Алхимия выбора

– Однако, – продолжил он, – пока вы тут рисовали круги и готовились к нашей поимке, мы тоже не бездействовали.

В руке Шестой держал цепочку, на которой покачивались золотые часы. Кэрроу окатила ледяная волна.

– Вы же не досчитались члена команды? Но, конечно, времени выяснять, куда делась девчонка, не было, ведь операция по поимке лидера сопротивления – это первоочередная задача для любого государственного алхимика.

Голос узника номер Шесть звучал издевательски. Константин понимал, что тот прекрасно всё знал. Его – он знал его досконально. Пожалуй, так, как сам Кэрроу не знал себя. Шестой тем временем кинул ему часы. Тот поймал и взглянул на них. Сомнений не осталось. Это были золотые часы отца Миди.

Кайл, опасливо обходя Стоуна, подошел ближе к узнику номер Шесть со словами:

– Вчера гулял я по берегу, а тут вижу знакомое лицо. Вот и пригласил ее к себе. Не сказать, что она была за. Но я умею быть убедительным.

Вэро понял теперь, где вчера пропадал Кайл. Помимо встречи в старом форте, он успел еще кое-что.

– Где она? – тихо спросил алхимик.

– Vita est, dum vivit – она жива. Но если мы с Кайлом не вернемся, то, боюсь, ей конец.

Кэрроу убрал часы в карман плаща. Поймать лидера сопротивления – вот, в чем его задача. Оставить Медею в руках врага – такова цена выполнения этой задачи. Если он отпустит его, то завалит такую прекрасную операцию, завалит такой шанс.

– Ее найдут, – сказал он, – где вы там ее держите. Ничего страшного. Sine capite corpus mortuum est – без головы тело мертво. Без вас всё развалится, все разбегутся, и никому до нее не будет дела.

Узник номер Шесть хрипло расхохотался.

– Браво! Наконец кто-то говорит со мной на одном языке. Однако, ты готов рискнуть? А если не найдешь?

Кайл медленно двигался к отцу:

– Девчонка заперта глубоко в подвале, в такой маленькой комнате без единого окна с металлическими стенами и плотной дверью. Представил? Если мы не вернемся, через сутки воздух закончится, а может и раньше. Она задохнется там.

Кайл уже стоял подле отца. Константин не сводил с них взгляда. Стоун и Вэро тоже замерли в ожидании.

– Не тяни, мы оба знаем, что ты сделаешь, – произнес Шестой и медленно пошел в сторону выхода. Кайл последовал за ним словно тень. Винсент и Стоун дернулись в их сторону, чтобы остановить, но услышали голос Константина:

– Нет! Пусть идут.

Те удалялись все дальше. Через пару секунд раздался выстрел. Узник номер Шесть упал на колени. Сандра попала ему в плечо. Кайл кинулся к нему, укрывая собой.

– Стой, отставить! – Кэрроу взглянул туда, где пряталась Сандра. – Лесли, слушай мой приказ: сегодня мы их отпускаем.

Повисла тишина. Он знал, она не поддержит его решение. Знал, она умеет ставить службу выше эмоций. Лэсли готова пожертвовать даже целителем. Но не он. Не после того, что узнал в старом форте. «Не позволю ей умереть, – промелькнула мысль, – только не ради Мэдлтона».

– Верно, верно, – между тем говорил узник номер Шесть, поднявшись и зажав рану в плече, – они должны подчиняться.

Опираясь на Кайла, он скрылся в темноте.

***

В гостиницу все четверо вернулись в гробовом молчании. Когда зашли, было раннее утро, но работник на стойке регистрации, лишь только увидев их, сразу же вручил письмо.

Кэрроу устало принял конверт и посмотрел на печать. «Твою мать».

Он открыл его и быстро пробежался глазами по строчкам. Ничего хорошего. Словно мало было того, что уже произошло.

– Команда, – письмо сложил и убрал в карман плаща, – через пятнадцать минут в моем номере.

Более не проронив ни слова, он быстро поднялся и скрылся за лестничным пролетом.

Через четверть часа все были в кабинете Константина.

– Пришел приказ из столицы, – голос его слегка осип, – мы все в полном составе вызваны в ЦОГА лично президентом. Мэдлтон уже там.

Сандра чуть сморщила лоб:

– Ему известно про нашу неудачу?

– Исключено, – ответил Константин, – мы тут по вопросам ячейки сопротивления. О плане с театром я не докладывал наверх. Знал, что много переменных.

– Тогда едем, – пробасил Стоун.

– А Стрэйт? – задала вопрос Сандра, и Кэрроу был благодарен ей за это. Сам он не смог бы произнести ее имя перед своей командой. Ведь именно он принял решение загубить эту операцию ради простой гражданской.

Винсент, вполне понимая, какие эмоции пытался скрыть его командир, произнес:

– Я уверен, она на востоке. Почти точно они уедут туда.

– Приказ срочный, – добавил Стоун, взяв письмо и тоже прочитав его, – за личной подписью президента. Если не явимся, влепят дисциплинарку, и это в лучшем случае.

Кэрроу молчал.

– Он не убил ее тогда, сэр, вряд ли убьет сейчас. Сам говорил, все-таки она целитель, – произнесла Сандра.

– Главное, чтобы она сама не нарвалась, – пробасил Стоун.

Все трое смотрели на командира, а тот молчал, смотря куда-то в пустоту.

– Сэр? – произнесла Сандра.

– Черт, – Кэрроу сфокусировал взгляд на команде, – едем в столицу.