощупывать.

— Только не трогайте их понапрасну. Иначе они начнут звенеть.

Вокруг нас, словно золотая паутина, появились нити времени, которыми был пропитан весь Гелеат. Еще одна тайна нашего рода, которую пытаются использовать Драгонерри, получая наших проводников.

— Правая сверху и так издает неприятный звук, — заметил Конор.

— Да, только никто из вас еще не коснулся их. — Рей настороженно осомтрелся.

— Проклятье! — я выругался. — Значит, твои нити ушли далеко вперед от нас. И кто-то пытается до нас достучаться.

— «Покажись!» — Рей щелкнул пальцами, и мы увидели иллюзию.

— Некроманты? Трое. — Конор внимательно разглядывал тех, кто пытался поймать временные линии.

— С ними гончие и два стража Драгонерри. И еще один колдун? — Рей отстранился от иллюзии.

— Какие у нас шансы? — Редж поморщился.

— Большие, если сделаем как я скажу. Так что соберитесь!

Я хотел резким рывком телепортировать всех нас прямиком на аванпост и рассчитал все: время, затраты силы, но был оглушен.

Удар. Ошеломление.

От удара упал на землю.

Никогда раньше такого не испытывал: силла иссякла, а сознание потухло.

Очнулся я не сразу. Странное чувство не покидало меня, что за мной кто-то наблюдает. Открыв глаза заметил едва различимый силуэт, а когда услышал голос то сознание позволило сфокусироваться на увиденном.

— Кэсседи?

Передо мной была она. Словно наклонившись ко мне близко-близко, Кэсседи еле слышно повторила свои слова:

— Приди в себя, Уилл. Иначе я уже ухожу и больше не попадусь тебе на глаза, уверяю.

— Что?

— Уже ухожу… Больше попадусь тебе… Уилл…

Резко попытался встать. Силуэт Кэсседи рассеялся. Передо мной появился Редж.

— Пришел в себя! Как тебя угораздило попасть в ловушку? Я еле привел тебя в чувства! Ты меня слышишь? Уилл? — Редж стал щелкать пальцами, и от ее щелчков появились магические вспышки.

Сознание вернулось. Реальность стала различима. Я понял, где нахожусь. Кэсседи здесь не было. Она привиделась мне как сон. Сказала, если не приду в себя, она больше не попадется. Не попадется. Нет. Этого не будет.

«Ты еще как окажешься в моей власти. Даже не думай.»

Я поднялся и осмотрел себя. Сильно ударился головой и, кажется, получил довольно хороший удар в грудь. Конор протянул настойку.

— Пей и уходим. Они почуяли нас. Ты сломал прыжком их ловушку. Они подготовились. Сделай мы это по одиночке — уже оказались бы у них.

— С ними кто-то, кто умеет обманывать линии. — Рей вытер кровь у носа.

Напряжение. Нити требовали больших затрат магии. И похоже, что столкновение с нечистью сильно потрепало его.

— Только не говори, что… — Редж крутил в руках защитную руну.